All the Young Dudes

I wanna be straight! I wanna be straight! I’m sick and tired of taking drugs and staying up late. I wanna confirm. I wanna conform. I wanna be snug and I wanna be safe and I wanna be warm. I wanna be straight! I wanna be straight, I wanna create a place of my own in the welfare state. I’m gonna be good; I’m gonna be kind. It might be a wrench but think of the stench I'm leaving behind… I wanna be straight! I wanna be straight, Come out of the cold and do what I'm told and don't deviate. I wanna give, I wanna give, I wanna give my consent — I'm learning to hate all the things that were great when I used to be… bent! Я хочу быть законопослушным! Я хочу быть законопослушным! Я устал от наркотиков и бессонных ночей. Я хочу подтвердить. Я хочу подтвердить. Я хочу быть в уюте, я хочу быть в безопасности, я хочу быть в тепле. Я хочу быть законопослушным! Я хочу быть законопослушным, Я хочу создать своё собственное место в процветающем государстве. Я буду хорошим; я буду добрым. Это может быть трудно, но подумайте о том смраде, что я оставляю позади… Я хочу быть законопослушным! Я хочу быть законопослушным. Убежать от холода, делать то, что мне говорят, не сбиваться с пути. Я хочу дать, я хочу дать, я хочу дать своё согласие — Я учусь ненавидеть всё то, что было классным, когда меня… нагибали! Пятница, 23-е ноября, 1979 год. После всех радостей осени начало зимы ощущалось необыкновенно... обыкновенным. Римус пытался быть благодарным за это: в кои-то веки в его жизни всё было тихо. Его не похитили оборотни, не было ни похорон родителей, ни умирающих братьев. Он пытался принести хоть какую-то пользу Ордену. Иногда им нужны были исследования — помочь идентифицировать проклятия, использовавшиеся Пожирателями смерти, или придумать новые заклинания против них. Время от времени он работал над этим вместе с Элис и довольно хорошо её узнал. Она была невероятно умной и одной из самых умелых дуэлянтов, которых Римус встречал. Он замечательно отточил свои защитные чары и проводил много времени в разных штаб-квартирах, устанавливая защитные барьеры и быстрые системы оповещения. Римус работал не покладая рук. Он просто с головой окунулся в работу. В нём горело очень сильное желание участвовать, стремление делать что-то хорошее. Может, он повзрослел. А может, просто устал никак не контролировать свою жизнь. Марлин приходила к нему пару раз в неделю после работы. Они с Римусом садились за кухонный стол, и он рассказывал ей всё, что мог, о том, каково это — быть оборотнем. О своём обонянии, повышенном метаболизме, о том, как он заботился о своём теле во время и после полнолуний. Он пытался говорить как можно честнее и при этом не доставлять неприятностей. Она прилежно записывала, задавала вопросы и порой предлагала какие-то улучшения. Для Римуса это было нелегко, но необходимо. Искренний характер Марлин и её яростная решимость улучшить жизнь оборотней заставляли его чувствовать себя лучше — как будто он всё-таки мог сделать что-то хорошее в конце концов. — Нам нужно заставить Министерство отказаться от заблуждения, что клетки и решётки — это единственное средство, — говорила она. — Из того, что ты мне рассказал, я могу сделать вывод, что леса будут гораздо более здоровой средой — а лесов у нас предостаточно, разве нет? Пара защитных чар, чтобы установить барьеры, и всё… Нам нужно лишь немного креативного мышления, немного сострадания… Римус улыбнулся. Марлин заставляла его чувствовать, будто однажды что-то действительно изменится. И к тому же, было приятно провести время с другом — Сириус так часто уходил по вечерам на миссии или встречи. — Как тебе живётся с Сириусом? — спросила Марлин однажды вечером, пока собирала вещи. Она оглядела тёмную пустую квартиру. — Здесь тише, чем у меня дома. Марлин до сих пор жила со своей мамой, отчимом и Дэнни после того, как его укусили. И недавно Жас тоже переехала к ним. Римус не знал всех подробностей, но было похоже, что родители Жас не особо обрадовались, когда узнали про Марлин. — Всё хорошо, — кивнул Римус, помогая ей собрать записи. — Конечно, совсем не так, как в школе. — Могу поспорить, это классно — жить в своём собственном доме. — Бывает классно. — А вы… вы с ним часто ругаетесь? Ну, знаешь, со всем этим стрессом и миссиями… — Марлин начала кусать губу и теребить прядь выбившихся волос. — Нет, — на рефлексе ответил Римус, закрываясь в себе, как делал всегда, когда дело касалось его личной жизни. — Оу, — вздохнула Марлин, опустив глаза. — Ну, может, дело просто в нас. Может, это из-за того, что мы постоянно живём с моей семьёй. Римуса окатило волной сочувствия, он прикоснулся к её руке. — Я уверен, что это нормально, учитывая всё то, через что нам приходится проходить в последнее время. Эмоции очень нестабильны и всё такое. — Может быть, — голос Марлин всё равно звучал убито. — Слушай, — сказал Римус, понизив голос, хотя они были совершенно одни, — единственная причина, по которой мы не ссоримся, та, что мы практически не видим друг друга. А когда мы находимся в одной комнате, то изо всех сил стараемся не говорить о войне, хотя только о ней и думаем. После этих слов он почувствовал прилив адреналина, так как очень редко столь открыто говорил о своих чувствах с кем-то, кроме Сириуса. Марлин сморгнула слёзы. — Правда? Вы не разговариваете об этом? — После смерти Регулуса — нет. — О, конечно, — мягко кивнула она, затем вытерла глаза рукавом. — Иногда мне кажется, мы с Жас говорим только об этом; это так выматывает. Боже, я больше не могу выносить все эти смерти — все эти страдания. Ты знаешь, что сказала недавно Мэри? Она думает о том, чтобы сбежать, сдаться. — Сбежать от войны?! — Римус удивлённо уставился на неё. — Нет, — Марлин покачала головой. — От всего — от волшебного мира. Она сказала, что лучше попытает удачу в качестве маглы без образования. Конечно, она это несерьёзно, но я понимаю, почему она об этом думает. Мы всё сражаемся и сражаемся, делаем всё, что в наших силах, и этого всё равно недостаточно, правда? Они побеждают. — Ты не можешь так думать, — сказал Римус. Он правда не хотел слышать, как кто-то признаётся в таком пессимистическом настрое. Она говорила именно то, что не давало ему спать по ночам. — Я знаю, знаю, мы должны продолжать, пытаться, несмотря ни на что, — сказала Марлин, тихо плача. — Но это отнимает у меня все силы, Римус. Всё, что я делаю — всё, что все, любой из нас теперь делает — это работает и сражается. Что, если… что, если война закончится, и от меня ничего не останется? Что, если я не смогу вспомнить, как просто быть счастливой? — Это полная херня, — Римус с чувством покачал головой. — Конечно, ты знаешь, как быть счастливой! Он подошёл к ней, чтобы крепко обнять. Марлин была практически одного с ним роста, и её светлые волосы щекотали его щёку. — Я говорю глупости, — она шмыгнула ему в плечо. — Просто слишком устала. Ночи давят на меня, из-за них я такая унылая. — Я не считаю, что ты говоришь глупости, — сказал Римус, когда они отстранились друг от друга. — И ты знаешь, что у тебя куча друзей, с которыми ты можешь поговорить, когда чувствуешь себя унылой. — Я знаю, — она улыбнулась, её щёки покрылись красными пятнами. — Спасибо, Римус. — Хочешь чаю? — Нет, мне надо возвращаться домой — иначе Жас застрянет там, слушая истории Дэнни о днях его славы в «Кэннонс». — Ха, в таком случае беги и спасай, — ухмыльнулся Римус. Он хотел спросить, как поживает Дэнни — но не осмелился. Он не говорил с ним нормально вот уже год — очередная вещь, которой придётся подождать до окончания войны. Марлин попрощалась и покинула их квартиру через камин в пламени зелёного огня. Римус немного прибрался и подошёл к раковине, чтобы смыть чернила с рук. Они забрались под ногти и сделали их чёрными, и он снова подумал о Ливии. После возвращения из стаи он стал невероятно дотошен в вопросах гигиены. Он выглянул в окно гостиной, запотевшее от прохлады ранней зимы. Уличные фонари мерцали жёлтым светом в синих сумерках — не считая одного напротив их окна, который был неисправным и оставался розовато-красным всю ночь. В квартире без Марлин Римуса сковало ужасное ноющее одиночество. Он схватил шарф и куртку и отправился на улицу. Когда он приблизился к гаражу на их тёмной улочке, он увидел, что его двери открыты, и изнутри на неровный потрескавшийся асфальт льётся свет. Подойдя ещё ближе, он услышал тихую мелодию из радио — это была песня группы Stranglers. «And it sounds like an empty house, standing still…» (И звуки похожи на пустой дом, который стоит неподвижно…) Сириус подпевал себе под нос, как будто очень сильно сосредоточился на деле. Римус вошёл внутрь и увидел, что тот сидит на полу перед байком, скрестив ноги, с палочкой за ухом и гаечным ключом в руке. В гараже было подозрительно тепло для зимы, но Римус не видел, куда Сириус наложил согревающие чары. Возможно, на сам пол. — Привет, — подал он голос. Сириус с удивлением поднял голову. — Привет, что ты тут делаешь? — Марлин ушла, — пожал плечами Римус. — Подумал заскочить вниз и посмотреть, чем ты тут занят. — Всё как всегда. Просто вожусь с байком, — ответил Сириус. — О, понятно. — Сядь ненадолго, если хочешь. Я почти закончил, — Сириус указал рукой на стул в углу гаража. — Только если я тебе не помешаю. — Не говори ерунды, — Сириус сверкнул улыбкой, и Римус сел на стул. Какое-то время он заворожённо наблюдал, как Сириус работает. Римус ни черта не знал о механике — магловской или волшебной — и из-за этого безумно гордился, что Сириус всё это умел. Ему нравилось это чувство. — Как ты? — спросил он, думая о разговоре с Марлин. — А? Нормально, — Сириус не поднял взгляд, теперь он возился с мотором, зажав палочку в зубах. — Нет, я имею в виду на самом деле, — надавил Римус. — Ты в порядке? Просто в целом? Мне кажется, я не так много спрашивал в последнее время. Сириус посмотрел на него и опустил палочку на пол. — Я в порядке, Римус, — сказал он. — Не беспокойся. — Но я люблю беспокоиться, — Римус показал ему язык. Сириус фыркнул со смехом и вернулся к своей работе. — А ты как? — спросил он. — Хорошо, — кивнул Римус, но потом передумал. — Ну, ты знаешь. Настолько хорошо, насколько это сейчас возможно. — М-м. Хочешь заказать что-нибудь на ужин? Я не хочу готовить. — Да, ладно, — согласился Римус. Потом он молча ждал. Слева от себя он увидел несколько коробок. Все вещи Сириуса были упакованы в большой чемодан из красного дерева с пятнами гари на месте выжженного им герба семьи Блэк. Но коробки рядом с Римусом были сделаны из простого картона и склеены обычным коричневым магловским скотчем. — А это что такое? — спросил он, пытаясь отодрать скотч. Сириус поднял взгляд, вытирая руки старым кухонным полотенцем. — О… это коробки от Гетина. — Что? — Римус поднялся на ноги, чтобы посмотреть получше. Сириус закусил губу, как будто нервничал. — Я знаю, что ты сказал избавиться от всего, что тебе оставила твоя мама, но… ну, ты был не в том состоянии после похорон, чтобы говорить об этом, и я не мог вынести мысль, что ты потом можешь пожалеть об этом. Так что мы с Джеймсом забрали их и оставили здесь. — Поверить не могу, — в шоке сказал Римус. Сириус поспешно поднялся. — Лунатик, прости меня, я не хотел держать это в секрете или ещё что, клянусь! Просто после смерти твоей мамы началась одна катастрофа за другой, так что это как-то вылетело у меня из головы… И ты всё ещё можешь избавиться от них, если захочешь, я в них не заглядывал! — Сириус, — Римус с улыбкой покачал головой, — я хочу сказать, что поверить в это не могу. Ты просто потрясающий. Спасибо тебе. — О, — Сириус тоже улыбнулся и смущённо почесал себя за ухом. — Это хорошо. Потому что у вас с ней было так мало времени, я подумал, что ты захочешь оставить что-то, чтобы вспоминать о ней. Хочешь посмотреть сейчас? Римус подумал об этом. Покачал головой. — Пока что нет. Может быть, в дождливый день. Он помог Сириусу собрать все вещи, и они поднялись в квартиру, по дороге остановившись в забегаловке неподалёку. Сириусу нравились пирожки с курицей и грибами, Римус предпочитал пирожки с говядиной и луком. Он понёс бумажный пакет сам как истинный джентльмен. — Серьёзно, — сказал он, когда они поднимались по ступеням наверх, — спасибо тебе огромное за коробки. Я уже совсем про них забыл. — Ничего, — пожал плечами Сириус. — Я знаю, что если бы у меня осталось что-нибудь от Рега… — он резко оборвал себя. Римус не знал, что сказать, так что продолжил молчать, пока Сириус открывал дверь и заходил в квартиру, включая по пути свет и жалуясь: — Чёрт возьми, Лунатик, тут просто тундра! — Прости! — обычно ему всегда было жарко, даже зимой, поэтому он не включал обогрев, если оставался в квартире один. Теперь он чувствовал себя очень глупо, вспомнив, что Марлин даже не сняла перчатки, пока сидела, а ему не пришло в голову поинтересоваться почему. Сириус разжёг камин, Римус пошёл достать тарелки к ужину. Они сели на диван плечом к плечу и принялись слушать новый альбом группы The Police, который Андромеда прислала Сириусу на день рождения. Когда они доели, Сириус положил голову на плечо Римуса и закрыл глаза, устраиваясь поудобнее. Римус отправил тарелки на кухню и поднял руку, чтобы Сириус залез под неё. В тепле, сытый и расслабленный, он мог бы уснуть просто вот так. — Как Марлс? — пробормотал Сириус через какое-то время. — Да хорошо. Немного раскисла. — Раскисла? — Ей просто тяжело даётся война, — Римус почувствовал бабочек у себя в животе, но всё равно храбро продолжил: — Мне кажется, нам всем тяжело, да? Сириус немного помолчал, и Римус не мог видеть его лицо, лишь макушку, но всё равно знал, что Сириус думает. Наконец, тот прошептал: — Да. Нам всем тяжело. *** Пятница, 21-е декабря, 1979 год. Это был не то чтобы прорыв — они всё равно не начали разговаривать о войне больше самого необходимого — но в то же время было приятно. И пусть признаться в том, что им обоим тяжело, ощущалось почти как катарсис, они всё равно не могли ничего сделать, чтобы что-то исправить. Люди продолжали умирать, Пожиратели смерти становились сильнее, Сириус и Джеймс по-прежнему были супергероями. С приближением Рождества никто не чувствовал себя счастливее. Они не будут в этом году проводить праздник у Поттеров — в начале декабря родители Джеймса попали в Святой Мунго. Они подхватили драконью оспу, которая была настолько заразной, что даже просто навестить их было миссией. Когда Сириус услышал об их диагнозе, он заперся в ванной на два часа. Римус провёл небольшое исследование, чтобы понять, почему — оказалось, пожилые люди редко выживали после этого заболевания. Поэтому у них появилась ещё одна тема, которую они никогда не обсуждали. Джеймс теперь практически жил в больнице, когда не требовался на встречах с Грюмом или на задании. Лили сказала Римусу, что ему пришлось взять на себя много работы Флимонта, и что он не спал до самого рассвета каждую ночь, работая в кабинете своего отца. — Хотела бы я ему помочь, — убито сказала она. — Он ещё не готов потерять их, это слишком жестоко. Римус был с ней согласен. Что это за мир, в котором такие люди как Волдеморт и Сивый живут, а мистер и миссис Поттер умирают? Римус даже не осознавал, насколько всё стало плохо, до позднего декабря, когда в их квартире раздался неожиданный телефонный звонок. Сириуса не было дома — их с Джеймсом отправили в Вест Корк, чтобы проверить донесения о ритуалах с использованием чёрной магии, предположительно проводившихся в том месте. Римус весь день провёл один, пытаясь отвлечь себя чем угодно, пока каждая минута без новостей медленно проползала мимо. Сириус оставил ему своё компактное зеркало на случай, если что-то случится, и Римус пялился в него вот уже целый час. Когда зазвонил телефон, он вздрогнул и подскочил, чтобы поднять трубку. — Да?! — по логике вещей он понимал, что это не могли быть плохие новости — волшебники никогда не пользовались телефонами, если у них был выбор — но его голос всё равно дрожал. — Алё! — раздался громкий голос — он был таким радостным, что Римус сразу понял, что он не знает этого человека. Наверное, просто ошиблись номером. — Здравствуйте? — нахмурился он. — Простите, мне кажется, вы… — Ри-и-и-и-и-и-мус! — пропел Грант в телефон. Он звучал так пьяно, и на фоне было очень шумно. — Приходи в Сойерс Армс! — Где это? — В Блумсбери! Дава-а-а-а-ай! Мы тут празднуем! — Празднуете? Что? С кем? — С моими корешами! У Римуса упало сердце. — …Ладно, дай мне час. — Йу-ху-у-у-у-у! — Грант бросил трубку. Римус поднялся, чтобы пойти переодеться. Он не хотел никуда идти. Не туда, где были маглы. Не туда, где были люди, но Грант был определённо пьян, и в последний раз, когда Римус видел его пьяным, ему нужна была помощь. Он звучал довольно бодро по телефону, но Римус просто хотел убедиться. И, кроме того, ему нужно было отвлечься; он не мог рассиживать в этой квартире весь вечер. Он запихнул зеркало в карман своих джинсов, натянул свитер, затем пальто и шарф и вышел на холодные зимние улицы Лондона. Он добрался на метро до Холборна; в этом районе было слишком много уличных музыкантов, поющих рождественские песни, чтобы ему можно было безопасно телепортироваться, да и хотелось потратить на дорогу убедительное количество времени. Сойерс Армс оказался настоящим пабом для стариков: толстый красно-жёлтый ковёр, матовые стеклянные окна, тусклые медные светильники. Внутри полно сигаретного дыма, но Римус выловил Гранта без особых проблем — тот сидел за большим столом в углу, окружённый компанией молодых людей, которые выглядели его ровесниками. Римус понял, что это студенты. — Ри-и-и-и-и-и-му-у-с-с-с! — воскликнул Грант, поднимая обе руки в приветствии, когда Римус зашёл в паб. — Ты пришё-о-о-о-ол! — Прости, что так поздно, — смущённо сказал Римус. Люди, сидящие за столом Гранта, выглядели довольно дружелюбно, но всё равно оставались незнакомцами. — Пацаны, — громко и несвязно начал Грант, обращаясь к группе, в которой были и парни, и девушки, — это Римус-с-с-с-с, мой самый старый друг. Он даже ходил в частную мажорскую школу и всё тако-о-о-о-ое. Суперумный. Римус неловко помахал всем рукой и затем повернулся к Гранту: — Вижу, вы тут веселитесь. — Вот это точно! На, возьми себе пива, — он толкнул ему бокал пива по столу и сделал это слишком быстро, разливая на поверхность немного алкоголя. Римус дёрнулся вперёд, чтобы схватить бокал, прежде чем он успел слететь с края стола. — Спасибо, — он приподнял бокал и отпил немного. Ах. Он уже давненько не бывал в пабе. Лагер зашёл очень даже мягко. — Мы празднуем! — объявил Грант, сверкая улыбкой. — Конец экзаменов как никак! — О, поздравляю, — улыбнулся Римус, придвигая стул и усаживаясь с края стола. — Что вы все изучаете? Они начали представляться — Римус никогда не смог бы запомнить их имена. Сьюзи училась на бухгалтера — она была маленькой худенькой девчонкой в огромных круглых очках и с прыщом на кончике носа. Раджеш хотел пойти на инженера в Королевский колледж, но сначала ему нужно было получить результаты по математике. Тим — высокий крепкий парень в спортивной футболке — изучал социальные науки. Мартин была девушкой Тима и училась на медсестру. Они все были изрядно подвыпившими, но Грант пьянее всех. Римус представился так хорошо, как только мог — он сказал им, что изучал древние языки, потому что, между прочим, был очень хорош в рунах, и ему редко выпадала возможность этим похвастаться. Ему не стоило беспокоиться за Гранта — его новые друзья были прямой противоположностью тех ребят, с которыми он водился пару лет назад. И алкоголь тоже не переставал появляться перед ними. Римус пытался вести себя вежливо и отказывался пить за чужой счёт, но всё было бесполезно — все были в рождественском настроении. Три бокала пива, и Римус тоже его поймал. Музыка в пабе чередовалась между группами Slade, Wizard, Клиффом Ричардсом и Шейкин Стивенсом. Со светильников на стенах свисала мишура, и даже бармены нацепили праздничные колпаки. Римус уже практически забыл о том, какой сейчас был сезон года — у них больше не было времени для подобного веселья. Где-то в половину восьмого он услышал голос у себя из кармана и поспешил в туалет, чтобы проверить зеркало. Это был Сириус. — Всё хорошо, — он был очень растрёпанным, лицо в каких-то чёрных пятнах. — Правда, мы оба уделались в пепле — не спрашивай — так что я помоюсь у Сохатого, потом поем чего-нибудь — не жди скоро. — Главное, чтобы вы были в порядке! — искренне сказал Римус. — Да, мы в порядке, — серьёзно кивнул Сириус. И затем нахмурился, приглядываясь к Римусу в зеркало. — А ты где? Дома? — В пабе, — виновато ответил Римус. — С Мэри? — Нет, с… эм-м. С Грантом. Он празднует окончание экзаменов. — О, празднуете, — лицо Сириуса закаменело. — Меня просто пригласили, вот и всё, — сказал Римус. — Я сходил с ума один в квартире. — Ладно, Лунатик, — Сириус как-то странно на него посмотрел. — Развлекайся. — Я могу прийти к Сохатому, если хо… — начал Римус, но лицо Сириуса уже пропало. Римус вышел из туалета и заказал выпивки на всех. У него не было денег, так что он наложил чары на какую-то упаковку, которую нашёл в кармане, и бармен решил, что это была двадцатифунтовая купюра — и даже дал Римусу сдачу. Если Сириусу можно остаться у Джеймса, нормально поужинать и не торопиться домой, Римус не понимал, почему ему нельзя нажраться как следует в пабе с кучкой маглов. Они остались ещё на несколько часов, разговаривая о телевидении, музыке, одежде, фильмах и ещё сотне других обыденных магловских вещей. В итоге один за другим все попрощались и ушли. Сьюзи последней поднялась со своего места. Она прошептала Римусу: — Ты проследишь, чтобы он нормально добрался домой? — кивнув в сторону Гранта, который упал под стол в поисках своего проездного и теперь сидел на полу и хихикал сам с собой. — Да, без проблем, — кивнул Римус, чувствуя себя в довольно-таки хихикательном настроении. — Счастливого Рождества, Римус, было очень приятно с тобой познакомиться, — улыбнулась она, надевая своё пальто. — Да, мне тоже. Когда она ушла, Римус допил остатки своего пива и решил, что пора закругляться. — Эй, ты, — он легонько пнул Гранта под столом, — вылезай, пора идти домой. — Не-а, давай ещё посидим! — Сколько ты выпил? — спросил Римус, уперев руки в бока. Он чувствовал себя довольно пьяным, а Римус лучше других переносил алкоголь. — Чуть-чуть, — ответил Грант, подбирая себя с пола и в процессе шатая весь стол. Римус взял его за локоть, чтобы помочь восстановить равновесие, и потащил в сторону дверей. — Где ты теперь живёшь? — Ты знаешь, где, — икнул Грант. — В Брайтоне. — В Брайтоне?! — Ага. Да всё нормально, просто посади меня на последний поезд. — Нет, — сказал Римус. — Тебя арестуют, чего доброго. Давай, пойдём, упадёшь на мой диван. — О-о-о-о-оу, — ухмыльнулся Грант. Они вместе шатаясь зашли в метро, эскалатор на станции Лестер-сквер был уже выключен, им пришлось забираться на своих двоих, и к тому времени, как они достигли уровня земли, оба совершенно выдохлись. — Мне нужна сигарета, — охнул Римус, хлопая себя по карманам в поисках портсигара. Его пальцы скользнули по зеркалу, и он почувствовал укол ужаса, когда подумал, вернулся ли Сириус уже домой. Не то чтобы здесь происходило что-то неприемлемое — он просто не хотел начинать ссору, которая только-только начала закипать в нём. Отчаявшись найти сигарету, он повёл Гранта в сторону китайского района. Улицы были ещё довольно людными, из местных баров и грязных забегаловок лился свет и слышался смех. — Чо думаешь о Тиме? — пролепетал Грант, тяжело прислонившись к плечу Римуса. — Думаешь, у меня есть с ним шанс? — Я думал, он встречается с Мартин? — Пф-ф-ф-ф. — Он, эм-м… очень высокий? — И`що сильный, — решительно сказал Грант. — Мне нравятся сильные парни. Поэтому я сразу понял, что у нас с тобой ничего не получится. — Эй! — возмутился Римус. — Я сильнее, чем выгляжу! Грант шутливо нахмурился на него, и Римус был достаточно пьян, чтобы воспринять этот взгляд как вызов его мужественности. Он редко демонстрировал свою мужскую браваду, но, наверное, повлияло пиво. Действуя быстро и практически не думая, он наклонился и схватил Гранта за ноги, затем поднял его в воздух и положил себе на плечо. Грант орал и смеялся, пока Римус бежал с ним хорошие несколько ярдов. — Опусти меня! — визжал он. — Ты доказал, что хотел, ты очень сильный! — Это всё, что я хотел услышать, — ухмыльнулся Римус, остановившись, чтобы аккуратно поставить Гранта на место. Шатаясь, Грант схватил Римуса за плечи для равновесия, задыхаясь от смеха и улыбаясь как сумасшедший. — О-о-о-о-о, а что тут у нас такое? — из-за их спин раздался противный ехидный голос. Грант задеревенел и выпрямил спину; он посмотрел вперёд и сразу опустил голову, пытаясь проигнорировать надвигающуюся опасность, но Римус был немного пьян и не смог не обернуться. К ним приближались трое мужчин, из-за неисправных фонарей их лица были скрыты в тени обступивших высоких зданий, но язык их тел трудно было прочитать неправильно: ссутуленные плечи, сжатые в кулаки руки и развязная походка. Мужская бравада. — Не обращай на них внимания, — выдохнул Грант, едва двигая губами. — Давай, пойдём, быстро. Но Римус никогда не умел убегать от надвигающейся угрозы. — Чем могу помочь? Мужчины злобно прыснули, не прекращая надвигаться на них. Один из них бросил другому, как будто Грант и Римус были глухими — или просто не стоили того, чтобы обращаться к ним: — Похоже, у нас тут парочка пидоров, парочка грязных заднеприводных, которые вышли на поиски неприятностей. — Если они ищут неприятностей, — ответил второй, — то я знаю, где они могут их найти, — он сжал ладонью кулак второй руки, как будто в демонстрации своих слов. — Римус… — шикнул Грант, принимаясь тянуть его за рукав. — Пойдём! Римус проигнорировал его. Он повернулся лицом к трём мужикам и поднял подбородок. Используя свой самый вежливый голос ученика частной школы, он сказал: — Идите мимо, джентльмены, пока я не сделал что-нибудь, о чём вы пожалеете. Мужики разразились смехом и решили не идти мимо. Римус был этому рад. Уголки его губ приподнялись, он изменил позу, расставил ноги и уставился на них сверху вниз. С едва заметным поворотом его запястья они застыли на месте. Им потребовалась секунда, чтобы осознать произошедшее, их бестолковые лица теперь были видны в красном свете неонового знака «SEXXX», сиявшего над витриной рядом с ними. Уставившись друг на друга, они попытались двинуть ногами, но оказались приморожены к одному месту, как будто ступили в жидкий бетон. — Какого хуя?! — со злостью буркнул один из них. — Не бойтесь, мальчики, — ухмыльнулся Римус, наслаждаясь происходящим. — Я не кусаюсь. Иногда. — Я тебя в кашу превращу, ты, педик! — закричал один из них. — Я из тебя всё дерьмо выбью! Эти слова натолкнули Римуса на великолепную идею. Он быстро щёлкнул пальцами, глядя на их лица, которые вдруг прострелило выражением чистейшего ужаса, и Римус почуял запах за секунды до того, как джинсы парней начали заметно темнеть. — Бедняжки, — засмеялся Римус. Даже Грант перестал тянуть его за рукав и уставился на них не веря глазам своим. — Вы, что, обоссались?! Трое униженных парней принялись выкрикивать оскорбления — каждое новое хуже предыдущего, но это не имело значения. Римус и Грант практически умирали от истеричного смеха. — Давай, — сказал Римус, обнимая Гранта за плечи. — Пора идти. Он не отпустил мужчин, пока они с Грантом не оказались двумя улицами дальше и не заперлись в квартире. Это было невероятно рискованно — колдовать на людной улице в центральном Лондоне, перед маглами. Но Римус не мог заставить себя чувствовать вину: он был просто в восторге. Похоже, Грант даже не понял, что произошло — он был довольно пьян и, по большому счёту, просто был рад оказаться в безопасности, так что Римус решил, что ему это сошло с рук. Вернувшись в квартиру, он открыл бутылку виски, чтобы выпить за свой собственный успех — и это было встречено горячим одобрением со стороны Гранта. Сириус ещё не вернулся, и Римус тоже решил не волноваться из-за этого. Скорее всего, тот решил остаться у Поттеров на всю ночь. Римус раздобыл пару одеял и подушек, чтобы сделать на диване спальное место для Гранта, и затем они ещё несколько часов сидели пили, курили и смеялись. Время начало деформироваться: растягиваться и искривляться — по мере опьянения Римуса. Наверное, было уже часа два ночи, когда они допили бутылку. Римус провёл пальцами по дну своего бокала и облизнул их. — Уф-ф, — застонал Грант с дивана. — Надо кончать бухать. Это моё обещание на новый год. — Ха, — усмехнулся Римус, расслабляясь в кресле и принимаясь скручивать сигарету. — Римус-с-с? — пьяно спросил Грант, свесив голову с подлокотника дивана. Его светлые кудри упали с перевёрнутого лица. — Да? — промямлил Римус в ответ. — Можно у тебя кое-чо спросить? — Да. — У тебя есть план? — План? — непонимающе нахмурился Римус, смутно воспринимая происходящее. — Ну, знаешь, что ты будешь делать со своей жизнью. — О, — Римус почесал затылок, его рука была медленной и тяжёлой. — Не знаю. А ты? — Не знаю, — вздохнул Грант. — Я думал об этом. Может, я хочу найти девчонку или типа того. Жениться. — Жениться?! — задохнулся Римус. — Боже, вот это ты нажрался. — Это может быть не так уж ужасно! — принялся защищаться Грант. — Я не против проводить время с девчонками. Они могут быть прикольными. — Да, но… ну, знаешь, если ты женишься, то тебе придётся… — Римус сделал деликатный жест рукой. Грант фыркнул на это. — Может, она не будет хотеть часто этим заниматься. Да и вообще, может, мне это даже понравится. Я же никогда не пробовал, ха? Римус задумчиво зажал сигарету между зубов. — Я пробовал однажды. — О, да? — Грант с интересом сел прямо. — И? — Ничего так, — пожал он плечами, закуривая. — Не могу много об этом сказать, честно говоря. По большему счёту, просто неловко. Но мы до сих пор друзья и всё такое. — Значит, всё не так уж плохо, — вздохнул Грант, снова откидываясь назад. Он выглядел грустным, и Римус хотел бы знать, как его подбодрить. Грант протянул руку к Римусу, который лишь вздохнул и передал ему только что зажжённую сигарету. И начал скручивать ещё одну. Грант тоже вздохнул, запрокидывая голову назад и выдыхая струи дыма в потолок. — Они просто всегда подводят меня, вот и всё. Парни. — Не всегда, — сказал Римус, ему не нравился меланхоличный поворот их разговора. — Да, — печально ответил Грант, подняв глаза и встретив взгляд Римуса. — Да, я думаю, ты никогда меня не подводил. Римус почувствовал трепет тёплого удовольствия от этих слов — хотя, может быть, всё дело было в алкоголе. Грант продолжал пристально смотреть на него, теперь он даже начал немного улыбаться. Между ними что-то промелькнуло. Совсем мимолётно, но всё же что-то. Дверь открылась, и в квартиру вошёл Сириус, принося с собой прохладный зимний воздух. Он встал как вкопанный, когда увидел Гранта, который быстро сел прямо. — …Привет, — сказал Сириус, осторожно переводя взгляд с Гранта на Римуса. Римус никогда не приводил гостей — что уж говорить о маглах. — Здоров, друг! — Грант быстро поднялся и протянул руку через кофейный столик с пустой бутылкой из-под виски на нём. Сириус вежливо ответил на рукопожатие. — Грант отмечает окончание экзаменов, — объяснил Римус, чувствуя себя виноватым, но не понимая, почему. — О, поздравляю, — кивнул Сириус сдержанно. — Спасибо! — улыбнулся Грант. — Выпьешь с нами? О чёрт, мы всё допили… — Ничего, — Сириус сложил руки на груди и выгнул бровь, принимая облик скучающего аристократа. — Я иду спать. Он даже не посмотрел на Римуса, просто пересёк гостиную и ушёл в спальню. — У тебя из-за меня будут проблемы? — прошептал Грант. Римус покачал головой. — Он просто устал. Я лучше… — О, да, конечно. Я всё равно вырубаюсь — спасибо ещё раз, что разрешил мне остаться. — В любое время, — улыбнулся Римус, действительно имея это в виду. — Спасибо, что пригласил меня выпить. Мне действительно было это нужно, — он похлопал Гранта по плечу и пошёл в спальню. Сириус переодевался ко сну. Он проигнорировал Римуса, который тихо закрыл за собой дверь и присел на край кровати. — Как прошла миссия? — тихо спросил он. — Джеймс… — Магл в квартире, Римус?! — рявкнул Сириус. — Ты хоть вообще думаешь об опасности?! — Какой опасности?! — не понимая, нахмурился Римус. — Война в самом разгаре! Это место должно быть убежищем, оно должно быть заперто крепче, чем Гринготтс! — Забавно, — ровно ответил Римус. — А я-то думал, что оно должно быть нашим домом. Сириус не ответил, лишь зыркнул на него с негодованием, завязывая шнурки на своих пижамных штанах. Римус потёр шею и тяжело вздохнул. — Слушай, он живёт в Брайтоне; я не мог просто бросить его на вокзале, он же на ногах не стоит, — попытался объяснить Римус. — И решением стало нажраться ещё больше? — воскликнул Сириус. — Соноро Кваесис, — сказал Римус, наложив на спальню заглушающие чары — это первый раз после Хогвартса, когда они ему понадобились. — Если ты хочешь поругаться, — начал он, раскидывая руки в приглашающем жесте, — то вперёд, я более чем счастлив тебе ответить. — Я не хочу ругаться, я хочу спать, — ответил Сириус. — Ладно, как знаешь, — пожал плечами Римус. Он стянул свой свитер вместе с футболкой и тоже начал готовиться ко сну. Сириус забрался под одеяло и принялся прожигать его взглядом, до сих пор хмурясь. Он определённо хотел поругаться. — Я не могу поверить, что ты просто пошёл и нажрался. — Сейчас Рождество, — пробормотал Римус. — Уж прости, если я захотел выжать хоть немного радости из этого праздника. — Ты просто не мог подождать, да? В ту же секунду, как я ушёл из дома, тебе просто надо было пойти и… — Ты всегда уходишь! Я, что, должен торчать тут и сходить с ума от беспокойства всю ночь?! Я всё ещё продолжаю существовать, когда ты уходишь из дома, к твоему сведению. Мне всё ещё нужно иногда разговаривать с людьми. — Ха! — фыркнул Сириус. — Теперь ты вдруг хочешь посекретничать с кем-то ни с того ни с сего? Вот это новости. — Пошёл на хуй! — закричал Римус изо всех сил. — Пошёл на хуй к своему маглу! Это же очевидно, зачем он здесь! — закричал Сириус в ответ. Римус вздрогнул, как будто его ударили. Он уставился на Сириуса и увидел обиду в его глазах. Неужели всё дело было просто в старой, скучной, заурядной ревности? Римус заставил себя расслабиться, опустить плечи и разжать челюсть. Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох. — Грант сейчас на диване, потому что он мой друг, и я не хотел, чтобы с ним что-то случилось, — очень ровно сказал он. — А я здесь с тобой, потому что нет больше никого другого, с кем я хочу находиться вместе в одной комнате. Даже если ты ведёшь себя как последний кретин. Сириус поджал губы, затем расслабился. Он выглядел так, будто очень сильно хотел продолжить спорить, но ему нечего было сказать. В конце концов, он просто лёг на спину, сложил руки на груди и сказал в потолок: — Сам ты последний кретин. Римус засмеялся, закончив переодеваться, и забрался на кровать рядом с Сириусом. — Я твой последний кретин, — он взялся за край одеяла и стянул его вниз с тела Сириуса. Сириус позволил ему, наблюдая за Римусом, который начал развязывать шнурок на его пижамных штанах. После этого он стянул их вниз и облизнул губы. — Дай мне загладить свою вину? Сириус закусил губу, кивнул и выгнул спину, и после этого они ещё долго не говорили. Утром Гранта уже не было в квартире.