Обними меня

Этот тончайший аромат парфюма с нотками цитрусов каждый раз будоражит подсознание Усаги. Ещё крепче прижимается к Мамору, уткнувшись носом ему в плечо. В такие моменты ей кажется, будто во всём мире кроме них двоих никого больше нет. Но уединённую идиллию разрушает спешащий по делам мужчина в донельзя нелепом жёлтом пальто. Усаги обиженно прикусила нижнюю губу. — Кто-то не успел вовремя закупиться подарками, но в отличие от этого джентльмена нам не хватает только продуктов. — Он смеётся и притягивает к себе Угаси. Некоторое время они стоят, обнявшись, чуть ли не на середине тротуара. Ранее им только и снилось, как проводят свободное время вместе, никто не угрожает им. Теперь же сны стали реальностью, чему в первое время сильно удивлялись и не верили. Настала пора спокойной и размеренной жизни. Можно дышать полной грудью и знать, что любящий человек здесь, рядом с тобой. — Молодые люди, будьте так любезны, уступите дорогу, — послышался голос стоявшей позади них пожилой женщины. — Да, конечно, проходите. — Мамору сделал шаг вправо и потянул за собой Усаги. — Такими темпами мы ничего не успеем купить к праздничному столу, пойдём. Усаги вновь нахмурилась, в данную минуту она отдала бы всё, чтобы продлить эти сладкие минуты нахождения в объятиях Мамору. Пять лет спокойной жизни для какого-то покажется обыденностью, но для этой девчушки, коей до сих пор считал её любящий рыцарь, были чем-то сакральным. Украдкой, чтобы никто не знал, старательно выводила в своём маленьком пушистом блокноте с кроликами (подарок же!) слова благодарности за очередной тихий день. Её маленький ритуал, о котором никто не знал и не должен никогда узнать. Усаги и сама уже не помнила, при каких обстоятельствах начала вести записи. — О чём задумалась? — Ни о чём. В магазине не протолкнуться: люди наперевес с корзинками сметали всё со своего пути, чей-то ребёнок жалостно требовал шоколадку. — Да уж, — медленно протянул Чиба, — мы отсюда до вечера не выберемся. Сделаем так. Поделим список пополам, так будет проще лавировать между толпой. Как всё найдём, встречаемся около стеллажа со сладостями. — И почему именно со сладостями? — Таким образом я смогу тебя найти, иначе ты потеряешься. Усаги недовольно хмыкнула, готовая разразиться бурной тирадой, но не успела. Мамору чмокнул её в лоб. — Иди, скоро встретимся. Любой конфликт всегда решался в короткий срок. Мамору ловко удавалось сглаживать острые конфликты. В самом начале их отношений часто впадал в ступор, когда безобидные, на его взгляд, слова так сильно задевали хрупкую душевную организацию Усаги. Даже безобидная шутка воспринималась в штыки, Чиба автоматически заносился в список предателей. Усаги ловко маневрировала среди толпы и уверенно сгребала продукты строго по отведённому списку, который они так старательно писали накануне. Тем же вечером накидали список основных блюд, предварительно успев поругаться и стремительно помириться. Щёки пылали лишь об одном упоминании о вчерашнем вечере. Тряхнув головой, чтобы отвлечься от ненужных мыслей, она покатила тележку дальше. Оставалось не так много продуктов из списка, необходимых для праздничного стола. Тележка медленно ехала вперёд под управлением Усаги, внимательно изучавшей полки на наличие необходимых продуктов. В какой-то миг перестала следить за тем, чтобы не врезаться в кого-нибудь. Увы, столкновения не удалось избежать: врезалась в чью-то тележку. В спешке кинула только что взятый продукт в тележку и только после этого устремила свой хмурый взгляд на возникшее перед ней «препятствие». Тотчас изменилась в лице, лёгкая усмешка коснулась её губ. — Мамору? — А ты кого-то другого ожидала увидеть? — Он рассмеялся. — Надеюсь, ты всё купила и мы могли бы пройти на кассу? Вместо ответа короткий кивок головы. В этот день она не сильно была настроена на разговоры. Они медленно покатили свои тележки в сторону кассы. Им нещадно повезло: человек, стоявший перед ними, уже оплачивал свои покупки. Не придётся стоять в очереди и считать минуты. От момента пробивания товара до оплаты прошло не больше десяти минут. У каждого в руках по два пакета. Уса, конечно, несла те, что полегче. На улице уже заметно потемнело, мелкий снег падал так легко и плавно. Мамору что-то говорил всю дорогу, но она не вслушивалась, смотрела по сторонам и грустно улыбалась. Усаги будто бы находилась не здесь, уж явно где-то в другом месте. О чём-то своём думала, по этой причине не смотрела себе под ноги и спотыкнулась. Пакет с фруктами порвался и всё содержимое покатилось по тротуару. Красные яблоки в лунном свете сверкали и быстро-быстро катились. — Ты не ушиблась? — Мамору подскочил к Усаги, поставил пакеты на асфальт и помог ей встать. — Всё в порядке. — В уголках глаз сверкали подступавшие слёзы, но голос совсем не дрожал. Пустяковые синяки, раньше бывало и хуже. Разодранные колени, большие синюшные синяки по всему телу и нещадное количество шрамов. — Нужно скорее собирать яблоки, иначе нечего будет ставить на стол. Усаги активно стала собирать разбросанные яблоки во второй целый пакет. Чиба не сразу сообразил, что произошло и тоже принялся помогать ей. — Ну вот, теперь можно идти. Она не ответила, молча вглядывалась в тёмное небо и наблюдала за тем, как от лёгкого ветерка снежинки крутились витиеватым образом. Лёгкая грусть завладела ею: то ли от досадного недоразумения, то ли от чего-то другого. — Мамо-чан, всё же хорошо? У нас всё будет хорошо? — Тихо прошептала Усаги. Чиба на миг удивился и не сразу сообразил, к чему она клонит. Аккуратно поставил на асфальт пакеты, чтобы те не упали и не рассыпались. Взял Усаги за холодную руку и крепко сжал её. — С чего вдруг такие вопросы, Уса? Конечно, я же здесь, мы вместе. У нас впереди целая жизнь. Всё плохое осталось позади, есть только ты и я. Ну и в перспективе непутёвая, но смышлёная дочурка. — На последних словах засмеялся и обнял Усаги. Уткнувшись ему в грудь, она попыталась незаметно смахнуть подступившие слёзы. Крепко сжимала мужскую спину своими тоненькими ручками. Значит, вся жизнь впереди.