Без тебя так холодно

***

(Повествование от первого лица)

Я проснулся от звука уведомления. Сквозь сон не мог понять, что происходит и почему вообще у меня включен звук. Потянулся за телефоном, протирая глаза. 09:17 Понял, что вчера так быстро уснул, что даже не успел поставить на беззвучку. Вспомнил, что было вчера. «Бляяяя….», — я схватился за голову. Ладно, надо просто не думать об этом. Мы все забыли. Ничего не произошло. И не происходит. Я огляделся. За окном хоть и пасмурно, но комната все равно неплохо освещалась. Я вытащил из шкафа первую попавшуюся футболку и побрел в душ. По пути заглянул в соседнюю комнату: кровать аккуратно заправлена, вещи и посуда убраны. Видимо, давно ушел. Куда? А какая мне до него разница? — Никакой. Спустя некоторое время, когда я уже полез в холодильник, на экране телефона высветился входящий: «Диман». — Да? — Привет, ты не спишь уже что-ли? , — Позов звучал слишком бодро для утра. — К счастью или сожалению, нет. — Отлично! Мы собрались выбраться погулять и может посидеть где-нибудь. Тут недалеко бар есть. Думаем туда потом пойти. Стас с Оксаной поехали с техникой разбираться на сцене. Там какие-то проблемы как обычно, что без них прям ничего не решается. Поэтому мы с Серёгой только. Вы с нами? — Я, да, — немного подумав ответил я, невольно делая акцент на себе. — Хорошо, тогда давайте через 10 минут у входа встречаемся. — Ладно, давай — Ага, давай Я раздраженно выдохнул и пошел одеваться. Надо вести себя естественно, непринужденно. У меня все нормально. — Так ведь? — спросил у отражения в зеркале. — Надеюсь…

***

На улице было не так уж и холодно, как казалось из окна. Погода, я бы сказал, никакая. Серое небо в пелене облаков, лёгкий ветер, сырость, голые серые деревья, улица, обернутая в плитку и асфальт. Как будто в Питере стою, ей богу. Не хватает только мостов и дворцов. Я уже докуривал сигарету, когда подошли Дима и Сережа. Они выглядели отдохнувшими. И, как я понял, были рады меня видеть. — А Арс где? — спросил Сережа, поздоровавшись. — Откуда я должен знать? — я старался сохранять спокойствие, но выходило пока не очень. «Очень непринужденно», — прозвучало в голове. — Нууу. Вы в одном номере живёте, нет? — Дима с Серёжей переглянулись, заметив мою раздраженность. — Я не знаю, где он. Хотите — напишите сами. — Ладно тебе, Тох, мы же просто спросили, — ответил Дима. Он не выглядел особо обеспокоенным. Ну может мы поругались, бывает. — Серёг, позвонишь Арсу? Мы двинулись. Дима стал рассказывать куда мы можем пойти, но после нескольких пунктов, стало понятно, что кроме парка, в котором я уже исследовал каждую тропинку, и главной площади мы никуда не сможем пойти. Поэтому мы направились на площадь. Дима что-то ещё рассказывал про вчерашний день, а я пытался расслышать хотя бы отголоски разговора отставшего от нас Серёжи. — А ты-то где в итоге? — Ну да, он с нами, а что? — А чего? Почему? Дима окликнул меня, вернув в разговор. — Выглядишь конечно не очень, но уже лучше, чем в пятницу, — Дима пытался подбодрить меня, видя мою отрешенность. — Спасибо, — с иронией ответил я. — Ну что там он? — поинтересовался Позов, когда Сережа догнал нас. — Говорит занят, — Матвиенко развел руками. — Я попытался узнать, но он не был настроен раскрывать свои планы, поэтому я не стал допытываться больше. — Премия мира «Самый скрытный человек года» достается Арсению Сергеевичу, — Дима стал изображать торжественную церемонию и пародировать Арса, «получившего» такую награду. На удивление получалось похоже, а главное — смешно. Спустя пару часов мы уже сфотографировались с, наверное, десятком людей и изрядно подмерзли, поэтому отправились в бар. К тому моменту, когда мы уже сидели за столиком, я отвлёкся от переживаний и даже не хотел выпить. Так казалось моим друзьям, и я был только этому рад. Мы заказали, что будем есть. Я взял кофе, парни решили, что не будут напиваться вдвоем и поддержали мой выбор. Мне же лучше: меньше соблазна выпить. Сейчас только не хватало разболтать все им. — Вот и Шаст повеселел, — рассмеялся Сережа после череды моих шуток. — А ты ещё хотел возвращаться. Сидел бы сейчас и тух в номере. — Это я притворяюсь, чтобы вы не расстраивались, что зря меня сюда затащили, — съязвил я. — Что с тобой? , — я обратил внимание на Диму, который активно что-то изображал. — Буэээ. Блииин, а что мы так рано встааали? Что так хооолодно? Почему тут нет ни одной мууусорки? Здесь что-ли не продают сигареееты? Когда уже можно будет пойтиии от сюда, — Дима делал недовольное лицо и говорил притворным голосом. Было не сложно понять, кого он передразнивает. — Ну ты как-то слишком культурно выражаешься, — смеялся Мотвиенко. Было и правда забавно, я старался сохранять невозмутимый вид, от чего публике становилось ещё смешнее. В конце концов, им удалось развеселить меня. Мы просидели в баре около двух или трёх часов, разговаривали о предстоящем концерте, о поклонниках, о девушках, о фильмах, о новостях: в общем как обычно — обо всем понемногу. Я как будто стал забываться. Неужели это так просто? — Что дальше, кто куда? — поинтересовался Серёга. — Я прочитал, что тут есть городская футбольная команда. Кстати, где-то даже слышал название. Хотел заехать купить их форму. Думаю, пока время есть, съезжу. — О, я с тобой тогда. Посмотрим, может расщедрюсь и тоже что-нибудь куплю, — подхватил Дима. Он всегда старался привезти домой какие-нибудь сувениры с гастролей. — Ну ладно, я тогда в отель поеду. В интернете полазить, найти там одну штуку надо. Да и выспаться бы не мешало, — скучающе протянул Сережа. Мы оплатили счёт и не торопясь отправились каждый по своим делам.

***

Долгая поездка в общественном транспорте, глухие районы, несколько выкуренных сигарет, сумерки — все это как будто специально сконцентрировалось в одном дне. Я был уже не в силах сопротивляться. Стоило на пять минут остаться одному, и вот, я уже опять тут. Стою на пороге своего сознания. Какой-то злобный человечек открывает маленькую дверцу и пропускает меня в паршивое утреннее состояние. Говорит: «С возвращением, друг мой». Я стоял перед дверью в номер и перебирал в руках ключи. С каждой минутой заставлял себя нервничать ещё сильнее. «Веду себя как будто мне тринадцать», — промелькнуло в голове. В грудной клетке опять мечется и болит этот тупой и бесполезный кусок мяса. Скулит и скулит. Скулит, как недобитая собака. Добить бы, да жалко. Живая же. Ах, ты, сволочь, хочешь завладеть моим сознанием? Не дам. Я не дам свой разум на растерзание стервятникам своей же души. Кому я вру. Давно уже отдал. С трудом вставил ключ в замок и повернул несколько раз. Дверь тихо отворилась. Никого. Свет не горел, ничем не пахло. На столе все также стояла чашка, которую я утром забыл помыть. Он до сих пор не пришел? Странно. Стянул обувь и, ещё не раздевшись, достал телефон. Зашёл в диалог. Напечатал: «Ты где? Все хорошо?» Перечитал. Ты где? Все хорошо? Нет. Стёр. Какая мне, собственно, разница? Ну гуляет человек и что? Он не ребенок, может о себе позаботиться сам. Смешно притворяться перед друзьями, а еще смешнее — перед собой. Я переоделся, попутно допил оставшийся холодный чай и упал на кровать. Долго сидел в Инстаграме. Зашёл в тикток. Каждое второе видео — эдиты с концертов. Наши проебы. Что черт возьми происходит? Я лежу и смотрю нарезки из видео, как меня трогает другой мужчина, и как я трогаю его. Да, все натуралы так делают. Заблокировал экран. За окном уже давно стемнело. Тучи кораблями плыли по черному, как дёготь, морю. Глаза болели от долгого и непрерывного пользования смартфоном. В груди до сих пор что-то противно билось. Как птица, которую против воли посадили в клетку. Эх, птица… Улетай поскорей. Ты мне уже надоела. Не бейся. Я долго тер глаза. Потом взъерошил волосы и сказал сам себе вслух, как будто таким образом я лучше пойму: — Надо попытаться уснуть. Завтра вставать ни свет ни заря. Поставил будильник. Потом ещё раз зашёл в диалог с ним. Да я просто маньяк, озабоченный маниакальной идеей. Таких нужно держать в изоляторе. Ах, да, у нас же нет полной изоляции друг от друга. Избегание это же не изоляция. Все. С завтрашнего дня мысли только о работе. Я откинулся на подушку и уснул беспокойным сном.