Дорогой длинною

      — Значит, от каменной реки направо по тропе и за шиханами? — переспросила Беллатрикс, кутаясь в шубу плотнее. — И что? Сразу мы увидим нужную гору?       — Всё верно. Если не будете сходить с тропы, то не потеряетесь, — отвечал ей старый волшебник — торговец газетами, — Только давно никто не видал этой ведьмы. И никто не ходит больше к ней. Насколько я знаю, торгует она только с одним создателем палочек, что живёт в Санкт-Петербурге. Приезжает он к ней раз в год. Много что порассказывал старый еврей. Опасные там места. Не жалует она гостей, сразу отдаёт приказ убивать всех и каждого, кто подойдет к её дворцу.       — Значит, она там не одна живёт?       Беллатрикс мельком глянула на Грейнджер, которая даже не пыталась вникнуть в смысл разговора. Она не без интереса рассматривала волшебные газеты и журналы, которыми торговал старик-волшебник.       Было раннее утро, и на вокзале городка Актас было пусто. Паровоз на этой станции высадил только их и ещё несколько магов с большими чемоданами, которые, судя по внешнему виду, были торговцами из столицы. Дальше с этой станции на волшебный поезд никто не сел. Гермиона и Беллатрикс решили узнать дорогу у единственного более менее бодрого газетчика, который оказался полезным.       — Не одна. Еврей этот, создатель палочек, обмолвился как-то в пьяном бреду в баре, что в подчинении у этой Хозяйки с три десятка обученных волшебников. Служат они ей верой и правдой. Каждому из них она когда-то помогла, спасла от чего-то. Ходят слухи, что многие неприкаянные волшебники нашли у неё кров. А она дала им дом, та ещё многих обучила волшебному мастерству. Вот кто-то да и остался с ней, защищают её владения.       — От чего или кого защищают? — Беллатрикс скептично осмотрела здание вокзала, где сейчас кроме них никого и не было.       — От пиратов, — усмехнулся мужчина и показал на одну из газет, где в заголовке было сказано, что в Москве недавно был обнаружен ещё один пират с поддельными и некачественными волшебными палочками. Под заголовком Беллатрикс увидела большую иллюстрацию, на которой была изображена, видимо, покупательница — волшебница вся испачканная сажею с взлохмаченными и выжженными волосами, она кричала и активно жестикулировала сломанной палочкой, показывая на лавку с обшарпанной вывеской.       — Пираты — это изготовители и продавцы некачественных волшебных палочек? — уточнила Беллатрикс и взяла в руки газету рассмотреть поближе изображение женщины.       — Они самые, — утвердительно кивнул газетчик и, оттянув краешек газеты, ткнул грязным пальцем в ещё несколько подобных заголовков, — последнее время их много развелось. Они, конечно, всегда были… В России всего пара семей занимается созданием палочек. У них несколько лавок по всей стране разбросано, но палочки их и так были дорогими, а в последние годы так вообще цены заломили такие, что уже мало, кто может их себе позволить. Вот и появляются разные мошенники, которые не владеют техникой изготовления палочек, но создают хорошие на первый взгляд подделки. Они на всё идут, чтобы заполучить самые дорогие материалы для своих изделий. Контролировать их деятельность не получается. Поэтому многие молодые волшебники-волонтёры, вернувшиеся после учёбы из-за рубежа, создают дружины по охране исчезающих видов всяких волшебных тварей и растений.       Беллатрикс отложила газету в сторону и, отвлёкшись на секунду, взяла с ближайшего стеллажа маленькую книжку-путеводитель по волшебным местам Южного Урала, внутри которого была и карта местности.       — Так значит, Хозяйку постоянно пытаются обворовать. Полагаю из-за змеиного малахита?       — Всё верно, барышня. Всё верно! — старый маг развернул карту-вкладыш в путеводителе и ткнул в изображение горы, которую ведьмы уже наблюдали на своей волшебной карте. — Это Безымянная гора. Но мы привыкли называть её Малахитовая. А это, — он ткнул рядом в иллюстрацию горы поменьше, — это Медная гора. Сюда вам как раз и нужно. Где-то рядом с этим местом и обитает Хозяйка эта. Возьмите путеводитель. С ним проще будет разобраться.       — Спасибо! — молвила Лестрейндж и убрала карту с книжкой в сумочку, вложив в руку старику один хрис.       — Ой. Вы что, барышня? Этого много, — он полез в карман на поиски мелочи для сдачи.       — Не стоит! — остановила она его и продолжила расспрос. — Так что же ей эти волонтёры не помогли обезопасить место? Зачем она всех убивает-то?       — Так это… Приходили, помогали. Некоторые из ребят остались жить у неё. Бережёт она свои малахиты, как зеницу ока. Еврей этот, создатель, сказал, что камушек сей не только для палочек можно использовать. Мощный камень… Она, говорит, зелья на их основе делает… Так ещё в её владениях есть источник воды живой, от того так долго и живёт. В общем, место — лакомый кусочек для всяких мошенников и пиратов. А она, судя по рассказам, дама нервная и уж очень злая. Так что… будьте осторожны!       Газетчик подмигнул Гермионе и ободряюще улыбнулся Беллатрикс.       Поблагодарив его за помощь, Лестрейндж укуталась потеплее в шубу и жестом дала понять своей спутнице идти за ней. Когда они покинули здание вокзала, то оказались на небольшой площади, в центре которой находился фонтан с огромной льдиной замёрзшей воды. От площади лучами в разные стороны отходили улочки, которые потихоньку оживали. Тут и там открывались магазинчики, недалеко от площади в самом начале одной из улочек заработала пекарня. До них доносился приятный аромат свежеиспечённого хлеба. На улицах появились первые жители — волшебники, которые стремились закупиться свежей выпечкой и новыми выпусками газеты.       — Что ты узнала? — спросила Гермиона, с любопытством разглядывая городок.       — Что нам нужно быть осторожными, — тихо ответила Беллатрикс и пальцем показала на дорогу, ведущую куда-то в сторону от города к реке, — нам туда. Если верить нашим картам и рассказу торговца, то идти не так далеко. Но Хозяйка эта гостей не любит, и у неё там целая армия обученных магов.       — Я даже не удивлена, — буркнула Гермиона и натянула на себя капюшон, — тут холоднее.       На этих словах она достала палочку и ткнула ей в сторону Беллы, потом на себя — шуба внутри стала намного теплее, а падающий снег таял и с паром растворялся в воздухе быстрее, чем долетал до них.       — Ух ты! Вижу, Молли таки успела обучить тебя нескольким бытовым чарам, — Лестрейндж весело усмехнулась, но с явным блаженством расправила плечи от приятного ощущения тепла.       — Простого «спасибо» было бы достаточно, — передразнила её Гермиона и немного покраснела, — это не Молли. В самоучителе есть пара чисто русских заклинаний…       — Оу, — присвистнула её спутница и одобрительно улыбнулась, — это нужное заклинание. Надо будет запомнить. Идём!       Они двинулись в сторону реки, где от другого берега уходила в покрытые густым лесом горы заснеженная тропа. Трансгрессировав, ведьмы осмотрелись, сверились с картами и двинулись по дорожке к горам.       Эти места отличались от того леса, который они посетили в Колхиде. Горы тут были не такими высокими и походили на горбатые холмы, а в цветах леса больше преобладало тёмно-голубых оттенков, в отличии от свинцового неба, где под тяжёлыми тучами и облаками еле-еле выделялся солнечный диск в виде неровной сероватой блямбы.       — Тут горы заменяют людям небеса, — мечтательно проговорила Гермиона, с восхищением разглядывая пушистые верхушки открывшихся перед глазами гряд.       — Да, — протянула в ответ Беллатрикс, но вместо уральских просторов она с улыбкой смотрела на Гермиону, которая вдруг отвлеклась и перевела взгляд на свою спутницу, поймав ту с поличным.       — Я думаю, мы можем трансгрессировать на ту голую вершину и оглядеться получше, — Гермиона решила не обращать внимание на изучающий взгляд Беллатрикс и, чуть покраснев, ткнула пальцем на один из холмов, откуда на самом деле мог открыться отличный обзор.       Беллатрикс ничего не ответила, она взялась за предложенную руку, и они с громким хлопком трансгрессировали в нужное место. Оттуда виднелась и цель их поисков — Медная и Безымянная горы, тропа, ведущая к ним. Сначала они хотели сразу трансгрессировать к подножьям нужных вершин, но потом передумали. Лес был слишком густым, тропа была неровной и извилистой, а горная гряда местами оголялась до острых скал. Трансгрессия была опасной, того гляди, обрушишься на какую-нибудь ель или нарвёшься на скалу.       Вернувшись на тропу, ведьмы отправились в путь, иногда применяя трансгрессию на хорошо видимых участках дороги. Когда они дошли до первого опознавательного знака в виде каменной реки, представлявшей собой вытянутое вдоль всего пологого холма равномерное нагромождение скалистых пород, то были приятно удивлены. Следующая метка — шиханы, была очень близко.       — Удивительно! Не так ли? — Беллатрикс с восторгом оглядела территорию. — Впечатляющее образование. И правда, будто река, только вместо воды — камни, покрытые снегом.       Она раскрыла карту, купленную у торговца, и ткнула волшебной палочкой в следующий опознавательный знак.       — А это шиханы. Похожи на каменный хребет. Нам туда.       Белла убрала карту и хотела было двинуться дальше, но вдруг остановилась и резко развернулась к Гермионе.       — Что такое? — Грейнджер испуганно огляделась, подумав, что спутница что-то заметила.       — Палочка наготове, Грейнджер! — строго молвила Беллатрикс. — Торговец сказал, что она и близко никого не подпускает, убивая всех подряд. Поэтому будь готова обороняться и… ни на шаг от меня!       Гермиона послушно кивнула, взялась за протянутую руку, и они снова трансгрессировали ближе к шиханам, откуда тропа уходила в лес и выше к горам.       Пройдя несколько сотен метров, они увидели две соседствующие одинокие сопки. Они были чуть выше остальной гряды и заметно выделялись среди лесистых вершин Уральских гор. Словно этих возвышенностей здесь и не должно было быть. Словно их сюда кто-то поставил. Лес тут был редким, а у подножья так его и вовсе не было, будто выжженное поле и прекрасное место для обстрела сверху.       Лестрейндж не успела обдумать план их дальнейших действий, как её спутница взволнованно заголосила:       — Это они, Беллатрикс. Две горы. Медная и Малахитовая. Нам туда!       На радостях Гермиона рванула вперёд, забыв обо всех предупреждениях. Рядом на одном из деревьев хрустнула ветка и наземь рухнул сугроб. Внутри у Беллатрикс всё сжалось. Инстинкт сработал быстро.       — Гермиона! — предупреждающе прокричала она и, кинувшись вперёд, повалила её в ближайший сугроб.       Над головами просвистело несколько заклинаний, сопровождавшихся чёрными искрами и тёмно-зелёными всполохами света.       Белла прижала своим телом спутницу к земле. Ошеломлённый взгляд карих глаз на мгновение встретился к испуганным взором чёрных, как ночь, очей. Над ними пролетело ещё несколько неизвестных ведьмам заклинаний, которые угодили в ближайшую ель. Дерево дрогнуло, надломилось и щедро осыпало снегом лежавших в сугробе женщин. Беллатрикс сильнее стиснула Гермиону и, прикрыв их головы, пульнула куда-то в сторону несколько заклинаний, выиграв, тем самым, момент для отступления. Она быстро поднялась и потянула за собой Грейнджер.       — Иди сюда! — захрипела она и остервенело бросила ещё пару заклинаний в разные стороны, а потом побежала в чащу, где деревьев было больше, а сугробы были выше.       Гермиона рванула следом. Мимо пролетело ещё несколько тёмно-зелёных лучей. Спрятавшись за деревьями, Лестрейндж прижала к себе Гермиону, попутно оглядывая её на наличие ран.       — Мерлин! Я была уверена, что тебя задело! Ты цела? — она схватила Гермиону за подбородок, поворачивая её лицо для осмотра, и не смогла удержать взволнованных слов, — я так испугалась за тебя!       — Всё хорошо! Правда! Я цела, — закивала Гермиона и схватила Беллатрикс за руки, — прости!       Лестрейндж удержала взгляд тревожных карих очей и, стряхнув снег с взъерошенных волос Грейнджер, проговорила:       — Будь осторожна и следуй за мной! Если что, со всех ног беги и прячься среди деревьев. Мне неизвестны эти проклятия, поэтому будем действовать следующим образом, — она нервно облизала губы и огляделась по сторонам, потом приблизилась к Гермионе вплотную и зашептала, — будь готова в первую очередь к оборонительным чарам, чтобы защищать нас двоих, я займусь боевыми заклинаниями. Поняла?       Гермиона быстро закивала головой и тоже осмотрелась, она хотела было выглянуть из их укрытия, но её остановила Лестрейндж.       — Гермиона… — она потянула её обратно и снова, но, уже нежнее, взяла её за подбородок. Вглядевшись нечитаемым взглядом в её глаза, она открыла рот, чтобы что-то сказать, но передумала.       Гермиона ободряюще улыбнулась:       — Я буду держаться рядом, Белла!       Она точно также заботливо стряхнула с её агатовых кудрей снег и, сжав её руку, поднялась из сугроба. Они кинулись к ближайшим деревьям и, выставив палочки, осмотрелись.       — Справа, Белла! — крикнула Грейнджер и тут же создала волшебный невидимый щит, а Беллатрикс, завидев противника, оглушила его прежде, чем тот успел выстрелить в них своим заклятием.       Переглянувшись, они мелкими перебежками от дерева к дереву, кинулись по направлению к горе.       — Мы не пираты и не враги! Нам не нужны камни! — громко прокричала Беллатрикс, когда они подобрались ближе.       Чаща становилась реже, и прятаться становилось сложнее. Рядом опять просвистело несколько заклинаний. Пулявших их магов было не видно.       — Мы просто хотим поговорить с Медной горы Хозяйкой! Мы не пришли воровать! Мы не враги! — продолжала выкрикивать заверения Лестрейндж, но заклятия продолжали прилетать со всех сторон.       Нервно выругавшись, Беллатрикс посмотрела вперёд и обнаружила небольшой пригорок прям у подножья сопки, где можно было спрятаться, — так они смогут выманить обстреливающих их колдунов, но туда нужно было добежать. Показав на него Гермионе, она кивнула, и, не сговариваясь, обе со всех ног припустили в ту сторону, попутно удачно отбивая все прилетающие в них заклинания.       Добежать до укрытия ведьмы не успели. У самой кромки леса недалеко от пригорка перед ними появилось двое высоких мужчин в серебряных доспехах. Нахально улыбнувшись, они направили на них свои палочки.       — Протего! — уверенно молвила Гермиона, и полетевшие в их сторону чары отрикошетило в ветку сосны над волшебниками.       Обломившись, тяжелая ветвь рухнула на одного из мужчин. Другой успел отпрыгнуть и уже планировал выстрелить следующим заклинанием, но Беллатрикс его опередила, довольно мощно оглушив его.       — Отлично, Гермиона, — с улыбкой проговорила Лестрейндж и наколдовала путы, связавшие мужчин по рукам и ногам.       — Кто вы такие? — прорычала она, подойдя ближе к тому, что лежал под веткой сосны. — Почему пытаетесь нам навредить? Я же кричала о том, что мы не враги! Мы не пираты, нам не нужны камни! Мы просто хотим поговорить с Хозяйкой Медной горы!       Мужчина молчал, он с холодным спокойствием оглядывал то одну чародейку, то вторую. Чуть дольше его взгляд задержался на палочке, которую сжимала Гермиона, и он тут же нервно дёрнулся, пытаясь выбраться из пут.       — Круцио развяжет тебе язык, — нетерпеливо зашипела Белла и уже направила на мужчину палочку, как её остановил тревожный голос спутницы:       — Беллатрикс!       Лестрейндж нехотя повернулась к спутнице. Гермиона испуганно смотрела вперёд, палочка в её руках подрагивала. У самого подножья горы материализовались ещё пятеро мужчин в таких же серебряных доспехах. Они подступили ближе и направили свои палочки на непрошенных гостей. Белла осторожно взяла Гермиону за свободную руку и ступила вперёд, будто стараясь закрыть её собой.       — Помнишь, наш план, Грейнджер? — тихо шепнула она, приготовившись отражать первые вражеские заклинания.       — Угу, — промычала Гермиона и невольно сжала запястье своей защитницы.       — Забудь! Действуем вместе. Спина к спине! Будь рядом! Если что, тут же трасгрессируем к реке! Ты меня поняла?       Мужчины подходили ближе, но будто не решались начать бой.       — Да. Поняла, — закивала головой Грейнджер и быстро глянула на Беллатрикс, которая была готова броситься в бой.       — Давай! — зарычала Беллатрикс и пульнула первые заклинания в подбирающихся к ним волшебников.       — Протего! — что есть силы выкрикнула следом Гермиона и отразила ответные чары.       Завязался бой, в котором поочерёдно каждая из ведьм использовала боевые заклинания и чары защиты. Двое из мужчин уже лежали на земле. Но из горы вышли ещё трое магов, следом за ними появилось столько же. Они выходили чётким строем и уже оттуда начинали обстреливать двух ведьм, которые с каждым новым заклинанием отходили глубже в лес, иногда используя деревья как укрытия. Когда врагов стало больше, Гермиона и Беллатрикс сражались каждая сама за себя, но постоянно контролируя бой друг друга. Беллатрикс с лёгкостью обезоруживала мужчин одного за другим, но если бы не её спутница с её защитными чарами, то пару заклинаний она бы уже пропустила. А из горы всё выходили и выходили чародеи в серебряных доспехах. Гермиона уже потеряла счёт тем, кто лежал на земле и тем, кто выходил из горы для новой битвы. Казалось, их были десятки. Больше ведьмы не сражались, они лишь защищались.       — Гермиона! — выкрикнула Лестрейндж, давая понять, что пора ретироваться.       Остервенённо пульнув пару заклинаний в особо смелых мужчин, Грейнджер бросилась к спутнице. Но в тот момент, когда она почти коснулась протянутой руки, её ноги обмотали тугие верёвки, и она рухнула в сугроб.       — Нет! — услышала она отчаянное рычание Беллатрикс, и рядом что-то упало.       Гермиона подняла голову в надежде, что её спутница смогла справиться с обидчиком, но рядом с затянутой на шее верёвкой оказалась сама Лестрейндж. Задыхаясь, она пыталась встать с колен и даже направила свою палочку на того, кто удерживал её. Желание биться до конца и дикая ярость в глазах ведьмы сбила с толку её врага. Мужчина, удерживая верёвку, перекинулся взглядом с тем, кто удерживал в положении лежа Гермиону, и хотел было дёрнуть путы на себя, тем самым задушить свою жертву. Но в этот момент на весь лес послышался пронзительный женский голос:       — Прекратить!       Путы тут же исчезли. Гермиона, не обращая никакого внимания на их спасителя, кинулась к упавшей в снег Беллатрикс. Она схватила её со спины и перевернула на себя, попутно ощупывая её шею на наличие травм. Лестрейндж была жива. Тяжело и, кряхтя, но дышала. На тонкой шее не было ни одного здорового места. Одна сплошная гематома.       — Белла! — тихо простонала Гермиона, прижимая к её себе.       — Всё хорошо, — прохрипела Беллатрикс в попытке освободиться от крепких объятий, — я цела. Ты как?       — Всё… нормально, — неуверенно произнесла Гермиона и, отстранившись, осмотрела стоящих вокруг них с десяток или больше мужчин в серебряных доспехах.       Их палочки были послушно опущены, но в глазах каждого читалась угроза и предостережение. Все волшебники были одинаково одеты, все были крепкими и как на подбор высокими. Палочки их были простыми, без вычурностей, не такими, как у Гермионы, но с такой же, как у неё, рукоятью. Через мгновение чародеи словно по безмолвной команде расступились, пропуская вперёд их спасительницу.       Высокая женщина со сказочно длинной чёрной, как смола, косой обвела свою армию строгим взглядом и так же, как минутой ранее, пронзительно молвила:       — Палочки убрать!       Волшебники тут же послушно спрятали своё оружие.       Она перевела взгляд своих ярко-зелёных очей на двух уже поднявшихся на ноги ведьм и приветливо им улыбнулась:       — Простите мою охрану! — её голос изменился, хрустальные нотки и очаровательная улыбка тут же располагали к себе. — Но мы не привыкли к гостям. Я правильно услышала, что вы не пираты и пришли с мирными целями?       — Да! — прокашляла Беллатрикс, ноги почти не держали, она пошатнулась, но Гермиона её удержала и прижала к себе. — Мы не за камнями…       — Да, — протянула зеленоглазая и задумчиво уложила свою длань на рукоять меча, висевшего на ремне, такой же меч был и на другом боку, из-за спины торчали ещё два; женщина точно так же, как и её охрана, была в военной форме, только вместо лат на ней красовались кожаные лёгкие доспехи и длинный серебряный плащ на одном плече, — вы не похожи на пиратов. Вы иностранки?       — Мы из Британии, — тихо проговорила Беллатрикс, и, почувствовав силу в ногах, ступила вперёд, прикрывая собой свою спутницу, — мы ищем Медной горы Хозяйку. Это вы, так полагаю?       Обладательница длинной чёрной косы, сузив глаза, внимательно осмотрела каждую ведьму, а затем звонко рассмеялась, чем вызвала недоумение в глазах её охраны и настороженность Лестрейндж, которая угрожающе вытянула палочку, готовая снова вступить в бой. Несколько волшебников уже схватились за свои палочки с намерением защищать свою предводительницу, но та, отсмеявшись, махнула своей изящной рукой, украшенной зелёными малахитовыми камнями, чем, видимо, дала безмолвный приказ опустить оружие.       — И чем, позвольте узнать, вам может помочь Хозяйка Медной горы? — посмеиваясь, заговорила зеленоглазая по-английски с довольно грубоватым акцентом.       Беллатрикс и Гермиона в нерешительности переглянулись.       — Нам нужна её помощь… в освобождении одной ведьмы от проклятия, — осторожно ответила Лестрейндж, всё ещё сжимая свою палочку, — у неё есть то, что поможет… Моё имя Беллатрикс. Мою спутницу зовут Гермиона.       Женщина смерила изучающим взглядом Гермионы и шагнула ближе.       — Я Хозяйка Медной горы. Можете звать меня Кирия. Извините ещё раз за не совсем приятное знакомство, но я, надеюсь, смогу сгладить первое впечатление. (1)       Она подошла вплотную к Гермионе и протянула руку. Грейнджер в нерешительности пожала. Беллатрикс же Хозяйка руку не подала. Гермиона, не придав этому никакого значения, с восхищением оглядела Кирию, которая ей чем-то напоминала Нарциссу. Белая кожа, которая почти не видит солнечного света, чуть вздёрнутый аккуратный носик, утончённые аристократичные черты лица. Изящная в каждом движении Хозяйка была прекрасна в своем воинственном одеянии.       — Каждый, кто приходит в мои владения, пытается обворовать хрупкую женщину, — продолжила объясняться Кирия и нежно, по-свойски дотронулась до другой руки Гермионы, которой она сжимала свою палочку, — я об этом говорю. О камне. Рукоять твоей палочки сделана из моего малахита.       Лестрейндж нервно передёрнулась от увиденного. Внимание этой женщины к её спутнице ей явно было не по нраву.       — Позвольте пригласить вас в мой замок, — Кирия перевела взгляд на Беллу, но всё ещё задерживалась на девичьей руке, — там вы сможете рассказать мне о причине вашего визита.       — Спасибо, — молвила Гермиона.       Дождавшись неуверенного кивка Беллатрикс, Кирия резко развернулась, кивнула своей армии и зашагала в сторону горы. Отряд волшебников сомкнул ряды позади незваных гостей и повел их следом за своей предводительницей. Несмотря на то, что им уже не грозила опасность, Лестрейндж всё же нервно схватилась за руку Гермионы и чуть её отдернула, заставляя ту быть рядом. Гермиона одарила её успокаивающим взглядом и придвинулась ближе.       Когда они подошли вплотную к отвесной скале сопки, Кирия взмахнула рукой и прошла сквозь каменную стену. Гермиона и Беллатрикс растерянно переглянулись и с сомнением остановились, но один из мужчин их грубо подтолкнул вперёд. Шагнув через волшебный барьер, они оказались внутри просторного помещения.       — Добро пожаловать! — весело пропела кирия и зашагала дальше.       Звук её сапог эхом отзывался от каменных стен, украшенных мозаиками с изображением разнообразного холодного оружия, в цвете которых преобладали только зелёные цвета и их оттенки. Справа и слева возвышались колонны, подпиравшие высокие потолки, которые также были украшены мозаиками и различными фресками. Тьму помещения рассеивали святящиеся рукояти мечей, воткнутых повсюду в пол. То и дело они вырастали под ногами, мешая идти. Осторожно обходя их, ведьмы поспешили проследовать за Кирией, которая уже была в конце атриума, где располагалась каменная широкая лестница.       Поднявшись наверх, они оказались в просторной зале, служившей, судя по всему, приёмной или гостевой, стены её были увешаны мечами различной формы и размеров, кинжалами, кортиками и другим холодным оружием.       — Одни мечи повсюду, — тихо заключила Грейнджер в попытке сосчитать их количество.       — Небольшое хобби, — промурлыкала Кирия, жестом приглашая гостей к камину, который зажёгся, как только они подошли ближе.       Напротив очага стоял каменный стол на низких резных ножках, два больших кресла и просторный диван.       — Прошу! — Хозяйка предложила гостям расположиться, где им удобно, и кивком дала понять нескольким чародеям оставить их — мужчины откланялись и без слов исчезли, и внимательно ещё раз осмотрев своих гостей, Кирия громко позвала: — Черномор!       В дверях, ведущих в другое помещение, появился высокий мужчина в позолоченных доспехах. Он был старше остальных охранников Хозяйки и, судя по виду, занимал более высокое положение. Седая ухоженная борода, заплетённая в тугую косу, и густые чёрные брови придавали ему какой-то особой северной суровости. Он учтиво поклонился и быстро глянул на гостей.       — Накрой стол в столовой и принеси нам выпить! — Кирия отдала приказ и жестом дала понять мужчине исчезнуть с глаз долой.       Он также безмолвно поклонился и скрылся за дверью. Через секунду на столе перед камином появился графин с чем-то красным, три малахитовых бокала, а в руке Кирии — длинный мундштук с уже зажжённой сигаретой.       — Это фруктовое вино моего собственного производства, — промолвила Кирия и, сделав глубокую затяжку, разлила по бокалам содержимое графина, — у меня есть прекрасный сад. Сливы, вишня и черемуха, которые плодоносят в течение всего года. Живая вода, которой я поливаю их, придаёт этому напитку особенные качества. А результат вы можете наблюдать перед собой. Мне очень много лет… стыдно сказать сколько. Но молодости я не растеряла.       Она самодовольно улыбнулась и, подмигнув Гермионе, которая уселась в одно из кресел, сняла с себя мечи, поставила их рядом с камином и села в другое кресло напротив. Лестрейндж ничего не оставалось, как рухнуть на диван. Она опасливо поглядывала на один меч, который Кирия решила взять с собой и положила его на свои колени.       — Вы одна здесь… с вашей охраной? — Гермиона не сдержала свое любопытство и тут же покраснела от собственных слов.       — Да, милая, только я и моя охрана, — сделав ещё одну затяжку, Кирия мягко улыбнулась, сняла с пояса палочку и, махнув ей, вручила своим гостям по бокалу вина, — но я была бы не против доброй компании, мне бывает одиноко.       Она с нескрываемым интересом оглядела Гермиону и отпила из своего бокала первой, давая понять им, что напиток безопасен. Грейнджер последовала примеру хозяйки замка и сделала маленький глоток. Вино было приятным на вкус и казалось совершенно не пьяным. Сладко причмокнув, она почувствовала лишь лёгкую усталость в мышцах и расслаблено откинулась на спинку кресла, чем вызвала ещё одну самодовольную улыбку Кирии. Лестрейндж же не торопилась пить, она гневно зыркнула на Гермиону и, с силой сжав челюсти, перевела свой взор на украшенные холодным оружием стены, в лезвиях которых опасно отражался огонь камина. В отличии от явно очарованной юной ведьмы Беллатрикс была насторожена. Нутром она чувствовала неладное. Что-то в этой Хозяйке было не так.       — Почему же вы одна? — спросила Грейнджер и отпила ещё немного из своего бокала.       — Видишь ли, милая, за всю мою долгую жизнь, меня столько раз обманывали, столько раз разбивали мне сердце, что я разучилась доверять всем и каждому, — Кирия грустно вздохнула и, отпив вина, изящно затянулась из мундштука, — сюда приходят только за тем, чтобы забрать мои камни или же испить из источника живой воды. Меня обвиняют в жадности, но если бы не я, то от змеиного малахита давно бы ничего не осталось, а источник в конце концов бы загадили. Я защищаю эти места точно так же, как это делал до меня мой отец.       Она прервалась и лениво глянула на Беллатрикс, которая, чуть оживившись, внимательно переводила взгляд с расслабленной спутницы на хозяйку.       — Мой отец был добрым волшебником, богатырём, который некогда защищал русские земли от вторжения захватчиков. После всех войн, он поселился в этих местах, — Кирия мечтательно обвела комнату и снова затянулась сигаретой, — это он открыл месторождение змеиного малахита и живительную силу источника. Поначалу отец делился со всеми волшебниками и барбарьями этими дарами, но потом обнаглевшие люди начали требовать больше, однажды они чуть не погубили источник… Папа вместе с моей матерью спасли его, а затем, разочаровавшись в людях, скрыли владения волшебным барьером. Живая вода помогла ему продлить его смертную жизнь на долгие годы. Но это не источник бессмертия. В любом случае, нас всех ждёт один конец. Мама умерла первой, отец не намного пережил её… Этот дворец воздвигла уже я с помощью волшебных сил моих учеников…       — Ваш отец был богатырём? — Гермиона быстро глянула на Беллатрикс, поймав в её взгляде понимание, и немного неуклюже сместилась.       Её бокал выпал из рук и с громким хлопком разбился.       Испугавшись резкого звука, Кирия за одно мгновение изменилась в лице, подскочила со своего места и наставила меч к горлу Гермионы. Беллатрикс в ту же секунду бросилась к ошарашенной Гермионе, угрожающе выставив палочку в сторону хозяйки. Несколько секунд никто не двигался. Кирия переводила нервный взгляд с одной ведьмы на другую. Гермиона в панике сглотнула, а лезвие почти упиралось в её горло. Лестрейндж тяжело дышала и вдруг поняла, что её беспокоило. Её волшебная палочка была направлена на такого же социопата, как и она. Сзади послышался грубый русский бас:       — Опусти свою палочку, ведьма!       За её спиной стоял Черномор. Он появился внезапно и без характерного хлопка трансгрессии. Он больно ткнул своей палочкой в её спину и повторил ранее сказанный приказ.       Кирия, вдруг опомнившись, тряхнула головой, будто снимая с себя оцепенение, и с глубоким вздохом, чуть заикаясь, произнесла:       — Не надо, Черномор! Не стоит обижать наших гостей. Она не виновата. Она лишь защищает то, что ей дорого! Это я вспылила. Всё хорошо!       Седобородый что-то буркнул, убрал свою палочку и проследовал к двери.       — Всё готово, госпожа! Стол накрыт.       — Ах! Как прекрасно! — пропела Хозяйка Медной горы, взмахнула своей косой и убрала меч от горла Гермионы. Кивнув Черномору, она подошла к Грейнджер и как ни в чем ни бывало подала той руку.       — Прости меня, милая. Я не хотела этого. Я… Я…       Не найдя слов для объяснения своего поступка, она помогла подняться Гермионе и нежно погладила её по волосам. Грейнджер испуганно глянула на свою спутницу, взглядом прося помощи.       — Ты такая очаровательная девушка. И у тебя красивые волосы, — Кирия была слишком близко и позволяла себе слишком много. Продолжая поглаживать по девичьим волосам, она почти мурлыкала:        — Не хотелось бы добавить им раньше времени седины.       — Какого чёрта, ты вытворяешь? — грозно прорычала Лестрейндж.       Её палочка всё ещё была направлена на Хозяйку Медной горы, но та словно и не замечала второй гостьи.       — Простите меня ещё раз! — Кирия без тени вины ровным голосом попыталась дать объяснение. — У меня есть небольшие проблемы. Невзирая на могущество и целую армию охраны, я легко пугаюсь громких звуков, резкой смены тьмы и света и никому не доверяю. Нервы…       Она пожала плечами, подхватила упавший на стол мундштук и прошла к двери, ведущей в столовую.       — Пойдёмте, милые гости. Я вас накормлю!       Трапеза прошла в относительно мирной атмосфере, Кирия потчевала своих незваных гостей дичью, вином и фруктами. И за это время рассказала им о своей охране, состоявшей из тридцати трёх юношей и мужчин. Она поведала гостям об истории появления некоторых из них в её владениях, о том, как дала им кров и пищу, как обучила всех магическому мастерству. За своим рассказом она и вовсе забыла о цели прихода двух ведьм. Ни Гермиона, ни Беллатрикс не решались перебить Хозяйку Медной горы, давая ей возможность выговориться и расслабиться в их компании. Кирия довольно часто пополняла бокалы своих гостей и очень много курила, то и дело поглаживая рукоять меча, который она, по-видимому, ни на минуту не выпускала из рук.       — Поймите меня, — она подлила ещё вина в и без того полные бокалы и продолжила свой рассказ, — я единственная волшебница, способная правильно добывать змеиный малахит. К тому же, раскрою вам секрет, я научилась его выращивать. Видите ли, это не просто красивый камушек. Этот материал способен поглощать волшебную энергию, именно поэтому палочки с такой рукоятью не имеют отдачи даже от самых страшных проклятий. А еще, такую палочку практически невозможно отобрать у волшебника. Заклятие обезоруживания против неё бесполезно. Более того, на основе пыли из змеиного малахита я делаю невиданные зелья, способные излечить почти все раны от проклятий. Поэтому он такой дорогой. Поэтому его пытаются у меня вечно украсть.       — Извините, — Гермиона прочистила горло и, быстро окинув взглядом Беллатрикс, задумчиво тыкавшей вилкой в своей тарелке, обратилась к Хозяйке, — вы говорите, что зелье на основе малахита способно исцелять раны от проклятий… От проклятых ножей в том числе?       На эти словах Лестрейндж оторвалась от истязания куска мяса в тарелке и изумлённо глянула на свою спутницу.       — Конечно, милая. В первую очередь я его для этого и изготавливаю, — Кирия звонко рассмеялась и раскинула руки, обращая их внимание на многочисленное холодное оружие, — у меня огромная коллекция. И я интересуюсь боями на мечах. Похвастаюсь, но порой мне кажется, что я больше искусна в этом, нежели в колдовстве.       На этих словах она подняла свой меч на стол и без тени сомнения уложила свою прекрасную длань на остриё. Глянув в ошалелые глаза Гермионы, Кирия с лёгкостью раскроила свою руку. Она даже не поморщилась от боли, что говорило о том, что такими вещами она занимается постоянно.       — Эту рану ничем не залечить, — буднично проговорила Хозяйка Медной горы, спокойно наблюдая за тем, как тёмная кровь стекает по руке и крупными каплями падает на стол и пол, — один даже самый маленький порез от любого моего меча приведёт к смерти в течение пяти минут. Раны от моих мечей можно залечить только моим зельем.       Кирия кивнула Черномору. Он быстро подскочил к своей предводительнице и вручил ей маленький бутылёк с тёмно-зелёным содержимым. Хозяйка откупорила и накапала несколько капель зелья себе на рану. Кровь запенилась, зашипела, и глубокий проклятый порез на глазах затянулся, не оставив и следа. Ухмыльнувшись удивлённому взгляду Гермионы, Кирия взмахом палочки убрала остатки крови со стола и пола. А запачканные белые салфетки она бросила в загоревшийся за её спиной камин.       Гермиона, оцепенев, задумчиво глянула на свой рукав и машинально потёрла собственный шрам от проклятого оружия. От внимательного взора Кирии это не укрылось.       — Что там у тебя, милая? — она потянулась к руке Гермионы, чем вызвала смятение на лице второй гостьи.       Беллатрикс нервно заёрзала на своем стуле и в попытке скрыть беспокойство хорошенько приложилась к полному бокалу вина.       — Ничего, — обманула Гермиона и слишком резко отдёрнула свои руки.       — Не надо меня обманывать! — строго проговорила Кирия и снова потянулась к её предплечью. — Я знаю этот затравленный взгляд и судорожное потирание ноющего шрама. Дай глянуть!       Поймав её за руку, Хозяйка резким движением подняла рукав свитера и ахнула от увиденного:       — Леший! Дорогая, это же клеймо… Что-то подобное делали с волшебниками во время войны, — она глянула на Черномора, который с любопытством посмотрел на руку Гермионы, — какой монстр сделал это с тобой? Ты ведь совсем дитя…       Грейнджер не могла и слова вымолвить. Она пыталась вырвать свою руку из сильной хватки Хозяйки и всеми силами сдерживала себя от взгляда в сторону виновника надписи «Грязнокровка». Лестрейндж, предательски поджав губы, отвернулась в другую сторону и отхлебнула добрую половину бокала.       — Я могу помочь тебе, милая, — ласково пропела Кирия и нежно пригладила ноющий шрам, — пару капель концентрированного малахитового зелья — и ни следа.       — Не надо, — простонала Гермиона и наконец взглянула в озадаченные угольные глаза.       Гермиона и сама не могла объяснить себе, почему она не хочет прямо сейчас помощи воинственной ведьмы. Она столько раз пыталась избавиться от треклятого шрама, но ни одно зелье, ни одно заклинание не помогали вывести рваные буквы надписи. А иногда становилось только хуже. И вот сейчас, когда есть способ избавиться от проклятого напоминания о страшных днях войны, Гермиона сомневалась.       Раскрыв рот от недоумения, Беллатрикс переводила взор со шрама на нависающую над Гермионой чародейку. А потом она попала в капкан тёплых коньячных глаз. Грейнджер взглядом умоляла её сделать правильное решение. Бережно пригладив ободок уробороса, Лестрейнж одарила спутницу тоскливым взглядом и коротко ей кивнула. Сухая фраза: «Убери этот чёртов шрам» могла бы резануть жёстче, чем любой проклятый нож, если бы не тёплые угольные очи, которыми она закончила фразу только для Гермионы.       Грейнджер перестала сопротивляться и убрала руку от шрама. Кирия капнула на него несколько капель зелья, и надпись на глазах начала исчезать. Через мгновение от неё не осталось и чёрточки, словно её тут и не бывало. Хозяйка напыщенно оскалилась и легко провела по девичьей руке.       — Спасибо, — прошептала Гермиона и отдёрнула руку.       Кирия медленно наклонилась и снова вторглась в личное пространство. Она была слишком близко. Гермиона попыталась отвернуться, но зелёные гипнотические глаза её будто пригвоздили. Кирия нежно убрала несколько прядей от девичьего лица и томно прошептала:       — Такие изящные руки должны украшать только драгоценные камни, а не ужасные шрамы.       Проведя длинными пальцами по нежной коже, она наконец отстранилась.       Наблюдавшая за этой сценой Беллатрикс до боли сжала кулаки так, что костяшки на пальцах побелели. Она тяжело дышала, еле-еле удерживая себя от того, чтобы не подскочить и не отпихнуть нахальную Хозяйку. Очень хотелось поведать ей в не самой мягкой форме о правилах приличия и гостеприимства.       Кирия не обращала ровным счетом никакого внимания на Беллатрикс. Она отпила из своего бокала и, поддёрнув бровями, обратилась к Гермионе:       — Вы поели? Как насчёт небольшой экскурсии?       Ведьмы даже не успели что-либо сказать. Черномор сначала отодвинул стул Гермионы, затем — Беллатрикс. Он угрожающе кивнул в сторону уходящей в смежную дверь Кирии и подтолкнул обеих следом.       — Ещё раз толкнёшь — познаешь невиданную боль! — процедила Беллатрикс и наставила на седобородого палочку.       Черномор лишь усмехнулся, а потом что-то гаркнул, и в столовой появились три волшебника. Двое тут же выставили свои палочки, один обнажил меч и подставил его к шее Гермионы.       — Белла, — тихо пискнула Грейнджер и ласково взяла ту за руку.       — Дамы! — в дверях появилась Кирия, она удивлённо уставилась на разыгравшуюся сцену и строго молвила: — мальчики? Что происходит? Вы опять за своё?! Я же сказала, это наши гости.       Мужчины послушно опустили оружие и тут же исчезли. Черномор, выдержав яростный взор Беллатрикс, опять усмехнулся и, поиграв густыми бровями, дал ей понять, чтобы та не расслаблялась и послушно поплелась за Кирией.       — Белла, — Гермиона, подошедшая вплотную к своей спутнице, нежно, но настойчиво зашептала, — прошу тебя! Идём!       Она сцепила свои пальцы на запястье Беллатрикс, побуждая её убрать палочку.       — Не волнуйся, малышка! Я стариков не обижаю! — Лестрейндж отступила.       Схватив девушку за плечи, она подтолкнула её вперёд за хозяйкой.       Они прошли по длинному коридору, который, как и все помещения в замке, был тёмным и подсвечивался только небольшими огоньками, источниками которых были рукояти множества мечей, висевших на стенах и торчащих из пола. Несколько кинжалов и кортиков висели прям под потолком остриём вниз. Сузив глаза, Беллатрикс попыталась рассмотреть верёвки, на которых они могли быть подвешены, но между рукоятью и потолком ничего не оказалось. Оружие свисало с помощью магии. А это значит, в любой момент все они могли попадать на головы недоброжелателей. В неконтролируемой попытке защищать Беллатрикс приблизилась к своей спутнице и, сцепив их пальцы, шла нога в ногу.       — Не отходи от меня ни на шаг, — тихо проговорила она, попутно оглядываясь назад на не отстающего от них Черномора.       Он издевательски ухмыльнулся и, обогнав их, поспешил открыть следующие двери для своей предводительницы. Кирия хищно улыбнулась и жестом пригласила гостей пройти в просторную залу, освещённую двумя большими очагами в огромных каменных чашах, стоявших по бокам от дверей.       Ужас охватил одну и вторую ведьму от увиденного. Вся зала справа и слева была заставлена стеклянными гробами. Они висели на массивных цепях друг под дружкой, иногда раскачиваясь от гуляющего по помещению сквозняка. Ударяясь, гробы создавали хрустальный звон напоминавший музыку ветра. Внутри стеклянных ящиков покоились женщины, мужчины и дети. Иногда их, казалось бы, мёртвые тела содрогались от этой страшной погребальной музыки. В одном из ближайших гробов в судороге дёрнулось тело женщины и её рука безвольно соскользнула с груди. Черномор, завидевший нарушение идиллии, махнул палочкой и, рука вернулась обратно на грудь, сцепив с другой дланью мёртвый замок. Таких гробов были сотни. Они тянулись цепью вдоль стен по всему залу.       У Гермионы подкосились ноги. Она прижалась к Беллатрикс, которая инстинктивно отступила назад, потянув за собой и девушку. Они упёрлись в закрытые двери и, переглянувшись, схватили друг друга за руки. Вид раскачивающихся гробов, двигающихся в них мертвецов и танцевальная походка Хозяйки Медной горы, которая нежно приглаживала то один гроб, то второй, ужасал. Гермиона задрожала, лоб тут же покрылся испариной. Она сильнее сжала холодную руку своей спутницы, которая хоть и сама была в ужасе, но ободряюще сжала её пальцы.       — Они все… все пытались украсть мои камни, обмануть меня, убить, чтобы заполучить доступ к источнику, — с безумным наслаждением проговорила Кирия и пробежалась ногтями по крышке хрустального саркофага.       Это игривое движение вызвало ещё один погребальный звон, который отразился от стен многократным эхом. Отодвинув крышку, она продолжила свой монолог:       — Даже он. Такой молодой, красивый… А уже вор и обманщик. Я поверила ему, поверила, что он полюбил меня… Пригрела змею на груди… Он получил по заслугам. Вам так не кажется?       Она поигралась кудряшками молодого человека в гробу и вопрошающе посмотрела на каменные лица прижимающихся друг к другу женщин.       Почувствовав дрожь Гермионы, Лестрейндж сильнее сжала её руку и совсем чуть-чуть отстранилась. Она понимала, что показывать страх этой русской ведьме не стоит. Её удовольствие от ужаса было на лицо. Нет ничего удивительного в том, что черноокая волшебница прекрасно понимала Хозяйку Медной горы. Но сейчас она ощущала отвращение от узнавания себя в изумрудных глазах Кирии.       — Они мертвы? — сухо поинтересовалась Беллатрикс и медленным изучающим взглядом обвела весь зал.       — Пока нет. Спят… Конечно, через некоторое время они все умрут, так и не проснувшись… Хотя, — Кирия задумчиво протянула последнее слово и направила острие проклятого меча к горлу молодого человека, — можно ускорить…       — Нет, не надо! — прокричала Грейнджер и дёрнулась к гробам, жёсткая рука Беллатрикс сдержала её порыв защиты невинных.       — Как скажешь, милая, — сладко промурлыкала Кирия и, пожав плечами, убрала оружие.       Она закрыла крышку гроба и вдруг снова изменилась в лице. Между её черных тонких бровей залегла задумчивая складка.       — Постойте. Я совсем забыла, — она обошла гробы и двинулась в сторону ведьм, — вы же не просто так пришли ко мне. Конечно… Ко мне просто так в гости никто не приходит. Итак, что вам от меня надо?       — Может поговорим наедине и в более комфортной обстановке? — спросила Беллатрикс и многозначительно посмотрела на расхаживающего Черномора.       — У меня нет секретов от моих слуг, — Хозяйка ухмыльнулась и подошла ближе к ведьмам, — и здесь довольно комфортная обстановка для беседы. Итак… Зачем вы пожаловали?       Кинув презрительный взгляд в сторону Черномора, Беллатрикс сухо проговорила цель их приезда на Урал:       — Как я уже сказала, ты можешь помочь нам освободить одну ведьму. Для этого нам нужен меч-кладенец.       Кирия нервно поддёрнула своей чёрной длинной косой и искоса глянула на седобородого слугу, который рефлекторно схватился сначала за палочку, затем за рукоять своего меча. Повторив это движение, Кирия натянула приветливую улыбку и сладко спросила:       — Откуда вам знать, что он у меня? Эту древнюю реликвию давно никто не видел.       — Возможно, твой отец владел им, и тебе он достался по наследству, — также безэмоционально и правдиво ответила Лестрейндж. Пока она говорила, Гермиона судорожно сжимала свою палочку, будто готовясь к атаке.       — Мы знаем, что он у тебя. Баба Яга показала нам это.       — Ах, Баба Яга, — Кирия подняла бровь и начала медленно расхаживать по кругу, — Как интересно… Отец рассказывал легенды и сказки об этой могущественной, но злой чародейке. Он говорил о том, что все беды, упавшие на землю русскую — её рук дело. Но я думала, что это всего лишь сказки…       — Это неправда! — выпалила Гермиона. — Она не злой персонаж сказок. И ей не особо интересна судьба мира. Всё, что она хотела — это просто жить своей жизнью. Ей нужен меч, чтобы выбраться из заключения. Только для этого. Потом мы вернём его вам.       Кирия остановилась и удивлённо посмотрела на Гермиону, будто только что её увидела.       — Если это правда, то, учитывая тот факт, что, возможно, мой отец и заключил её в тюрьму, то она, выбравшись оттуда, решит мстить потомкам богатырей, — Хозяйка Медной горы сузила глаза и быстро глянула на Черномора, который утвердительно кивнул ей.       — Она понятия не имеет, кто ты такая. Прошло слишком много лет. Ей не интересно сводить счеты. Всё, что она хочет — это быть свободной, — с надеждой в глазах Гермиона ступила ближе. Это заметно смягчило нрав, и Хозяка Медной горы убрала руку от своего меча.       — Что же могло понадобиться двум английским ведьмам от старой русской волшебницы? — Кирия шагнула на встречу Гермионе и снова пригладила её по волосам.        Беллатрикс вздрогнула и непроизвольно дёрнулась в их сторону, чем вызвала такое же резкое движение Черномора, он вынул наполовину меч из ножен, но строгий взгляд Кирии поумерил его пыл. С громким треском меч упал обратно в свой металлический футляр.       — Хорошо. Баба Яга мне не опасна. Но это древняя реликвия, которую отец мне завещал хранить как зеницу ока. Я дала обещание, что с мечом ничего не случится, — Кирия задумчиво подняла глаза наверх, её тон и нервная улыбка говорили о том, что сама она не особо верит своим словам. До Беллатрикс тут же дошло: ей не особо-то и нужен этот меч. Она хочет что-то другое.       — Может, мы сможем тебе чем-то помочь? — вкрадчиво спросила она и сделала ещё один шаг.       — Возможно, — просияла Кирия и довольно крепко приобняла Гермиону за плечи. — Я люблю этот замок, люблю эти места, но я мечтаю хоть ненадолго покинуть мой дом и узнать, что там за чертой. Там, в мире, я нажила много врагов, каждый из них мечтает убить меня. Я бы хотела попутешествовать одна, без моей охраны и не боясь, что за углом меня ждёт очередной убийца.       Замолчав, она пригладила Гермиону по плечу и снова начала расхаживать взад-вперед.       — Ну не томи! — буркнула Беллатрикс и закатила глаза. — Говори, что тебе надо!       — Игла! — вожделенно прошептала Кирия и вернулась к Гермионе, говоря это, она смотрела только на неё, — игла, на конце которой можно спрятать свою смерть и быть неуязвимым. Достаньте её для меня, а взамен я, так уж и быть, дам вам на время меч-кладенец.       — Вы знаете, где она находится? — нерешительно спросила Гермиона и попыталась отойти от резко обезумевшей Хозяйки.       Её зелёные глаза засверкали, как два изумруда, рука в очередной раз потянулась к мечу, а тяжелая коса, казалось, ожила, подпрыгивая и раскачиваясь из стороны в сторону.       — Да! Да! Конечно, я знаю, где она. Здесь недалеко, в деревне Актас. У трактирщика, моего бывшего знакомого. Если бы не он, то игла давно была бы у меня. Я не могу забрать сама у него. А вот ты, — она ткнула пальцем в Беллатрикс, — ты сможешь. Принеси мне иглу, и получите меч.       Лестрейндж кивнула в знак согласия и протянула Гермионе руку:       — Идём, Грейнджер…       — Что? — Кирия спряталась за спиной Гермионы и схватила её за плечо. — Зачем ей идти? Ты можешь и сама всё сделать! А ты, милая, оставайся здесь… Будь как дома. Я покажу тебе мои владения, мой сад, источник…       Гермиона замотала головой и попятилась к своей спутнице, но Хозяйка её удержала и продолжала увещать:       — Оставайся со мной. Будешь моей правой рукой. Я, в отличии от неё, не причиню тебе боль! — Кирия, словно змея, извивалась позади Гермионы, иногда поглядывая на ошарашенную Лестрейндж. — Да! Я видела этот стыдливый взгляд, когда ты показала мне шрам, милая. Но вряд ли твоя спутница способна на раскаяние.       — Гермиона, пойдём! — Беллатрикс старалась сохранять хладнокровие, но дрожащая рука ее выдавала. — Мы достанем для тебя иглу и вернёмся за мечом. А сейчас позволь нам уйти.       Беллатрикс с осторожностью глянула на подбирающегося ближе Черномора. По бокам внезапно появились ещё трое мужчин в серебряных латах. Они не угрожали своим оружием, но сам их вид вселял близкую опасность. Сумасшествие Медной горы Хозяйки было очевидным, с ней нельзя было жёстко. Угрозы и ярость её не напугают, поэтому обе гостьи пытались выйти из ситуации без лишних резких движений.       — Кирия, мы вернёмся за мечом с иглой. Обещаем! — тихо промолвила Гермиона, стараясь выбраться из захвата. — Вам нужна игла точно так же, как нам нужен меч-кладенец. Поэтому вы можете отпустить меня.       — Нет! — рявкнула Хозяйка и, выхватив меч, представила его к горлу Гермионы. — Вы тоже обманите меня. Точно так же, как это сделали до вас сотни других волшебников. Ты останешься со мной!       Беллатрикс не успела взяться за волшебную палочку, у её горла материализовался меч Черномора.       — Одно движение, милочка..! — оскалился серобородый и чуть надавил на меч. Если он надавит ещё сильнее, то раны не избежать.       — Уходи! И возвращайся с иглой! Тогда никто не пострадает! — прошипела Кирия, нежно проведя тыльной стороной руки по белой, как снег, щеке Грейнджер. — Я не причиню ей боль. Она будет моей гостьей.       — Я не уйду без девушки! — жёстко отрезала Беллатрикс и, не обращая никакого внимания на лезвие меча у своего горла, схватила с пояса палочку.       Проклятый меч с лёгкостью пера разрезал тонкую кожу на её горле. Лестрейндж пошатнулась, но палочки не убрала и, улучив момент, пульнула сразу три заклятия в опешивших юношей. Черномор отступил и с изумлением посмотрел на Кирию, которая сама не знала, что делать.       — Белла! Нет! — Гермиона вырвалась из захвата Хозяйки и кинулась к падающей и истекающей кровью спутнице.       Она подхватила её у самого пола и осторожно опустила к себе на колени, безуспешно пытаясь сдержать горячую кровь.       — Что ты наделала, дура? — причитала она, сжимая рану на шее.       — Убери их отсюда! — гаркнула Кирия Черномору, с ужасом оглядывая Беллатрикс. — Больная! Без иглы чтобы здесь не появлялись. Принесите мне иглу!       На этих словах Хозяйка Медной горы растворилась в воздухе. Черномор подошёл к Гермионе, которая тут же сжалась, закрывая собой хрипящую и уже закатывающую глаза спутницу. Даже не моргнув глазом, мужчина жёстко схватил её за плечо и трансгрессировал, перенеся их к знакомой реке.       — Вот! — он бросил Гермионе бутылёк с зельем. — Действуй быстрее. У тебя две минуты! Вы слышали госпожу. Принесёте иглу — меч будет вашим. И даже не пытайтесь выкрасть его!       Презренно оглядев Лестрейндж, он исчез.       Гермиона кое-как липкими от крови пальцами откупорила склянку и трясущейся рукой накапала несколько капель на рану. Кровь тут же начала пениться и шипеть. Рана потихоньку затягивалась. Схватив немного снега, она попыталась очистить кожу на горле своей спутницы, чтобы осмотреть место пореза. Запекающаяся кровь без раны, неприятный запах сработанного волшебства и синяя кожа от пут вызвали приступ тошноты. Но Грейнджер быстро взяла себя в руки и попыталась растрясти впадающую в беспамятство Беллатрикс.       — Всё хорошо! Всё хорошо! — Гермиона успокаивала то ли себя, то ли её. — Всё! Рана затянулась… Кровь больше не идёт… Белла, посмотри на меня!       Медленно Беллатрикс сфокусировалась на голосе и потянулась к своей сумочке на поясе. Поняв, что хочет её искалеченная спутница, Гермиона выхватила сумочку и заглянула внутрь. Характерный звук дал ей понять, что помимо прочего Нарцисса позаботилась и о зельях.       — Крово… крово… — прохрипела Лестрейндж, стараясь засунуть окровавленную руку в мешок.       — Поняла! — проговорила Гермиона и нежно пригладила Беллатрикс по щеке. — Потерпи! Акцио!       В руку тут же прыгнула склянка с бордовой густой жидкостью. На этикетке красивым почерком была надпись: «Крововосполняющее зелье».       — Спасибо, Нарцисса! — буркнула Гермиона и, откупорив бутылку, всунула её в рот Беллатрикс.       Зелье действовало медленно. Пока Лестрейндж восстанавливалась, Грейнджер не решалась трансгрессировать в деревню, где, возможно, им бы помогли. Вместо этого она наколдовала ранее используемые согревающие чары и села на снегу рядом с тяжело дышавшей Беллатрикс, которая потихоньку пробовала двигаться.       — Тщщ. Не шевелись пока. Нарцисса написала здесь, что зелье медленнодействующие. Дай ему время. Скоро всё пройдет! — шептала она и ласково поглаживала Белатрикс по щекам. — Ты безумная! Зачем ты это сделала? Откуда ты могла знать, что она даст нам зелье?! Я испугалась за тебя! Ты… ты… ты…       — Молодец? — прохрипела с улыбкой Белла и закрыла глаза, подставляя лицо падающим снежинкам.       — Молодец, — утвердительно повторила Гермиона и, приподняв свою спутницу, прижала к своей груди, — молодец! Но больше так не делай!       Снегопад усиливался. Крупные хлопья снежинок покрывали кровавые пятна на белой земле. Подымающийся от реки пар пеленой застилал другой берег, на котором полностью ожил город волшебников. Оттуда доносился гул улиц, отголосками звучала музыка из ближайших ресторанчиков, в воздухе чувствовался ароматы печи и бани. С севера подул сильный ветер, заставивший двух выбившихся из сил женщин прижаться друг к другу плотнее.       — Я больше так не буду! — дала обещание черноокая ведьма, на щеках которой снова заиграл живой румянец.