Школа флирта или почему Кэйа там единственный ученик

Осознание, что Кэйа поцеловал Дилюка только ради того, чтобы не упасть в грязь перед Итэром, пришло сразу же, когда Чайльд спросил: "Ну, и как все прошло?" Хотелось ответить, что Кэйа, наконец, понимает – Дилюк к нему неравнодушен. Но получилось лишь: — У него есть парень. В эту же секунду Чайльд отвернулся от сидящего позади друга, трагически посмотрел на Чжун Ли взглядом, говорящим: "Я и забыл, что они все еще притворяются". Чжун Ли расстроенно посмотрел на него в ответ, но взглядом ничего не говорил. Сейчас расспрашивать Дилюка было не лучшей идеей. Чжун Ли это понимал, а вот Тарталья явно не очень, потому что его друг наконец-то сделал хоть какой-то шаг вперед, и не поинтересоваться о подробностях было не в его стиле. Спасало от ухудшения настроения Рангвиндра лишь то, что Чайльд был увлечен перепиской с младшим братом. Чжун Ли не был особо заинтересован в теме их разговора, но Чайльд сидел совсем рядом, за одной партой, поэтому Чжун Ли позволил себе положить голову ему на плечо и наблюдать, как быстро Тарталья перебирал буквы на клавиатуре. Дилюк сидел позади, и Чжун был уверен, что сейчас он даже не следит за ними. После того, что с ним произошло, думать о парочке напротив он явно не собирался. Чайльд совсем забылся в диалоге, и, кажется, его не волновало ничего вокруг. Пользуясь случаем, Чжун Ли поднял свой телефон, быстро настрочил смс, попутно проверяя, правильно ли расставил знаки препинания. Пускай его Тарталья совсем не соблюдал правильную пунктуацию в сообщениях, Чжун любил поправлять его и заменять ошибки в словах. Когда они только познакомились, на первом курсе, Чайльда это неимоверно раздражало: каждый раз он делал замечание Чжуну по поводу этого и просил перестать. "Я сам разберусь, как мне ставить запятые", – сказал он однажды, когда второгодка (на тот момент) Скарамучча отметил этот факт вслух. "Вообще-то, Чайльд, ты здесь пропустил не запятую", – поправил его Чжун Ли, игнорируя смех Скарамуччи и фырканье его одноклассницы Синьоры. "Окей, ну и что же тогда я здесь пропустил? Очередной дефис?". "Почти угадал", – Чжун Ли легко улыбнулся: "Вообще-то, тире." «Аякс, я уверен, что тебе не стоит сейчас спрашивать у него что-либо. Я знаю, тебе интересно, но лучше подождем, пока он сам не решится рассказать.» Чжун Ли, естественно, увидел выскочившее уведомление сверху на чужом экране. Пальцы Чайльда замерли. Не было возможности увидеть сообщение полностью, поэтому Тарталья быстро перешел в диалог к "Моракс", – прозвище, которое он дал Чжуну, когда они учились на втором году. Нин Гуан отметила, что Чжун Ли чем-то напоминает ей одного из мифических богов. Чайльд, который просто не мог не заинтересоваться, изучил все о Властелине Камня, Гео Архонте, дома и потом, со всей найденной информацией, полностью согласился с Нин Гуан. Откуда-то с этого момента и пошло это прозвище, которое Чайльд придумал от названия валюты. Властелин Камня – он же Бог контрактов – был создателем моры, а Чжун Ли, вечно где-то ее забывавший, а иногда и терявший, так еще действительно очень схожий с Гео Архонтом, стал зваться Мораксом. Пока об этом знали только они вдвоем, Дилюк, к сожалению, Скарамучча, который, благо, уже выпустился, ну и Тевкр: как бы Чайльд не старался скрыть свои отношения с Чжун Ли, смышленный мальчишка, только в этом году поступивший (Чайльд до сих пор не может смириться, что его брат учится на первом году), узнал обо всем сразу же по слухам. Да ладно, что уж эти слухи. Он был первым, кто случайно заметил, как его брат целует незнакомого мальчику парня в губы у себя в комнате. Тарталья быстро набрал ответ, даже не удосужив Чжуна взглядом: «Понял» «Молчу» «Но с тебя: 1. свидание и 2. план как поднять нашему виноделу настроение» Чжун Ли улыбнулся, прочитав сообщения через телефон Чайльда, пока его лежал на парте экраном вниз. Судя по летящим сверху уведомлениям, Тевкр был недоволен, что его брат так неожиданно покинул чат, поэтому Тарталья поспешил с новыми новостями о предстоящей трате денег на ресторан вернуться. Конечно, Чжун понимал, насколько важную роль они играли во всей этой любовной заварухе. Почему? А потому, что все это время именно они вдвоем знали о чувствах Дилюка, специально устроили Чжун Ли в клуб под предлогом бесплатных обедов в столовке, чтобы выведать побольше информации, где и узнали о притворных отношениях Кэйи с мальчиком Итэром. Чжун Ли прикрыл глаза. Интересно, думал ли об этом Чайльд? Ведь сейчас только они знают правду об обоих парнях и, если расскажут, то, можно сказать, сведут их вместе. Он видел, что Тарталья явно об этом тоже задумывался, но оба прекрасно понимали, что любовные дела их красноволосого друга никак не должны их касаться. Правда, они и так слишком глубоко засели в этой истории. А это, определенно, перебор. *** Кэйа громко выдохнул и в сотый раз облил уже и так мокрое лицо водой. Хотелось отвлечься и на время забыться, дать прийти мыслям в норму. Поиски Итэра по школе стали бы отличным отдыхом для мозга, но пришлось их отменить, так как Итэр, в ответ на сообщение "где ты?" Кэйи, выдал неясное: «Надеюсь, это не срочно» «Ты не представляешь, во что я вляпался» «Мне нравится» «занят?" «Да. Расскажу позже» «Если я тебе нужен, то брошу все и приду к тебе, ты только предупреди» «понял, не отвлекаю» «и напиши как освободишься» На этом переписка закончилась, и теперь телефон спокойно покоился на краю раковины, а капли ледяной воды то и дело попадали на экран. Лучше, к сожалению, не стало. Теперь ко всей каше в голове прибавилось еще и беспокойство за Итэра. Во что он такое мог вляпаться сразу, как покинул библиотеку вместе с Сяо? Лично Кэйа, оставляя Дилюка там одного, просто сбежал, сразу же сюда, в уборную. Ну а что еще нужно было делать? Это же надо было такое ляпнуть: "Ради Итэра". Какого, идиот, Итэра?! Ну и что теперь делать? Как ему объяснять? Второй раз такое уже не прокатит. Разве что: "Ему не понравился наш прошлый поцелуй, давай попробуем по другому". Сколько же раз такое еще сработает ? А если и сработает (а такого не будет), то что, ему теперь остается только целоваться с Дилюком до конца жизни? Кэйа уперся руками в раковину, опуская голову. С волос, которые выглядели сейчас потемневшими из-за того, что неудачно намокли, стекала вода. Как же сейчас не хватало Итэра. Он бы придумал, что сказать. — Кэйа? — за открытой дверью и знакомым голосом показался Син Цю. Кэйа развернулся, губы уже дрогнули в привычной улыбке, как в лицо прилетела точно нацеленная бутылка воды, но, благо, Альберих успел ее заметить и поймать. Син Цю облокотился на закрытую, уже на щеколду, дверь, прикрывая глаза. — Выпей, — и, опережая возможные вопросы Альбериха, он тихо вздохнул, — выглядишь убитым. Благодарностей он не ждал, и Кэйа был этому действительно рад. Какими бы мокрыми лицо и его волосы ни были, в горле у него оказалось откровенно сухо, а понял он это лишь тогда, когда ледяная жидкость обволакла изнутри, разливая по груди успокаивающую, на самом деле, прохладу. — А ты, погляжу, спокоен,— Кэйа опустил почти пустую бутылку рядом с телефоном. — Как сказать. Я волнуюсь, — мальчик сделал небольшую паузу, в которую открыл один глаз, пальцем указывая на другой, закрытый, — У тебя повязка намокла. Альберих склонил голову, выдыхая тихий смешок. — Она слишком много пережила, — в руке он прокрутил синюю крышку от бутылки. Син Цю перевел взгляд с крышки на глаз Альбериха, который упорно сейчас ее рассматривал. Мальчик не понимал, стоило ли ему спрашивать про случившееся, нужно ли пытаться хоть как-то поддержать или лучше вообще перевести тему. Он знал, что парню сейчас как никто другой нужен Итэр. Правда у того в данный момент были свои дела. Да и с Кэйей ведь ничего не случится за этот промежуток времени? Мысли его были развеяны стуком в дверь, и от неожиданности первогодка вздрогнул. — Занято? — определить мягкий голос не составило труда. В особенности, для Син Цю. Он снова поднял взгляд на Кэйю, как бы спрашивая: "можно?". Альберих тоже понимал мальчика, ведь не он один переживал сейчас. А такому пропитанному усталостью, просящему лицу невозможно было отказать. Как только Кэйа кивнул, мысли сразу отошли на второй план, а напряжение сменилось легким удивлением. Усталое выражение в лице напротив разбавилось, точно, душевной радостью. Чун Юнь, которого Син Цю втянул в уборную после открытия двери, только замереть и успел, чувствуя на своих губах чужие, но, будто с реакцией, прикрыл глаза и переложил руки на тонкую талию своего мальчика. Кэйа не мог сдержать улыбки. Искренней настолько, что в единственном глазу собрались слезы. Он правда слишком счастлив за всех вокруг: за этих мальчиков; за Беннета с Рэйзором, о которых члены клуба узнали совсем случайно; за Фишль и ее тайного, никому не известного собеседника по телефону; за Лизу с ее прекрасной Джинн... да даже за Чайльда с Чжун Ли. А Итэру, похоже тоже сейчас есть чем заняться, ведь то, что ему нравится, уже неизменно радует Альбериха. И, похоже, только ему одному, черт, не повезло. А кто виноват? Конечно, он сам. *** — Знаешь, милый, — Итэр сбился считать, сколько кругов сделала Лиза вокруг клубного стула, пока не опустилась на колени Кэйи, — Ничего так не успокаивает, как... — девушка опустила одну руку на спинку, а другой, лишь пальцами, провела по щеке Альбериха, — медленный танец, конечно! — Что? — Кэйа поднял одну бровь, внимательно всматриваясь в лицо Лизы. Он думал, что придя сюда, где Итэр, узнав, что произошло после его ухода из библиотеки, всех собрал, ему подскажут, как исправить ситуацию. А в итоге... — Неплохая идея! — Син Цю захлопнул книгу и буквально спрыгнул с подоконника, — Я читал, что это один из способов привести свои мысли в порядок у девушек или возлюбленных пар в прошлых веках. Лиза слегка приподняла брови, и Итэр понял, что разговор наверняка ее заинтересовал. Но не только ее: в кабинете стало тихо, Беннет прервал так и не законченный диалог с Рэйзором, Фишль опустила телефон на подоконник, и все внимание было обращено только на первогодку. — Девушки, которые пережили, к примеру, серьезные переживания, обычно танцевали медленный танец с воображаемым партнером, — продолжил Син Цю, видя, что смог завлечь общее внимание. Он вышел в середину клубной комнаты, медленно поднял одну руку вперед, будто действительно перед ним кто-то был, делая медленный поклон, — Тоже самое с возлюбленными парами. Причем, это делали люди разного возраста: например, молодые, потерявшие своих родных, танцевали, утешая друг друга; люди в возрасте, поминавшие близких. — Все верно, — Лиза поднялась со стула, вставая напротив Альбериха, — Ну, что, кавалер? Не хотите пригласить даму на танец? Чун Юнь, стоящий у окна рядом с Фишль, хихикнул в кулачок. Девушка же вынула из кармана телефон, и голубоволосый мальчик увидел, как она принялась искать какую-то музыку, набирая название в поисковик на английском языке. И, правда, через минуту заиграла медленная мелодия, будто как раз созданная для такого рода танцев. Кэйа улыбнулся, но потом встал, повторил поклон Син Цю и протянул руку Лизе. — Не согласится ли такая прекрасная дама станцевать со мной сейчас? Девушка кивнула, прищурила глаза и сделала медленный реверанс. — Будет честью для меня. Было видно, что Кэйа либо танцевать не умел, либо никогда не делал этого вообще. Пока Лиза плавно шагала то вперед, то в сторону, ее взгляд был устремлен ровно в лицо партнера, а руки обвиты вокруг шеи, Альберих смотрел только вниз на их ноги, старательно пытаясь не оттоптать фиолетовые туфли Лизы. Девушка от такой напряженности тихо рассмеялась, а следом за ней и Итэр, видя, как Син Цю протягивает руку Чун Юню, тоже утягивая в танец. Фишль постукивала каблуком по полу, не пытаясь сдержать довольную улыбку, когда Беннет, краснея, пробурчал что-то Рэйзору, после чего оба попытались повторить очень уж красивые и плавные движения Син Цю с Чун Юнем, будто они только и делали, что учились танцевать все свободное время. — Сжимай сильнее, не сломаешь, — рассмеялась Лиза, поправляя руку Кэйи на своей талии. — Да погоди ты, — Кэйа выдохнул и отступил назад, отпуская девушку и встряхивая уставшие ноги, — сама же говорила, что совсем недавно купила новую обувь и приказала близко к тебе не подходить. Лиза склонила голову, расплываясь в еще более широкой улыбке. Итэр сидел за столом недалеко от них, поэтому не мог не заметить ее. Кэйа устало закатил глаза и тоже упер руки в бока. — В таком случае, почему бы тебе не станцевать с Итэром? — одной рукой девушка поправила выбившиеся прядки волос назад в неаккуратный пучок, а потом отвела в сторону, лишь пальцами указывая на Итэра, — А я пока хочу попробовать себя в танце с моей замечательной Фишль. Лиза развернулась всем телом назад, мягко прошагала к Фишль, протянула ей ладошку, другой при этом придерживая юбку, и сделала легкий реверанс. Вот здесь Итэр действительно удивился. Шутки Лизы про "честь" очень бы подошли к данной ситуации, ведь щеки Фишль слегка порозовели – похоже, это оказалось и вправду чем-то важным для нее. Никаких лишних слов, никаких "принцесс тьмы", лишь быстрый кивок. Она положила свою ладошку в ее. Лиза шагнула назад, устраивая свободную руку на талии подруги, а та опустила свою на светлую шею Лизы, касаясь при этом малость растрепавшихся волос. Музыка, казалось, подходила к концу: мелодия замедлялась, растягивалась, становилась то громче, то тише, – но это будто только придавало красу их танцу. Девушки размеренно двигались в такт друг другу, смотрели ровно в глаза, и обе довольно улыбались. Ничего, красивее их танца, Итэр – в чем он был уверен – точно не видел. Пока не открылась дверь. — Кла-асс, какая у вас тут музыка! — Венти запрыгнул в комнату, таща за собой Сяо и удерживая его за запястье. Но, как только оба оказались внутри, мелодия прекратилась. Венти сразу состроил грустную мордочку, а Сяо смотрелся уж очень помятым и уставшим: волосы его были непривычно растрепаны, школьная рубашка с темно-зеленым свитером поверх имели слишком громкий запах, который... — Сяо, милый, вы с Итэром в одну лужу упали? — Лиза отпустила Фишль, но далеко не отошла. Мягко устроив голову у нее на плече, девушка кинула на Кэйю многозначительный взгляд. Тот лишь пожал плечами, молча переводя внимание на Итэра. Мальчик, кажется, вообще не замечал его взгляда, лишь нервно дернулся, осматривая Сяо. Альберих нахмурился. Но никто из названных не отвечал, а Венти объяснять не спешил. Он улыбнулся в своей обычной манере и, переставая держать Сяо, проследовал к столу, где запрыгнул на поверхность около стоящего рядом Син Цю. Он расположился на одном из стульев по окончании танца, спиной к столу, Чун Юнь сел рядом с ним, уложив туда голову и подперев при этом руками. Лиза выжидающе смотрела на Венти, так как поняла, что Сяо говорить ничего не будет, а к Итэру уже направлялся Кэйа. Но второгодка молча сидел, болтая ногами, а руками почему-то принялся массировать плечи Син Цю. Он сначала недоверчиво глянул на него, но потом расслабился, отдаваясь в руки Венти и позволяя при этом ему напевать какую-то песню. Венти поглядывал на каждого в комнате, легко улыбаясь, а когда дошел до Сяо что-то шикнул и высунул язык. Кэйа встал за Итэром и ладонями потянулся к его талии, ведь светловолосый мальчик будто примерз к месту, вообще ни на что не обращая внимания. На прикосновение Итэр отреагировал мелкой дрожью, широко распахнув глаза. — Ты чего, маленький? — Альберих дождался, когда первогодка повернется, чтобы приблизиться к его лицу и легко чмокнуть в носик. Сначала Итэр удивленно приподнял брови на такое резкое действие, полностью поворачиваясь торсом к Кэйе и двигая при этом свой стул. Парень уже решил, что его друг сейчас что-то, наконец, расскажет, но мальчик потупил взгляд в сторону. Рука невольно сжала талию сильнее, а другая потянулась к голове, взъерошивая светлые волосы. — Вы были вместе? — Кэйа сказал это прямо на ухо, чтобы не вызывать еще большее смущение с его стороны. Лиза определено до сих пор продолжала за ними наблюдать. Кэйа понял это тогда, когда девушка умело начала беседу и перевела внимание участников клуба на себя, поднимаясь с плеча Фишль, чтобы легко ее приобнять. В ее словах не было ничего лишнего, а движения рук и поворот головы говорили о том, насколько она искусна в своем деле. Альберих мысленно возвел ее в небеса, но сейчас он сам понимал, что времени на быстрые переговоры не так уж и много, ведь "удерживать внимание всей публики", как говорила Лиза, невозможно более двух-трех минут, в зависимости от слушателей: обязательно найдется кто-то, кому приспичит почесать щеку или проверить погоду за окном. А поразмыслить о том, как он одноклассницу потом отблагодарит, еще успеет. Кэйа снова посмотрел на Итэра. Мальчик в его руках заметно напрягся. — Итэр... расскажешь? — Третьегодка не успел закончить, как мальчик в его руках шумно втянул воздух, и в этот же момент в уголках его глаз собрались слезы. — Краски... Альбедо не предупредил о том, что от них останется такой сильный запах, — голос Итэра дрогнул, он сглотнул и поднял золотые глаза на друга, хотя, замечая обеспокоенный блеск в его зрачке, невольно снова опустил взгляд — Я не хотел, чтобы кто-то понял. Альберих прикусил губу, оказалось, через чур сильно, ведь неприятный металлический вкус коснулся его языка. Лиза на секунду прервалась, стараясь не смотреть на парочку в углу. Конечно, она их не слышала, ведь парни тихо шептались. Кэйа выглядел сильно взволнованным. Девушка понимала, что Альберих только лишь беспокоится за друга, но не видеть, насколько важнее для него состояние и проблемы Итэра, чем его собственные, было невозможно. Правда, пока она отвлеклась, ее публика "потеряла интерес": Фишль, которую Лиза все еще легонько придерживала за плечо, размяла рукой шею, так как все это время ее голова была повернута к Лизе; Син Цю шаркнул ногой по полу, поднимая взгляд к потолку, а затем и вовсе переводя его в окно. Негромкий кашель в ладошку стал намеком на окончание личных, так скажем, переговоров. Кэйа поднял голову на Лизу и кивнул ей. Девушка лишь мягко улыбнулась в ответ. — Итэр, солнце... — последовала недолгая пауза, в которую Альберих встряхнул головой, чуть сильнее сжимая руки на талии друга, — На самом деле, не думаю, что кто-то понял, — только и выдохнул Кэйа, ловя на себе чужой взгляд. Сяо, заметив это, перевел его в пол, сильнее прижимаясь к двери. Пальцы его дрогнули. *** — Ну и? Что ты решил? — Тарталья смял бумажный стаканчик в руке. Дилюк проследил за его полетом и отвел взгляд, пока стакан удачно не приземлился в мусорное ведро. — Ты младшего брата встречать идешь? Чайльд вынул из кармана упаковку с жевательной резинкой и закинул пару в рот. — Не отходи от темы. Рагнвиндр промолчал, прислушиваясь к разговорам за забором на школьном дворе. Сначала, покинув территорию школы, он почувствовал некое облегчение – наконец настала тишина, никто не сможет помешать их разговору – но совсем не ожидал, что Чайльд сразу возьмется за эту тему. Поэтому теперь, не зная как вообще это обсуждать, Дилюк пожалел, что они остались наедине. К сожалению, ощущение, что его сверлят взглядом, оказалось никаким не ощущением. Дилюк прикрыл глаза, не желая смотреть в лицо друга. — А что, позволь спросить, мне ответить? Ничего я не решил. Тарталья громко вздохнул. Возможно, Дилюку могло показаться, но он еще и закатил глаза. На повороте их ждал рыжий мальчишка, с такими же растрепаными, как у Чайльда волосами и такими же голубыми глазами. Он весело махнул рукой, при виде идущих на него парней и натянул приветливую улыбку. — Здравствуй, — Тевкр улыбнулся еще шире, когда Дилюк медленно кивнул ему в ответ, тоже говоря не очень громкое "добрый день". — Ой, слыш, — Тарталья обнял брата за плечи, а другую руку запустил ему в волосы, взъерошивая, — Ниче у него не добрый день, понял? Тевкр поднял одну бровь. Дилюк покачал головой. — Не спрашивай. Рыжеволосый мальчик понимающе поднял глаза. — Ой, ты не привел Моракса сегодня? — через какое-то время понял Тевкр, когда осознал, что все внимание его брата сейчас только на нем, а не как обычно – смотрит на Чжун Ли своего и глаз не сводит. — Не поведу же я знакомиться его с твоим новым... Но Чайльд не успел договорить. Ему помешал Тевкр, старательно пытаясь закрыть рот брата рукой, чтобы тот не сболтнул ничего лишнего. — Заткнись... — Короче, Дилюк, — обратился к красноволосому другу Тарталья, извиваясь от быстрых движений мальчишки, который то и дело зло, но не сильно, бил брата по рукам и шее, — Я пойду узнавать какого-то Тимми из 1-B, с которым мой брат сосался в туале... — Во-первых! — закричал Тевкр, перебивая Тарталью. Его голос прозвучал настолько громко, что рыжеволосый третьегодка застыл, хлопая голубыми глазами, — Это я из 1-B – запомни ты уже наконец – а он из D. А во-вторых! Ничего я с ним не сосалс... — Да, мы поняли, — Чайльд притянул мальчишку к себе, прижимая ладошку к его рту — Маленьким мальчикам нельзя говорить такие слова. Дилюк тихо рассмеялся, прикрывая лицо рукой. — Окей, идите уже, — он легко улыбнулся, поправляя лямку сумки. — Пойдем, не переживай, — Чайльд отпустил брата, — А ты, — тыкнув пальцем в грудь Рангвиндра, парень наклонился к его уху, шепча, чтобы Тевкр рядом не расслышал, — Подумай, что можно сделать с Кэйей, понял? Хорошо обдумай все. Конечно, сказал он это почти так, как ему дал указание Чжун Ли. Дилюк молча кивнул. Тарталья отстранился и ухмыльнулся, хлопнул брата по плечу. Тевкр улыбнулся, махнул на прощанье Рагнвиндру рукой, и оба развернулись, поворачивая за угол. Дилюк так и остался стоять, держа руку в воздухе – жест, которым он всегда прощается с братом друга. Обдумать все? Да что там вообще обдумывать...