«Lost in the dark / Потерянный во тьме...»

… — Ну и что же? — прерывистым запыхавшимся голосом спросил Дэй, под внимательным взглядом серых глаз, в очередной раз делая взмах своим «мечом» и пронзая невидимого противника.  — А то, мой милый ученик, что если нужно что-то сказать, говори без промедления. Если ты будешь говорить позже, люди подумают, что ты оправдываешься. Более того, иногда нужно ошеломить собеседника своей речью. И ты одержишь наивысшую победу, если, в дополнение к уместным и своевременным словам, научишь его чему-то, для него полезному.  — Ну, может ты и смог убедить отца своей девушки в том, что у вас любовь, но в конце то концов она тебя бросила. — прокомментировал Дэй, чувствуя, как заменевшая от тяжёлого деревянного оружия рука лихорадочно дрожит, словно моля прекратить издевательства.  — Если переложишь меч в другую руку, время обнулится. — Не забыл подсказать мальчику правило их тренировок, мило улыбнулся Оромис и отклонил корпус назад, спокойно наблюдая, как острый деревянный конец проносится в миллиметре от его глаз. — И насчёт истории моей несчастной любви, я представил тебе её в виде примера, чтобы ты лучше понял смысл. Дэй, не произнёс ни слова, стараясь контролировать дыхание. Он видел, что от его бесконечно повторяющихся действий есть толк. Например, числа на «Послании» хоть смертельно медленно, но прибавляются. И удерживать меч в вертикальном положении, при этом довольно часто взмахивая им, Дэй может уже больше часа, что немного радует. Правда… Хоть и были видны заметные сдвиги, мальчик знал, что его успехи довольно малы. За три с половиной недели Дэй научился только правильно держать меч и выполнять несколько оборонительных техник. Всё. Ещё большая тоска настигла его в тот момент, когда неделю назад в дверь грубо постучали и, не дожидаясь ответа, выломали её, бесцеремонно входя. Тогда Дэй не смог сделать ничего стоящего. Пока Оромис вырубал разбойников один за другим, мальчик мог лишь уклоняться от ударов своего единственного противника и кусать губу, ощущая собственную никчёмность. Ему оставалось лишь позорно дожидаться Оромиса… После этого случая Дэй стал усиленно заниматься и внимательно прислушиваться к советам мужчины. Иногда, когда мальчик не мог заснуть, он выходил на улицу и снова усиленно пытался в точности повторить тот рубящий удар, который Оромис показал ещё до начала их тренировок. Дэй слышал звук рассекаемого воздуха, прозводимый мечом при взмахе, но он был слишком тихий. Даже близко не стоял с тем оглушительным рёвом, услышанным мальчиком после того, как мужчина выполнил рубящий удар.

*

Поднялся ветер. В одну минуту пламя обхватило весь дом. Красный дым вился над кровлею. Стекла затрещали, сыпались, пылающие бревна стали падать, раздался болезненный стон и один из нападающих упал замертво, расширенными глазами уставившись в пылающий взгляд темно-зелёных глаз. В глазах мальчика отражалось бушующее пламя и картины множества смертей. Блеск меча Оромиса и тело его противника, безвольной куклой отлетевшее в огонь. — Лайс «Кровавый пёс» значит… — Дэй сделал глубокий вдох. Его рот и ноздри были наполнены запахом крови. Он долго ждал этого момента и готовился к нему, но… Теперь волнение потихоньку съедало его изнутри. Дэй чувствовал, что должно произойти что-то очень страшное и мучительное. Арбалет убитого врага, который он поднял с земли, скользил в руках из-за покрывавшей его поверхность крови. Свиш! Три полосы серебряного света устремились к мальчику, сопровождаемые свистом ветра. Обнаружив, что ситуация складывается не в его пользу, Дэй сделал глубокий вдох, заставляя себя успокоиться и почувствовал, как неизвестная сила снова откликается на его безмолвную просьбу и волнами растекается по всему телу. Мальчик снова почувствовал, как время вокруг… замедлилось. Его чувства обострились. Он слышал каждый вдох противников, ощущал окружающее пространство каждой клеточкой тела. Казалось, словно Дэй был всем в этом мире и всем этим повелевал… Но стальные метательные ножи всё приближались. Хоть и медленнее, но… «Не медли. Если будешь и дальше так стоять — умрёшь примерно через пять секунд» — мужской голос неожиданно прозвучал в голове Дэя, заставляя ребёнка вздрогнуть всем телом и замереть. Дэю показалось, словно мужчина стоит у него за спиной. Но прислушавшись к ощущениям, мальчик понял, что в радиусе метра его ничего не окружает, кроме медленно приближающихся лезвий. «— Кто вы? — мысленно обратился к незнакомцу Дэй, пытаясь успокоить скачущее галопом от неожиданности сердце. Мальчик видел, как впереди Оромис сражается с целой толпой. Видел, как его меч пронзает тела врагов и с хрустом ломает кости. Как сверкающее в свете огня лезвие несёт в себе смерть и разрушения, создавая кровавые реки и смертельно красивые свисты рассекаемого воздуха. — Я бы с удовольствием ответил на все твои вопросы, если бы знал ответы и твоя жизнь не висела на волоске. — холодный, но уверенный. Казалось, что говорящий был полностью собран и ни капли не беспокоился. — И что же мне делать? Увернуться точно не получится. — тоже успокоившись, мысленно спросил Дэй соревнуясь с незнакомцем в хладнокровности по отношению к сложившейся ситуации. Удивительно, но страх ушёл, а на его место пришёл игральный азарт. — Для начала, сделай глубокий вдох. Соберись и… Действуй по обстоятельствам. Обдумай каждый свой шаг и действие. О чем бы ни шла речь, всегда можно добиться своего. Если ты проявишь решимость, одного твоего слова будет достаточно, чтобы сотрясать небо и землю. Но тщедушный человек не проявляет решимости, и поэтому, сколько бы он ни старался, земля и небо не повинуются его воле. Покажи мне, что ты достоин моей благосклонности, малец» « — Ну спасибо. А то я не знал, что нужно собраться. И твоя благосклонность мне не нужна. Мы даже не знакомы. — твёрдо подумал Дэй и начал бегать глазами, осматривая происходящее перед собой. В ответ послышалось насмешливое фырканье и мальчик поёжился, когда к нему пришло понимание того, что незнакомец услышал его последние мысли. Вдох. Воздух плавно вошёл в его лёгкие, затем распался на несколько частей, просочился в его кровоток и превратился в энергию. «Подождите!» — Зрачки Дэя сузились. Он заметил кое-какую странность. Мальчик только что сделал вдох. Если сверяться с замедленным временем, это действие должно занимать полсекунды, но он потратил на вдох… Его действия не были замедленными! «Это значит…» Дэй выдохнул, с удивлением обнаруживая, что за время его выдоха метательные ножи преодолели дистанцию всего в два сантиметра. В его голове родилась мысль. «Как и ожидалось, моё дыхание ускорилось в этом замедленном режиме. Значит, ускорились не только мои мысли. — Дэй с удивлением посмотрел на бегущего к нему мужчину. — Это тоже, что я чувствовал тогда в переулке…? Нет. Это немного другое, но…» Однако испытанная им после этого слабость позволила ему кое-что понять. Сила в его теле начала быстро истощаться, когда он совершил ускоренное дыхание в замедленном режиме. Энергия, бурляшая в его теле, внезапно практически вся истощилась. Очевидно, сила не была бесплатной. Это он понял ещё когда в прошлый раз использовал её. Основываясь на прошлом опыте, мальчик понял, что после сражения ему будет плохо. Очень плохо. Однако ситуация не позволяла Дэю и дальше предаваться размышлениям. Мальчик принял решение — он не может ни прятаться, ни отступать. Эти действия сильно истощат его необычную энергию. «Я не знаю, что ты задумал, но будь осторожнее. Твоя смелость достойна похвалы, но не является ли она безумием?» Дэй проигнорировал слова незнакомца. Когда метательные ножи практически добрались до него, Дэй просчитал их траекторию, направление ветра и движения своего оппонента, приготовившись увернуться при помощи своих усиленных чувств. В руках дрожал арбалет с уже натянутой тетивой. Оставалось только… «Сконцентрируй свою энергию и копи свои силы. Если ты не знаешь ни врага, ни себя, ты будешь погибать в каждой битве. Неплохо. Твой план полностью истощит тебя, но ты не умрёшь. Довольно опрометчивый ход, особенно при условии, что не все враги ещё повержены. » — снова прозвучал в голове мужской голос. Когда Дэй начал двигаться, оставшаяся в нём энергия была, наконец, полностью исчерпана. После этого… Дэй сжал зубы, прицелился в свою цель и нажал на спусковой крючок! В следующее мгновение время снова стало нормальным. Зрение Дэя затуманилось. Он ощутил боль в левой руке и правом плече, а потом почувствовал отдачу после выстрела арбалета. Кланг! Оружие упало на землю. Шикк! Раздался звук вонзающегося в плоть болта. «Поверни тело вправо! Быстро!» — Берегись! — раздался свирепый крик Оромиса. И Дей, отклонивший свой корпус вправо с удивлением и шоком заметил, как в миллиметре от его глаз пролетел ещё один метательный нож, который мальчик не заметил. Силы были на исходе. Не сумев удержать равновесие, истощенный Дэй упал на землю, уставившись перед собой затуманенным взглядом. Болезненность и чувство голода становились всё более отчётливыми и невыносимыми. Прямо перед его глазами мужчина, бегущий к нему, утратил баланс и упал на землю.  — Лайс! Сэймон первым напал на меня, мне ничего не оставалось, кроме как защищаться! — гневно сверкнув глазами, прокричал Дэй, уставившись на лежащего на земле мужчину. В памяти всплыли фрагменты недавних событий. Лайс «Кровавый пёс» и Сэймон «Кровавый глаз» — родные братья. Несмотря на то, что они ненавидели друг друга, Лайс пришёл «отомстить» за брата и восстановить запятнаную честь своей семьи. Но Дэй понимал, что за его благородной речью таится совсем иная цель. Скорее всего, Лайс пытается произвести впечатление на старших в Союзе и получить звание «Главы» Заброшенных домов… Дэй отчётливо помнил, как около тридцати человек окружили дом и одновременно подожгли его со всех сторон. Он также помнил, как Оромис вихрем влетел в его комнату и, подхватив мальчика под руки, выпрыгнул в окно. Они сразу попали в окружение и Оромис, закрыв собой Дэя, обнажил меч, приготовившись к сражению. А мальчику он дал странной формы кинжал, с изогнутым лезвием. Под светом огня казалось, что оно извивается языками пламени… «Он… Мёртв?» — отгоняя воспоминания, подумал Дэй, уже как несколько секунд наблюдая за безвольным телом Лайса. «Ещё не конец. Как я и сказал, ты очень сильно ошибся.» — Проклятье, — недовольно выругался Лайс, с болезненным выражением лица хватаясь за левое бедро, в которое глубоко вонзился арбалетный болт. Ослабевший Дэй задрожал, начав вытаскивать метательные ножи из руки и плеча. Он ещё не восстановился. Ему удалось выжить в критический момент, но, видимо, это и правда был не очень удачный ход. — Такой ответ и точность… — Лайс с шоком и недоумением смотрел на Дэя, словно видел перед собой самое удивительное создание в мире. — Оромис научил тебя этому? Ха-Ха! Даже его ученики могут убить меня! Дрянь... Глаза Лайса были наполнены болью и завистью. Он смотрел на Дэя, как на заклятого врага и стал медленно подниматься, крипя зубами от пронизываюшей ногу боли. Однако, арбалетный болт не остановил Лайса. Он, пошатываясь, всё ближе приближался к Дэю и опустился рядом с ним. От столь активных действий рана стала кровоточить ещё сильнее, но Лайс не обращал на это совершенно никакого внимания. Казалось, сильная боль наоборот ещё сильнее взвинтила мужчину. Упершись коленом в спину истощенного Дэя, дрожащий Лайс выпрямился. — Сэймон… Сэймон… — Мужчина взревел с яростью и негодованием: — Сэймон, как ты мог умереть от руки этого жука! Ублюдок… С ненавистью уставившись в спину Дэя, Лайс испытывал такую сильную боль, что у него дрожали зубы. Его глаза полностью покраснели, а голос приобрёл хрипоту. Даже спустя столь долгое время он не смог убить Оромиса, даже когда привёл с собой тридцать лучших учеников, которых тренировали лучшие воины Союза. Лайс лишь мог удручённо опустить голову и посмотреть на лежащего на земле Дэя. Мальчик силой воли уперся руками в землю и попытался подняться на ноги. Однако опытный мужчина придавил его к земле, не давая ему даже перевернуться и поймал страшный взгляд Оромиса. Тот стоял, держа в руках окровавленный меч и прожигающим взглядом уставился в глаза Лайсу. Землю вокруг него устилали неподвижные трупы учеников Лайса, а взгляд, отражающий самые страшные картины, так и обещал мучительную смерть. Однако лицо Оромиса в свете огня было пугаще-спокойным и только злобный взгляд говорил о состоянии его души. «Дерьмо… Я… загнал его в угол, не так ли? И… Этот мальчишка… Его слабость? Кто этот ребёнок, что вечно холодный и расчетливый Оромис так о нем беспокоится? Постойте, неужели… Это ключ! » — Да, я не могу победить Оромиса. — Глаза Лайса наполнял укротимый гнев. — Но я поймал тебя! Да, я тебя не убью! — безумным тоном прорычал мужчина на ухо Дэю, вызывая табун мурашек. Лайс прицелился в левую руку Дэя, прижатую к земле, рукоятью сабли. « — Нет… Он же не…» — лихорадочно подумал мальчик и невольно задрожал. Его тело сковал ужас, а сердце замерло в немом ожидании… Стук! Всё тело Дэя содрогнулось. Он ощутил сильную боль в левом запястье. Хруст…! Раздался отчётливый звук ломаемой кости. — ААААХХХХ! — взвыл от боли Дэй. Он стал отчаянно вырываться. Вытянув назад правую руку, он попытался за что-то схватиться, но схватил лишь пустоту! Казалось, словно его левая рука онемела, осталась лишь боль. В следующее мгновение, под гневный рёв Оромиса, Лайс с силой ударил мальчика по спине. Дэй увидел звёзды. — Я не шутил! Я не убью тебя, но только при условии, что твой учитель сейчас же перережет себе глотку! Ха-Ха! — засмеялся Лайс, краем глаза замечая, что Оромис стремительно срывается с места, направляясь в их сторону. — Разве я только что не сказал, что нужно сделать, чтобы ты смог спасти своего отброса?! — Глаза Лайса были красными. Он снова взмахнул саблей, устремляя её рукоять вниз. Хруст…! На этот раз хруст донёсся со стороны правой коленной чашечки Дэя. Невероятная боль пронзила всё тело ребёнка! — ААААХХХ! — Болезненные крики мальчика становились всё более напряжёнными. Его спина болела, содрогаясь от спазмов. Он ещё сильнее забился под Лайсом. Оромис остановился, его сердце на миг замерло, а потом ежесекундно начало набирать темп. Он не мог позволить Дэю умереть. Не мог. И он бы с радостью согласился с условиями Лайса, если бы они жили в каком-нибудь слащавом романе про справедливый мир. Но это суровая реальность, где на каждом шагу тебя подстерегают опасности. Оромис знал, что Лайс не будет церемонится и даже не задумываясь убьёт Дея после его смерти, совершая месть за брата. В ином случае, если мальчик всё-таки выживет, то он столкнётся с непреодолимыми трудностями. Нет. Оромис не мог оставить этого ребёнка наедине с суровой жизнью, обрекая на мучительный голод или смерть от зубов собаки. О насильниках Оромис боялся даже подумать, поэтому просто напряжённо замер, отчаянно стискивая зубы и не желая признавать поражение. Но… Он был бессилен… Тело Дэя билось в конвульсиях. Мальчик пытался скинуть с себя мучителя. Лайс сжал зубы. Пока он слушал полные боли крики Дэя, его глаза наполнились странной радостью. — Я позволю тебе… Лайс свирепо взревел, придавил Дэя коленом и снова поднял саблю. — Сохранить твою правую руку! В следующее мгновение он в третий раз опустил лезвие! Хруст! Раздался отчётливый звук хруста, вызывающий в сердцах людей страх. Была сломана левая берцовая кость Дэя. Мальчик испытывал такую сильную боль, что практически не мог издать ни звука. Его плечи упали на землю, а тело начало слабо подрагивать. Казалось, время замедлилось. Тело Дэя в оцепенении дрожало на земле. В этот момент, испытывая невероятную боль, он почувствовал, что смерть, наконец-то, пришла за ним. «Это… конец?» — Лайс! — Оромис сделал шаг вперёд и резко поднял голову. Он свирепо взревел, с болью в глазах наблюдая за дрожащим телом ребёнка: — Давай! Подойди и убей меня, сукин сын! Вууш! Кланг! Мечи скрестились в воздухе. Каждый из мечников вложил в свой удар всю ненависть и отчаяние. С громким стуком, оружия отскочили друг от друга, чтобы в следующее мгновение, описав дугу, снова столкнуться в яростной схватке.  — АААРХ! — громко выкрикнул Лайс, пронзая левое плечо противника. — Ублюдок! Жалкий муравей, решивший нападать на слабых! В тебе не осталось ни капли чести и достоинства! Я убью тебя. — грозным голосом проговорил Оромис и нахмурился, замечая, как его левое плечо начинает кровоточить и нанёс ответный удар, пронзая здоровое бедро противника. Дэй слышал множественные звуки столкновения мечей. Слышал рёв мужчин и чувствал усилившийся запах крови и пыли, поднятой во время схватки. Пожалуй, это было единственное, что он чувствовал помимо всепоглошающей боли, волнами накатывавшей на него каждое мгновение. «Малец, я пока не понял герой ты или псих, но никто доселе не обладал силой и благородством духа, чтобы управлять моей силой, с которой даже мне тяжко приходится. Победа предназначена для тех, кто готов заплатить ее цену, и я вижу, что ты готов это сделать. Я дам тебе ещё немного своей силы, но знай, что когда сила овладевает, справедливость больше не применяется. Знай меру.» Боль не давала Дэю потерять сознание. Она усиливалась, стоило ему только на мгновение погрузиться в желанную темноту и возвращала его к реальности. Дэй находился на грани потери сознания, таинственная сила начала быстро распространяться по его телу, как быстро растущие сорняки после дождя. К нему вернулась боль, когда он почти потерял сознание. Она снова не дала ему провалиться в забытье. Дэй крепко стиснул зубы и выдержал странный феномен в своём теле. Он попытался вдохнуть пыльный, грязный воздух, как цепляющийся за жизнь утопающий. В мгновение ока энергия создала неприятное ощущение, распространившееся по всем уголкам его тела подобно приливной волне. Дэй вздрогнул. Он никогда ещё не встречался с подобным. «Эта сила сейчас необычайно… активна. Нет, всё гораздо серьёзнее. По сравнению с неуклюжим чувством, которое я испытываю, призывая её самостоятельно, текущая энергия похожа на вырывающийся из шлюза поток воды, омывающий всё моё тело! Словно ленивый пёс внезапно превратился в голодного волка!». Дэю даже не пришлось призывать эту силу, чтобы усилить свои чувства. Он начал ощущать всё вокруг: ветер, создаваемый взмахами мечей, сражение между двумя мужчинами, их разговор, температуру и даже проползающую в нескольких метрах от него толстую крысу. Всё было более отчётливым, детализированным и ясным, чем до его ранения. Увы, вместе с улучшением его чувств усилилась и боль. Дэй чувствовал себя так, словно кто-то дюйм за дюймом начал стучать кузнечным молотом по его костям, начиная с верхней части тела и выпрямляя их с помощью раскаленного железа. Ему также казалось, будто кто-то взял острый меч и при помощи него начал вскрывать его кровеносные сосуды, начиная с внутренностей и продвигаясь к внешней части тела. Дэю казалось, будто по нему ползают миллионы голодных личинок, вспарывая его плоть и проникая под кожу! «Боже, боже, боже!» Мальчик не мог двигаться. Он мог лишь дрожать и выдерживать пытку, краем сознания отмечая происходящее вокруг… … — Да зачем тебе сдался этот кусок мусора, Оромис! Слабые должны умереть — это же твои слова! Так почему…?! — С трудом отбивая могущественный удар оппонента, прокричал Лайс, делая выпад вперёд. Он целился прямо в грудь сопернику и ему даже на мгновение показалось, что меч пронзит тело Оромиса, но в последнее мгновение раздался оглушающий звон. Лезвие меча Лайса неистово задрожало и надломилось с пронзительным звоном. С таким же звоном порвалась и последняя ниточка надежды на победу. Лайс почувствовал, как меч Оромиса пронзает его сердце и, на грани смерти услышал его слова, наполненные злостью. Глаза Лайса расширились, стоило ему услышать: — Я защищаю его потому, что он мой…

*