Молчи о своих желаниях

      -Я не буду это выпускать. -Помотала головой блондинка. Очки съехали на кончик ее носа, и она раздраженно уставилась на Криви.       Мальчишка дерзнул притащиться прямо к ней домой, порушив все ее планы. Завернутая в шелковый халат, она вынуждена была разговаривать с ним, а не принимать ванную, вода в которой тем временем остывала, а взбитая клубничная пена оседала.       «Только бы Лестрейндж не притащилась слишком рано» -Мысленно умоляла она. Колину вовсе незачем было знать, что они с Пожирательницей заодно, и от настойчивости юноши, не соглашающегося убраться прочь, у нее постепенно сдавали нервы.       -Но как же…-Криви осекся, разглядывая колдографии разрушенного здания, рассыпанные на антикварном дубовом столе. Столь резкий отказ Скитер выпустить ошеломительную статью о бесчинстве Лестрейндж в Косой Аллее вызвал у парня недоумение, и он использовал последний, беспроигрышный аргумент. -Мы потеряем огромные деньги! Тысячи галлеонов…       -К черту галлеоны! -Покрываясь алыми пятнами, рявкнула Скитер, заставляя его вытаращить на нее глаза. - Мы не будем писать о Лестрейндж!       Криви смотрел на нее так, будто Рита Скитер только что призналась ему, что уже лет как десять потребляет в пищу младенцев. Пытаясь взять над собой контроль, она движением руки приказала парню сесть на кресло. Он подчинился, все так же ошарашенно глядя на журналистку.       Скитер на секунду подумала, что было бы уместно шарахнуть в него заклятием Обливейт и просто избавить несносного мальчишку от мыслей о происшествии в Косой Аллее, но весть об убийстве распространилась уже по всему Лондону. Если она и отделается от Криви сейчас, то уже через пять минут он вернется, чтобы преподнести ей эту ошеломительную новость заново.       -Это же наша работа. - Несмело заговорил он, искренне недоумевая о причине такого резкого отказа. - Я несся на место убийства, как сова с подпаленным хвостом, сделал колдографии…       -Не в этот раз, Колин.       -Разве мы не должны освещать все новости, все происшествия, без исключений? –Недоуменно уточнил он и добавил. –Это из-за Гермионы Грейнджер, верно? На днях у вас состоялся разговор на повышенных тонах, а после вы выпустили эту статью об их с Лестрейндж романе. Что произошло? Кого Вы выгораживаете?       Скитер замолкла, пытаясь понять, с чего бы это Грейнджер могла стать для нее препятствием в работе, и, вспоминая, как девчонка вместе с Лестрейндж ввалились в ее офис, мигом подхватила мысль Криви.       -Ну разумеется, из-за Грейнджер. –Растекаясь в улыбке, она обошла свой стол и, приблизившись к мальчишке, поворошила его волосы. –Вы же с Гермионой давно знакомы. Она хорошая девочка. Удивлена, что ты сам до этого не додумался.       -Но убийство есть убийство. –Поднимая взгляд на руку Скитер, нежно ерошащую его прическу, промолвил Колин.       Глаза блондинки опасно сузились, точно у лисы, высматривающей свою добычу, и он понял, что она солгала.       -Вы врете. –Зло ответил он, улизнув от ее руки. –Не нужно быть нежной и врать, глядя мне в глаза. Либо говорите мне правду, либо мы не договоримся.       -Твою мать! –Ругнулась Скитер и, заставляя себя сдержаться, устало потерла лицо руками. Она столько раз врала мальчишке, но он еще ни разу не ловил ее за хвост.       Колин же гадал, что за сила удерживает его на этой работе, рядом с этой нахальной и беспринципной женщиной? Порой Скитер использовала в своих журналистских расследованиях методы, которыми могли бы заинтересоваться мракоборцы: зелья неизвестного происхождения, подслушивающие устройства из магазинчика Уизли и прочие атрибуты. Криви сомневался в их законности, но ни разу не позволил себе усомниться в эффективности. Благодаря этим уловкам они со Скитер всегда оказывались на шаг впереди других изданий, однако ощущение того, что он глубоко окунулся в грязь, не покидало его еще долго после их с Ритой шпионских игр. Впрочем, он знал, на что шел. Журналистика – грязное дело. Колин быстро научился прощать Скитер ее ухищрения, и, хоть и отказывался себе в этом признаваться, тайно уважал ее за умение пробивать стены неизвестности и добывать факты.       Криви был мягким. Чересчур мягким для такой работы, но Скитер быстро научила его быть еще и хитрым. Мальчишка приносил шикарные колдографии, терпел ее выходки и стал первым человеком, с которым она, наконец, сработалась. К тому же, он научился юлить и отвлекать внимание на себя, пока она добывала нужную ей информацию.       -Хочешь кофе? – Сменив гнев на милость, блондинка глубоко вздохнула и махнула рукой, призывая его пойти на кухню. Колин последовал за ней, и Скитер подумала о том, что, раз уж они в одной связке, парнишка должен быть в курсе того, что происходит. Пусть и в том свете, который выгоден ей.       -Значит, есть что-то еще? –Догадался он. –То, что Вы боитесь или не хотите сказать.       Парень взгромоздился на высокий стул и, подперев голову руками, воззрился на нее. Скитер придвинула стул и села напротив. Пока кофе закипал на огне, она смотрела на него, размышляя, стоит ли доверять тайну, и, решившись, наконец, произнесла:       -Я всегда давала тебе свободу, Колин. Но сейчас я запрещаю тебе даже упоминать об убийстве в «Пророке».       -Тогда я хочу знать причину. –Искренне ответил он и, заглядывая женщине в глаза, пообещал. –Я ни разу Вас не подводил, так что выкладывайте все, как есть. Если Вам понадобится помощь, я хочу знать, какая именно.       С губ Скитер слетела усмешка. Мальчишка впервые решился говорить с ней на равных, и его решительность покорила ее.       -Если я скажу тебе, что мы не станем писать эту статью, потому что мы ошиблись? Обвинение против Лестрейндж – это бред, во всем виновен другой человек. Тот, кого считают мертвым. –Доставая турку с верхней полки, произнесла она. -Ты мне поверишь?       Колин живо замотал головой, но вдруг остановился и, обдумав что-то, кивнул. Похоже, он научился доверять Скитер настолько, что готов был согласиться даже с этим безумием.       -Ты обязательно должен знать все? –Спросила его она, насыпая кофе в турку, и, получив утвердительный ответ, добавила. – Абсолютно все?       -Мы в ответе за «Пророк». Если уж мы и выпустим статью, от которой все будут плеваться, я должен понимать, что стояло у ее истоков.       -Вот и славно. –Проворковала женщина. -А теперь слушай, дорогой. Ты был на месте? Ты видел там Лестрейндж? Уверен, что это была именно она?       -Нет. Но есть свидетели. Около дюжины магов утверждают, что видели там именно Беллатрикс. Думаете, столько людей может врать?       -Миллионы могут врать. Тебе ли не знать, малыш.–Подперев голову рукой, блондинка смотрела на своего протеже.- Или же они могут заблуждаться. Особенно, если их обманывают.       Колин прекрасно понимал, на что намекает Скитер. Когда Гарри Поттера выставили сумасшедшим и отрицали возвращение Темного Лорда, он, все же, верил в обратное. И, хотя в то время Скитер выставляла Поттера вруном, в этот раз он ей все же поверил.       Рита, сняв турку с огня и налив источающий аромат напиток в чашку, придвинула ее к Криви.       -Хотите сказать, что кто-то затеял против Лестрейндж опасную игру? -Криви пристально посмотрел на женщину. Та таинственно улыбнулась уголками губ, и он ахнул.       –Вы уже втянуты! Не спеша раскрывать перед ним все карты, Скитер подперла подбородок руками.       -Все втянуты. Лестрейндж, Грейнджер, Визенгамот, мракоборцы и даже мы с тобой. А скоро еще и невыразимцы подтянутся, если еще этого не сделали. Но я знаю кое-что, что не известно даже главным героям этого представления. То, что сможет нас прославить, если мы с тобой немного потерпим. –Улыбка змеей скользнула по ее губам. Женщина достала палочку и протянула мальчишке руку. -Готов отправиться со мной кое-куда, Криви?       Он все еще сомневался. Его взгляд скользил по лицу Скитер, но ее полуулыбка выражала загадку, а не коварство и опасность. Впрочем, сотрудничество со Скитер всегда сулило неприятности. Вот только разве неприятности для него – это нечто новое?       -Готов. -Решился он, по-мужски крепко обхватывая ее ладонь.       Скитер кивнула, принимая его решение, плавно взмахнула палочкой.       -В Лютный переулок.       Пространство сжалось и закрутило их обоих, выбрасывая из пепельного облака заклинания трансгрессии в тенистый закоулок, пахнущий сыростью и отходами. Криви, выравнивая спину и преодолевая тошноту, выровнялся и, не выпуская руки Скитер, поспешил за ней. Задавать вопросы было незачем, да и некогда, а потому Колин лишь озирался, гадая, что привело их в это мрачное место.       Журналистка точно знала, куда идти. Стуча каблуками по брусчатке, она повела парнишку к «Спини Серпент». Обладавший неуемным природным любопытством Колин не раз пытался зайти в лавку еще будучи студентом, но двери той ни разу не открылись. Каково же было его удивление, когда Скитер открыла дверь, не используя ни тайного отпирающего заклятия, ни пароля, ни ключа. Женщина пропустила его вперед, и парень без страха вошел первым.       В лавке царил полумрак. В воздухе витал запах пыли. Позволяя себе осмотреться, Криви остановился на пороге и потянул Скитер за собой. Та прикрыла дверь и внимательно взглянула на лицо парнишки.       -Не страшно? – Поинтересовалась она, то ли подтрунивая над ним, то ли беспокоясь, и когда Колин отрицательно мотнул головой, повела его в проход, где скрывался люк.       Протеже сообразил раньше, чем Скитер успела его попросить, и потянул за металлическое кольцо, открывая вход в лаз.       Из подвала пахнуло сыростью. Густой, застоявшийся воздух хлынул наружу, и Колин, дав свежему войти внутрь, начал спускаться вниз. Его шаги по шаткой лестнице эхом отскакивали от подвальных стен, но, не успел он ступить на землю, как его рывком сволокли со ступеней и опрокинули навзничь. Пытаясь отбиться, парнишка наугад махнул кулаком, ударяя обидчика в скулу. Тот издал шипение и огрел его в ответ.       -Бей, бей его! -скомандовал кто-то из угла.       В полумраке сверкнули глаза нападавшего -серые, злые и испуганные. Заросшее щетиной лицо искажали зловещие тени.       -Оставь его! -Выкрикнула Скитер, спеша вступиться за протеже. --Струпьяр!       Через секунду она очутилась рядом и, ударив нависшего над Криви человека по спине, потребовала:       -Слезь с него, безумец! Мальчик со мной!       Струпьяр отпрянул, отряхиваясь, а затем помог встать Криви. Тот, смахивая с себя пыль, окинул взглядом еще двоих, изучающих его с недобрым оскалом, точно псы нового члена стаи. Сердце провалилось куда-то вниз и затихло. Он узнал этих троих. Живые мертвецы смотрели на него и Скитер. Хвост, Родольфус Лестрейндж и Струпьяр.       -Мальчик со мной. -Ладонь журналистки стиснула его плечо. ***       В Отделе регулирования магических популяций и контроля над ними случился небывалый переполох. Дурные вести и правда летели со скоростью снитча, и уже к одиннадцати часам утра все Министерство стояло на ушах. Этаж полностью закрыли от посетителей, а у самих сотрудников работа встала. Все собрались в коридоре, чтобы посмотреть на невыразимцев.       Эти четверо одним своим видом заставляли кровь стыть в жилах. Слишком похожие на Пожирателей Смерти в своих плотных черных мантиях и серебряных масках, невыразимцы перевернули кабинет Грейнджер вверх дном. Никто не знал, что именно они ищут, но как только их нога ступила в Отдел, все стали говорить только шепотом.       -Рано или поздно, ее найдут. Уж если за Беллатрикс взялись невыразимцы, то дни ее сочтены. -Произнес Симус, из коридора наблюдая за тем, как один из них, высыпав на пол свитки и бумаги из ящика стола, копошится среди них. -Почему Гермиона вообще ей помогает? Так запятнать свою репутацию ради Пожирательницы Смерти…       Он осекся и, раздумывая, стоит ли спрашивать о том, что крутилось у него на языке, покосился на стоящего рядом Уизли:       -Это правда, Рон? То, о чем написали в «Пророке»?       -Ты про их интрижку? -Вклинился в разговор привалившийся к стене Забини. Грюма, Тонкс и Блейза, как только стало известно о нападении на Августу Лонгботтом, отстранили от дела Лестрейндж, затем несколько часов допрашивали, и теперь Блейз, оказавшийся бесполезным для следствия, слонялся без дела. У него было чуть больше информации, чем у тех, кто был на этаже, и он был рад ею поделиться.       -Не знаю, насколько у них все серьезно, но они трахаются, это уж точно. -Сказал он Симусу, ненамеренно привлекая внимание стоявших рядом волшебников.       -Помолчи. -Шикнул на него Рон, нервно пощелкивая в кармане брюк зажигательным механизмом деллюминатора.       -Они обе это подтвердили, когда мы нагрянули в Малфой-мэнор, Уизли. -Насупился Блейз. -Странно, что для тебя это новость. Вы же с Грейнджер, вроде как, друзья.       -Они в ссоре. – Сдал его Симус. -Как раз из-за Лестрейндж.       Уизли зло зыркнул на него, и парень невинно пожал плечами, оправдываясь за свой болтливый язык, но поплатиться за это ему было не суждено.       В кабинете Гермионы что-то громыхнуло, и все оживились, пытаясь заглянуть в дверной проем и выяснить, в чем дело. Как оказалось, причиной шума стал ящик с изъятыми у браконьеров капканами, один из которых вдруг сработал, и зеваки разочарованно вздохнули. Пользуясь моментом, Блейз чуть придвинулся к Рону и легонько пнул того по пятке ботинка, шепнув на ухо рыжему парню:       -Мне нужно в сортир. Не составишь компанию, Уизли? А то от невыразимцев мне как-то не по себе.        Не дожидаясь ответа, он быстро направился по коридору в самый его конец, и Рон, считав намек, увязался за ним. Они вошли в уборную друг за другом и, Блейз, открыв по очереди все кабинки и убедившись, что их никто не подслушает, схватил Уизли за грудки и заволок в одну из них.       -Лестрейндж не виновна. -Выпалил Забини, опасливо косясь на дверь. -Если тебе не безразлична судьба Грейнджер, то засунь свою гордость туда, куда не достает солнечный свет, и послушай: в тот момент, когда на Августу Лонгботтом напали, мы с Лестрейндж разносили гостиную Малфоев в щепки. Демонстрируя перемотанную бинтами руку, Блейз ухмыльнулся.       -Это она постаралась, рыжий. Проучила меня Сектумсемпрой. Я теперь, дементор меня засоси, просто ходячее алиби Беллатрикс. Понял? Рывками размотав бинты, Забини вытянул руку перед лицом гриффиндорца, и Рон обомлел. Ладонь слизеринца пересекал еще свежий надрез, кое-как зарастающий под действием бадьяна.       -Это была не Лестрейндж. -Вкрадчиво промолвил Блейз, спеша спрятать руку в бинтах. -Не она прикончила Лонгботтом. Ну или у нее есть двойник.       -Кто тебя подослал? --Ошарашенно ухнул Рон.       -Грюм, конечно же. Кто же еще? -Ответил Забини с таким лицом, словно это было очевидно. Глаза парня хитро засияли, и он хлопнул Рона по груди. -Его допрашивают уже битый час, а я прикинулся идиотом, и меня быстро отпустили. Да, я почти ничего не знаю, но я же не идиот.       Поняв, что может довериться слизеринцу, Уизли вымолвил:       -И что нам делать?       Блейз пожал плечами, и Рон, сунув руки в карманы брюк, принялся расхаживать по уборной.       -Поттера тоже взяли под белы рученьки и отправили на допрос. Он утверждает, что Лестрейндж невиновна. Даже сознался, что применил на ней легиллименцию, но невыразимцы не очень-то желают его слушать. -Вздохнул Забини, сопровождая гриффиндорца взглядом. -Хорошо было бы разыскать Гермиону раньше, чем это сделают они.       Рон вдруг остолбенел и, ощупав лежащую в кармане вещь, уставился на Блейза. Тот слегка испугался, и Рон, выхватив деллюминатор, двинулся к нему.       -Нет-нет-нет! -Вскинув руки, вскрикнул Забини и едва не запрыгнул на перегородку кабинки. -Не вздумай дать мне прикоснуться к этой штуке! Рон остановился в метре от него, рассеянно взирая на делюминатор.       -Совсем ошалел? -Шикнул Забини. -Включи мозги, рыжий. Нас же будут таскать по допросам! Если невыразимцы найдут это в моих вещах, они с радостью это применят. Сейчас же спрячь ее обратно. А лучше передай тому, кому доверяешь. Временно.       Дверь в уборную распахнулась, и Рон едва успел спрятать магическую вещицу в кармане, как вошел человек в черной, сплошь закрывающей тело, мантии. Серебряная маска, переливаясь в тусклом свете лампы, повернулась в сторону Уизли. Невыразимец явно смерил парня взглядом, но не произнес ни слова и, теряя интерес, прошел к писсуару. Наложенное на лицо под маской заклятие непроницаемости текло за ним по воздуху черным дымком.       «Они вообще разговаривают?» -Подумал Уизли, изучая взглядом крепкую спину невыразимца. Тот, встав напротив фаянсового изделия, рывком расстегнул ширинку. Уизли смутно понимал действие заклинания непроницаемости. Редко кто использовал его на практике – в основном, преступники, которым требовалось скрыть свою личность. И невыразимцы. Что одни, что вторые, не спешили посвящать Министерство в свои тайны, а потому и об этом заклятии было мало что известно. Рон знал лишь то, что оно создает вокруг лица непроницаемую пелену черного тумана, и то ли меняет голос до неузнаваемости, то ли и вовсе лишает его.       Блейз кашлянул, пробираясь к двери, и взглядом дал Уизли знак следовать за ним. Тот, стиснув в кулаке делюминатор, прошел мимо невыразимца, и серебряная маска слегка развернулась в сторону парня. Ее обладатель явно изучал его.       -Ну и жуткий у них вид! -Ухнул Забини, когда Рон нагнал его в коридоре возле толпы зевак.       Уизли не мог не согласиться. От невыразимцев, которые были похожи на Пожирателей Смерти, и эмоции которых было невозможно считать, ему так же, как и Блейзу, становилось не по себе.       -Не стоит тебе держать эту штуковину у себя. -Напоминая про делюминатор, слизеринец многозначительно зыркнул на Рона и, не рискуя столкнуться с парочкой своих же коллег, нырнул в проход к лифтам. Уизли на секунду задержал взгляд на нем, затем взглянул на приближающихся к нему мракоборцев. Расталкивая собравшихся, они шли прямо на него.       Парень запаниковал. Его взгляд заметался по окружающим и, увидав среди магов рыжий и белокурый затылки, он радостно воскликнул:       -Джинни! Полумна!       -Рон? -Первой отозвалась его сестра, видя, как он продирается к ним через толпу собравшихся. -Рон, ты слышал, что произошло?       -Само собой. -Отозвался он, не до конца уверенный, что именно ему стоит ей ответить, а потому произнес то, что она давно хотела от него услышать. -Лестрейндж с катушек слетела!       -Бедный Невилл. Ты должен все рассказать мракоборцам. -Требовательно заявила девушка. -Все, что знаешь. Чтобы Беллатрикс схватили как можно быстрее. А уж невыразимцам хорошо известно, что предстоит сделать с этой информацией.       -Само собой. -Рука его тем временем вынырнула из кармана и, стиснув делюминатор, толкнулась в ладонь Полумны, настойчиво впихивая его в пальцы Лавгуд. Девушка не подала вида и, схватив вещицу, спрятала ее в кармане комбинезона. В следующий же миг Рону на плечо легла ладонь одного из мракоборцев.       -Уизли, полагаю? -Уточнил тот, силой разворачивая парня к себе, и гриффиндорец кивнул. -Пройдешь с нами.       Широко улыбнувшись Джинни, Рон подчинился. Его сестра, расценивая эту улыбку, как согласие выдать все, что гриффиндорец мог знать о нахождении беглой преступницы, одобрительно кивнула, и Рон, разворачиваясь к высокому мужчине с грубым лицом, произнес:       -С радостью расскажу все, что знаю.       Полумна, стиснув в кармане твердый продолговатый предмет, незаметно ощупала его пальцами, лишь догадываясь, что это может быть, и посмотрела на Джинни. Та не утаила злой ухмылки.       -Наконец-то я горжусь своим братом. Давно пора проучить Лестрейндж. Таким, как она, место в Азкабане. Мечтаю лично присутствовать в Визенгамоте на стороне обвинения, за все, что она сделала с Невиллом. -Представляя себе эту картину, Джинни оскалилась. -Время целоваться с дементорами, Беллатрикс.       Покидая Министерство магии в тот день, Полумна еще долго думала об этих словах. Также она думала о Невилле, который после разговора с невыразимцами будто в воду канул. Его не было ни в Хогвартсе, куда девушка поспешно отправила сову, как только Поттера повели на допрос, ни в самом Министерстве. Лавгуд всем сердцем боялась, как бы он ни натворил дурного.       Как все они могли стать столь разобщенными? Неужели один человек мог расколоть их многолетнюю дружбу? Так озлобить Джинни. Причинить невыразимую боль Невиллу. Вызвать такую ревность Рона.       Нет, в Беллатрикс этого не было, и хотя все свидетельствовало об обратном, Полумна твердо знала, что причина этого безумия не в Лестрейндж. Гарри считал так же, и это помогало ей не сойти с ума. К тому же, и Рон что-то заподозрил.       Лавгуд решила вернуться домой. Она трансгрессировала на лужайку перед своей небольшой квартиркой в Лондоне и прошлась по каменной тропинке, ведущей к крыльцу. Стиснув в кармане то, что отдал ей Уизли, Полумна уже хотела было достать вещицу, чтобы рассмотреть ее получше, но не успела этого сделать. Невилл вырос перед ней из ниоткуда и она, испытывая радость и облегчение, обняла его, крепко обвив руками шею парня.       Лонгботтом ласково коснулся ладонью ее спины. Долгие объятия Полумны на минуту дали ему отпустить боль, но та вновь вернулась напоминаниями о том, что блондинка не решилась поддержать его в охоте на Пожирательницу, и он отстранился от нее, будто девушка стала ему чужая.       -Ты так и будешь твердить, что она ангел? -Резко промолвил парень.       Лавгуд прикусила нижнюю губу, сочувственно глядя на него. Она понимала его боль, но не могла согласиться с его настойчивыми обвинениями.       -Мне жаль, Невилл.       -Ты правда так думаешь! -Взвился он, отступая от нее. -Ты действительно в это веришь!       Он грязно выругался, ошарашивая девушку выражениями, которые она впервые слышала от него, а затем уставился на нее со злостью. Видя в ней предателя, он постучал себя по виску, в гневе выпалив то, что никогда не считал правдой:       -Ты чокнутая, Полумна! У тебя не все дома!       Эти слова она слышала не в первый раз, но то, что они прозвучали из уст любимого, заставило ее почувствовать себя просто ужасно.       -Я не обижаюсь на тебя, Невилл. -Несмотря на это, сказала блондинка.       -Мне плевать, обижаешься ты или нет. -Отмахнулся Невилл. -Я пришел к тебе, чтобы поговорить. Надеялся, что ты одумаешься. Что ты перестанешь твердить, будто Беллатрикс святая. Но ты просто безнадежна! Тебе стоит посоветоваться с Джинни, чтобы набраться у нее разума!       Он отдышался, стараясь задушить боль и отчаяние, и вновь обратился к девушке:       -Я пришел к тебе за помощью, а ты готова стать моим врагом?       Полумна ласково смотрела на него.       -Я никогда не смогу стать твоим врагом, Невилл.       -Защищая Беллатрикс? -Выпалил он, взмахивая палочкой. -В таком случае, мы уже враги.       Он исчез, трансгрессируя в неизвестность, и хлопок от заклинания, больше напоминающий раскат грома, заставил Полумну вздрогнуть. Невилл больно уколол ее словами, но она тотчас готова была простить его, если бы он вернулся, а потому еще с минуту стояла в тишине, надеясь, что он опомнится, но Лонгботтом не возвращался.       Он не вернулся ни к обеду, ни к ужину, хотя оба раза Полумна готовила еду на двоих в надежде, что Невилл заглянет хотя бы поесть. К ночи Полумна получила письмо от обеспокоенной МакГонагалл, которое лишь подтвердило ее опасения: в Хогвартс Невилл тоже не вернулся.