Молчи о своих желаниях

      Голубые глаза подняли взгляд на людей, вошедших в кабинет, и стальные прутья решетки, окутанные едва различимой дымкой грозной магии, отразились в тонких стеклышках очков.       -Вы сюда будто на плоту добирались. – С укором произнесла сидящая за решёткой женщина, складывая руки на груди. Она явно заждалась.       Рядом с ней, за решеткой, сидел мокрый до нитки Сириус, доедающий сэндвич не самого свежего вида. Не прерывая трапезы, он бросил взгляд на невыразимца, стерегущего его и Минерву МакГонагалл, и стряхнул с колен крошки.       Могильный холод Азкабана окутывал все, чего касался. Исключением не были и люди, так что Гермиона и ее спутники с лихвой ощутили на себе недружелюбное, ледяное прикосновение пропитанных древней магией стен. Холод, несравнимый с пролившимся на их головы дождем со снегом, преследовал их с той секунды, как они приземлились на узкий уступ в отвесной стене тюрьмы - единственное место, где за чарами, опечатавшими глухую каменную плиту, располагался вход в Азкабан. За стенами тюрьмы бушевал чёрный, кипящий океан, с гулом бьющийся о многовековой камень, а в ледяном сердце каменной громады царили холод и мрак. Он плыл, сопровождаемый стонами и бормотанием заточенных в казематах преступников, по коридорам, тускло освещенным редкими факелами. Синий, неживой огонь дрожал в них, бросая длинные тени от фигур под ноги. Дементоры, пугаясь сопровождающего группу людей серебристого оленя, бесшумно и плавно скользящего в узких проходах, с алчным гулом из зияющих ртов вздрагивали во глубине казематов и прятались в непроглядной темени, заставляя всколыхнуться леденящий душу воздух.       Этот сквозняк, точно холод земли в склепе, прорывался и сюда, в тюремный кабинет, выделенный невыразимцам для допросов. Об этом свидетельствовало и то, как МакГонагалл куталась в свою мантию -точно бабочка, готовящаяся к зиме, в одеяло из собственных крыльев.       -Профессор МакГонагалл? Блэк?- На лице Драко, переступившего порог кабинета, появилась ухмылка. - А Вас то за что задержали? Неужели вдвоем ограбили зоомагазин? Рон Уизли подавился смешком, прикрывая рукой рот, а Поттер, идущий следом, пихнул блондина в спину, заставляя замолчать. Минерва вздохнула, с умудренным видом смерив Малфоя взглядом.       -Очень остроумно, мистер Малфой.       -Ага. Но ты опоздал, малец. - - Хмыкнул Сириус, запихивая остатки сэндвича в рот. - Я уже успел пошутить про кошачий корм. Меня приволокли, чтобы дать показания против Беллатрикс, но пока я не доем свой полночный перекус, хрен они что от меня услышат.       Сторожащий их невыразимец издал звук, отдаленно похожий на рычание, и стиснул пальцами волшебную палочку. Гермиона, хоть обычно и обсуждала препирания с представителями закона, сейчас не лезла к друзьям с упрёками. То, что они не растеряли запал, даже очутившись в Азкабане, её обнадеживало.       -Боггарт, остынь. -Осадила коллегу Андромеда. -Спасибо, ты можешь идти. Дальше мы сами.       Тот пару секунд помаячил перед Сириусом, показательно доедающим крошки с колен, и неторопливо двинулся к решетке, разделявшей кабинет на две части. Гермиона пронаблюдала за тем, как страж порядка с Андромедой Тонкс замерли друг напротив друга, явно обмениваясь какой-то информацией через решетку при помощи легиллименции. Наконец, невыразимец живо закивал, удовлетворенный, видимо, тем, что женщина ему сообщила, и направил палочку на тяжелый навесной замок, выпуская пленников из камеры. Минерва МакГонагалл первой покинула свое место заточения и, переместившись к столу, занимавшему центральную часть кабинета, присела в потрепанное кресло.       - Где вас носило? -Пытаясь прожевать пищу, Сириус следом за ней поднялся на ноги и приблизился ко второй решетке - той, что создавала в кабинете небольшую прихожую, где столпились все прибывшие.       -Попали в шторм. -Отозвалась Гермиона, стряхивая с плеч начинающий таять иней.       -В небе Ад разверзся. -Помогая ей,пояснил Рон. - Молнии, ледяной дождь с крупицами льда.       -Видел. -Кивнул Сириус. -Туча начала извергать воду, когда меня сюда приволокли.       Это объясняло то, почему он вымок до нитки. Вздохнув, Андромеда осушила его одежду заклинанием и приказала коллеге:       -Боггарт, не тяни время, открывай.       Пока все старались совладать с промокшей одеждой, стоящий у решетки мракоборец размял плечи и заклинанием распечатал сложный механизм навесного замка, давая своим коллегам и пятерым задержанным возможность войти в камеру для допросов, коей, по сути, и являлся весь кабинет.       У Гермионы и Полумны, первыми вошедших в помещение, появился шанс осмотреться. Коротко поприветствовав Сириуса и директора МакГонагалл, гриффиндорка скользнула взглядом по стенам, вдоль которых выстроились шкафы с открытыми полками, загроможденные пыльными фолиантами, в беспорядке сваленными свитками и загадочными предметами, некоторые из которых источали слабое магическое свечение, точно обессиленное от вечной полутьмы и холода.       Спавший в подвесной клетке пикси встрепенулся и прильнул к прутьям своей ещё более тесной тюрьмы. Гермиона Грейнджер, позволяя одному из сопровождавших их невыразимцев взять у нее пальто и обыскать себя на предмет проноса запрещённых вещей, зло посмотрела на клетку крылатого создания, с тоской и любопытством глядящего на них сверху.       -Ее скоро пристроят в хорошие руки. - Заметив беспокойство девушки, пообещала Андромеда Тонкс, чей голос был неузнаваем от заклятия. Кивком головы поблагодарив своего коллегу, она взмахом палочки распахнула клетку, давая пикси порезвиться на свободе. - Хозяева убиты. Пока шло разбирательство, пришлось придержать ее у себя. Она ручная, но не вздумайте ее тискать.       -Ясно. - Угрюмо отозвалась Грейнджер, наблюдая за тем, как синекожий маленький зверёк рванул к люстре, сделал оборот вокруг вензеля и пролетел по кабинету. Крутой вираж едва не впечатал его в решётку, и та при приближении маленьких тонких крылышек опасно затрещала магией.       -Осторожнее! - Отгоняя пикси рукой от опасной преграды, Андромеда убедилась, что невыразимец по кличке Боггарт покинул кабинет, и резким взмахом руки наложила на дверь запирающее заклятие. Замки, коих явно было не два и не три, а гораздо больше, заскрежетали, затрещали механизмами, и женщина, зная, что их не потревожат, сняла чары непроницаемости со своего лица.       Гермиону, итак чувствующую себя здесь не слишком уютно, словно окатило ледяным потоком. Она поежилась, вновь соприкасаясь взглядом с тёмными, почти чёрными глазами. Андромеда, так похожая на Беллатрикс, сведя брови, смотрела на неё, оценивая, словно они виделись впервые. Грейнджер впилась в неё жадным взглядом, узнавая в чертах лица женщины то, что так напоминало ей старшую сестру Андромеды - тёмные росчерки бровей над глубокими чёрными глазами, форму губ, скулы и пружинистые волосы цвета воронова крыла.       -Сестрёнка? - Обратился к женщине ошеломленный Сириус, вставая со стула и едва не врезавшись головой в мечущегося в эйфории пикси. Андромеда перевела взгляд на Блэка, давая Грейнджер минутное облегчение. -Ну хоть скажи, что происходит.       -Мы сами не совсем понимаем. -Сознался широкоплечий невыразимец, пересекая кабинет.       -Это видно. -Подметила Минерва Макгонагалл. -Даже заклятие непроницаемости не способно это скрыть.       -И мозгошмыги вокруг вас просто кишат. - Подтвердила слова директора Полумна.       -Мозго..что? -Переспросила блондинку невыразимец.       -Где Беллатрикс? -Требовательно оборвала их препирания Андромеда, нацеливая взгляд на единственного, как ей самой казалось, человека, способного знать ответ на этот вопрос.       Гермиона презрительно хмыкнула, схлестнувшись с ней взглядом:       -Понятия не имею. Я убедила ее наложить на меня Обливейт. А даже если бы знала, вам пришлось бы меня пытать.       -Пытать? Мы здесь для того, чтобы разобраться. -Андромеда Тонкс обогнула стол. Устроившись во главе него, она заклинанием отодвинула стулья, без слов предлагая всем присесть. -А Вы здесь почему, директор? Я не отдавала приказ Вас задерживать.       -Я сама настояла на задержании. -Отмахиваясь от пикси, произнесла Минерва. -Симус Финниган сообщил мне о том, что вы четверо увязались за мисс Грейнджер. Я не первый день живу на свете, так что сразу поняла, куда вы собираетесь их доставить. Поэтому я солгала... кхм, невыразимцу, представившемуся как Сундук, что у меня есть сведения о мисс Блэк, и Ваш коллега любезно меня сопроводил, а затем упек в камеру за ложь, заставив дожидаться вас четверых.       -Она не Блэк. Она Лестрейндж. -Хором поправили ее невыразимцы и Сириус.       -К дьяволу эти формальности. -Буркнула директор и, точно извиняясь за вспыльчивость, тут же добавила. -Я не позволю вершить произвол над моими учениками. И над кем бы то ни было кроме.       -Никто не собирается вершить произвол. -Помотала головой девушка-невыразимец, и ее широкоплечий коллега это подтвердил:       -Мракоборцы утром дали показания о том, что в момент убийства Августы Лонгботтом Беллатрикс была в Малфой-мэноре, на допросе, если ту заварушку вообще можно назвать допросом. Ей следовало отправиться с мракоборцами. У нее есть алиби по этому делу.       -Ах, ей нужно было сдаться? --Вспылила Гермиона. -Со всем согласиться и отправиться в Азкабан? Ведь про обнаружение тела Рабастана Лестрейнджа никто сейчас не упомянул.       Мужчина-невыразимец шумно вздохнул сквозь маску, понимая, что его довод пал, и Грейнджер обрушила весь свой гнев на него:       -Ну так что, обвинения сняты только по делу Лонгботтом? Никого не волнует непричастность Беллатрикс к первому убийству? Мы можем идти?       -А ведь она не причастна. -Подхватил Драко. -Поттер применил легиллименцию. Рабастана убил его брат.       Невыразимцы, пойманные на лукавстве, замолчали. Андромеда барабанила пальцами по столу, стараясь сосредоточиться. Гермиона, стремясь уловить ее взгляд, пристально уставилась на женщину, и та, ощущая пронизывающий напором взор девушки, подняла на нее обрамленные темными ресницами глаза.       -Не знаю, что здесь делают с заключенными, но Беллатрикс по сей день трясет от мысли, что она может сюда вернуться. -Твердо заявила Грейнджер. - Вы же знаете ее. Белла не даст запихнуть себя в Азкабан после того, что ей пришлось тут вынести.       -Это бы не продлилось долго, будь она невиновна. -Дернул плечами невыразимец.       -Она уже побывала в этом аду! С нее хватит! -Взвилась Грейнджер.       -Мы не можем ничего поделать. -Парировал мужчина, ударяя по столу ребром ладони и склоняясь к Гермионе. -Беллатрикс в списке нежелательных лиц, представленном Визенгамотом. Если такого человека в чем-то подозревают, его доставляют в Азкабан, минуя все прочие этапы, а потом уже разбираются.       - Ты себя слышишь? Визенгамот сходит с ума! -Потерял терпение Сириус. -Им всем пора проверить головы в больнице Святого Мунго, раз в них сквозняк гуляет! И тебе заодно, если ты это поддерживаешь!       Невыразимец откинулся на спинку стула. В этом споре ему было не выиграть, и он в примирительном жесте поднял руки вверх. Пикси, сидящий на краешек стола, часто заморгал, пытаясь понять, о чем спорят окружившие его люди.       -Если она не виновна, ее бы просто отпустили. -Вступилась за своего сотрудника Андромеда.       -И правда! С каких это пор у нас невиновных в тюрьму отправляют? -поддержал девушку Сириус и с иронией хмыкнул. -Хотя, погодите-ка...Как насчет меня?       -Наша работа... -Вклинилась третья невыразимец, но мужчина ее оборвал.       -Я прекрасно знаком с Вашей работой! -Ткнул пальцем в столешницу Блэк, опасно дернувшись в сторону служащей. -И извинения в газете не вернут мне годы жизни в тюремной камере. Я не мог воспитывать своего крестника, не мог защищать его и своих близких от того, кого невыразимцам следовало бы ловить в первую очередь! Если Беллатрикс причастна, я лично буду тем, кто даст ей пинка, загоняя в клетку, но пока вы все это не докажете, ее ноги здесь не будет! Вы не засадите ее в Азкабан, не имея веских на то оснований!       -Хватит! Она и моя сестра тоже! -Рявкнула, наконец, Андромеда. Ее темные глаза засияли гневом, и Гермиона, ошеломленная тем, насколько они с сестрой похожи, когда ими овладевают эмоции, притихла.       Замолк и Блэк, хотя, судя по перекатывающимся желвакам и вздувшимся на лбу венам, ему все еще было что сказать. Пикси, любопытничая, вновь воспарил под потолком, с высоты наблюдая за людьми.       Минерва Макгонагал окинула взглядом собравшихся и, опустив руки ладонями на стол, предложила:       -Поговорим спокойно. Начнем с самого начала.       В эту самую секунду пикси, круживший над ее головой, стремительно ринулся вниз. Кожистые крылышки замельтешили перед лицом профессора, маленькие ножки оттолкнулись о дужку очков на переносице женщины, и зверек стрелой ринулся в противоположную сторону – прямо в лицо Рона. Тот не успел и ахнуть, как маленький синий снаряд влетел ему в глаз. Парень качнулся, вскрикнул и схватился за место удара, а пикси, уклоняясь от второй его руки, точно по невидимой горке шмыгнул вниз.       -Вальбурга! -Хватая мелкого чертенка за крыло, Андромеда потянула создание к столу, заставляя угомониться. То обиженно пискнуло, прижимая ушки, но послушалось. Оно вновь уселось возле широкоплечего невыразимца, и тот сгреб малышку поближе к себе, держа юркого пикси под контролем.       -Ты назвала пикси Вальбургой? - Сириус вытаращился на двоюродную сестру. -У тебя есть чувство юмора.       -Она постоянно орала первое время. -Пояснила женщина и, отмахиваясь от этой мысли, переключила внимание на Гермиону. -Расскажи все с самого начала.       Девушка набрала в легкие побольше воздуха, собираясь выдать все, что знает. От взгляда средней из сестер гриффиндорке было немного не по себе, но тень темных ресниц и блеск глаз Андромеды, так похожей на Беллатрикс, вдохнули в нее надежду. Лишь узнавая черты старшей Блэк в ее сестре, Гермиона осознала, как сильно ей не хватает Пожирательницы. Ее страх за женщину вскрылся, точно рана, с которой сорвали пластырь.       -Я расскажу все, что знаю. -Пообещала она, ощущая поглаживание теплой ладони МакГонагалл по спине. Эта поддержка и тёплые взгляды друзей, направленные на неё, заставили гриффиндорку собраться с силами.       Сириус посоветовал:       -Начни с того, как Гарри применил на ней легилименцию в доме на Гриммо в ту ночь, когда вы узнали про новые обстоятельства дела о пропаже Рабастана Лестрейнджа.       -Гарри, ты применил на ней легилименцию? И Беллатрикс Лестрейндж позволила? - Мужчина-невыразимец ошарашенно уставился на Поттера, и от того, что тот внезапно перешёл с парнем на “ты”, все недоуменно переглянулись.       -Д.. Да. - Понимая, что человек за маской ему знаком, Гарри напрягся и на мгновение сбился, но пристальный взгляд Гермионы заставил его вспомнить, зачем они собрались. -Она невиновна. Родольфус прикончил брата. И он тоже не хотел, чтобы все так закончилось.       -Гарри. -Боясь, что Поттер начнет защищать убийцу, предупреждающе шикнул Рон.       -Я его не оправдываю! -Взвился Поттер. -Но вы же просили всю правду. Так слушайте. Лестрейнджи втроем нагрянули в банк после того, как там побывали мы. Узнав, что мы выкрали кубок Пенелопы Пуффендуй, Родольфус с катушек слетел. Стоило Рабастану заикнуться, что Беллатрикс позволила Гермионе использовать ее волос для оборотного зелья, как брат накинулся на него. Их спор перерос в драку. Родольфус совсем невменяемый, особенно когда дело касается его жены, но, глядя на истязание глазами Беллатрикс, я понимал, что он пытается спасти Рабастана. Спасти, изувечив.       -От чего? -Изумился невыразимец.       -От Волан-де-Морта, конечно. -Ответила за Гарри Гермиона.       -Родольфус переусердствовал. -Подхватил ее приятель. -У него с головой не все в порядке. Вошел в раж и уже не мог остановиться. Он психопат.       -Это не снимает с него вины. -Вклинилась в разговор одна из девушек-невыразимцев.       -Об этом никто и не говорит. -Заспорила с ней Грейнджер. -Он убил брата, вот и все. Человека больше нет. Остальное – просто мелочи.       -Почему Беллатрикс не вступилась? -Хмурилась Андромеда.       -Она знала, что Рабастану лучше пострадать от Родольфуса, чем от Темного Лорда. -Объяснил Гарри. -Она просто не ожидала, что ее муж применит Аваду. Лестрейндж не осознавала опасности. Это было ясно, как белый день, когда я копался у нее в подкорке.       Подчиненная Андромеды развела руками:       - Хорошо. Но мы не можем поймать Лестрейнджа и допросить. Он признан убитым. Все, что у нас на него есть - это ваши слова.       -Слова - это не доказательство. -Поддакнул невыразимец. Его голос приобрел задумчивую интонацию. -Нужно нечто большее.       Бесконечная ночь все тянулась, и разговор в кабинете для допросов не сулил ей конца. Андромеда Тонкс бросила на своего коллегу утомленный взгляд и облокотилась на столешницу, сердцем чувствуя, к чему ведет этот проникновенный, доверительный тон. Тот продолжал:       -Поттер. Возможно, мне придется покопаться в твоей голове. Дашь мне посмотреть то, что ты видел? Для того, чтобы бросить эти доказательства в лицо Визенгамоту, мне нужно будет составить протокол событий. Каждое действие Лестрейндж, шаг за шагом. Я не смогу подкрепить своей подписью одни лишь слова. Я должен сам увидеть, что произошло в ячейке Гринготтса. Гарри?       -Мы все устали. -Предостерегающим тоном произнесла Андромеда, обращаясь к подчиненному. -Я знаю, что ты уже больше суток без сна, но будь осторожнее. Если ты откроешься, я не смогу этого исправить.       -Ты права! Я устал. -Раздраженно отозвался служащий, резко поднимаясь из-за стола. Он оперся на стол ладонями и развернул скрытое за маской лицо к Андромеде. - Визенгамот берет на себя право судить без улик. Слова Гарри - прямое доказательство того, что Визенгамот ошибается. Я хочу лично в этом убедиться. Для этого Поттеру нужно будет мне довериться.       Его молодая коллега в маске неодобрительно помотала головой, но мужчина, похоже, уже все для себя решил. Он дернул плечами, сбрасывая плащ на спинку стула, вынул из крепления на бедре свою волшебную палочку и снял с себя заклятие непроницаемости. Густой черный туман, заволакивающий лицо под гладкой серебряной маской, дрогнул и развеялся, будто его сдуло сквозняком Азкабана. Черные глаза бросили взор на Гермиону, и она тут же узнала сидящего перед ней человека. Лицо девушки озарила улыбка.       Андромеда хмыкнула и, подперев щеку рукой, пронаблюдала за тем, как ее коллега прикосновением руки отнимает маску от лица. По серебристой глади пронесся поток магии, а маска осталась в крепкой ладони. Человек тряхнул головой, облегченно вздохнул и, опустив маску на стол, обратился к Грейнджер:       -Наконец-то. Свобода.       -Крам! -Взорвался восторгом Рон, готовый вскочить из-за стола и кинуться на того с объятиями. -Как это возможно? Ты что, бросил карьеру ловца?       Гермиона и сама ощутила желание стиснуть здоровяка Виктора, и лишь присутствие остальных заставило ее усидеть на стуле. В глазах молодого человека заплясали озорные огоньки. Он явно наслаждался тем, какой эффект произвел.       -Ты что, забросил спорт? -Продолжал разочарованно бормотать Рон. -Скажи, что это не так.       -Спокойно. -Усмехнулся Крам. -Знаю, что ты моя главная фанатка, Уизли, но сейчас не мой звездный час.       Рядом фыркнула его коллега, и резкий взмах палочки сдул заклятие непроницаемости и из-под ее маски. Андромеда одобрительно улыбнулась.       -Да ладно? -Удивился ее решительности сам Крам. -Что, все вскрываемся?       -Раз уж на то пошло. -Дернула плечами девушка.       Рон издал звук, похожий на кряканье, и невольно раскрыл рот, когда из-под сорванного с головы капюшона на плечи девушки-невыразимца упали светлые локоны:       -А мой брат в курсе?       -Твой брат? -Непринужденно отозвалась Флер Делакур, бросая ему свою маску. -Какого из твоих братьев ты имеешь в виду?       -Кажется, он о твоем муже. -Андромеда сложила руки на груди и нацелила взор на единственную подчиненную, так и не снявшую маску. Та помотала головой.       -И не подумаю.       Тонкс вздохнула, с иронией пролепетав:       - Не буду настаивать. Можешь оставаться в маске. Твое право, Паркинсон.       Драко взорвался хохотом. Невыразимец взревела от негодования. Заклинанием она буквально сорвала с лица чары и, тряхнув темными волосами до плеч, вонзила бешеный взгляд в Андромеду.       -За что? Вы же сказали, что было мое право!       -Мало ли что я сказала. О твоих правах поговорим, когда научишься держать язык за зубами, а не сыпать сальными шуточками о моей сестре. -Осадила девушку женщина.       -Это непоправимо. -Удрученно покачал головой Драко, глядя на школьную подругу. -Стоило ей однажды побывать у нас на семейном ужине, и теперь ее волнует только моя мать.       Панси дернула бровями:       -Она классная. Что тут такого?       Драко позеленел и согнулся, пытаясь отыскать под столом ведро:       -Боже, меня сейчас стошнит.       Поттер утешающе похлопал его по спине.       -Еще раз что-то услышу про Нарциссу в своем присутствии, и переведу тебя в архив. -С угрозой прорычала Андромеда, обращаясь к Панси. -Тебе не хватило суток в развалинах магазина? Держи свои гормоны в узде.       -Я что, виновата? -Недовольно ухнула Паркинсон, намеренно провоцируя начальницу. -Ваша сестра секси.       -Обсудишь это с Грейнджер. У вас много общего. -Хихикнул Сириус, опережая готовую разразиться тирадой двоюродную сестру. -У нее тоже особая тяга к Блэкам.       -Само собой. -Зло процедила Панси.       Сириус одарил девушку недовольным взглядом, хотя в глубине его глаз затанцевали черти.       -Вернемся к тому, на чем остановились. -Напоминая о цели визита в Азкабан, встрял в их препирания Гарри. -Крам, я готов.       Болгарин кивнул и, обойдя стол, приблизился к Поттеру. Тот ухватился руками за подлокотники кресла, и взгляд зеленых глаз схлестнулся с сосредоточенным взором черных. Все затаили дыхание, и даже тихо попискивающий пикси с замиранием сердца следил за тем, как палочка Крама скользит по воздуху.       -Легилименс!       Тем временем в тишине, в предрассветный час поглотившей Косую Аллею, друг за другом раздались два громких хлопка. В безлюдный узкий переулок, аккурат между Ядами и отравами Шайверетча‎‎ и Тату салоном Маркуса Скаррса трансгрессировали двое. Первой была скрюченная фигура в лохмотьях, а вторым -высокий человек с прямой, как у кавалериста, осанкой, которую не мог скрыть даже длинный плащ с глубоким капюшоном.       -Сюда. -Проскрипел домовый эльф, сопровождающий мужчину.       -Спасибо, Кикимер. Дальше я сам. Возвращайся домой и ничего не сообщай Нарциссе. Если проснется раньше, скажи ей, что я в Министерстве, и что я скоро вернусь.       -Будьте осторожнее, мистер Малфой. -Кивнув, домовый эльф щелкнул пальцами и исчез.       Снег взвился и продолжил падать на землю, устилая ее ледяным месивом. Люциус осмотрелся, убеждаясь, что он один в этом закоулке, после чего решительно покинул тупик. Мужчина обошел кособокий домишко с потемневшими, почти непроницаемыми для глаз стеклами узких окошек и, распахнув дверь, переступил порог Спини Серпент. В глубине лавки что-то звякнуло, но мужчина не обратил внимания на копающегося среди ящиков человека. Не поднимая глаз, Малфой пошарил в нагрудном кармане, выудил бумажник и, на ходу пересчитывая купюры, приблизился к стойке с зельями.       -Мне нужно оборотное. И качеством получше. -Он окинул взглядом ящик с кривой, как и сами полки с контрабандой, подписью «Зелья». Разочарованный обнаруженными в нем мутными колбами, он крикнул продавцу. -Мерлин подери, нет чего посвежее? В них же уже осадок.       Ответа не последовало. Люциус недовольно зыркнул в проход меж стеллажей - туда, где, как он был готов поклясться, еще минуту назад стояла какая-то фигура, но не обнаружил за стойкой продавца. Лишь раскачивающуюся на столешнице полукруглая миска с остатками чего-то похожего на кашу говорила о недавнем присутствии в Спини Серпент кого-то еще.       -Эй, кто-нибудь меня обслужит? -Теряя терпение, Малфой быстрым шагом пересек лавку и оперся на стойку. Мужчина перегнулся через нее, надеясь, что продавец просто занят раскладыванием товаров под прилавком, но того не оказалось и там. Люциус в замешательстве отпрянул и ручкой трости коснулся сваленных у прилавка ящиков, накрытых промасленной тканью. Подцепив ту зубами змеи, чья отлитая из серебра голова венчала набалдашник, Малфой обнаружил под ветошью аккуратно составленные колбы с более прозрачным содержимым, чем у тех, что были размещены в торговом зале. Он вновь обратился в пустоту:       -Так что насчет зелий? Мне нужно нечто вроде тех, что в ящике у прилавка.       За спиной у него что-то шлепнуло, и Малфой, слыша, как качнулся стелаж, резко обернулся, но не успел среагировать. Удар Сектусемпры прилетел прямо в лицо блондина, разрывая кожу. Малфой взревел, кубарем перевалившись от нападавшего через прилавок. Кровь полосой окрапила стойку и полилась на пол. Люциус, выронив трость, схватился за лицо обеими руками и, пытаясь обрести равновесие, попытался разогнуться, но очередная Сектусемпра полоснула его по предплечью.       -Помогите! -Закричал он, припадая на колено и скользя в луже собственной крови.       -Тихо! -Угрожающе процедил нападавший, с силой отнимая окровавленные руки жертвы от его лица. Встретившись взглядами, оба шарахнулись друг от друга.       Рвано дыша, Люциус отполз от обидчика, ледяными губами бормоча его имя. Перемазанный в крови, он пополз вглубь магазина, случайно сорвав тяжелый бархатный портьер, закрывающий вход в подсобку.       -Питер, Питер! -Заслоняя лицо трясущимися руками, блондин, едва дыша, забился в угол.       -Молчать! -Совладав с ужасом, Петтигрю вновь накинулся на Малфоя. Один глаз того был залит кровью, а другой с ужасом уставился на распахнувшийся перед ним люк в полу.       -Эй! Что за...-Из люка показалась голова со спутанными каштановыми волосами. Человек выбрался из укрытия с такой скоростью, точно его вытолкнуло из подвала пружиной, осмотрел залитый кровью пол и рявкнул. -Петтигрю!       Малфой сразу узнал его. Это был никто иной, как Струпьяр. Тот, похоже, тоже узнал его, и бросился к Люциусу.       -Ты жив?       Тот вяло кивнул, цепляясь за руки егеря.       -Чшшш. -Попытался успокоить его Струпьяр, прижимая два пальца к вене на шее блондина. -Не дергайся.       -Питеррр. -Точно выбирающийся из бездны дракон, прорычал из подвала третий. -Что ты натворил? Дай мне руку!       На мгновение Малфой решил, что это недоразумение и ему помогут, но голос, прозвучавший из-под пола, заставил сердце застыть.       Петтигрю послушался. Он склонился над дырой в полу и, согнувшись, помог Родольфусу Лестрейнджу выбраться наверх. Тот, весь мокрый от пота, точно в лихорадке, уставился на изувеченного Малфоя, судорожно глотающего воздух в углу.       -Ему нужен бадьян. Срочно! -Рявкнул на Питера Струпьяр, обеими руками зажимая рану на лице Люциуса.       Питер дернулся было к стеллажам, но Лестрейндж рывком остановил его. Не сводя взгляда с Малфоя, он произнес:       -Не надо.       -Он же помрет! –Рявкнул Струпьяр. -Питер, бадьян! Бадьян, мать твою!       Питер не шелохнулся. Струпьяр бросил на него гневный взгляд и, понимая, что тот признает главарем Родольфуса, опустил взгляд на обескровленное лицо Малфоя.       -Не надо было приходить в Лютный переулок ночью, Люциус. -Высокомерно и с некоторым наслаждением глядя на полуживого свояка, пробормотал Лестрейндж. -Тебя что, не учили? Видишь, чем это закончилось?       Малфой не мог выдавить ни звука, а лишь трясся, белый, как полотно. Родольфус явно был чем-то болен - его лихорадило, лицо было красным и блестело от пота, но лишенный крови Люциус не мог дать ему отпор. Он потянулся за своей палочкой, но противник оказался шустрее. Родольфус выхватил свою, нацеливая на израненного мужчину, и тот замер, не решаясь ему противостоять.       -Питер...-Взывая к благоразумию Петтигрю, процедил Струпьяр, поддерживающий голову Малфоя. -Бадьян, пожалуйста. Прошу.       -Прости, он сам виноват. -Развел руками тот, и егерь, потеряв терпение, сам бросился к зельям, но на пути у него встал Родольфус. Лестрейндж с силой оттолкнул егеря обратно, и Струпьяр едва не приземлился на Малфоя.       -Пес с ним. -Выдохнул Родольфус, точно речь шла не о человеке, а о мешке мусора. -Пусть истечет кровью. Что пялишься, Малфой? Подыгрывать моей жене, когда она хотела трахнуть ту грязнокровку, было плохой идеей?       Люциус лишь глотал воздух. Губы его пересохли и посинели, кожа приобрела белый оттенок. Месть Родольфуса, выдержанная годами, созрела и была подана.       -Петтигрю, сбрось его в подвал! -Хладнокровно выдохнул Лестрейндж.       -Мы же не будем жить там с трупом? -Безобидно взмолился Питер.- Он начнет разлагаться. И нам не удастся выдать его за копченого поросенка, когда Скитер притащится со своим мальчиком. Они не удержат язык за зубами.       -Тогда выволоки его на улицу!       -Ты с ума сошел? -Пробормотал егерь. -Бросим его посреди Косой аллеи?       -Все будет выглядеть, как нападение. Сектусемпра! -Взмахнув палочкой, Родольфус вспорол кожу на шее Малфоя, оставляя еще один порез. -Нечего шляться в темных закоулках по ночам.       Блондин захрипел, хватаясь за рану, и алые сочащиеся росчерки на его теле отразились в безумных от ужаса глазах Струпьяра. Он отшатнулся, плюхаясь задом на окровавленный пол, и в Малфоя ударило заклятие забвения.       -Обливиэйт!       Обессиленное тело Люциуса содрогнулось от магии, голова запрокинулась, рассыпав по деревянному полу белые, со следами, крови волосы.       -Вышвырните его. -Приказал Родольфус, довольный результатом. -Живо, пока я и вас на тот свет не отправил!       -Я не прикоснусь к трупу. -Замотал головой Питер.       -Я сделаю. -Дрожащим голосом пообещал Струпьяр. Петтигрю был только рад, что ему не придется касаться перепачканного в крови тела. -Кто-то же должен.       -И без выходок! -Направив на него кончик палочки, пригрозил Лестрейндж.       Егерь закивал, схватив тело Малфоя подмышки и потащив его к выходу из лавки. Люциус, обмякший и весящий, казалось, целую тонну, истекал кровью, оставляя за собой алую дорожку.       Толкая спиной входную дверь и подтягивая к себе блондина, Струпьяр зыркнул на скрывающегося в подполе Родольфуса. Точно первобытное зло, он на минуту выбрался из своей подземной темницы, чтобы обречь человека на смерть и, напитавшись этим удовольствием, канул во тьме погреба. Петтигрю остался в лавке, магией пытаясь устранить следы бойни.       Рывок, и егерь вытащил Малфоя за порог. Дверь за ними захлопнулась, и Струпьяр, пыхтя и рыча сквозь зубы, поволок мужчину за угол. Тот глухо простонал, и егерь, рывками затаскивая Люциуса в укромный угол подальше от Спини Серпент, прислонил того к стене.       -Эй, ты как? -Склоняясь над блондином, егерь вновь проверил его пульс и пошлепал Малфоя по щеке, приводя того в чувство. Тот тяжело замычал, на что егерь осклабился. -Хватит стонать, как девочка, я же не в трусики к тебе лезу. Соберись, если жизнь дорога!       Малфой приоткрыл глаза, с ненавистью и надеждой поглядывая на Струпьяра. Тот оскалился. Выхватив из кармана жилета свою волшебную палочку, егерь коснулся ее кончиком скулы Люциуса, защищая раны мужчины от осадков.       -Импервиус!       Лицо измученного ранами Малфоя мгновенно высохло, и Струпьяр зажег на кончике палочки маленький огонек.       -Не вздумай орать, иначе нам обоим крышка! -Шикнул он, стиснув пальцами челюсти блондина. Прислонив жгучий конец палочки к ране на шее Малфоя и останавливая поток крови, егерь что есть сил вцепился в лицо несчастного, удерживая его на месте.       Пострадавший выгибался и корчился, мыча от боли, пока палочка, раскаленным прутом касаясь кожи, с шипением запечатывала рану. Глаза Люциуса закатились. Струпьяр вновь хлестнул его по щеке, держа в сознании.       -Еще немного.       Нависнув над лицом раненного, егерь продолжал колдовать. Железистый аромат крови во влажном воздухе закоулка сменился запахом жженой плоти. Струпьяр отпрянул от Малфоя, оценивая результат работы.       -Ты похож на бладжер. -Фыркнул егерь, стряхивая с лица капли воды и вновь похлопал Люциуса по щеке, убеждаясь, что тот способен воспринимать его речь. Тот часто заморгал, поднимая глаза то ли на своего спасителя, то ли на мучителя, и Струпьяр шмыгнул, вытирая мокрый нос рукавом.       - Родольфус...Мое лицо. --Забормотал Люциус, протягивая к скуле трясущиеся руки, которые егерь моментально убрал от ран.       -Хреновый нынче из него маг, да, раз ты все помнишь? -Самодовольно ухмылялся егерь.        -Что он сделал с моим лицом?       -Эй, эй, блондиночка, плевать на лицо. -Сюсюкаясь с ним, как с ребенком, залепетал Струпьяр. -Колдомедики тебя подлатают, красотка. Радуйся, что задница цела. Приходи в чувство и убирайся отсюда как можно скорее, понял? И позови Грейнджер. А я пойду. Слышишь? Не сиди тут, дорогуша, уматывай.       Малфой тряхнул головой, поджимая ноги. Струпьяр, завернув Люциуса в плащ, вложил ему в руки его же палочку, кивнул в ответ и спешно покинул тупик. Когда он вернулся в Спини Серпент, Петтигрю с недовольством окинул продрогшего егеря взглядом и процедил сквозь забор кривых зубов:       -Что так долго? Не мог обойтись без церемонии прощания?       -Забросал его тело мусором. -Демонстрируя грязные, перепачканные в крови руки, солгал Струпьяр. --Думаю, этого будет достаточно, чтобы его не скоро нашли.       -Тебя не заметили? -Косматая бровь Питера взмыла вверх. Он с недоверием проследил за тем, как егерь осматривает лавку на предмет забытых им следов крови, и тот помотал головой.       -Нет. Там еще ночь. Никто не сунется сюда в такое время.       -Кроме Малфоя.       -Кроме Малфоя. -Задумчиво пробормотал Струпьяр, вытирая руки первой попавшейся под руку тряпкой. -В следующий раз закрывай дверь, придурок, или пей оборотное зелье.       Питер осклабился, но противопоставить мужчине ему было нечего. Струпьяр был прав, и если бы не тот, Петтигрю пришлось бы в одиночку расхлебывать последствия своей забывчивости.       -Он точно мертв? -Осторожно поинтересовался он у егеря, магией устраняющего с рукавов кровь Малфоя. -Будет нехорошо, если он натравит на нас мракоборцев.       -Он откинулся еще когда я вытащил его за порог. -Так же непринужденно продолжал лгать Струпьяр. -У него не было пульса. А даже если он и восстанет из мертвых, Родольфус стер ему память.       -Но твою рожу то он видел. -Хмурился Петтигрю.       -Что в бреду не привидится? -Отозвался егерь, поднимая сорванную Малфоем штору и подвешивая ее над проходом в подсобку. -И я еще раз тебе повторяю – Малфой мертв. Если хочешь в этом убедиться, сходи в закоулок за лавкой и покопайся в помоях , поищи его остывающий труп. Если тебя за этим застукают, я больше не стану прикидываться папочкой и прикрывать твои косяки.       Блеф Струпьяра попал в цель. Питера перекосило от брезгливости при одной только мысли об этом, и он, доверяясь егерю, запечатал заклинанием входную дверь лавки.       -Больше не забывай об этом. -Изображая дружелюбие, напомнил ему Струпьяр. -И выпей уже, наконец, оборотное зелье. Мы же ждем Беллатрикс. Если кто-то явится до нее, пока ты тут расхаживаешь в своем обличье, следующий труп будешь выносить уже сам.       Мужчины разошлись по своим углам, и в лавке вновь воцарилась тишина. Однако, она правила здесь недолго. В час, когда первые напоминания о пришествии мрачного, осеннего утра серебряным светом пробились сквозь графитовые тучи, а снегопад и ветер усилились, в Косой переулок тренсгрессировали двое.       Борющаяся со стихией Скитер, удерживая в руках зонт с оборкой, повернулась к темной фигуре в плаще и, сквозь мельтешащий в порывах ветра мокрый снег с прищуром вгляделась в сосредоточенное лицо Беллатрикс.       -Готова?       -Нет. -Откровенно ответила та, осматривая стены лавки, поросшие плесенью . Пытаясь совладать с нервами, женщина пробурчала, напоминая самой себе цель их визита. -Я делаю это только ради Грейнджер. Только ради ее безопасности. Не хочу, чтобы эти крысы вылезли из выгребной ямы и добрались до нее.       Вид у пожирательницы был до того сердитый, что Рите стало не по себе. Она прекрасно знала, насколько легко Беллатрикс впадала в неистовство, когда кто-то осмеливался угрожать тому, что дорого темной ведьме.       -Эй, только не устраивай бойню. -Взмолилась Скитер. -Потерпи. Помни, что Струпьяр опаивает твоего муженька, и нам нужно просто продержаться в их обществе, пока твоя девчонка не найдет способ тебе помочь.       Лестрейндж кивнула, с мрачным видом огибая здание. В последний раз она была в Спини Серпент еще подростком, но с тех пор ничто здесь не изменилось: покосившийся старинный домишко, отведенный под лавку, по углам оплетала черная плесень. За мутными и узкими, точно бойницы, стеклами окон едва можно было различить в темноте силуэты ваз, загораживающие от любопытных глаз то, что творилось в магазине.       Снег хлестал по стенам, оставаясь на них компрессом из мокрой белой ваты, нижний слой которого подтаивал и создавал у отмостки темные, влажные следы. В Лютном переулке за Спини Серпент и без того пахло сыростью и плесенью, а теперь, под порывами ветра и от количества влаги, темный закуток казался еще более мрачным и неуютным местом.       Беллатрикс сцепила зубы, переглядываясь со Скитер. Вид у той был не самый счастливый. Зеленые глаза журналистки говорили за нее: им предстоял тот еще разговор.       -Мерлина ради, давай просто войдем туда? -Взмолилась блондинка. -Ты состроишь вид, будто непомерно счастлива видеть своего муженька, а я буду делать все, чтобы он укрепился в этой мысли.       -Если он ко мне полезет, я прикончу его на месте. -Предупредила Лестрейндж, сдвигая темные брови, и двинулась ко входу. Скитер, на ходу складывая зонт, поспешила за Пожирательницей. Беллатрикс слегка налегла на дверь плечом, и та отворилась, скрипнув старинными петлями. Переглянувшись в последний раз, женщины вошли в лавку.       Черные глаза острым, как лезвие, взглядом, перечеркнули тесное помещение, заставленное стеллажами со склянками, ящиками с кристаллами и капканами. Женщина потянула носом воздух, и ноздри ее широко раскрылись.       Кровь. Ее металлический аромат висел в воздухе, и Беллатрикс , узнав его, немедля выхватила из плаща палочку. Скитер машинально потянулась за своей.       -Люмос Максима! -Резкий голос Пожирательницы всколыхнул тишину, и сорвавшийся с кончика ее палочки светящийся шар поплыл к потолку.       В Спини Серпент не было ни души. Пыль, которая, казалось, была здесь столько, сколько Беллатрикс себя помнила, клубилась и мерцала в воздухе серебром. Пожиратели смерти не особо то следили за порядком в лавке – товар на полках был свален в кучу, кое-где ящики со склянками опасно выпирали с полок, грозясь рухнуть на пол.       -Почему так тихо? -Насторожилась брюнетка и, сбросив с головы капюшон, осмотрела ближайший к ней стеллаж, забитый бутылками с плавающими в неизвестной жидкости зародышами животных.       -Они внизу. -Сообразила Скитер. Поднимая в воздух пыль, устилающую пол, блондинка направилась к прилавку. Беллатрикс с настороженностью проводила взглядом ее туфли, ступающие вдоль странного следа, тянущегося от входа за прилавок к входной двери.       -Что они тут подметали? -Задалась вопросом Пожирательница, ловя себя на мысли, что след был больше похож на то, что по полу кого-то волокли. Запах крови, наполнявший помещение, лишь подтверждал ее догадку.       -Может, Родольфус свалился? В последний раз он плохо выглядел. -С некоторой надеждой произнесла Скитер, огибая прилавок и отодвигая в сторону плотную бархатную портьеру, за которой скрывалась подсобка. Беллатрикс не хотела оттягивать момент встречи с мужем, а потому, звонко отбивая каблуками стук своего сердца, она присоединилась к журналистке. Блондинка повесила зонт на крюк и, склонившись к люку в полу, потянула за круглую ручку. Крышка люка поддалась, открывая проход наполовину, и Пожирательница решила помочь своей спутнице.       -Эй! -Пыхтя, Рита отбросила крышку люка, разогнулась и отряхнула руки. -Это я! Струпьяр, вы там? Питер и Родольфус с тобой?       Снизу послышалось шевеление, и в луче света, спускающемся в подвал из магазина, показалось лицо Струпьяра, держащего наготове волшебную палочку. На секунду он просиял, видя перед собой Беллатрикс и Скитер, но тут же стер улыбку с лица и обернулся назад, обращаясь в полутьму, поглотившую погреб:       -Род, твоя жена здесь.       Послышался шорох, и сердце Беллатрикс глухо ударилось об ребра. Она машинально направила свою волшебную палочку вниз, встречаясь глазами с покрытым испариной лицом супруга, тяжело, с какой- то нечеловеческой силой выползающего на непослушных ногах из тьмы на свет. Завернутый в потрепанное лоскутное одеяло, точно полумертвая моль, бледный, с глубокими тенями под глазами, он от испуга и неверия ткнул палочкой в ее сторону, но, узнав в женщине свою жену, изможденно заулыбался и опустил оружие.       -Белла. -Забормотал он, радуясь то ли ее появлению, то ли искреннему испугу, с которым она смотрела на него сверху, а может - и тому, и другому. -Белла, забери меня отсюда.       Не сводя с обомлевшей Пожирательницы глаз, он отпихнул от себя поспешившего помочь Петтигрю и, схватившись исхудавшими руками за лестницу, принялся карабкаться наверх.       Лестрейндж бросила быстрый взгляд на Струпьяра, подхватившего свалившееся с плеч ее мужа одеяло, и согнулась к Родольфусу, помогая ему покинуть подвал. Егерь не отрывал от Беллатрикс глаз, будто пытаясь что-то сообщить той без слов.       -Ты болен? -Спросила она супруга, когда мужчина выбрался из убежища. -У тебя жар.       -Я просто слишком долго здесь сижу. -Пытаясь взбодриться, Родольфус дождался, когда Питер выберется из погреба, и приказал тому. -Дай мне зелье. Остальное запихни в какую-нибудь сумку. Мы уходим.       Струпьяр хотел было раскрыть рот, но Беллатрикс так на него посмотрела, что егерь предпочел промолчать. Настаивать на приеме той отравы, которой он в последнее время опаивал Родольфуса, было сейчас слишком рискованно, и Струпьяр сомкнул зубы. Он предпочел включиться в игру, затеянную Беллатрикс и Скитер, а потому быстро пересек торговый зал, скинул с подоконника плотно составленные на нем вазы и , повернув, дернул обеими руками за ручку оконца.       То поддалось не сразу. Древесина, разбухшая и иссохшаяся, затрещала, и егерь , приложив силу, дернул снова. Помутневшее стекло в раме опасно звякнула, и окно, наконец, открылось, впуская в душную лавку свежий, холодный воздух.       -Веди его сюда. Пусть надышится. -Обратился Струпьяр к Беллатрикс, и та, волоча на себе супруга, подвела его к окну. Жадно хватая носом воздух, он верхней половиной тела рухнул на подоконник.       -Соберите все, что может нам пригодиться. -Приказал Лестрейндж, слегка приходя в себя. Петтигрю подоспел с зельем, и Родольфус, отрываясь от жадного глотания воздуха, опрокинул в себя мутную жидкость. -Зелья, припарки, какую-нибудь еду.       Беллатрикс помогла ослабшему, пахнущему крепким потом и гнилью мужу усесться на ящики, заботливо подставленные Струпьяром, а сама отправилась прогуляться меж стеллажей. Взгляд ее темных глаз хаотично бегал по полкам, пытаясь отыскать что-то, что могло бы сослужить им службу. Скитер, увязавшаяся следом за Пожирательницей, увлеклась было разглядыванием ловца снов, висящего под потолком, а затем резко свернула в дальний угол магазина, к Струпьяру.       -Куда мы отправимся? -Полюбопытствовал Петтигрю, двигаясь параллельно с Беллатрикс в соседнем ряду. Он говорил довольно громко - настолько, чтобы слышал и Родольфус, оставшийся у окна.       -Есть одно место в Корнуолле. -Задумчиво отозвалась женщина, взглянув то, как Питер толстыми грязными пальцами с обломанными ногтями перебирает склянки с зельями. Пытаясь скрыть испытываемое к нему отвращение, Беллатрикс вернулась к поискам чего-то полезного на загаженных непонятными пятнами и заваленных хламом полках.       -Куда именно?       -Коттедж на берегу моря в отдалении от Тинворта. -Продолжала она, утешая любопытство Питера. -Отличное место. Мы отсидимся там, пока Род не поправится.       Выудив с одной из полок увесистую шкатулку, Пожирательница из любопытства распахнула ее и поворошила пальцами лежащие внутри амулеты. Здесь были кристаллы разных форм и цветов, древние монетки на шнурках, ракушки и камешки. Беллатрикс замерла на месте, засмотревшись на небольшую плоскую раковину с ребристой поверхностью.       Ее словно током шарахнуло. Пожирательница крепко сжала в ладони ракушку, взгляд ее устремился в никуда. Черные глаза забегали взглядом по чему-то неосязаемому, видимому и понятному лишь ей одной.       -Эй, не время воровать украшения! -Шикнул на нее Питер, но до них тут же донесся голос Родольфуса.       -Пусть берет, что хочет! -Рявкнул Лестрейндж, и Беллатрикс, прийдя в себя, повела бровью, одним лишь взглядом показывая Питеру, где его место. Тот стиснул зубы, окатил ее недобрым взглядом и вернулся к изучению содержимого полки с зельями. Пожирательница же, отставив шкатулку с амулетами обратно на стеллаж, продолжила изучать полки. Ракушка, крепко сжатая в кулаке, резала кожу.       -Здесь есть хоть что-то полезное? --Произнесла женщина, толчком сапога переворачивая стоящий посреди прохода ящик с незакупоренными бутылками неопознанного спиртного. -Один хлам.       Переступив через растекающуюся по полу жидкость, выплеснувшуюся из бутылок, Беллатрикс метнула взгляд на перешептывающихся Скитер и Струпьяра. Стараясь выиграть для них время, она свернула в проход к Питеру и, изображая, что помогает ему с поиском зелий, едва ли не прильнула к его плечу.       -Скучал по прежним дням? -Засовывая нос в изучаемый им ящик, темная ведьма сложила руки за спиной и, касаясь кончиком палочки ракушки, заставила ту левитировать в воздухе.       -Я скучал по повелителю. --Мрачно отозвался Петтигрю, и Беллатрикс, выражая сожаление, поджала губы. Ракушка, аккуратно поддерживаемая ее магией, никем не замеченная плыла по воздуху к прилавку.       -Мы все по нему скорбим. – Промолвила Лестрейндж, перекладывая палочку в левую руку, за спиной у Петтигрю руководя движением амулета. Правой она выхватила из ящика колбу с зельем и с сочувствием взглянула на Питера. Тот едва сдерживал злость.       -Ты, смотрю, отлично с этим справляешься. -Прошипел на нее он. -Мы видели газету, где вы с грязнокровкой лобзаетесь на первой полосе. Поглядим еще, что на это скажет твой муж.       Беллатрикс хохотнула, опустив ракушку на прилавок и отступая от мужчины:       -Ты так и не набрался ума, Питер! Нужно отделять мух от котлет.       -И кто же в этой ситуации муха? -Плюнул он ей вслед, и темная ведьма, взведенная, как пружина, угрожающе ткнула палочкой ему в лицо. Глаза ее опасно сузились, мерцая молниями, а кончик палочки уперся в покрытую извечными коростами и изъеденную фиолетовыми червоточинами сосудов щеку Питера. Еще бы секунда, и Беллатрикс проткнула ее насквозь.       -Хватит!- Сдавленно рявкнул на них Родольфус, отворачиваясь от окна. Тяжело пыхтя, но выглядя уже гораздо лучше после зелья, что дал ему Петтигрю, Лестрейндж быстро направился к ним. -Трансгрессируем отсюда. Поговорим после. Беллатрикс с брезгливостью отпрянула от Питера, но так и не свела с него глаз. Питер так же прожигал в ней дыры.       -Хватит. -Одобрительно похлопал приятеля по плечу Родольфус. -Белла, уходим. Струпьяр, хватит Скитер в углу зажимать! Шевелитесь!       -Я не зажимал. -Невинно оправдываясь, вышел ко всем егерь. -Нет, я бы зажал, но ты же знаешь, она даже колдомедику под юбку не даст заглянуть!       Тут же сзади ему прилетела затрещина от Риты.       -Очень остроумно! -Недовольно зарычала блондинка. -Мы рассуждали про то, чем вам стоит заняться дальше.       -Вам? -Зацепился Питер, нехотя вкладывая руку в ладонь готовящейся трансгрессировать Беллатрикс. -А что насчет тебя?       -У меня есть работа. -Дернула плечами Скитер и, замыкая собой круг из Пожирателей Смерти, обратилась к ведьме. -Ты только предупреди...Аааа!       Не успела она закончить фразу, как всех пятерых оторвало от пола и швырнуло в вихрящуюся бездну. Под оглушительный визг Риты их мотало в этом потоке и, наконец, словно из переполненной копотью каминной трубы, вышвырнуло на песок. Скитер, вцепившаяся в полете в Петтигрю, вырвала кусок его засаленного пиджака и кубарем укатилась со стиснутой в кулаке тряпицей за бархан. Родольфус упал на колени, обессиленный перемещением. Его всего затрясло, а Струпьяр в недоумении уставился на Питера, пытающегося осознать, что только что произошло.       Ощупывая руками пиджак, еще секунду назад прикрывавший его грудь, Петтигрю тупым взглядом рассматривал дыру, тянущуюся от места, где пуговица ранее соединялась с петлицей, до подмышки. Приподняв локоть, мужчина взглянул на кустистую поросль под ней и ощупал оголившуюся правую грудь.       -Негоже так быстро оголяться при дамах, Питер. -Едва сдерживая смех, произнес Струпьяр, глядя на то, как Петтигрю в растерянности потирает окруженный редкими волосками сосок. -Кто учил тебя манерам?       Беллатрикс взорвалась хохотом, как умалишенная, и тут ее стоящего на коленях мужа вывернуло на песок. Вскарабкавшаяся на бархан Скитер с клочком пиджака в руке мгновенно отвернулась, подавляя собственный позыв опорожнить желудок, а Лестрейндж, впав в неистовство, вдруг вскочил на ноги и накинулся на супругу. -      Молчать! -Взревел он, хлестнув Беллатрикс по щеке тыльной стороной ладони. Его палочка взлетела вверх, прижимаясь к ее скуле, и Пожирательница оскалилась, скосив на нее глаза. -Закрой свой рот!       Беллатрикс сцепила зубы, прогоняя через них студеный воздух. От убийства ее отделяла тонкая нить рассудка, умолявшая не совершать глупостей ради Грейнджер. Родольфус утер рукавом с губ следы непереваренной пищи и по его лихорадочно блестящим, бегающим глазам темная ведьма поняла, что он не здоров не только физически, но и ментально. Никогда ранее мужчина не посмел бы поднять на нее руку. Теперь же его трясло от гнева, а глаза бешено вращались, готовые выскочить из орбит.       -Не разговаривай так со мной. --Стараясь сохранять самообладание, прорычала она, ощущая, как пылает на щеке след его пощечины.       -Ну уж нет! -Рявкнул он, хватая ее за запястье и требуя послушания. -Кончились те времена, когда я был покладистым и сдержанным!       -Они и не начинались. -Оттолкнув его руку, Беллатрикс пронзила взглядом его жалкое, осунувшееся лицо. -Ты всегда был нетерпелив и не слушал.       -Ну хватит вам. Мы же только воссоединились. -Попытался вклиниться Струпьяр, но для Родольфуса его точно не существовало. Лестрейндж проигнорировал его, и егерь сдался, предпочитая не становиться крайним в семейных разборках.       -Я наслушался достаточно. -Шипел он разъяренным змеем. -Эта девчонка, Грейнджер. Что у тебя с ней?       Беллатрикс нервно усмехнулась, отступая к коттеджу, и Лестрейндж, точно одержимый, поплелся за ней. Он вскарабкался за женой по ступеням, напоминая плохо слушающуюся хозяйских рук, дерганную марионетку. Ворвавшись за Беллатрикс в коттедж, он прохрустел песком под подошвами ботинок.       -Говори!       На его крик Беллатрикс резко развернулась, превращаясь в готовый разгромить дом черный торнадо. Глаза ее искрились гневом, пальцы с длинными черными ногтями сжались в кулаки, словно в следующую секунду она с голыми руками накинется на Лестрейнджа и когтями вырвет ему сердце.       Скитер, вошедшая в дом следом, прошла стороной от супругов, боясь, что попадет под раздачу.       -Говори! -Рявкнул, брызгая слюной, Родольфус.       -Что? Что ты хочешь услышать про Грейнджер? То, что я ее трахаю, ты итак знаешь! Хочешь услышать еще раз? Ладно! Я трахаю ее! Доволен? -Выпалила Беллатрикс мужу в лицо, рывком руки зажигая пламя в камине. То вспыхнуло, озаряя тесный домишко, громыхнуло где-то высоко в трубе, проталкивая сажу в воздух над черепичной крышей, после чего осело на бревна, согревая их и ласково потрескивая сухой древесиной.       Родольфус остолбенел. Тяжело дыша, он таращился на рассвирепевшую супругу, узнавая ее настоящую. Такой она и была всегда, когда дело касалось девчонки.       -Вот оно, твое истинное лицо. -Пробормотал Пожиратель.       Беллатрикс запаниковала. Чувства взяли над ней вверх, а сдержанность подвела, и она тяжело вздохнула, подбирая слова, чтобы как-то выкрутиться, но внезапно на помощь ей пришла Скитер.       -Ты же знаешь ее, Род. Беллатрикс всегда тянуло на девчонок. -Она полулениво зевнула, делая вид, что они обсуждают то, что всем уже давно опостылело, а затем плюхнулась на узкий диванчик в центре крохотной гостиной. -С самой школы. Она вечно кого-то цепляла, задирала. Просто все не доходило до постели.       -А я ему говорил то же самое. -Изучая взором стены, подал голос Струпьяр. -Сколько бы они ни собачились, я призывал его смириться с тем, что Белла никогда не будет ему верна. Не потому, что ты плох, Родольфус, а просто потому, что это Белла. Ей нравятся девчонки, и она будет с ними развлекаться, хочет он того или нет. Беллатрикс наиграется в эти кошки-мышки и вернется. Вот только с кем бы она не тискалась, она остается твоей женой.       Родольфус с недоверием покосился на егеря, затем метнул взгляд на журналистку. Скитер демонстративно развела руками.       -Ей просто нужно трахаться с кем-то время от времени. -Пробормотал егерь, выбирая книгу из тех, что стояли в шкафу по правую сторону от камина. -Пускай трахает Грейнджер. Это нам только на руку.       -Кого угодно, но не Грейнджер. -Оборвал его Лестрейндж, направляя на супругу полный ненависти взгляд, и та безразлично дернула плечами.       -Как скажешь. Перелистнем эту страницу. -Хмыкнула она, сощурив глаза и уставившись на блондинку. -А против Скитер ты ничего не имеешь? А то ей вот уже давно не терпится, аж со школы.       -Не вплетайте меня в ваши разборки. -Замахала руками багровеющая Рита, стремясь ретироваться на кухню. -Я не хочу здесь умереть из-за вас двоих. Пойду вскипячу чайник. Я ужасно замерзла.       -Могу согреть! -Брякнула ей вслед Беллатрикс и усмехнулась, переводя на супруга потеплевший взгляд. Родольфус, слегка поостыв, опустился на диванчик на место Риты, и ведьма, пользуясь его усталостью, добавила. -Я согрею тебе воду в ванной, а потом мы позавтракаем и загладим скандал. Ладно?       Он кивнул. Не слишком охотно, но этого хватило, чтобы Беллатрикс убедилась в правильности выбранного ей лукавства. Потрепав мужа по плечу, ведьма оставила того в компании Питера и Струпьяра, а сама направилась в ванную, мысленно умоляя Грейнджер скорее разобраться с невыразимцами и разыскать новое убежище Пожирателей.       За маленьким окошком, сквозь которое в ванную комнату проливался холодный свет, бушевала непогода. Море вставало на дыбы, обрушивая на песчаный берег всю свою первобытную мощь. Ветер выл и стонал в печной трубе, бился об домишко, снег облеплял черепицу и вымокшие деревянные стены коттеджа Ракушка. Он таял на стекле, слезами скатываясь по его гладкой поверхности и превращая пейзаж за окном в неразличимый всплеск серой и белой красок.       Беллатрикс с помощью магии наполнила водой медную ванну, согрела ту заклинанием и, опустившись на край, уставилась на песочного цвета плитку на стенах. Прямо напротив ее лица в один из квадратиков была впечатана ракушка -точь в точь такая же, что теперь ждала своего часа на прилавке Спини Серпент.       Лестрейндж коварно улыбнулась.