Ветер в поле

— Вуди, это безумие, — с сомнением, даже страхом, проговорил Гэндальф, крепко держась за шею шерифа, не без помощи посоха. С помощью шнура от жалюзи ковбой все выше и выше забирался по деревянному столбу. Утро только вступало в свои права, принося с собой алый рассвет с розовыми оттенками. Первые лучи столь яркого солнца застали Вуди как раз на середине пути. Ковбой спокойно держался за края веревки, его мягкое тело отлично помогало в таких вещах. Сапогами он упирался в неровные борозды столба, очень редко с него соскальзывая. И лишь шляпа в очередной раз грозилась слететь с головы куда подальше. Статуэтка Гэндальфа же не могла похвастаться удобным телом. Пластмасса здорово сковывала все движения, особенно это касалось одежды. В отличие от Вуди, колдун не был предназначен для активных игр. Такого, как он, куда чаще использовали для экспоната в чьей-то коллекции. Поэтому и тело состояло целиком из пластмассы. При всем своем желании, Гэндальф не был в состоянии повторить грандиозный подъем Вуди. Поэтому ковбой принял решение нести волшебника у себя на спине. Благо, что колдун был довольно легкой игрушкой, намного легче того же Базза. Разве что Гэндальф был вынужден обхватить шею ковбоя с помощью своего посоха — пластмассовые рукава сильно мешали им обоим. — Ты же Гэндальф! — с тихим смехом ответил Вуди, забираясь все выше. — Может я и создан по образу волшебника, но сам магией не обладаю! — все еще с сомнением говорил Гэндальф. — Вуди, я не умею призывать орлов! Прямо у столба в этот самый момент бродил настороженный полевой лунь. Он спустился вниз ещё тогда, когда игрушки преодолевали половину пути. Вуди довольно давно заметил, что в этой стороне часто кружат хищные птицы. Вероятно, где-то поблизости находилось их гнездо. В ответ колдуну ковбой лишь улыбнулся. Еще немного — и они смогли добраться до вершины старого столба посреди поля. Дом Нила находился достаточно далеко от них, его тяжело было рассмотреть за густыми зарослями растений даже с высоты. Зато Вуди и Гэндальфа в своей шепчущей манере встретил их старый знакомый — ветер. Он будто говорил с ними, давал советы. Слабые потоки воздуха все чаще напевали шерифу свои неизвестные слова. Вуди представлял в них чьё-то одобрение. Все-таки ветер был самым неоднозначным обитателем этого поля. Знал все и про всех, делал свои незримые выводы и творил свои решения. Шериф внимательно следил за птицей, прикидывая, куда она может направиться. Тихо и аккуратно Вуди перебирал в руках шнур, переделывая его в лассо. Уж что, а быть ковбоем всегда было его второй натурой. А уж сколько он с сыном Энди наигрался в подобные вещи, чтобы теперь не знать столь мелких основ своего персонажа. Вид сверху поражал воображение обоих друзей. Красно-розовый рассвет зачарованно одаривал все поле своими необычными лучами. Едва ли не каждое растение в своем ветряном танце восхваляло появление великого небесного светила. Все вокруг взбудоражилось, ожидая наступления нового дня. И лишь ветер, их незримый покровитель, гулял вокруг и продолжал шептать свои речи всему и в то же время никому. — М-м, Гэндальф. Пожалуйста, последи за моей шляпой, — попросил Вуди, снимая свой любимый головной прибор. Заведя руку за спину, ковбой отдал свой атрибут колдуну и вновь переместил внимание на птицу. Волшебник разместил вещь шерифа четко между собой и Вуди. Руками Гэндальф попросту ее не удержит, она слишком большая для него. Маг стойко подозревал, что он сам совсем скоро лишится своей шляпы, ведь ее и вовсе нельзя было нормально закрепить даже между двумя игрушечными телами. Приходилось чем-то жертвовать. Вуди был очень старой игрушкой. Ему подобных уже почти нет на этом свете. Поэтому выбор Гэндальфа стал очевидными. — Знаешь, что всегда говорит один мой хороший друг? — вдруг спросил Вуди. Шериф принял готовую к прыжку позу. Гэндальф же не знал, что можно тут ответить, лишь руки сжал крепче. — Бесконечность — не предел! — с этими словами ковбой спрыгнул ровно в тот момент, когда лунь начал набирать высоту. Для всех вокруг время по-настоящему замерло. Гэндальф не удержал крик, когда Вуди так резко спрыгнул вниз. Земля перед глазами становилась все ближе. Они столько готовились лишь ради одного такого прыжка. Вуди не искал простых решений. Когда птица оказалась совсем близко, прямо под двумя игрушками, шериф открыл кольцо лассо руками. Всего один единственный шанс, который ковбой не мог упустить. Это был его личный вызов самой судьбе. Лунь яростно вскрикнул, его полет скосился. Но на землю птица не упала. — Да! — восторженно закричал Вуди, затягивая шнур и крепко цепляясь ногами за тело живого существа. Яростное создание не желало иметь на себе незваных гостей. Лунь бешено кружил в воздухе и творил невообразимые финты. Его громкий клич глушил все вокруг, а озлобленные глаза постоянно сверкали в лучах рассвета. Красные оттенки неба лишь добавляли оттенков в столь опасный момент. — Не с тем связался! — очень громко закричал Вуди, ощущая дикий восторг от происходящего. — И-и-ха! Пока ковбой боролся с грозным созданием, Гэндальф почти сорвался. С головы волшебника все-таки слетела его серая треугольная шляпа. Сам же колдун чуть не отпустил руки со своего посоха, машинально желая подхватить личный предмет. Но Гэндальф вовремя сообразил, в каком он положении. Потеря шляпы — еще не конец всей его жизни. Казалось, всё это безумие длилось бесконечно. Ни Вуди, ни лунь никак не могли успокоиться. Их личная борьба переросла в самую настоящую битву за лидерство. Никто не желал отдавать права главаря в чужие руки. Настоящая схватка между предводителями. Но потом все резко прекратилось Игрушка колдуна не смогла сразу понять происходящего, когда птица неожиданно наладила свой полет. Вот его вертело во все стороны — а вот они мирно парили посреди алого неба прямо в сторону яркого солнца. Гэндальф несколько раз моргнул, приходя в себя. — Ха-ха! — восторженно смеялся Вуди. — Я это сделал! Я покорил сам ветер! После чего шериф громко и радостно завыл, открыто выражая все свои эмоции. Не удержался и Гэндальф. Ему не верилось — они и правда парили в небе на настоящей хищной птице. Прямо, как в историях Толкина! Игрушечный волшебник еще никогда не был так близок к образу своего героя. Его самого переполняли эмоции. В его душе все ликовало от радости и потрясения. Лунь издал громкий возглас. Широкие крылья плавно поворачивали в сторону старой дороги. — А теперь, — все еще на эмоциях Вуди повернул голову к Гэндальфу. — Летим к нашим девчонкам! И помни, друг, — бесконечно не предел! На что Гэндальф лишь тихо улыбнулся и кивнул.

***

Еще в полете игрушки узнали друг у друга, в каких районах должны жить их добрые хозяйки. И к огромному удивлению обоих поняли, что обе девочки должны были находиться в одном и том же городе. Бонни туда переехала совсем недавно, шериф точно помнил. А у Сарри в тех местах жила родная тетя, которую девочка очень любила с малых лет. Лишь к ней дочь Нила могла убежать после всех событий. Кто бы мог подумать, что их счастье окажется настолько близким. Благодаря птице они быстро пересекли по-настоящему невозможные для игрушки расстояния. Летели так высоко, что запросто могли рассмотреть любые просторы. Ощущали себя самыми настоящими героями старых сказок. Они покорили самую неоднозначную и буйную стихию — такое навсегда запомнится в их умах. Отныне ветер — их вечный товарищ. Когда игрушки добрались до города, то начали свой поиск с дома Сари. Гэндальф примерно знал, где она должна находиться — он помнил фотографии девочки с ее тетей. Их главным ориентиром стал розовый дом с зеленой крышей. Возле здания еще должен был стоять фонарный столб почти у самого почтового ящика. — Вуди! — крикнул Гэндальф, заметив похожий по описанию дом. Шериф тут же дал указание птице спускаться, слегка натянув шнур на шее, но не душа её. Лунь плавно приземлился на дерево и начал чистить свои перья на груди. Игрушки же начали осматривать окна домов на наличие нежелательных зрителей. Потом окончательно переместили свое внимание на розовый дом. С каждой секундой надежда Гэндальфа таяла, ведь он нигде не мог приметить знакомые ему вещи с фотографии. Даже столб выглядел иначе, был совсем новым. Волшебник начинал сомневаться, а точно ли это то самое здание и они не ошиблись адресом. Но вдруг… — Вуди, к тому окну! — посохом маг указал в сторону первого этажа. Лунь спикировал с дерева и приземлился на траву в тени кустов у нужного здания. Все-таки эта птица не являлась жителем городов и могла вызвать нежелательное внимание со стороны местных. Лицо мага посветлело, а сам он отпустил шерифа и слез с хищного создания. Вуди не стал от него отставать и тоже на время покинул нового пернатого знакомого. По пути шериф не забыл натянуть на голову свою любимую шляпу, которая осталась за спиной после спуска Гэндальфа. На первом этаже статуэтка волшебника увидела уже значимо повзрослевшую на четыре года Сари. Уже не было той маленькой девочки с короткими волосами и блестящими глазами. Русая шевелюра заметно отросла, владелец игрушки мага начала носить высокий конский хвост. Стала заметно выше и по-подростковому угловатой. Сидела на диване в синей футболке и в белых шортах и делала у окна уроки. По сморщенному лицу было видно, что ребенка чуть ли не заставили учить заданные предметы. Сари явно хотела заняться чем-то другим, а не зубрежкой учебника. — Думаешь, она меня узнает? — тихо и не без смущения спросил Гэндальф. Его взгляд все еще был направлен в сторону Сари. — Не проверишь — не узнаешь. Идем, я тебя подсажу, — Вуди бодро повел своего друга к окну. Пока птица послушно оставалась в траве, игрушки полезли по стволу куста вверх на подоконник. Ветви росли очень даже удобно, за них легко было цепляться. Лишь у самого окна было небольшое затруднение и друзьям пришлось немного попыхтеть. — Я потерял свою шляпу, — глядя на головной убор ковбоя, пробурчал себе под нос Гэндальф. — Вечная проблема, — улыбнулся шериф. — Сам постоянно теряю свою. На что игрушка колдуна понимающе улыбнулась и расслабилась. От слов Вуди Гэндальф заметно повеселел и унял свое напряжение. Шериф был рядом во всех смыслах — большего и не требовалось. Вуди сам постучал по стеклу и быстро нырнул обратно в кусты. Уж кому, а ему не стоило показываться девочке на глаза. Он видел, как Сари удивленно дернулась и открыла окно. Как она с настоящим недоверием осматривала округу на наличие шутников. А потом заметила Гэндальфа и взяла его в руки. Её ещё совсем молодое лицо хмурилось в сомнениях, а тонкие пальцы потянулись к одеянию мага. Однажды Гэндальф показал, что именно под мантией было написано имя хозяйки. Сари в удивлении обернулась и окрикнула свою тетю. — К нам кто-то приезжал? — Нет… Что-то случилось? — голос родственницы девочки звучал приглушённо. Сейчас Вуди очень боялся за нового друга. Шериф невольно думал о том, как бы девочка не вспомнила своего отца и не швырнула мага со всей злости. И что-то ковбою подсказывало, что в голове Гэндальфа крутились те же мысли. — Нет, — Сари явно задумалась, глядя на свою старую и давно потерянную игрушку. — Показалось. Прикрыв глаза, она всхлипнула. Нежными руками он бережно обняла столь дорогого ей друга. Она так и не купила ему замену после событий далекой давности. Многое можно было подумать, но лишь Гэндальф и Вуди понимали, что Сари думала о Ниле. Она начинала считать, будто ее родной отец пришел сюда и принес маленькую потеряшку. Но так как стыд за содеянное взял свое — убежал подальше от дома. Ей хотелось в это верить. Все еще держа статуэтку волшебника у сердца, Сари медленно закрыла за собой окно и направилась в сторону лестницы на второй этаж. По пути она крикнула тете, что забыла еще один учебник в своей комнате. Она не хотела говорить родственнице о появлении именно этой игрушки. Шериф спустился обратно в траву и вернулся к птице. Здесь ему делать больше нечего.

***

В отличие от Сари, Бонни Вуди искал очень долго. Он понятия не имел, куда надо лететь. Никаких ориентиров у него не было, а название улицы он давно позабыл. Помнил лишь название этого города. Ковбою пришлось облетать по несколько раз одни и те же места, лишь бы случайно не упустить одного единственного ребенка. Он очень внимательно все вокруг высматривал. — Бонни! — услышал Вуди до боли знакомый голос матери девочки. Ковбой вместе с лунем уже давно сидели в тени кустов местного парка и обдумывали дальнейшие действия. Да и птице нужен был перерыв. Но похоже, их поиски наконец завершились. В груди Вуди все перевернулось. Он начал лихорадочно обдумывать, как подобраться ближе к девочке, но чтобы это не выглядело подозрительно. Шериф всячески пытался прикинуть идеальный план столь долгожданной встречи, ведь Вуди считался потерянным. Он даже понятия не имел, заметила ли Бонни вообще его отсутствие. Ведь он никогда не занимал столь близкое место в её детском сердечке. Бонни вместе со своими родителями гуляла в парке и наслаждалась местной красотой. Её любимого розового рюкзака с собой не было, значит, все ребята находились в доме. В какой-то мере шериф даже рад был такому. Шла семья неспешно. Вуди вполне мог их нагнать, но для начала… — Лети домой, друг, — ковбой снял с птицы петлю и выкинул шнур подальше от живого существа. — Я буду вечно тебе благодарен, Ветер. Лунь некоторое время вглядывался в глаза шерифа. Искал чего-то поддельного, но так и не нашел. Птица уже давно воспринимала его живым, чтобы относиться к Вуди иначе. Ветер, а именно так ковбой нарек хищника, благодарно моргнул. Дважды просить его не приходилось — он свободен. Когда Ветер улетел с миром, Вуди решил не мудрить с долгожданной встречей. Он перегнал семью Бонни со стороны и быстро залез на красивую голубую скамейку. Когда девочка оказалась совсем близко, шериф принял свой добродушный игрушечный вид, не забыв поправить любимую шляпу. Иногда простое решение — самое лучшее. Стоило ожидать, что именно девочка его и заметит. Однажды Бонни его уже так нашла на ветке дерева. — Вуди! — закричал ребенок, подбегая к потерянной игрушке. — Ты нашелся! Признаться, Вуди такого не ожидал. Он не думал, что Бонни так ему обрадуется. Он ведь никогда не был ее фаворитом. Кто угодно, но не он. Её искренняя радость так грела душу столь старой игрушки. — Бонни, что случилось? — спросила ее мать, когда подошла ближе. Отец шел следом за женой. — Мама, он нашелся! Вуди нашелся! — в радостях девочка не знала, как обнять ковбоя. Тихо, чтобы люди не заметили, шериф тоже ее обнял и улыбнулся шире. — Ты уверена, что это твой? — мать в сомнениях посмотрела на игрушку. — Ну, кроме нас, дорогая, никого в парке нет, — вместо дочери ответил отец девочки. На что его супруга покачала головой и вздохнула. Вечно её муж шел на поводу у дочери. Прекрасно ведь понял, к чему клонила его жена. — Пусть забирает, — вновь подал голос мужчина. Бонни радостно закружилась, держа в руках старую игрушку шерифа.