Застывший воздух

Наш врач – был моим клиентом. Да, звучит очень странно, но это так. Я до сих пор не знаю, зачем ему наркотики, на наркомана он не смахивает. Я же сделал вывод, что он просто перепродаёт по более высокой цене. Мне все равно, пусть хоть в унитаз все смывает. Мы всегда делаем вид, что не знакомы и видимся впервые. Да, впервые уже года два. Мы посадили Фрэнка на кушетку, Дженсен попросил нас подождать за дверью, пока он осмотрит больного. Попросили – сделали. Я не понимал, зачем оставаться мне. Фрэнка явно оставят здесь хотя бы на день, то есть назад тащить его не надо, но Дэнни настоял, чтобы я остался. Ладно. -Ну, как тебе мальчик? Знаете, как бы, между прочим, спросил Дэнни, да, тишина немного давила. -Немного неожиданно было узнать, что он столько всего натворил, но у него явно богатая фантазия. -Богатая?! Джерард, он жестоко убивал людей, а ты так спокойно об этом говоришь! -Но это же красиво, я бы не додумался до такого. Это как искусство… А сейчас лицо Дэнни показывало мне непонимание. Оно аж перекосилось. Да, я так не думаю, нет, это замораживает, но неприятно мне. Мне скучно и я решил поржать над Дэнни. -Да не смотри ты так! Я же пошутил. -Я-то подумал, что ты такой же и скоро начнешь кромсать всех вокруг! Шутливый тон – это нормально между нами. -Ты будешь первым на очереди – готовься. И тут вышел Дженсен. -В общем, у него грипп и он здесь недельку поваляется, я его таблетками покормлю и все такое. И ты, он звал тебя. Да, это “ты”, мы же не знакомы. Только, что ему от меня нужно?! -Джерард иди, я подожду. Я кивнул и зашел в палату. Фрэнк лежал там же, только закутанный в одеяло. -Я знаю, у тебя есть кокаин. У меня нет денег, я сделаю все, что скажешь. Говори. Этого я ждал меньше всего, точнее вообще не ждал. -Ты ничего не получишь. Я уже отошел от него и медленно шел к двери. -Я могу отсасывать тебе сколько угодно, ты не пожалеешь. Пожалуйста… -А как на счет того, что я буду тебя трахать несколько раз в день, где мне захочется?! Нет, мне было это совсем не нужно, но я хотел отбить его интерес. Ему явно не понравилось, что я сделал с ним. Он испугался, наверное, начал вспоминать, как ему было больно и страшно. -Согласен? Нет?! У меня есть дела поважнее, чем стоять здесь и слушать тишину. -Нет. Тихо. -Тогда пока. Я вышел с палаты, возле нее активно общались Дэнни и Дженсен. Заметив меня – заткнулись, и я с Дэнни пошли прочь, на свой этаж. И, кажется, у Фрэнка не грипп, а обычная ломка, хотя зачем клиенту врать нам?! Плевать, я целую неделю буду один!! Как я соскучился по этому. В таких мыслях я дошел до камеры, только забрался на кровать, как объявили, что пришло время обеда. Точно, я же кушать хотел. “Хватит жить для других. Если ты сам себе не нужен – ты не нужен никому. Делай то, что нравится тебе, ты будешь чувствовать гордость за себя, и эта гордость будет большим, чем упреки и возмущение других. И ни хрена это не эгоизм”. На воле, я жил по этим словам. А сейчас, а что сейчас?! Здесь нет разнообразия, нет выбора, надежды. Может быть, у кого-то это и присутствует, но не у меня. Я занял свое место, взял пищу. Не самое вкусное, что я ел: гречневая водянистая каша, колечко огурца, он такой сморщенный, будто его год назад нарезали и скоромное крылышко, на котором и грамма мяса не найдешь, тем более я не уверен, оно куриное или воронье. Я решил, что съем только кашу. Компот я традиционно не брал. We stare at broken clocks, The hands don't turn anymore. The days turn into nights, Empty hearts and empty places. The day you lost him, I slowly lost you too. For when he died, he took a part of YOU! No time for farewells, No chances for goodbyes. No explanations, No fuckin’ reasons why. I watched it eat you up… Даже в тарелке с гречневой кашей, можно заметить что-то важное. Я просто смотрел, видел, чувствовал, присутствовал, но я никто, не мог заступиться, защитить, только кричать, смотреть и верить. Вера всегда предает нас, ее нет, Бога нет, никто за нас не заступится и не поможет, только ты сам! Наверное, до скончания своих дней, я буду винить себя. Моя совесть совсем разыгрывается, все сильнее и сильнее. А еще, было бы забавно, если бы мне мерещился силуэт, лицо, глаза. Знаете, закрываешь глаза и человек перед тобой, живой и улыбается. Такого я бы не выдержал. Каша давно остыла, хотя она и так была еле теплая, наверное. Единственный вопрос – почему? Почему я сижу здесь и пялюсь в тарелку, почему я вообще здесь, почему я нравлюсь Оливеру, который только и хочет меня оттрахать, почему нам не дают обычного горячего чая, почему здесь нет солнечного света, почему я еще жив, почему я не совершил суицид, я бы уже не мучился, почему много лет назад я связал свою жизнь с наркотиками, почему я чувствую себя ужасно одиноким, почему мои волосы становятся все длиннее и длиннее, почему здесь такой тяжелый воздух… -Джи, я тут слышал, что ты снова один живешь. Как на счет того, что я с тобой недельку поживу? Только этого мне не хватало. Жить с Оливером – лучше я усну навсегда, лучше я сам в гроб залезу и крышку за собой закрою. -Я спешу разочаровать тебя, но мой ответ нет, я хочу побыть один. Сидевший напротив меня Оливер, уже оказался с правой стороны от меня, довольно близко. -Тебе не придется скучать одному, я буду развлекать тебя, ты не пожалеешь об этой неделе… Тихо, тихо, на ухо. В столовой практически никого не осталось, чем воспользовался Оливер. Он поцеловал сначала мое ухо, дальше перешел на щеку, добрался до уголка губ. Хватит! Я вскочил с места, у меня лишь одна цель – быстрее смотаться отсюда. Оливер направился за мной. Нет, нет! -Чем я тебя не устраиваю?! Что во мне не так? Заткнись, перестань орать! Все! -Не нравишься ты мне, не нравишься! Когда до тебя это дойдет? Можешь отвязаться от меня!! За нашей драмой уже наблюдало несколько человек, любопытных людей. -Отвяжусь я от тебя, когда ты сдохнешь, тогда ты меня больше не увидишь! А сейчас, придется терпеть. И я буду с тобой жить эту неделю, я тебя не спрашиваю, хочешь ты этого или нет! Иначе твоя жизнь закончится, плохо закончится! Ненавижу. “Мы живем в одиночестве, мы умираем в одиночестве... Вся жизнь – иллюзия».