Ты снова выстрелил

      Серёжа думает, что напрасно тратит время.       Изящная волна, которая должна была стать женщиной с крыльями, уж не похожа ни на женщину, ни на девочку, ни даже на волну. Вот так вот. Разучился. Серёжа недовольно кусает губы, наклоняет голову вбок и щурится. Да, до знакомства с Громом ваять скульптуры получалось лучше. А теперь он словно растерял все свои таланты. Ну, или щедро поделился ими с Игорем, иначе как объяснить этот очередной провал?       В его уютной мастерской пахнет красками и воском. Рассеянный свет падает с высокого потолка, за окном давно тихая и уютная ночь; только Серёжа и Марго не спят. Серёжа творит, а Марго за ним бдит, словно опасается, что хозяин без неё натворит глупостей. Но Серёжа словно с ними завязал, а всё благодаря тому же Игорю. И снова Игорь, опять... Серёжа трясёт головой, отгоняет мысли о нём и хочет «вернуться к заводским настройкам», в тот день, где ещё нет никакого Игоря.       После встречи с ним, жизнь становится пустой. Точнее, без него, и это как-то неправильно. Серёжа не любит зависимости, он свободный и независимый. И безумие Птицы сейчас кажется ему наиболее привлекательным, чем неуловимое присутствие Игоря во всём. Бесит. Верните ему старое родное одинокое раздражение.       Выдохнув, Серёжа кладёт на стол молоток и стеку, понимая, что толку от его творчества пока не будет, поправляет резинку на растрепавшемся рыжем хвостике и капризно морщит нос. Надежно прячет своё негодование, скрывает чувства и эмоции за семью замками, потому что после близости с Игорем, они оба становятся слишком открыты. Серёже неуютно. Он в своём мире, в своём теле, в своей голове больше не один. И если раньше ему мешалась Птица, то теперь везде и во всём Игорь, Игорь, Игорь.       Игорь.       Серёжа не может разобраться в себе. Падая поздно вечером на кровать и смотря в потолок, он пытается убедить себя — они враги. Он — Чумной Доктор, Игорь — тот мент, который его почти поймал. Они враги и никогда не поймут друг друга. Игорь оскорблял его, обижал, называл шлюхой, бил и толкал на пол, как собаку. Он нарочно делал больно, он...       Только как Серёжа ни пытается, а вернуть былую ненависть не получается. Серёжа помнит, как Игорь обижал его, но помнит и то, как он помогал, принимал, а потом и вовсе спасал, рискуя собой. Серёжа помнит, как Игорь пытался достучаться до него, как обнимал, как держал за руку, как был заботлив и ласков. Серёжа ему не верит, точнее, не хочет верить, потому что все люди врут! Он не хочет любить Игоря, не хочет быть зависимым, не хочет принимать его! Не хочет впускать в свою жизнь и быть плюс один. Потому что люди или предают, или исчезают, или пользуются — ничто не длится вечно. А он самостоятельный, он одиночка! Предназначение они исполнили — провели ночь, Игорь получил силу пера. На этом всё! Всё, всё, всё!       Так Серёжа убеждает себя день за днём, ночь за ночью, душит в себе навязчивую болезненную тоску. Убеждает не скучать, убеждает убирать телефон, когда хочется набрать заветный номер, убеждает не думать, как у него дела, как прошёл день. Серёжа уверен, что отвыкнет от Игоря и снова обретёт свободу. Обязательно. Точно-точно. Всё будет, как прежде. Он самодостаточный и сильный!       Всё меняется холодным зимним вечером, когда сердце неприятно сдавливает в груди, как от сильного испуга. Серёжа замирает, затем отрывается от очередной неудавшейся скульптуры и долго смотрит в окно. Ему плохо и больно, тошнота подкатывает к горлу, хочется согнуться на полу и заскулить. Болят голова, живот, грудь, руки и ноги — тело словно выворачивает наизнанку, ломит все кости, чуть ли не до слёз. Не сразу Серёжа понимает, что это не его боль.       А если не его...       Телефон Игоря молчит.       Серёжа быстро одевается, запахивает тёмно-фиолетовый плащ, выходит из дома и садится в машину. Выжимает педаль газа, несмотря на дрожь и боль, летит по питерским улочкам, не опасаясь штрафов и полиции. Всё это сейчас не имеет никакого значения. Что-то случилось с Игорем — он знает.       Серёжа бегом взлетает по лестнице его подъезда, достаёт дубликаты ключей, но они не нужны. Дверь в квартиру Игоря приоткрыта. Серёжа подкрадывается, прислушивается и осторожно заходит внутрь. Квартира пустая, но в гостиной такой бардак, словно тут долго что-то искали. На полу и стене кровь. Сердце пропускает удар.       Серёжа быстро изучает разбросанные вещи: рабочие записи Игоря, выписки, личные документы... Ничего, за что можно было бы зацепиться. Серёжа уже хочет уйти, как внезапно со стола падает тёмная бархатная коробочка. Серёжа задумчиво хмурится, открывает её и зажимает рот рукой. В коробочке лежит изящное золотое пёрышко с сияющими камушками. Вещица явно недорогая, но подобранная со смыслом. Серёжа понимает, что это предназначалось ему. Ох, Игорь...       Теперь Сергей останавливается у полицейского участка, нетерпеливо хлопает дверцей машины, быстрым шагом проходит внутрь, в зал для приёма посетителей, и рассеянно осматривается. Его видят два молодых младших лейтенанта и тихо посмеиваются, словно о чём-то своём. Только вот смеются они над ним, сто процентов. Ну да, он же не подходит типажом для грозного майора! Сергей Разумовский для Грома слишком пидор, или как они постоянно говорят?..       Серёжа даже не успевает разозлиться. Его отвлекает тихий знакомый голос.       — Сергей?       Серёжа оборачивается и сталкивается взглядом с Димой Дубиным, молодым напарником Грома. Он, невысокий и очаровательный, мило улыбается и неловко поправляет очки одной рукой, а во второй держит множество самых разных папок. Сразу видно, кто хотя бы пытается работать.       — О, Дима, — выдыхает Серёжа. — Вы мне нужны. Скажите, вы знаете, где Игорь? Не могу его найти.       — У него сегодня выходной... — рассеянно отвечает Дима. — А что такое? Вы звонили ему?       — Звонил, конечно, — мрачно говорит Серёжа. — Абонент недоступен.       — Странно... — Дима хмурит светлые брови. — Может, он дома крепко спит? В последнее время он днями и ночами работал, словно хотел забыться или отвлечься. Еле выгнали его отдохнуть! А вы что, поссорились?       — Нет, — дрогнувшим голосом отвечает Серёжа. — Нет, просто...       За спиной слышатся смешки. Серёжа поджимает губы и заставляет себя промолчать. Он приехал сюда не за этим, ему нужно помочь Игорю.       — Дима, а у вас же тоже есть предназначение? — внезапно спрашивает Серёжа.       — Да... — растерянно отвечает Дима, видно, что он не понимает, к чему весь этот разговор. — А что?..       — Бывает такое... что вы чувствуете, ну... боль предназначенного? Или вам это только кажется, например...       Смешки резко обрываются, а Дима напрягается и хмурится. Те немногочисленные сотрудники, которые в это время ещё были на своих рабочих местах, замирают. Они слушают, но не с интересом любопытства, они словно напуганы. Дима кладёт папки на ближайший стол, и нетерпеливо, даже нервно поправляет очки.       — Что вы чувствуете? — резко спрашивает он. — Говорите!       — У меня ... — Серёжа волнуется, но заставляет себя собраться. — Болит всё тело. Грудь, живот, ноги и руки, голова тоже. Это будто не моя боль, но она такая сильная... Я понимаю, что это испытывает Игорь! Он не отвечает на звонки, а у него дома погром, всё перевёрнуто...       — Вот же! — перебивает Дима. — Значит, что-то случилось с Игорем... Он как раз вёл одно щекотливое дело, помогал Юле! Даже угрозы получал, но кто бы мог подумать, что всё настолько серьёзно. Сергей, как же вы вовремя!       — Я могу помочь? — взволнованно спрашивает Серёжа. Неужели Игорь и правда чувствует всю эту боль?.. Неужели вот прямо сейчас кто-то мучает и пытает его, пока они стоят тут и болтают?..       — Уже помогли! — Дима решительно сжимает его плечо. — Спасибо, что приехали, Сергей, это очень важно! Мы найдём Игоря, обещаю! Вы идите, а я позвоню! Саш, Коль, чего встали, идите за мной!       Моментально засуетились все. Потому что все знали, каким делом занимался Игорь, а Сергей, его пара, его предназначенный, нет, не знал. Впервые он ощущает болезненный и непривычный укол стыда. Как он мог? Из-за тупого принципа и позорного страха отношений отдалиться от предназначенного, снова бросить его, когда сам Игорь бился за Серёжу до конца. К горлу подкатывает горечь и тошнота. Серёжа зажимает рот рукой и спешит на улицу.       Серёжа быстрым шагом выходит из участка, тяжело дышит и останавливается у дороги. Его всего трясёт, потому что он знает, что именно сделал не так. Знает, что бросил и подвёл человека, который был готов его любить. Ветер треплет его рыжие волосы, холодит раскрасневшееся лицо. Серёжа тяжело дышит, обхватывает себя руками и по-детски сжимается. Он не хочет потерять Игоря, он просто не готов сейчас расстаться навсегда... А если ему так больно, то что с ним там творят! Он может не выжить. Ведь сам Серёжа чувствует лишь отзвук боли, что же происходит в реальности?       Ждать, пока что-то сделает полиция, он не может. Серёжа ощущает холодную решимость, и его глаза трогает яркое дерзкое золото.       Они с Игорем связаны, и Серёжа его найдёт.       Серёжа прыгает за руль, проворачивает ключ зажигания и привычно выжимает педаль газа. Он спасёт Игоря, обязательно спасёт. И больше никогда не бросит. Он едет по наитию, уверенно ведёт машину, пока не понимает, что едет, по сути, в никуда. Серёжа останавливается у обочины, раздражённо и с силой бьёт по рулю, лупит по нему так, словно вот-вот сломает, и болезненно жмурится. Растирает лицо, думает, думает, думает и просит перо — их общее перо — указать ему путь. Направить туда, где Игорь.       Немного успокоившись, Серёжа вновь заводит машину и едет. Дорога кажется знакомой (Игорь её видел?..), и вскоре Серёжа оказывается у заброшенных производственных складов. Как банально-то, Игорь, Игорь. Кто же тебя сюда приволок... Серёжа останавливается вдалеке от камер, оставляет машину в стороне и достаёт из-под заднего сидения костюм. Уже отработанно и быстро надевает, разминает шею. Маска надёжно закрывает лицо, как и лёгкий капюшон; доспехи защищают на случай перестрелки, и вот на сцену выходит Чумной Доктор.       Серёжа уверенно прячется в тенях, падающих на землю от высоких складов. Он скользит от строения к строению, прислушивается и ищет. Один из складов открыт, из-за двери льётся тонкая полоса света, а сердце болезненно сжимается. Серёжа чувствует Игоря тут и ловко ныряет внутрь. Он поднимется на второй этаж, быстро и бесшумно перебегает от одного железного пролёта к другому. И, наконец, находит. В центре очередного отсека, внизу, сидит привязанный к стулу Игорь. Его лицо напоминает кровавое месиво — раздутые бровь, щека и глаз выглядят жутко, а вывернутая губа изуродована. Его пальцы вывернуты так, словно они сломаны. Футболка и джинсы пропитаны тёмной кровью, руки исполосованы ножом, на шее красуется ожог.       Напротив него трое крепких мужиков с ломами в руках — все они в крови Игоря. На полу тоже кровь, много.       Серёжа чувствует, как дрожат руки. Как падает сердце, как к глазам подступает влага. И тут же он отгоняет это от себя. Он должен собраться! Иначе Игорь умрёт. Теперь его очередь быть сильным и смелым.       — Молчит! — говорит один из банды. — Позвони боссу, скажи, что эта вонючая псина упрямо молчит.       — Ну, так, а сучка его где? — спрашивает второй. — Я же велел привезти Разумовского!       Сучка? Серёжа вскидывает бровь. Это он-то сучка?!       — Найдите Разумовского срочно, — говорит всё тот же, второй. — Может, если мы эту мразь избалованную по кругу пустим и рот ему порвём, наш гость заговорит.       Ох уж и эротические фантазии, думает Серёжа и качает головой. Наивные.       Игорь внезапно шевелится. С огромным трудом поднимает голову, усмехается вывернутым ртом и кратко говорит:       — Удачи.       И всё. Силы покидают его, и он, вероятно, теряет сознание. Серёжа поражён и чувствует гордость: Игорь даже не сомневается, что он сумеет дать отпор этим мудакам! А он не только отпор даст, но и самого Игоря спасёт.       Третий, самый молчаливый из компании, разворачивается и уходит (видимо, за ним, за Разумовским), а второй заносит лом над головой Игоря. Всё происходит слишком быстро: Серёжа, точнее, Чумной Доктор, спрыгивает вниз, делает ему подсечку и вырывает из рук лом. Ловким ударом выбивает пару зубов. Другой же, быстро отойдя от шока, достаёт пистолет, стреляет, а Серёжа откатывается за огромные ящики. Он чувствует себя неловко, без Птицы всё не так! Вообще не так! Как там говорил Игорь? Принять себя?..       Серёжа принимает. Всё тёмное, мрачное и жестокое, что есть в нём, принимает целиком и полностью, лишь бы дать сейчас отпор. И его накрывает. Он плохо помнит, как выскакивает из укрытия, перекатывается, избегая новых пуль, перехватывает чужую руку, выворачивает, направляя в вернувшегося на шум третьего. Плохо помнит, как в сторону брызжет кровь. Плохо помнит, как проламывает голову тому, с которого начал. К финалу его яростной разборки, в сознании остаётся только один из банды.       Серёжа уверенно перехватывает его за грудки, встряхивает и грозно спрашивает:       — Имя!       Заказчика, конечно же. Тот колется тут же: мол, а мы что, а мы ничего, это этот упырь со своей шлюхой-подругой что-то накопали на бывшего депутата Юрьева, прекрасного человека вообще, а это информация ценная, важная, и вообще всё неправда, вот поэтому тут допрашивают Грома, чуть поодаль «шлюху-подругу». Серёжа сразу догадывается, что это Пчёлкина. До неё Серёже дела нет. Он хочет просто забить насмерть всех, кто тронул Игоря, а потом достать и Юрьева. Выпустить ему кишки или, как в старые добрые, на лесах его распять. Можно и за жирный член подвесить.       — Не... убивай...       Серёжа уже уверенно душит ослабшего бандита, когда слышит хриплый голос Игоря. Серёжа неохотно разжимает пальцы, бросает его и подбегает к Игорю. Падает на колени, сжимает его руку, взволнованно смотрит в изувеченное лицо, хотя его собственное скрывает маска с клювом. Его снова трясёт при виде такого Игоря, еле живого, ослабшего, выдержавшего всё это ради чего? Чтобы не выдать, где они спрятали какие-то доказательства или что?..       — Я помогу, — говорит Серёжа, но голос искажён из-за всё той же маски. — Сейчас, потерпи...       — Не... — шепчет Игорь и даже не может поднять голову, а с его губ капают крупные капли крови, — убивай... прошу...       Серёжа замирает. Это всё, что его сейчас волнует?! Он тут, между прочим, спасает его! Он пришёл сюда, за ним, почему Игорь опять думает о ком угодно, кроме него?!       — Не... убивай... — повторяет Игорь и болезненно стонет. — Юля... помоги...       — Что?!       Серёжа вскакивает на ноги и резко отстраняется. Опять Юля?! Снова Юля?! Серьёзно, даже сейчас?! Да Игорь, видимо, не скучал без него в разлуке! Тут же побежал к своей Юле в юбку плакаться! Для него снова, как всегда, имели значения все, кроме Серёжи. Конечно, предназначенный это же так, приложение к нему, а не кто-то значимый! Как же он ошибался на его счёт. Серёжа злится, и от обиды даже перехватывает дыхание.       — Да иди ты к чёрту, Игорь, — раздражённо говорит Серёжа и подхватывает лом. — Я убью всех здесь, убью Юрьева, а твою сучку Юлю брошу в луже крови. Надеюсь, она сдохнет в мучениях!       Игорь пытается что-то сказать, но не может. Силы уходят стремительно, и его поглощает темнота.       Так всё и заканчивается.       Сирены он слышит смутно. Так же смутно видит цветные вспышки мигалок и фонариков. С ним кто-то говорит, его куда-то ведут. Укладывают, вокруг много голосов. Игорь пытается открыть глаза: вокруг много крови, слишком много, от её запаха даже тошнит. Сердце сжимает до боли. Эх, Серёжа, что ты натворил...       Следующие дни превращаются в круговорот кошмара и боли.       Когда Игорь наконец-то осмысленно открывает глаза (точнее, один глаз, тот, что уцелел) и морщится от яркого солнца, у него болит всё. Он стонет, мучительно хрипит и чувствует, как по щеке сама собой катится слеза. Кажется, ему не помогают даже обезболивающие уколы и капельницы. В голове каша, столько мыслей, что сосредоточиться просто невозможно.       — Переломы рёбер, — говорит Дима чуть позже, сидя у его койки и смотря взволнованно. — Переломы пальцев, руки, носа, разрыв губы, уха, разбитая бровь, скула, внутреннее кровотечение... Игорь, ты вообще чудом жив!       — Сколько...убитых? — спрашивает Игорь, но понимает, что не хочет знать ответ. При мыслях об этой выходке Серёжи всё в груди сжимается.       — Ну... — Дима мнётся. — Как сказать. Убитых так-то нет, но Чумной Доктор изуродовал твоих обидчиков так, что вряд ли они когда-то снова станут здоровыми людьми. И до Юрьева он добрался тоже... Там было столько крови, Игорь! Он получил больше травм, чем ты. У него почти нет целых костей, но он живой.       — А Юля?       — Вот тут вообще самое странное... Чумной Доктор её спас! Хотя сколько видео она выпускала против него, помнишь? Она не невредима, эти козлы успели потрепать и её, но жива. В итоге у нас семеро едва живых, но всё же именно живых фигурантов дела. Полицию, кстати, тоже вызвал Чумной Доктор. Нет мыслей, с чего бы?       Игорь ошарашенно молчит. Значит, Серёжа послушался его и убивать не стал? Искалечил всех, конечно, пролил столько крови, что аж Дима побледнел... но прислушался?       — Но это уже не твоя забота! — говорит Дима, чтобы его отвлечь. — Слушай, а Серёжа не приходил? Представляешь, если бы не он, мы бы вообще не знали, что надо искать тебя и Юлю! Он пришёл в участок, почувствовав, что ты в беде. И палату эту тоже он оплатил и врачей... И подарок тебе оставил.       — Подарок? — уточняет Игорь и слегка, насколько позволяет перевязка, поворачивает голову.       — Да. Показать?       Дима берёт с тумбочки бархатную коробочку и открывает, показывая Игорю золотое перо. То перо, которое он сам покупал Серёже.