Молчат Дома

Слэш
NC-17
Завершён
74
автор
kassnol бета
Размер:
97 страниц, 14 частей
Описание:
russian!au, где Юнги и Хосок русские подростки со своими скелетами в шкафу.
Примечания автора:
Давно думала над этим. Это тяжёлая тема, персонажи перенимают на себя облики моих знакомых. Думаю, каждый найдёт в них частичку себя, ведь россия для грустных:)

Также, если вам очень тяжела тема домашнего насилия, подростковых самоубийств, гомофобии, то советую отложить до того периода, когда вы правда будете готовы прочесть данную работу.

Плейлист к работе: https://vk.com/music/playlist/600887678_8_0f96d3b754aeb140a1
!! к главам нет определённых песен, можно слушать весь плейлист на прочтении всей работы !!
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
74 Нравится 67 Отзывы 28 В сборник Скачать

Часть 3

Настройки текста
С Хосоком Юнги правда чувствует себя куда спокойнее. Чон очень весёлый, когда рядом со своим другом. Эти искренние чувства, которые Мин испытывает с восьмого класса, только усиливаются с каждым разом, стоит Хосоку посмеяться над глупой шуткой друга или толкнуть того на пол, разливая купленный лимонад. По телевизору ничего интересного не идёт, поэтому парни сразу берут ноутбук Юнги и включают какой-то недавний летсплей по Киберпанку. Игра нашумевшая, Мин все уши прожужжал Хосоку про неё. Хосок не понимает ничего в этом, всю свою жизнь потратил на учёбу, о чём теперь жалеет, но старается вникнуть в сюжет и понимает, что ему даже очень нравится. Чон не замечает, как укладывается головой на колени друга. Сам он переодет в одежду Юнги, даже нижнее бельё, пока его личное сушится на батарее. Мин не брезгливый, сам таскал у Хосока классные толстовки, которые ему привозил папа из Китая во время командировок. Юнги очень любил что-то тёмное, связанное с андеграундом. Наверное, поэтому его как-то самостоятельно тянуло к сигаретам и дешёвому пиву, с которыми ассоциировался этот самый андеграунд-стиль. Хосок внимательно смотрит за прохождением игры, используя мягкие бедра Юнги, как подушку. Иногда тянется рукой в пакет чипсов, совсем забывая про недопитую бутылку пива. Из света в комнате только экран старенького ноутбука Мина, Чон даже забыл предупредить мать, поэтому наскоро кидает ей одно сообщение, что он вряд ли вернётся домой сегодня вечером. В последнее время общаться грубо с мамой вошло Хосоку в привычку. — Не хочу показаться каким-то назойливым, но что произошло вчера вечером? Ты бы знал, как меня напугало твоё голосовое, ты ведь никогда не говорил, что твоя мама очень требовательная, — вдруг начинает Юнги, опуская свой взгляд на заинтересованное лицо Хосока. — Мама наехала из-за оценок, ей учительница позвонила и сообщила о моей успеваемости, — признается Чон, явно не желая ворошить эту тему. Даже с Юнги. ‐ Давай не будем? Я здесь, чтобы отвлечься от учёбы, а не обсуждать её. — Тогда скажу про себя. Представляешь, сегодня такая заходит заведующая нашим отделением деканата и говорит, чтобы мы не ходили на митинги, — цокает Юнги, — Господи, как они задрали. То тесты на наркотики, то про митинги, как будто психопатов держат. — Я бы сходил, чтобы меня из школы выгнали, — с лёгкой улыбкой признаётся Хосок, поднимаясь и смотря прямо в лицо Юнги. Что-то в сердце колит, стоит парням встретиться взглядами. — Ты бы пошёл со мной? — С тобой хоть на край света, — с улыбкой говорит Мин, — будем вместе от полицейских бегать, согласен? — Звучит безумно, ‐ хихикает Чон, снова укладывая голову, только уже на плечо Юнги. — Но я сегодня умудрился на ровном месте в лужу завалиться, какое уж там от полицейских бегать? Парни смеются, вспоминая сегодняшнее триумфальное падение Хосока прямо в грязную и холодную лужу. Юнги предупреждал, а Хосок всё равно пошёл по той дорожке, навернулся неплохо, что до сих пор копчик ноет от боли. Однако парень хотел бы запомнить эти моменты с его другом надолго, а желательно навсегда. Ему нравится приходить к Юнги, смотреть прохождение каких-то игр, сериалы или аниме, что-то бурно параллельно обсуждая и жалуясь на учёбу. Одиннадцатый класс выбил из Хосока абсолютно всё, что только мог. Но вот только Хосок старается держаться, прятать весь негатив за такой фальшивой улыбкой. Ему больно, ему просто безумно больно смотреть на то, как всем безразлично на его проблемы. Даже Юнги он боится открыться, ведь что сможет он сделать? А портить настроение другим Чон точно не собирается. Этот вечер становится одним из наилучших среди всех за последнее время. Они разговаривают о чём-то своём, обсуждают Киберпанк, а потом смотрят выпуск Орёл и Решка по просьбе Хосока. Юнги никогда не любил это шоу, ему совсем не интересно, что есть за границей, а Чона всегда тянуло в другую страну. Хосок с интересом слушал ведущих, смотрел, как они посещают столицу Южной Кореи, мечтая когда-то туда перебраться. — Поверить не могу, что там правда хватать друг друга за задницу — признак дружбы у парней, — недоумевает Чон, вспоминая забавный факт, который как-то прочёл на просторах интернета. — А ещё там не считается чем-то пидорским ухаживать за своим лицом, делать корректирующий мужской макияж и прочая хрень. — Оу, ты настолько заинтересовался этим? — осторожно спрашивает Юнги. Он прекрасно знает планы Хосока на будущее, но боится, что из-за семейного бюджета не сможет даже просто слетать туда отдохнуть. — А сам-то как к этому относишься? — Я ко всему, что сейчас в России считают дикостью, отношусь нейтрально. Даже те же геи, какая разница, какого пола человек, которого ты любишь? Не, ну правда! Почему ты смотришь на меня таким взглядом? — Каким таким? — резко возвращается в реальность Юнги. — Ну… Как-будто у меня что-то на лице, — неловко отвечает Хосок, явно смутившись от пристального взгляда Юнги на себе. — Я что-то не так сказал? — Нет-нет, совсем не так, — мотает он головой, — просто… я боялся, что ты один из тех гомофобов. — Оу, мы знакомы столько лет, а ты до сих пор не понял, что я ко всему отношусь с нейтралитетом? Ты забавный, — смеётся Хосок, вызывая у Юнги улыбку. — Да ладно тебе, Юнги! Погоди, или ты? Со смехом Хосок опрокидывает Юнги на спину, нависая сверху. Из-за выпитого недавно алкоголя парень совсем не даёт отчёт своим действиям. Он бы назвал это, как «сердце велит повалить моего друга на пол, как в тех самых лакорнах». Юнги испуганно смотрит на Хосока, сжимает его руки на локтях, но не старается как-то оттолкнуть, а лишь удержать дистанцию между лицами. — Что ты делаешь? — тихо спрашивает парень. — Тебе нравятся не только девочки? — с улыбкой спрашивает Хосок. — Скажи мне честно, я пойму, обещаю. — Почему ты вдруг спрашиваешь об этом, завалив меня на пол и нависнув сверху? Мы же не в каком-то сериале или типа того… — Просто ответь на вопрос! — Ну… Я не уверен… — Не уверен в чём? — Это сложно, Хосок. Я не могу точно дать ответ, потому что пока не понял. — Разве тут надо что-то понимать? Я же вижу по твоему лицу, что ты хочешь дать ответ, но боишься, что в моих глазах он станет ошибочным. Ну так что? — Можешь прекратишь умничать? — Юнги выходит из себя, заставляя Хосока сесть, и садится сам, находясь в неприличном расстоянии от лица друга. — Заставлять говорить меня подобные вещи ужасно, понимаешь? — Не хочешь тогда помочь мне разобраться в своих предпочтениях? — смелеет Чон, явно переступая через свою гордость. Он оставит этот секрет здесь, но никогда не принесёт его в свой дом, где существует его требовательная мама. Она точно никогда не примет Хосока таким, какой он есть. В её глазах он обязан вырасти, встретить девушку своей жизни, жениться и подарить матери внуков. Только вот Хосок пока совсем не заинтересован в девочках, но питает странную зависимость от Юнги рядом с собой. Вообще, это началось у него ещё с конца девятого класса, когда они с Юнги постоянно убегали с уроков через окно в раздевалке под возгласы одноклассников. Просто повезло, что их классы совместно ходили на физкультуру. Мин всё ещё помнит заливистый смех Хосока, когда они бежали через весь двор к нему домой, обустраивались возле этого самого ноутбука и смотрели различное аниме. Ну, или ходили гулять к ближайшей речке, где почти никогда никого не было. Странная романтика, но это вдохновляло Хосока и Юнги. Их общение образовалось совершенно случайно. С седьмого класса начались приглашения выступать на различных сценках, посвящённые праздникам, а эти оба преследовали разные цели путём одного действа — участвовать в выступлениях. Юнги любил прогуливать уроки, а Хосок хотел получить что-то за заслуги перед школой. Такие разные, но нашли общий язык почти сразу. Один, безумно увлечённый играми, аниме и музыкой, со своими душевными ранами, которые он лечил посредством селфхарма, прогуливанием школы, так ещё и от матери получал. А второй, погружённый в учёбу и бесконечное количество пятёрок, который даже не пытается расправиться со своим синдромом отличника, ведь этого категорически не хочет его мама. Учёба и только учёба. Юнги это бесило в Хосоке, поэтому он и решил показать ему мир за пределами библиотеки и школы, а получилось так, что нашёл в нём своё спасение от выгорания. — Как ты предлагаешь мне помочь тебе? — дрожащим голосом спрашивает Мин. — Ну-у, ты когда-то с девочками целовался? — Естественно… — Научишь? Нет. Чёрт, нет. Но, твою мать, Юнги очень хочет сказать «да». Он прекрасно понимает, что если прямо сейчас поцелует Хосока, то пути обратно не будет. Мин и так страдает долгое время из-за своей неразделённой любви, от которой бегает самостоятельно. Ему тяжело воспринимать Хосока иначе, как своего возлюбленного. Юнги хочет целовать его, обнимать, спать вместе в одной кровати, говорить всякие нежности, не боясь осуждений. Однако прекрасно понимает, что ступив в это дерьмо, он уже не выберется и, скорее всего, погибнет. Парень хватает недопитую бутылку с пивом, делая несколько больших глотков, а после смотрит на Хосока, который всё ещё ждёт ответа. Алкоголь греет горло сильнее обычного, начинает кружить голову, поэтому Юнги проще будет списать это на ошибку под давлением спиртного. Хосок, скорее всего, просто придуривается. А если оттолкнёт и скажет, что это всего лишь шутка? Мин боится каждого исхода события. — Закрой глаза, — тихо просит Юнги, всё-таки, решаясь на отчаянный шаг. Сейчас его единственный шанс показать свои истинные чувства через поцелуй. Хосок послушно закрывает глаза, а Юнги ощущает, как парень дрожит от волнения. Нет, это не глупая шутка, поэтому касается его губ, чуть склонив голову, чтобы не столкнуться носами. Губы Чона сухие, но очень мягкие, совсем отличаются от девчачьих. Мин дышит шумно, начиная сильнее напирать и сминать нижнюю губу друга, рукой держа того за щёку, чтобы находиться в нужном положении. Юнги сам боится сделать что-то не так, что Хосоку может не понравится, что тот больше не захочет никогда целоваться. Вся эта тишина вокруг них и один свет от монитора, где открыта главная страница YouTube, немного давит морально. По комнате разносятся характерные звуки причмокиваний, что свойственно во время поцелуя. Хосок не отталкивает, старается отвечать взаимностью, чуть сжимая подол домашней футболки на Юнги. В отличие от друга, он никогда не целовался, ибо было некогда. Учёба занимала всё свободное время, не позволяя даже поразмышлять над тем, а нравятся ли ему вообще девочки, к которым он не испытывает никакого даже сексуального влечения, даже обычной человеческой симпатии, как к своей партнёрше. Ему страшно от мысли, что это всё гомосексуальность, что ему в целом нравятся только парни. Хосок боится стать объектом насмехательств, унижений и даже угроз убийства. Он прекрасно видел, как на это реагирует общество, как ненавидят геев в современной России, как за это людей готовы убивать. Думая об этом прямо во время поцелуя, Хосок начинает плакать. — Эй, эй, Хосок, всё нормально? Тебе больно? Я что-то не так сделал? — взволнованно заваливает того вопросами Юнги, замечая слёзы. — Хосок, почему ты плачешь? — Нет, здесь нет твоей вины, — мотает головой парень, утыкаясь лбом в плечо друга. — Я не хочу принимать один очень жестокий факт обо мне. Это морально убивает, потому что я заранее знаю, что примут его, как должное, просто единицы. — Что такое? Что за факт? — Если у меня кое-что получится, то я обязательно тебе расскажу, хорошо? — утирает слёзы Хосок, снова поднимая голову и глядя на взволнованного Юнги. — Ты классно целуешься, поэтому не переживай. — Может быть, прогуляемся перед сном? Хочется проветриться немного. — Хорошо, давай. На улице прохладнее, чем днём — это замечают парни сразу, как выходят во двор. Красота заключается в том, что на улице никого, лишь они вдвоём и где-то доживающие свои последние лампочки фонарные столбы. Воздух даже ощущается как-то иначе, когда за окном темно и почти никого нет. Нормальные люди в такое время спят, а Юнги и Хосок бродят по пустым дорожкам своего двора. Мин думает о поцелуе всю прогулку, посматривает на задумчивого Чона и сам себе улыбается. Однако всё равно интересно, из-за чего именно заплакал Хосок, было видно, что он напуган. Неужели правда боится того же, чего и Юнги? Только вот если последний уже свыкся давно с фактом, что ему нравится Хосок не как друг, то вот он самый лишь недавно осознал одну очень прискорбную для жителей их страны вещь. Прогулка не занимает больше получаса, поскольку вышли они в лёгком, а уже замёрзли безумно. В подъезде дома Юнги тепло намного, сразу отогреваются, неловко улыбаясь друг другу, пока ждут лифт. — Каждый раз убеждаюсь в том, что наша страна создана для таких убитых внутри людей, как мы, — горько усмехается Юнги, теперь прекрасно понимая, что Хосок много дерьма скрывает, но не желает о нём рассказывать. Это не из-за эгоизма, а из-за заботы к ближнему. Мин не должен заботиться о проблемах Чона, когда у самого их слишком много. Юнги просто боится сам, что не справится, что только погубит сильнее человека, за которого был бы готов умереть. — Ты не против если я попрошу тебя ещё раз поцеловаться? — вдруг спрашивает Хосок, когда они заходят в кабину лифта. — Ты всё ещё пьяный? — Ну… возможно, да, — пожимает плечами Хосок, тут же сталкиваясь с губами Юнги. Они снова целуются беспрерывно, пока лифт не приезжает на их этаж. Юнги клянётся, если бы его мама увидела это, больше никогда не пустила бы Хосока в их квартиру. Мин прекрасно знает, какая она гомофобка, выросла в консервативной семье и считает, что это самая правильная модель поведения. Однако это далеко не так. Ей плевать всегда было на то, что происходит в жизни её сына, она даже не подозревает о попытках суицида, о его причинах. Нет дела человеку до воспитания старшего, потому что кредиты, ипотека, две работы, которые просто выматывают женщину. А отец оставил семью, даже на дочку родную забил, не то что сына. Для Хосока эти поцелуи, как действие от наркотика. Они вводят его в своеобразный транс, помогая расслабиться и на время отпустить все проблемы. Совершенно ничего не волнует, кроме этих губ, которые покусаны, пропитаны алкоголем и тяжелыми сигаретами, с которых Юнги очень долгое время обещает слезть. Они заложники собственных эмоций, желаний и действий. Предубеждения не дают действовать, страх блокирует любые попытки выйти из этого состояния. Юнги это понял давно, а Хосок осознаёт лишь сейчас. Он лишь сейчас осознаёт, что влюблён в собственного друга и, кажется, является чёртовым геем.
Примечания:
Порой мне кажется, что я описываю собственную жизнь...
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты