Блондин с Елисейских полей.

Авроры сняли все темномагические проклятия в мэноре, все очистили и глава авроров, Гавейн Робаодс, обновил силу магии в особняке, перезапустил защиту на основе крови Героя маг мира. — Сдался этот мавзолей вам, мистер Поттер? Здесь же царил ужас, убивали и пытали людей. Зачем вам все это? — удивился Глава магического правопорядка Альбиона. — Ну, вы же сняли всю энергетику отрицательную, паразитическую и убийственную? — в свою очередь, спросил Гарри. — Изгнали возможных призраков и нечесть, если она водилась здесь? — Все злобное я, конечно же, убрал, мистер… — Можно, просто Гарри, — улыбнулся парень. — Да, просто Гарри, — кивнул Робаодс. — Особняк в полном порядке, в нем можно спокойно жить, но сам этот дом такой мрачный, холодный, неуютный. Вы ведь можете позволить себе все в магическом мире, вы богаты, молоды, красивы… — Могу, мистер Робаодс, но есть у меня причина, по которой я выбрал именно Малфой-мэнор. Он так и останется им, название я не поменяю, здесь покоятся все представители этого древнего рода, им будет не уютно, если я переименую его в «Поттер-мэнор». Герой маг мира переделал домище-замок в светлый особняк. Целых три года длился ремонт. Рабочие все выскоблили, перекрасили, сделали из мрачного светлым. Потолки в росписях и в лепнине, все красиво. На территории ухожено: посажены кипарисы и голубые ели, кедры, плантации роз и хризантем, георгины и тюльпаны, пионы сортовые, сирень, жасмин, рододенрон и прочие кустарники. Специалисты почистили пруд, куда снова прилетели белые и черные лебеди, а по территории гуляли белые павлины. Гарри знал, что Драко очень любил лебедей и павлинов. Сам студент третьего курса Академии Авроров (теперь уже четвёртого, так как перешёл на следующий курс!) постоянно бывал в склепе у могилы Драко. Он носил каждый день цветы и часто разговаривал с «почившим». Эльфы следили здесь за всем. Десять домовиков отвечало за ухоженную территорию, пятеро — за павлинов, двое — за пруд и лебедей (с периода весны до осени, пока лебеди не улетели в тёплые края, чтобы в апреле снова вернуться); дюжина эльфов на кухне, так как в мэноре часто гостили друзья Поттера: все Уизли, Рон с Грейнджер, которые поженились и все лето обитали в особняке. У Гермионы было трое детей. Первого она родила перед экзаменами Ж.А.Б.А на последнем курсе, а третий появился на Пасху, 18 апреля, и сейчас они семьей жили в уютном Малфой-мэноре, вот уже почти год как. Гарри завёл ещё козу германско-австралийской породы, белая с длинной шерстью, а молоко у неё было ароматным, не воняло совершенно козой. Три литра молока детям хватало вполне в день, а ухаживал за животным эльф. Близнецы любили гонять на метлах вокруг особняка. Редко, но заезжала в мэнор и Джинни с Дином Томасом, она таки дала согласие на их свадьбу, поняв и смирившись, что Гарри ничем не заполучить. Девушка играла в «Холихедских гарпиях», поэтому почти всегда была на сборах. Артур с Молли тоже часто захаживали и «гостили» неделями в особняке. Сам же Поттер улыбался с друзьями, устраивал барбекю на воздухе, но тоска просто глодала его геройское сердечко. Порой, он в разгар веселья или игр просто уходил в склеп и разговаривал с любимым. Вот такова история Гарри, но пришло время рассказать, что же случилось с Малфоями, а главное — с Драко? %%% Ещё до того, как возродился безносый, чета Малфой взяли и запечатали душу сына в один магический артефакт — кулон и спрятали его в ничем не примечательную деревянную шкатулку. А её положили в сейф банка «Гринготтс». Отдельный сейф, где была только эта шкатулка, присыпаная кучей сиклей. Сама ячейка принадлежала Нарциссе и запечатывалась кровью и ритуалом. Так как леди Малфой была сильным лигилиментом и замечательно владела «Окклюменцией», раз смогла обойти и обмануть даже Того-Кого-Нельзя-Называть, солгав сильнейшиму в мире Волдеморту, то именно Нарцисса стала хранителем этой тайны, так как Люциус перед Тёмным Лордом был, как на ладони. После смерти Драко его стало возможно вернуть к жизни в течение часа. Вот почему Малфои ушли быстро из Хогвартса, подхватив на руки Драко. Был у них небольшой домик в маггловском Лондоне, о котором никто не знал, даже Беллатриса. Именно туда они трансгрессировали из Хогсмида. И пока Люциус обнимал тело любимого сына, Нарцисса побывала в «Гринготтсе» и принесла шкатулку с артефактом. Душу вернули Драко, но не память. Люциус не имел права колдовать, а вот Нарцисса стерла все, чтобы сын начал жизнь во Франции с чистого листа. Блондину внушили совсем другие воспоминания. В тот день, когда Поттер пришёл в мэнор, чтобы побывать на могиле Драко, сам Малфой-младший действительно находился в особняке и читал книгу в библиотеке. Услышав разговор во дворе, он выглянул в окно. Естественно, Гарри он не узнал, а уже вечером Нарцисса снова увезла его в домик-убежище. Да и это воспоминание о Поттере леди Малфой стерла из памяти Драко, когда они покидали Британию поздно ночью на самолёте из аэропорта Хитроу. Нарцисса смогла внушить ему иное прошлое: он — сын богатого банкира, мать у него не работает, а смотрит за домом, как и подобает женщине, сам же Драко зовётся Арманом Луи Арно-Леграном. Он закончил частную магическую школу в Провансе, собирается поступать в Магический Университет Права. Люциус стал Луи Марселем Арно-Леграном, а леди Малфой — Натали Женевьев Арно-Легран. Родители Драко за тридцать миллионов галлеонов купили в магическом Париже прекрасный дом. Конечно, не такой огромный, каким был Малфой-мэнор, но что-то около того. Малахитово-серый камень, в готическом стиле, стрельчатые рамы с витражными стеклами, четыре башенки по сторонам имения, розы кругом, цветы и голубые ели. На десять миллионов галлеонов Люциус купил мебель в дом и все, что нужно, наняли около тридцати домовиков, не Люциусу же пропалывать клумбы. Сто миллионов галлеонов, оставшихся от продажи Поттеру мэнора, оставили на «черный» день. У них с собой было около пятидесяти миллионов своих денег, плюс бриллианты и фамильные драгоценности. На эти деньги глава рода начал свой бизнес: за двадцать миллионов он купил здание под банк в маггловском Париже, и занялся его обустройством. В банке «Националь» работали магглы, ведь он хоть и волшебник, но на магию у него табу, поэтому — хочешь жить, друг мой, умей вертеться, а Люциус умел это делать. Банковское дело он знал и совсем скоро дела у него пошли в гору. Нарцисса установила кругом чары и незримо эльфов, чтобы маггловские работники не смогли мухлевать, подделывать документы или воровать. Драко поступил в Магический Университет Права, вел обычную жизнь студента и совсем не подозревал, что он — совсем не Арман Луи Арно-Легран, и что по ту сторону Ла-Манша живёт парень по имени Гарри Джеймс Поттер, который до сих пор любит его — Драко Люциуса Малфоя. Но, как говорится, если людям суждено встретиться, это непременно произойдёт. И, связанные нитями одной судьбы, будут вместе, как ни крути. %%% Прошло пять лет после Великой Победы над мировым злом. %%% За эти годы Гарри Поттер стал сильным, очень тренированным аврором, закончил означенную Академию, а год назад Министр Всеобщей Магии Британии поставил его Главой Аврората. Погони, рейды, допросы и снова многодневные рейды, ими жил Герой и Победитель Волдеморта. Война отгремела, народ магический воспрял духом, бандитов и Пожирателей Смерти всех вывели, в Британии воцарился мир, покой и благоденствие. Гермиона год назад родила четвёртого ребёнка, и сейчас отдыхала в мэноре. За внуками смотрела Молли. Рон с женой очень устали с детьми, поэтому решили съездить во Францию отдохнуть, тем более, рыжий приятель купил три билета, и забронировал отель в маггловском городе на неделю-другую на их двоих и на Гарри. После Франции ребята захотели поехать в Италию, посмотреть красоту, покупаться в море, позагорать, побыть без детского писка, пеленок и сосок с погремушками. Все таки четверо малышей погодок — не лёгкое удовольствие. Малфой-мэнор — самое то место, где можно жить и наслаждаться жизнью. — Гарри, мы знаем, что на три месяца тебя никто не отпустит из Аврората, — произнес Рональд за ужином, когда эльфы меняли приборы, подавая сладкое и чай, — но на месяц ты вырваться сможешь. Мы с Мионой купили билеты во Францию на нас троих. — Гарри нахмурился, глянув на друга. — Гарри, правда! — поддакнула мужу миссис Грейнджер-Уизли. — Мы будем жить в маггловском Париже, и просто отдохнем, потом съездим в Италию. Не в магические города, Гарри, не хмурься так. — Правда, сынок, поезжай, — произнесла Молли, принимая у домовика тарелочку с кусочком домашнего торта, — тебе пора выдохнуть все то, что тяготит. Отпусти прошлое, мой дорогой мальчик. — Молли, я в порядке. Вы насчет Драко?.. Нет, он всегда со мной, его мне не отпустить при всем желании, — ответил Поттер и встал из-за стола. — Я хочу побыть один, не ходите за мной. Парень вышел на улицу, а Рон вздохнул. — Мама, не говори никогда ему о Малфое, не начинай эту тему. Он сейчас снова в склеп пошёл к своему Драко, — сказал Рональд. — Я не права, ох, что же я наделала? — посетовала женщина. — Надо завтра с ним поговорить… — Не надо, мама, — ответил Рон, — лучше не трогай его, Гарри сам придёт, когда дух его успокоится. Поттер вернулся через час домой и эльфы снова подали ему горячий чай. — Ладно, я поеду с вами в Париж, — улыбнулся брюнет, — в конце концов, мне надо кое-что проверить. — Что именно? — поинтересовалась Гермиона, грея молоко на ночь для себя с куркумой и медом. Главный Аврор рассказал им как видел пять лет назад в окне Драко, где у Малфоев была библиотека, и где она осталась по сей день. Он поведал друзьям, как слизеринец смотрел на него и как занавеска колыхалась. — Гарри, послушай меня, ты ошибаешься, — возразила мягко Гермиона. — Ты вышел взволнованный из склепа, думал о Драко, вот он тебе и померещился. Это просто стрессовая галлюцинация, а занавески колыхаются от сквозняка, от ветерка, понимаешь? — Хорошо, но почему тогда за эти пять лет ни Люциус, ни леди Малфой не навестили могилу сына, а уехали так, словно, не Драко лежит под белым мрамором, а кто-то другой. Пять лет назад я был наивным мальчиком, но с годами многое понял. В Люциусе не было и тени печали, что они навсегда покидают мэнор. Не находите, что это странно? Я бываю на могилах Дамблдора и профессора Снейпа, они духом общаются со мной, а на могиле Драко тишина. Я постоянно проговариваю монологи, но общаюсь только я, ответа от моего… Малфоя нет. Когда поедем во Францию? — В понедельник, Гарри, — кивнул Рон, — это послезавтра, дружище. — Гарри, — снова заговорила миссис Грейнджер-Уизли, — а если Малфои сменили фамилию, имена, как ты… мы их найдём? — Я поеду во Францию, но не для отдыха, — ответил парень. — Приеду внезапно, когда меня не ждут, найду Люциуса и Нарциссу, навещу их и выясню все.