Демоническая стрела

      Даже в такой тяжёлый момент, когда весь мир переворачивается с ног на голову, когда нет чёткого понимания что делать, когда все решения одновременно не имеют смысла и необходимы, даже в такой момент Михаил находил уединение в наблюдении за восхитительной природой этого мира.       В прошлой жизни он успел поездить по миру, хоть и немного, но побывал в Европе, видел горы, равнины и зелёные луга — всё это было не тенью, но другим, не таким, как тут. Удивительно яркие, насыщенные поля с густой зелёной, сочащейся влагой травой, высокие, стройные и нетронутые леса, быстрые своевольные ручьи и бурные реки — Михаил с упоением и умиротворением наблюдал всё это, пока они ехали к горам на повозке. Нетронутый мир, нетронутая природа. Конечно, это было не быстро, по оценке героя их максимальная скорость достигала восемь километров в час, что на порядки меньше, чем если бы лучник решил один добраться пешком, однако ничего не поделать, ведь задание было сопроводить девушку-воина. Именно поэтому Михаил не придумал ничего лучше, как спокойно, впасть в некое состояние «пустой головы», наблюдая за природой.       Эти моменты были редки в прошлой жизни, да и в этой полюбоваться окружающей действительностью выдавалось не часто, так что сейчас он брал от поездки всё, что мог. Девушка же, как он заметил, несколько часов просто также сидела в своих мыслях, время от времени рассматривая его, а после решила поспать. Вот только сон у неё был слишком поверхностный, она то проваливалась в него и обмякала, то дёргалась и просыпалась, балансируя на грани, словно ей что-то мешало заснуть — зрелище было в какой-то степени забавным.       Дорогу можно было разбить на несколько частей: первая часть самая простая — добраться на повозке до перевалочного пункта, вторая часть сложнее — дойти пешком до тропы и последняя, самая сложная часть — дойти до места встречи по горам. Михаил не знал, чего ждать, кроме как, используя исключительные интеллектуальные способности, догадаться, что в горах будет холодно. К его счастью, перепады температуры ему были абсолютно безразличны, хотя своих пределов он и сам не знал.       В своих силах он был уверен, если в прошлой жизни подумать о походе в горы он даже не мог — слишком безрассудным и рискованным занятием это ему казалось, то сейчас, в нынешней форме, такое маленькое путешествие для него было не сложнее чем сходить в магазин напротив.       Минуты слипались в часы и время утекало сквозь пальцы, перемещая Солнце по небосводу в сторону заката. Дорога до перевалочного пункта должна была занять неделю, ещё три дня на дорогу пешком и это время казалось просто невозможно долгим. Михаил сделал глубокий вдох и меланхолично выдохнул. — Ну хоть мир посмотрю, — ухмыльнувшись, сказал он, глядя на зелёное поле, медленно плывущее рядом с дорогой.       Через несколько часов поездки повозка остановилась — надо было сделать привал и дать лошадям восстановить силы. Девушка осталась спать, изредка подёргиваясь от сновидений, тогда как Михаил, аккуратно, не тревожа её, вышел и, потянувшись, побрёл ходить вокруг — делать всё равно было нечего.       Из-за восстановившихся воспоминаний восстановились и все возможные привязанности, хоть и в намного меньшей степени. Михаил пару раз уже осекал себя на моменте мысли, когда мозг хотел достать телефон и сфотографировать красоты природы, посмотреть время. В голове также мелькали обрывки какой-то музыки, которая до сих пор была раздробленной в мыслях, лишь редкие ноты и аккорды могли слиться вместе на пару секунд, навивая мотивы другого мира. — Эх… — выдохнул Михаил, гуляю среди высоких деревьев, — надо же как всё повернулось… — комментируя свои же мысли, прошептал он. Погуляв полчаса по не густому лесу, лучник вернулся обратно. Девушка проснулась и делала разминку, махая руками. — Как прогулка? — спросила она, начиная делать наклоны корпусом в стороны. — Отлично. — Михаил опёрся боком на край телеги, смотря на девушку. — Я бы попросила в следующий раз не уходить никуда. — На секунду она зажмурилась, достигнув максимального наклона. — Не забывайте вашу основную миссию тут. — Риета была спокойна, но в голосе можно было услышать раздражение, при этом во время речи она даже не посмотрела на молодого человека, придавая себе ещё большую эмоциональную окраску недовольства. — Хорошо, — также спокойно ответил Михаил, ведь он понимал, что девушка права, — учту. — Отлично.       Постояв ещё минуту, Михаил встал недалеко, смотря вокруг.       Как бы не сойти с ума от скуки то, боже… — подумал он, будучи теперь на стороже, осматривая своим взглядом местность вокруг. Где-то вдалеке уже начинали виднеться белые пики гор.

***

      К концу дня Михаил, по его ощущениям, почти сошёл с ума — сидеть и просто ничего не делать было настоящей пыткой. Зато, как он сам отметил, у него появилось не просто много, а по его меркам бесконечное количество времени на размышления и планирование своего будущего, которое давалось крайне тяжело. Всё же было решительно не понятно что делать дальше, точнее, разум крайне негативно относился к тем двум возможным вариантам будущего: примкнуть к рядам Назарика, предать себя, свою сущность, память, растоптать всю свою жизнь и идеалы, веру и принципы, но остаться жить, став чудовищем для самого себя или же дать неравный, уже заранее проигранный в любом случае бой, сразиться за свои идеалы и сгинуть героем.       Всё-таки, как бы он не противился, внутри него был человек и инстинкты, самый главный из которых был инстинкт самосохранения. Головой он уже принял решение, но ураган эмоций и чувств внутри, запущенный телом насильно, словно назло, очень раздражал.       Чуткий слух Михаила, сквозь шум колёс повозки, услышал разговор где-то вдалеке — они приближались к небольшой деревушке, в которой должны были сделать остановку на ночь. — Приближаемся к деревне, — проинформировал Михаил. Риета подняла на него глаза, выйдя из своих мыслей. — Наконец-то, — ответила она, начав проверять свой рюкзак уже, наверное, в четвёртый раз за день. — Что у нас по плану? — Останавливаемся в местной… таверне, да, с утра снова в путь. — Понятно, — вздохнув, негромко сказал Михаил.       Повозка остановилась, Риета вышла и, перекинувшись парой слов с извозчиком, на что тот кивнул, последовала к небольшому деревянному зданию — лучник спокойно следовал за ней, стараясь осмотреться и запомнить как можно больше — всё же ему было интересно новое место.       Таверна не представляла из себя ничего особенного — небольшой зал с парой столиков и стульями, усталый хозяин за барной стойкой и, если пройти по короткому коридорчику за угол, несколько комнат для путешественников. — Я возьму поесть, ты будешь? — поинтересовалась девушка, немного снизу вверх на Михаила. — Нет, спасибо. — Хм, ну ладно, — пожав плечами, она пошла к стойке, в то время как молодой человек занял столик в углу, плюхнувшись на него и снова вздохнув. Как бабка закряхтел, — усмехнувшись самому себе и своим усталым вздохам, подумал Михаил. — Что заказала? — спросил Мернис у Риеты, вернувшейся к столику от хозяина. — Небольшой кусок мяса с хлебом и воды, — коротко ответила девушка, сев на стул, — ещё взяла нам номер, — Риета передала ключ, положив тот на стол. — Номер? Один? — Мы будем спать по очереди, — спокойно ответила Риета, но в глазах промелькнуло подозрение. — Конечно, — чуть улыбнулся Михаил, — я так и понял. — Риета посмотрела на него со скепсисом.       Спустя некоторое время, после вечерней, а скорее ночной, трапезы, которая прошла в молчании, оба путешественника пошли в номер.       Где-то в глубине души ночевать в одном номере с девушкой казалось достаточно неловко, однако это ощущение почти сразу подавила уверенность в действиях и серьёзность происходящего. Всё же, судя по настрою Риеты и тому, как она вела себя весь сегодняшний путь всё это действо и правда довольно серьёзное.       Михаил спокойно сел на стул в угле комнаты, чтобы охватывать взглядом всю небольшую комнату. Девушка же начала проверять вещи и готовиться ко сну. — Меняемся через два часа, я успела поспать днём, а тебе нужно поспать, — спокойно сказала она, снимая с себя куртку и вешая на второй стул. — Мне не нужно спать, так что смена не нужна, — также спокойно ответил Михаил. Риета немного удивилась, приподняв свои брови. — Ты не ешь и не спишь, — скорее недовольно констатировала девушка, чуть нахмурившись, — это странно. Я не хочу, чтобы ты упал без сознания от истощения или не смог продолжить поход, я уже сказала, что это миссия очень важна.       Михаил немного поднял руку, показывая знак «стоп». — Со мной всё будет хорошо, можешь об этом не беспокоиться. Просто поверь, я знаю лучше, что мне делать. Я хочу, чтобы ты набралась сил, так как пока что единственным, что доставляет мне дискомфорт является скука, — чуть смягчая тон, ответил Михаил, улыбнувшись, — так что ложись и отдыхай. — Ну, как знаешь, но учти, если что… — Риета хотела сказать что-то колкое или как-либо съязвить, но секунду поразмыслив и выдохнув, пожала плечами и продолжила, — ладно, надеюсь ты не подведёшь, — сняв с себя ботинки, она легла в кровать и, накрывшись одеялом, закрыла глаза, — спокойной ночи. — Спокойной ночи.       Минуты длились почти бесконечно долго: из-за того, что Михаил и правда внимательно следил за обстановкой вокруг и был сосредоточен он ощущал время как никогда точно. Спустя пол часа Мернис впал в некое подобие «взгляда в пустоту», когда внимание одновременно расфокусировано, но и в тоже время удивительно обострено. Если бы сейчас в комнате изменилось бы хоть что-то, или стало не естественным — Михаил бы это увидел. Но, к его скуке, ничего не происходило.       Мирное дыхание девушки, которая уже была глубоко во сне, чуть прорезало тишину. Чуть прислушавшись, Михаил услышал её сердцебиение, углубившись в это странное чувство, напоминающее подобие того, когда пытаешься рассмотреть что-то, он услышал как шуршит одеяло под движением груди Риеты, уйдя ещё чуть глубже он начал слышать, сначала тихо, а позже громче и громче, как течёт кровь по её артериям, венам, как она разливается по телу. Странное чувство столь чуткого восприятия, казалось, немного сюрреалистичным — до этого все звуки и шумы обрабатывались Михаилом в фоновом режиме, он не углублялся в свои ощущения так сильно.       Слух постепенно уловил, что сердцебиение девушки становится быстрее и быстрее, дыхание глубже. Михаил был сторонним наблюдателем, который просто смотрел и слушал, изучал на что он сам способен в такой странный момент времени.       Лицо девушки нахмурилось, руки совсем легонько дрогнули, а стук сердца стал столь сильным, что за ним уже было невозможно услышать ничего более тихого — Риете снился кошмар.       Столь человеческая черта, игра разума на стыке сознания и подсознания. Парень смотрел за этим отражением тревоги во сне у девушки и понял, что он почти не помнит, когда ему снился хороший сон. Наверное, когда-то в прошлой жизни ему снились хорошие сны, но в этой реальности и мире всё началось довольно плохо.       Как началось, так и закончится, забавно, — Михаил ухмыльнулся своим мыслям, одновременно столь мрачным и столь ироничным, забавным.       Риета же через какое-то время сильно дёрнулась, на мгновение открыла стеклянные глаза глубоко, шумно дыша. Её лоб был покрыт испариной. Девушка просто молча лежала и смотрела в потолок, не двигаясь, медленно успокаиваясь. Через несколько минут её веки медленно опустились, и она снова уснула, так и не приходя в сознание, лишь выбыв в некое пограничное состояние после пережитого во сне.       Михаил старался не издавать звуков всё это время, спокойно наблюдая за Риетой, её выходом из кошмара и снова входом в сон. В голове промелькнула мысль поинтересоваться причиной, спросить, что ей снилось, однако эта идея сразу была отброшена — каждый имеет право хранить секреты, тем более Риета является работодателем, целью, которую нужно защитить, а не сближаться.       За ночь больше ничего не произошло, разве что Михаил встал и подошёл к окну, когда солнце пустило свои первые лучи по небу. Такие моменты всегда нравились ему, в них было что-то отстраненное, красивое в своей чистоте, неизбежности и масштабе.       Михаил не успел заметить, как девушка проснулась — её дыхание даже не дрогнуло, просто открылись глаза. Молодой человек отвлёкся от окна, обратив на девушку внимание, только когда та села на кровать, потянувшись. — Доброе утро, выспалась? — вежливо поинтересовался парень. — Доброе, — потягиваясь, ответила Риета, — ты видел, да? — Что именно? — Кошмары. — Риета встала с кровати. — Да, видел. Часто снятся? — Много лет, — одеваясь, ответила она, немного помрачнев лицом.       Михаил только хотел открыть рот и уже сделал вдох, чтобы продолжить, но Риета перебила. — Потом как-нибудь об этом, не готова делиться с тобой этим. Ты сам, точно нормально? — Да, в полном. — Отлично, тогда сейчас будем выдвигаться дальше. Михаил кивнул в ответ, дожидаясь свою спутницу.

***

      Новая остановка произошла через шесть часов поездки, около небольшой, аккуратной речки, вдоль которой шла грунтовая дорога. Удивительное место было словно вырвано из картин пейзажистов классиков: прозрачная мелководная речка с гравийным дном, тучные, высокие деревья по краям, грунтовая, суховато-густая, дорожка. Все часы оба путешественника молчали, спокойно пребывая в полу медитации, просто выкинув все мысли из головы, изредка смотря на природу.       Михаил вдохнул полной грудью — сильный аромат древесины, воды и влажной травы ударили в нос ещё сильнее, пронизывая тело бодростью и неким счастьем. Риета же делала зарядку и готовилась заниматься спортом.       Лучник, смотря на это, решил тоже потренироваться: материализовав лук он выбрал глазами точку в десяти метрах от себя и выстрелил простой стрелой. Задумавшись над своими действиями, Михаил понял, что он делает всё на автомате, ощущение стрельбы из лука было чем-то столь же простым как поднять свою руку. Даже целиться как обычно это делал бы человек было не нужно — лишь мысленно подумать о точке, в которую должна попасть стрела. Само же зрение, как давно заметил Михаил, давало возможность рассмотреть что-то словно смотря в телескоп, если сосредоточиться.       И сейчас, после 10 метров стрела полетела на 20, 30, 50, 100, 150 — всё идеально точно в цель, тело и разум сами брал упреждение, высчитывали баллистику, поправку на ветер. Удивительное явление, если задуматься, и лучник искренне улыбался, думая об этом.       К сожалению, в данной местности ничего более 150 метров найти было нельзя — это расстояние было до дальнего изгиба реки, а вокруг был лес и даже далёкие горы не были видны.       Дальнейший этап был посвящён вниманию и ощущению времени. Каждый раз, когда Михаил выпускал стрелу он старался сосредоточиться на ней, увидеть как можно чётче и медленнее её полёт, однако эта идея была не очень успешна. Такая концентрация требовала много внимания, которое нужно было тренировать — Михаил это чувствовал. — Ладно, надо будет этому посвятить время отдельно, — дематериализовав лук, негромко сказал лучник.       К этому моменту время остановки уже подошло к концу, и повозка продолжила свой долгий путь вместе с двумя молодыми людьми. — Я видела, как ты стрелял из лука, — разорвав тишину и монотонный звук колёс, копыт, сказала спокойно Риета, — впечатляет, — она чуть улыбнулась. — Спасибо, — ответил Михаил, — твои тренировки тоже производят впечатление. — Мои то…? Да брось, ни о чём… но хотя бы как-то держать форму надо, — отмахнувшись, сказала девушка, — хотела спросить, а почему ты без напарницы? — Так легче, — откинувшись на маленькую, не удобную спинку повозки, ответил Михаил, — тем более хочу дать ей отдохнуть, расслабиться. — Добрый шаг с твоей стороны. Как я знаю, вы были неразлучны всё время, по крайней мере, с того момента как попались на глаза публике в этой стране. — Да, верно, но всё же надо иногда давать людям отдыхать. — И то верно, отдых важен, — эту фразу Риета произнесла с неким сожалением. — А ты как, когда последний раз отдыхала? — Ну, я в поездках отдыхаю, как видишь, мы тут сидим много часов ничего не делая, так что можно сказать у меня отдых на работе занимает большую часть времени, — чуть улыбнувшись, ответила девушка. — Нет, я имею в виду, когда ты последний раз делала то, что хотела? Ну, отдыхала от работы, не думая о ней.       Риета задумалась и ушла в воспоминания на несколько секунд. — Не знаю, почти всю жизнь только работа, приключения… — Понятно… и что, тебе это нравится? — А какой у меня выбор? — На мгновение, перед ухмылкой, лицо девушки изобразило грусть. — А ты бы хотела, чтобы у тебя был выбор? Чтобы ты могла отдохнуть как хочешь, просто не думать о работе, расслабиться.       Риета долго смотрела на Михаила, внимательно изучая его лицо. Чуть поджав губы, её лицо дрогнуло в попытке улыбнуться, потом эта напускная эмоция сразу пропала и лицо снова стало спокойным, прохладным. — Давай закончим этот разговор, — снова улыбнувшись невинной улыбкой, ответила девушка. На этот раз улыбка вышла как обычно, почти искренне. — Да, конечно, извини. — Всё в порядке, просто… — Я понимаю, — перебил Михаил.       Риета посмотрела на Михаила, в его глаза и снова отвела взгляд, и, достав блокнот из рюкзака, начала читать какие-то записи.       Пейзаж медленно плыл, повозка спокойно ехала под ритмичный стук подков и поскрипывание колёс.