Глава десятая. Альд Велоти и опять Гнисис
26 января 2022 г., 15:24
С вершины холма, где расположился лагерь Айданат, окрестности просматривались на добрую лигу во все стороны. Будь рельеф не таким… э-э… сложным, наверное, и море бы уже виднелось. Но его пока что закрывали всё те же холмы и скалы, зато башня аванпоста виднелась на фоне густеющего неба, словно её свинцовым карандашом нарисовали. Справа в заметном отдалении от неё темнело ещё какое-то строение самого странного вида.
— Ашалмавия, — ответил Милес на вопрос Кассии. — Старое даэдрическое святилище. Время от времени его зачищают, но в нём опять и опять заводятся новые культисты.
— Ты как про крыс или тараканов.
— Да разница невелика, — усмехнулся он. — Если не бить и не шпарить кипятком, тоже расплодятся и обнаглеют.
Сумерки наползали неудержимо, но пока Кассия с Милесом шли к аванпосту, она успела рассмотреть сползающее к воде селение раньше, чем его затопила вечерняя мгла.
— Я представляла себе деревеньку в три двора, — озадаченно проговорила Кассия, указывая на ряд серых глухих строений, очень похожих на склады, возле пристани. — А тут не такой уж маленький посёлок. И к причалам, наверное, могут встать два-три корабля разом?
— Через Альд Велоти идёт сообщение с материком, — объяснил Милес. — Товары из Блэклайта доставляются в Альд’рун, а здесь они выгружаются и хранятся до отправки.
Он не договорил, потому что им наперерез шли двое стражников, патрулирующих окрестности Альд Велоти. Поздоровавшись, он спросил про Тельдина Вирита.
— Должен быть на месте, — ответил один из стражей порядка и махнул рукой на башню.
— А как вообще дела?
— Рыбаки жалуются, что Старик-Синий плавник вернулся, — хмуро сообщил второй, помоложе. — Рыщет со своей стаей, нападает на пловцов, рыбу распугивает, сети рвёт.
Тот, что постарше, кивнул, подтверждая и попросил:
— Доложи в Альд’руне, пусть пришлют кого-нибудь.
— А что с семьёй Арвелов? — влезла Кассия, которой хотелось поскорее развязаться с делами и вернуться в Гнисис, пока она ещё может держаться на ногах. — Арвелы ведь, правильно?
— Ну да, — подтвердил стражник. — А что с ними не так? «Прекрасный Хилас» недавно вернулся из Блэклайта, Еназ остался там, но Галин здесь, и её сестра тоже.
— Мы принесли зелье исцеления для кого-то из них, — пояснил Милес. — Я-то собирался просто отдать его Тельдину, но госпоже Альбе после истории с Танусеей Велот всюду чудятся ужасные заразные хвори. — Кассия злобно посмотрела на него: нашёл, над чем шутить! — и он закончил уже серьёзно: — Поэтому она хочет, несмотря на ранение, лично осмотреть больных.
— Ранение? — стражник нахмурился ещё сильнее. — На вас тоже напали кагути? Говорил же я, — обратился он к напарнику, — что надо собраться и прочесать местность вдоль дороги.
— Это не кагути, — морщась, сказал Милес. — То есть кагути тоже нападал, но с ним особых проблем не было. А вот Джелин со своей подружкой…
И он очень кратко рассказал о том, как девицы чуть не убили обоих; хвала Троим, что у госпожи целительницы случился с собой свиток вызова атронаха.
— Джелин с Тедран напали на вас? — переспросил младший из стражников с видом разочарованным и сожалеющим разом. — Вот уж не ожидал.
То ли он был поклонником Джелин, то ли в Альд Велоти было так плохо с развлечениями — смерть бродячей танцовщицы явно его расстроила. А ещё Кассия подумала, что приди с такой жалобой кто-нибудь менее известный, чем Слуга Дома Милес Глориозус, ещё вопрос, кто бы оказался виноват. И её повязка под рукавом чужой рубахи легко объяснялась бы тем, что чужачка, — которую, кстати, выгнали из её храма за занятия некромантией, — хотела попрактиковаться в поднятии нежити, да откусила больше, чем смогла проглотить. В смысле, напала на беззащитную танцовщицу, а нарвалась на её боевую подружку. Хорошо, что в инциденте поучаствовал и Милес, репутация которого надёжно ограждала обоих от дурацких домыслов. Вслух по крайней мере редоранский стражник никаких сомнений в правдивости рассказа не выражал, даже если в чём-то и усомнился.
Эту же историю пришлось повторить и для Тельдина Вирита, который был в Альд Велоти кем-то вроде старосты, как поняла Кассия. Он новостям тоже не обрадовался, но не особенно и расстроился, в отличие от стражника. Даже заметил, что теперь, глядишь, меньше народу будет пропадать по дороге в Гнисис. А вот чему обрадовался, так это зелью. И ещё больше — предложению Кассии осмотреть больную. Кажется, он был неравнодушен к этой Сериле Арвел. Или тоже, как и Кассия, боялся, что у неё не простая лихорадка, вызванная прогулкой под холодным дождём. Даже вызвался сам проводить госпожу целительницу к дому Арвелов.
Ну… боялись оба зря, ничего смертельного у Серилы Арвел не было. Она просто в самом деле сильно простудилась. Кассия подлечила её сколько хватило магических сил (немного их оставалось, если честно) и подробно объяснила, как принимать зелье, предупредив, что беречь его на самый чёрный день не нужно, а нужно аккуратно пить по ложке трижды в день. Обрадованная тем, что ни за лекарство, ни за осмотр платить не надо, больная ей это клятвенно обещала. Сестра же её вообще оказалась здорова, так что жечь Альд Велоти нужды точно не было.
А Вирит, разумеется, в благодарность за решение проблем пожаловался на то, что в Ашалмавии опять неспокойно: кажется, там очередные культисты устроили гнездо.
— Чует моя… печёнка, — пробормотал Милес, выходя из башни аванпоста, — именно нас Неминда и пошлёт разбираться с ними.
Кассия вяло кивнула. Действие зелья заканчивалось, и ей хотелось уже только одного — упасть на сравнительно ровную поверхность и закрыть глаза.
— Здесь всё? — спросила она, вытаскивая из-под слишком просторного ворота чужой рубашки шнурок амулета. — Можно возвращаться?
— Хочешь использовать Вмешательство АльмСиВи?
— А ты что-то имеешь против? Или нас не в Гнисис перенесёт?
— В Гнисис, — подтвердил он. — Только лучше дай амулет мне: я-то тебя точно удержу в любом случае, а вот наоборот — не уверен.
***
Вымоталась она так, что несмотря на боль в руке, заснула мёртвым сном и проспала чуть ли не до полудня. А пока она отсыпалась, Милес переговорил с Дариусом о нападении и доложил ему о культистах в древнем даэдрическом храме, но ожидаемо получил ответ, что пока те не трогают рыбаков в Альд Велоти, Легион не будет предпринимать никаких мер: других проблем хватает. Зато генерал поблагодарил Милеса и его спутницу за спасение легионера Дина и даже выдал небольшую премию. Очень, судя по виду бывалого наёмника, небольшую. Кассия даже пошутила, может быть, им подать её какому-нибудь нищему? — Храму пожертвовать, — хмыкнул Милес, потягивая мацт, пока Кассия, принуждая себя съесть хоть что-нибудь… э-э… завтракала (ну да, хоть и ближе к полудню, но первая за день трапеза — это же всё равно завтрак). — Хотя… учитывая, сколько я жертвую обычно, там очень удивятся, с чего это я стал таким жмотом. Но в храм сходить надо обязательно. У тебя сил хватит? Или ты лучше в постель вернёшься? — А выгляжу так, что сто́ит? Он кивнул, и Кассия какое-то время размышляла, остаться в трактире или пойти с ним. — Надо переговорить с Мехрой Дророй, — решила всё-таки она. — Рассказать про Арвелов, спросить, как там Дин. — А заодно и про Демневанни, — усмехнулся Милес. — А с ним что? — Что-то то ли с печёнкой, то ли с желчным пузырём, как ты и говорила. Скрутило его чуть ли не сразу после нашего ухода. На его счастье, в подземелье у него сидела Рагаш гра-Шузгуб: она, видишь ли, пришла к нему за налогами, а он оскорбился и запер её в подвале. Вот до неё он кое-как и дополз, потому что опять же как ты и говорила, ни даэдрота, ни двемерскую сферу за помощью не пошлёшь. Выпустил её из камеры, а Рагаш, как ни странно, не просто сбежала из башни, но действительно сказала Мехре, что Демневанни вот-вот помрёт, и к нему из храма послали целителя. Кассия пожала плечами: — И кто ему враг, если он не слушает лекарей? Ладно, — она через силу впихнула в себя ещё ложку солёного риса и отодвинула тарелку, — надо идти. Проводишь меня? — Я ещё и Мехру попрошу подлечить тебя, — заверил он, — а то заклинания на себя накладывать — неважная затея. — Свитков надо написать по две-три штуки на все случаи жизни, — тяжко вздыхая над своей ленью и глупостью, озвучила вчерашнее решение Кассия. — Свитком можно воспользоваться хоть в полубреду, а он и весит куда меньше, чем зелье, и не разольёшь его, и флакон не разобьёшь. — Это да, — согласился Милес. — Напиши в самом деле побольше, мало ли как обернётся. Он допил свой мацт, но перед тем как встать из-за стола, выложил на столешницу коротенький столбик монет: — Тут твоя половина премии. Кассия сгребла монетки, подкинула их в ладони. Пять дрейков. М-да… Невысоко же командование Легиона ценит жизнь и здоровье рядовых. Ну… не возвращать же их генералу. «Надо отдать их жрице как часть полученных за лечение Дина», — подумала она, убирая деньги в кошелёк. Они вышли на рыночную площадь, и Кассия скользнула взглядом по одежде в палатке одного из торговцев. — Мы договорились на поход к Биваль, — напомнил Милес, заметив, куда она смотрит. — Я знаю, мне просто любопытно. Он вздохнул и закатил глаза к небу с видом: «Женщины! На ногах еле стоит, а туда же…» Кассия посмеялась. — Ладно, — сказала она. — Потом гляну, что тут есть. Тебе ещё терпеть меня в лавке госпожи Биваль. Это в Альд’руне? — Да, — кивнул Милес. — У неё мастерская под Скаром. Но терпеть я не собираюсь, извини. Я просто приведу тебя к ней и попрошу прислать мне счёт. Мехра Дрора внимательно выслушала отчёт Кассии о семье Арвелов, поблагодарила за помощь и в качестве оплаты… э-э… то есть, конечно, ответной услуги сама, без просьб Милеса, предложила подлечить руку. Ещё она позволила Кассии оставить деньги, которые ей заплатил за лечение Дин, но благосклонно приняла пятую часть этих денег. И разумеется, попросила Милеса о пустяковом одолжении — передать Ллоросу Сарано, что стражники, посланные в Андасрет, в Гнисисе не появлялись, и при этом ни пастухи, ни бродячие торговцы их тоже не встречали. А на выходе из храма его отловил местный староста, всучив… вручив ему какой-то список и довольно тощий кошелёк. — Впору записную книжку заводить, — проворчал Милес, пряча и то, и другое. — Культисты в Ашалмавии, Старик-Синий Плавник, пропавшие стражники, налоги для Раморана… — В Альд Велоти болтали ещё про какую-то яичную шахту, — вспомнила Кассия. — Что в ней завелась заразная тварь, если я правильно поняла. — Ашиману? — Милес потёр бровь со старым шрамом, словно он понемногу зудел до сих пор. — Я скажу Неминде… если не забуду, но наверняка она уже знает. Яичные шахты — это серьёзно. Это не кучка свихнувшихся даэдропоклонников, даже если они засели в трёх шагах от деревни. — Он посмотрел на Кассию, откровенно оценивая её состояние. — Советник Раморан подождёт, — решительно объявил он. — В Альд’рун вернёмся завтра, а пока иди в трактир и ложись. — А ты? — Схожу в форт, поболтаю со старыми знакомыми. Кассия, подумав, кивнула. После лечения у жрицы Трибунала рука стала болеть не так сильно, но взамен неудержимо потянуло в сон. Она решила вздремнуть часа два, потом всё-таки прогуляться по посёлку, посмотреть, что продают на рыночной площади, поговорить с торговцами… После предъявления жрице письма от столичного каноника, после похода в пещеру Коала и лечения паломника с легионером на неё в самом деле стали смотреть гораздо приветливее, так что наверняка не откажутся ответить на вопрос-другой. «Мастерство и репутация, — подумала она, — вот единственные настоящие ценности». В качестве предлога для разговора с торговцами вполне сгодился плащ, который Кассия отдавала за любые деньги, хоть за два-три медяка: хотя сшит он был по её меркам из отличного сукна, но во вчерашней стычке ему здорово досталось. — Я не ношу заштопанные вещи, — ответила она торговке, заметившей, что его только почистить и подлатать, и будет как новенький, — так что закажу новый, но не выбрасывать же этот. Данмерка, одетая довольно скромно (не считая обуви, но тут Кассия её отлично понимала: провести весь день на ногах в грубых дешёвых башмаках — без ног останешься), опытным взором оценила мантию Кассии, её туфли и пояс, позволила себе лёгкую, самыми уголками губ, усмешку и кивнула. — Конечно, — сказала она. — А колечко вместо денег не хотите? Никак не могу его продать. Оно чисто женское, — пояснила она, — мужчине не подойдёт. Но всем женщинам, кто мерил его, велико, а отдавать ювелиру не хочется: и дорого возьмёт за работу, и вид всё равно уже будет не тот. — Кажется, я знаю, почему его продали, — заметила Кассия, повертев кольцо в руке. В самом деле миленькое колечко, кстати. Гораздо красивее того, которое Милес вернул интенданту. И в самом деле ни один ювелир не смог бы сделать его поуже, не испортив узор, бегущий по внешней стороне — что-то вроде плюща с крохотными камушками вместо ягодок. — Зачарование выдохлось, а подновить его у хозяйки, наверное, денег не хватило? — Нет, — ухмыльнулась торговка, — она поссорилась со своим… другом и швырнула ему подарочек прямо в лицо. — А он? — А что можно сделать с подарком, который тебе вот так вот вернули? Пропил, конечно. — Какая у этого колечка драматичная история, оказывается, — фыркнула Кассия. — Заметьте, сэра, — подхватила торговка, — я вам сама её честно рассказала. А то ведь потом у Фенаса вам бы такого наплели, что впору в храм бежать и на всякий случай снимать проклятие. Кассия только хмыкнула и надела кольцо на безымянный палец. Оно было самую чуточку великовато, но сваливаться вроде бы не собиралось. Неудивительно, что его никто из местных не мог купить: наверное, заказывали его для чистокровной норды, не для полукровки вроде неё, а уж эльфийки, тёмные ли, высокие ли, вовсе ли мелкие лесные, его только на шнурке и могли носить. — Ты не торопишься выбирать колечко? — спросил незаметно подошедший Милес. — Дома у меня пока ещё нет. — А тебе, кажется, действительно пора жениться, если для тебя кольцо может быть только венчальным. — Острые данмерские уши торговки вытянулись ещё больше, но Кассия не стала развивать благодатную брачную тему. Она потрясла кистью, однако кольцо, хоть и сидело свободно, не слетело. — В альд’рунском отделении гильдии магов есть зачарователь? — Милес кивнул, и Кассия пояснила: — Кольцо неплохо было зачаровано, слабенько, но с постоянным эффектом — я, пожалуй, попрошу восстановить чары. — А что за чары? — На сопротивление магии, сколько я могу судить. — Восстанови, — согласился он. И спросил торговку: — Сколько оно стоит? — Я меняю его на мой драный плащ, — быстро ответила Кассия. — И, Милес… пошутили, и хватит, ладно? — Я вовсе не шутил, — возразил он. — Будет тебе дом. Вон в Альд Велоти земля дешёвая, целителя своего там нет, так что построюсь и попрошу у Валена разрешения для тебя принимать больных и раненых. — А твоя команда опять останется без собственного целителя? — попыталась отшутиться Кассия, хотя её встревожил такой энтузиазм едва знакомого мужчины. — Ну, ты же не будешь с собственного мужа брать деньги за свитки с исцелением, — усмехнулся он. — Так что я здорово сэкономлю: долю тебе не выделять, ты сама будешь зарабатывать, а свитков мы с парнями станем брать с собой на охоту целые охапки. Она безнадёжно помотала головой, подтолкнула плащ к торговке и с вопросительным видом продемонстрировала ей руку с кольцом. Та энергично кивнула, с жадным любопытством глядя на них с Милесом, так что Кассия, подавляя раздражение, сказала: — Ладно, возвращаюсь в трактир. Всё-таки рано я встала, надо отлежаться до завтрашнего утра. — И накрылись известной посудиной её планы поболтать с другими торговцами, послушать местные сплетни и вообще попытаться лучше понять, куда же её занесло. — Надо, — Милес с готовностью подхватил её под локоток и повёл к трактиру. — Я же ещё утром тебе сказал, что зря ты поднялась с постели. На следующий день они вернулись в Альд’рун. Кассия думала, что поедут они на силт страйдере, но Милес опять взялся сопровождать Матиса Далобара. А ещё им навязалась небольшая компания паломников, возвращавшихся из пещеры Коала. Кассию усадили-таки на спину гуару, которого повёл в поводу молодой лоснящийся хаджит в ошейнике, сильно смахивающем на серебряное ожерелье. Его хозяйка, данмерка очень средних лет (так и лезли в голову при виде этой парочки очень пошлые мысли в духе «Подлинной Барензии»), заверила Кассию, что когда гуар идёт шагом, как-то особенно приноравливаться к шагу этому нет нужды — сиди себе да держись за луку седла здоровой рукой. Сама она ехала с Кассией стремя в стремя и желала знать во всех подробностях, как сэра Альба уговаривала Танусею Велот покинуть Вивек, чтобы не подвергать горожан опасности. И как им с сэрой Глориозусом всего вдвоём удалось разделаться с бандой, убивавшей и похищавшей одиноких путников, а караваны грабившей до последнего мешка.
