автор
Соуран соавтор
Размер:
59 страниц, 6 частей
Описание:
Альтернатива от дилогии "Рука Трауна", финал второй книги "Образ будущего". Что было бы, не сделай Мара Джейд лишнего шага вниз по пандусу.
Один не сделанный шаг может изменить очень многие судьбы. А несколькими десятками лет ранее многие судьбы изменил один заблокированный переход - но об этом галактике только предстоит узнать.
Примечания автора:
Очень. Много. Чиссов.
Ориентируюсь я ТОЛЬКО на Расширенную Вселенную, Дисней и всё сопредельное в расчёт не берется. Поэтому в тексте есть мои додумки и фанон по поводу чиссов и нет так называемого "нового канона".
Первая часть истории посвящена выжившему клону Трауна, вторая - "Сверхдальнему перелёту" и что там пошло не так. Возможно, будет и третья.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
16 Нравится 42 Отзывы 4 В сборник Скачать

1.2. 19 ПБЯ. Семейное дело.

Настройки текста

Но только лишь ты можешь знать эту ложь И видеть сквозь горький дым. Пусть я для тебя ни на что не похож – Придумай меня живым! (с) Джем

- Генерал Фел, по вашему запросу прибыл! Сунтир отвернулся от печального зрелища – завалы в ангаре продолжали разбирать – и внимательно посмотрел на сына. Чак лихо козырнул и вытянулся по стойке «смирно», но глаза озорно блестели, а губы гнула с трудом скрываемая улыбка. Мальчишка. Половина гарнизона – мальчишки и девчонки, часть по стандартным годам Чака младше, но не человеку указывать чиссам, кого считать взрослыми и годными к службе. И они ничего не знают… как и те, кто старше. Сунтир не представлял, как, какими словами рассказать хотя бы Стенту о том, что ждать больше некого. - Выправку оценил, - добродушно сказал он сыну. – Чак, я тебя вызвал, как генерал капитана, но поговорить хочу, как отец с сыном. - А я думал, ты мне спецзадание выдавать будешь, - парень встряхнулся, теперь улыбку он не скрывал. - И спецзадание тоже… - старший Фел тяжело вздохнул. – Твой найдёныш перестал спотыкаться на каждом третьем шаге, отошёл от шока и заинтересовался окружающим миром. - А… по крепости поводить? - По крепости тоже, но сначала он хочет выйти наружу. Возьмешь двухместный гравицикл и осторожно… Чак, ещё раз: очень осторожно и медленно повозишь его по окрестностям. С остановками, где Рас захочет. И обязательно возьмёшь с собой расширенный медпак и крепления для раненого. - Пап, там всё так плохо? – Чак нахмурился, не понимая. – И что у него с именем? Из наших приставками только Брош не пользуется. Но у него какие-то смысловые заморочки со звучанием, а у Раса имя как имя… - Да не помнит он своих приставок, ни клановую, ни фамильную, - с досадой выдал Сунтир «официальную» версию. – То есть фамильную вроде бы даже помнит, но не уверен, свою или кого-то хорошо знакомого. Поэтому, пока не вспомнит или на Ксилле не решат, куда определить, он просто Рас. Да, ему может стать плохо. Но парень хоть что-то захотел… - А! То есть, как генерал ты мне даёшь увольнительную наружу, а как отец просишь товарища взять и присмотреть? – сын снова улыбался. – Понял, сделаю. Разрешите выполнять, генерал? - Валяй, выполняй. За спиной со скрежетом сдвинулась балка, перегородившая треть ангара. Сунтир на каблуках повернулся обратно, мало ли что. Чак немного постоял рядом и ушёл в крепость, только ботинки по временному настилу пробухали. Бывать в медицинских палатах для командования Чаку раньше не приходилось, по счастью. Когда отец лишился глаза, он ещё в кадетах снег на Ксилле разгребал. Вместе с теми чиссами, которых любопытство доводило до проверок на практике: «а что, так можно было?». Он пару раз стукнул в закрытую дверь, обозначая: пришёл. Та сдвинулась на щёлку, в которой сверкнули красные глаза. Чак озадаченно почесал бровь: Рас кутался до самого носа в плед, виднелись только ноги в форменных штанах и ботинках и лохматая макушка. - Привет. Я Чак Фел, меня отец прислал, - поздоровался он. – Мёрзнешь? Может, тебе куртку потеплее принести? - Не надо, - голос прозвучал глуховато и сдавленно. – Я… сейчас. Вышел в приемную чисс так же, закутавшись, отвернулся от Чака к креслу и неловко, рывками, снял плед и свернул его. Повесил на подлокотник и медленно развернулся. - Я Рас. - Очень приятно, - пробормотал Чак. Даже не добавил, что вообще-то знает, как его зовут. Потому что сразу понял две вещи: во-первых, на Трауна Рас не только глазами и линией бровей похож, но и всем остальным. Настолько похож, что родство должно быть ну очень близким. Во-вторых, Чак впервые видел чисса, который настолько сильно и нескрываемо боялся. А ещё подобранная по росту форма без нашивок на нём откровенно болталась. - Точно куртку не надо? – уточнил Чак, дождался кивка и махнул рукой: - Тогда пошли, гравициклы в гараже нам «гости», по счастью, не раздолбали. По коридору до ангара Рас шёл, то и дело оглядываясь. На мозаики пола и потолка в медицинском крыле смотрел особенно пристально, перед пандусом даже остановился. - Это ведь… с планеты, где большая часть Ина живет, да? – он указал на верх, потом под ноги. – Там такие цвета любят. И узор. - Вроде да, Аристил что-то такое говорил, - пожал плечами Чак. – Я не чисс всё-таки, чтобы такие подробности различать. Мне просто красиво. Когда они в молчании доехали до нужного этажа, Чак сошёл с пандуса и обернулся: - Я тебя обидел? Извини, не хотел, но я же правда точно не знаю… Рас изумленно захлопал ресницами: - Ты решил, что я обиделся? Нет, я просто думал о том, что помню. - Слушай, - воодушевился Чак, подталкивая его за локоть в сторону гаража: - А может, ты и есть Ина или жил с ними рядом? Давай потом Аристила поймаем и спросим, кто у них по соседству живет. Вдруг ты свой клан вспоминать начал? Рас вздрогнул всем телом. - Может, - нехотя подтвердил он. Жизнь на Нирауане накладывала отпечаток на всё, в том числе на язык. И дело было не только в том, что почти два десятка лет половина разговоров в крепости шла на чеунхе или миннисиате. Вряд ли в другом месте у людей могла родиться поговорка: «Ну гадай, куда чисс смотрит» - как образ занятия бессмысленным делом. Впрочем, сами чиссы точно так же гадали – или определяли по косвенным признакам. Чак был уверен, что именно из-за расовых особенностей у них отросла привычка невозмутимо заниматься своим делом, сколько бы народа под руку ни смотрело. Сейчас в гараже, кроме техников, находилась сменившаяся с патруля группа, вполголоса обменивающихся впечатлениями. Вокруг крепости стояла тишина и летняя благодатная погода, из медблока почти всех пострадавших выпустили, и, если бы не ангар – можно было решить, что Нирауан никто не навещал. Чак поздоровался с главным техником, с какой-то стати выбравшимся из рабочего блока, сбросил ему на датапад разрешение взять гравицикл, повернулся к Расу и вздрогнул, не обнаружив его у левого локтя. Младшего Фела хорошо тренировали, он мгновенно определил новое место подопечного – за спиной – и сообразил, как тот встал. Так, чтобы Чак находился между ним и сородичами. Ин-те-рес-но… - Я подумал, - небрежно сообщил Чак, показывая на гравицикл и укрепленную на багажнике сумку: - Что вокруг крепости ездить сложно и опасно: с другой стороны скалы эти, ущелья, где два истребителя найти не могут, а у нас неподалёку, на плоскогорье, разведанное место есть. Доедем туда, посидим, я паёк на обед взял. А там посмотрим. - Хорошо. Рас вроде бы осматривал гравицикл. Но, может, и на техника косился. Вот тот найдёныша рассматривал откровенно и не стесняясь, он-то ещё из тех, кто эту базу обживал и гранд-адмирала лично не один раз видел. Но чисс был изрядно в годах, поэтому сухое вытянутое лицо, расчерченное тонкими линиями морщин, осталось абсолютно невозмутимо. - Тогда едем. На, спрячь свою неуставную лохматость. Рас прижал переданный шлем к груди и растерянно заморгал. - Это шутка. Человеческая, - бесстрастно пояснил пожилой техник. – Их военный устав, кроме формы, регламентирует длину волос, - он чуть склонил голову и счел нужным добавить: - Но должен отметить, что ваша прическа, в самом деле, неаккуратна. Рас нервно дернул головой, то ли кивнул, то ли что, и быстро надел шлем, рывком затянув крепление. Чак молча сел за руль, дождался, пока товарищ устроится позади и прихватит его за ремень, и плавно выехал под тусклое солнце. Свет неярко дробился на поверхности маленького озерца, берега которого заросли густой, стелющейся и довольно мягкой, по меркам планеты, серо-зеленой травой. В тени под скалой, отлично загораживающей место от ветра, топорщилась поросль повыше: упругая, бурая. «Не папина оранжерея. Но и не голый камень…» - Чак припарковал гравицикл у отколовшегося камня, темного, словно отполированного, только по краям помеченного багряными пятнами лишайника. - Сюда мы сбегаем в увольнительные, если в крепости тошно, а погода позволяет, - он спрыгнул на траву, обернулся к Расу и махнул рукой: - Уютненько и вроде на виду. Крепость, в самом деле, было отлично видно. Три башни гордо подпирали бледно-сиреневое небо, разрушенная и отдельно стоящая прятались за стенами. Рас кивнул, снял шлем и сел, отвернувшись. В сторону базы он смотреть не желал, уставившись на озеро. - Да не переживай, спасу я тебя от Сэлго, у меня расчёска с собой. Костлявые плечи чисса дрогнули, он что-то еле слышно прошептал себе под нос и осёкся. Повернулся, искоса взглянув на Чака: - Хесс’элг’орайо… первое место службы база Крустаи, да? - Э… его личное дело не читал, - озадачился тот. – Но сюда он из Доминиона примчался в числе первых, точно. Нашей техникой, и вообще любой не чисской, очень интересуется, - Чак коротко рассмеялся: - Если у Сэлго при сборке остались лишние детали, значит, конструкция была не оптимальной… это Стент так говорит. Рас чуть приподнял уголки губ. Улыбка – нет, намек на улыбку – была одобрительной, слишком взрослой и быстро погасла. Чисс нахохлился и подтянул колени к груди, устроив на них подбородок. - Слишком много болтаю, да? – виновато уточнил Чак. - Для… - Рас начал говорить и запнулся. Помолчал и продолжил: - для других, может. Говори, пожалуйста. У меня в голове слишком тихо. Личные дела иногда всплывают. Это так пусто… ни эмоций. Ни ассоциаций. Ничего. Только строчки… - И на меня? Невнятное движение плечами: то ли пожал ими, то ли поёжился. - Чак Фел, второй сын барона Сунтира Фела. Всё. - Н-да… не густо, - Чак сел рядом, подпнул ногой камень. Булькнуло. – И устаревше. По рождению-то я второй… а по старшинству теперь первый. Рас кивнул. - Прости. Я не знал, - голос дрогнул, словно от скрытой боли. - Да ладно извиняться. Война… а мы даже маму навестить не смогли. Ещё один кивок. Тень чуть сдвинулась, открывая озеро полностью, блики стали краснее – время двигалось к закату. Чак вытянулся на камне, благо размер позволял, и, закинув руки за голову, сощурился на высокое безоблачное небо. Полетать ему ещё долго не доведётся, пока разберут ангар, пока посмотрят, которые из «когтей» можно починить, пока привезут на Нирауан замену непочиняемому… - Красиво. Он вскинулся: Рас перестал поджигать взглядом воду, сполз с камня и теперь вертел в руках бурую метелку. Заинтересованный Чак поискал взглядом такую же, сорвал и поднес к глазам. И с удивлением отметил, что их найдёныш прав: что-то в этом было. Маленькие листья вдоль стволика с ажурной бахромой, ещё не расправившиеся в плотные жесткие кругляшки, вытянутая чаша, оставшаяся от соцветия, пушистый туман собственно метелки. И запах приятный – терпкая горечь и свежесть, травяной сок. - Одеколон бы такой, а? Рас сделал очень большие глаза и принялся вдумчиво нюхать нирауанскую растительность. Чак невольно засмеялся, а чисс, вместо того чтобы обидеться, попытался улыбнуться – на этот раз неуверенно, словно не зная, как. - Никогда бы о таком не подумал… От гладкого зачёса назад Рас на изумление эмоционально отказался, ровное разделение ему, с точки зрения Чака, вообще не шло, челка получалась ещё лохматее первоначального варианта. Поэтому младший Фел в порыве вдохновения изобразил чиссу косой пробор: девушки бы точно оценили, а там видно будет. Сэлго, который вышел забирать гравицикл – почему-то Чак ни секунды не сомневался, что он явится лично – тоже соизволил одобрительно пошевелить бровями. Чаку было до щекотки любопытно, чем же Рас умудрился их сурового техника настолько заинтересовать (не брать же всерьез версию, что Сэлго скучно стало!), но не спросишь же. Пожилой чисс пошлёт настырного человеческого мальчишку кессельской дугой прямо в дыру Мау, причем исключительно вежливо и воспитанно. Хотя, что там спрашивать. Наверняка его интересует то же, о чём пилоты перед отбоем спорят: кем всё-таки Рас приходится Трауну. - Так лучше? – с вызовом спросил Рас. - Намного, - спокойно ответил техник. …И едва успел подхватить оседающее на пол тело. На этот раз в больничной приемной было тесновато: адмирал Парк захватил Стента (точнее, тот сам упрямо напросился), в дальнем углу Чак изображал молчаливую подпорку для стены, и, наконец, сам Сунтир. - Говорят: сенсорная перегрузка, - он кивнул на закрывшуюся дверь. – Слишком много информации для неподготовленного мозга. Стент, у чиссов это выглядит, как обморок? - По-разному. Как обморок тоже может, если он долго терпел. Под тремя взглядами: чисским светящимся и пристальными человеческими – Чак встрепенулся, отлепился от стены и расправил плечи. - Четко, по делу, но без канцелярита, - сразу обозначил нужное адмирал. – Можно сразу с личными впечатлениями. - Вас понял, - Чак встал по стойке «вольно» и принялся рассказывать. Слушали его очень внимательно, не перебивая. Стент склонил голову к плечу, словно прислушиваясь к чему-то неявному, Парк постукивал указательным пальцем по подлокотнику, Сунтир задумчиво покачивался с пятки на носок. - Вывод напрашивается: он боится или, как минимум, не желает контакта с сородичами, - Чак набрал воздуха и выпалил: - Поэтому, пока техническое оснащение эскадрилий не восстановлено, прошу поручить мне сопровождение Раса по и вне территории крепости. - Ну, завернул, - насмешливо прищурился Парк. – Только поэтому? - Он, - Чак указал взглядом на закрытое окно, - меня видел и знает, лишней информации не будет. И с ним интересно, - парень обаятельно улыбнулся. – Сколько мы мимо этой травы ходили, только Рас увидел, что она красивая. - Он тоже умел замечать неочевидное, - себе под нос проворчал адмирал, прикрыл глаза. Справился с собой, остро взглянул на Сунтира: - Как, генерал Фел, поручим капитану сопровождать больного товарища? - Поручим, - усмехнулся Сунтир. – И я бы перенес срок отбытия на неделю-другую. Физически мы его подлечим и подкормим, конечно, но эти перегрузки… - Я отправлю сообщение, адмирал? – Стент был согласен. - Отправляй, - Парк опять закрыл глаза. Сунтир с болью понял, насколько последние события их командира вымотали. * * * Даже если с сородичами общаться Рас не хотел, в офицерскую столовую за Чаком шёл очень решительно. Может быть, именно потому, что боялся. А ещё он был крайне наблюдательным, амнезия там, не амнезия. Быстро окинул взглядом помещение, изучил свой поднос и заметил: - У меня еда другая. - Спецпаёк, - подтвердил Чак, ткнул вилкой сначала в тарелку, потом в Раса: - Потому что недовес у тебя невооруженным взглядом заметен. Рас сдвинул манжет, посмотрел на своё запястье, с нажимом провёл пальцем по щеке: - Да… заметен. Вот вроде взрослый, умный (иногда такое выдаёт, что только успевай челюсть подбирать), а тарелку разглядывает, как четырехлетний Джаг в капризном настроении. Чак понадеялся, что этого хотя бы с баечками и прибаутками пичкать едой не придётся. Хороший у чиссов спецпаёк, вкусный, и что ему не так? Специй что ли не доложили? - Кстати, вон тот самый Аристил… Ина’ристи’лоро. Тоже капитан, только наземных войск. Так что, если про клановые узоры спросить захочешь… Предложение пойти пообщаться на тему происхождения сработало не хуже, чем сказочка младшему брату: Рас нервно взглянул в сторону Аристила и принялся есть. Очень аккуратно, кстати, даже изящно. Кто-то его в забытой прошлой жизни воспитывал по всем правилам чисского этикета. - Кто живёт рядом? Никто, - Аристил удивленно посмотрел на Чака: - Ина – территориальное имя, наша планета относится к слабозаселенным, кланов там немного. Есть, конечно, Леу и анклав Дома Митт при военной базе, но они в другом полушарии. Любопытство свойственно не только чиссам, поэтому Чак, сгрузив шатающегося и держащегося за больную голову Раса «домой», в больничную палату, пошёл искать Аристила сам. - Почему тебя это так интересует? - Рас опознал ваши клановые узоры, - Чак повторил запомнившийся жест: на потолок и на пол, под ноги. - Опознал, - задумчиво протянул чисс, проследив взглядом вверх-вниз, - У него имя довольно редкое. Леу, Ина… - …или Митт, чем судьба не шутит. - Или Митт, - согласился Аристил. Чисс и человек посмотрели друг на друга и разошлись, торопливо пожелав спокойной ночи. Додумывать последнюю мысль – про Миттов – им было слегка жутковато. Последний краешек солнца погас, втянувшись в проем между дальники горами, как улитка в панцирь, и автоматика подсветила четыре башни холодным белым прожектором. Пятая, обрушенная, осталась равнодушно-тёмной. - Пошли вниз, а? В этих обломках голову свернешь запросто. - Да… сейчас. Задумчиво сидящий в бывшей бойнице Рас вдруг вскинулся и резко повернулся в сторону гор. Чак схватился за болтающийся на шее бинокль: прибор очертил смазанный тепловой контур крылатой тварюшки, мелькнувшей и пропавшей вдали. Понятно. Тепловое зрение чиссов приборам сильно уступало, но оно хотя бы было: неудивительно, что Рас летуна первым заметил. - Вредители пещерные, - Чак с досадой мотнул головой: - Если Джейд со Скайуокером стоит «спасибо» сказать, так за то, что этих зараз распугали. Тащили всё, что можно, и даже немного то, что нельзя. - Два истребителя? – Рас усмехнулся. - Честно, я б не удивился. Иначе почему мы их не нашли? А вот смеяться Рас, кажется, вовсе не умел, только нос морщил, когда ему весело становилось. - Отбой скоро, - с сожалением вздохнул Чак. – Надо спускаться. Отбой, да. А завтра утром капитан Чак Фел возвратится к своей обычной службе, потому что его подопечный улетает на Ксиллу вместе с генералом Фелом. Может быть, навсегда. «Не привязывайся, - советовал отец, - возможно, мы Раса больше не увидим». Но Чак всё равно привязался, и даже больше – подружился. У него и до этого были друзья-чиссы, тот же Брош или ребята-сокурсники (а с Тэльс даже тайком целовался, правда, она заявила, что семья не одобрит и сбежала, но сам факт!). Но… только для Раса он был единственным другом. Из-за его плеча Рас смотрел на мир заново: считай, что впервые. Иногда Чаку казалось, что у него появился ещё один брат, не то, чтобы старший, но и не малыш Джаг. А теперь друг улетал. - Да, - грустно сказал Рас. – Надо. Улетать с Нирауана ему хотелось не больше, чем Чаку – провожать. * * * - Тесновато, - Сунтир переключил сенсоры, посмотрел на экран, убедившись, что всё штатно, и повернулся к соседнему креслу: - Спать придется здесь, кресла откидные. Но зато долетим быстрее, чем на любом другом. - Курьер, - тихо согласился Рас, поглаживая пальцами подлокотники. Нормального для своих роста и комплекции веса он ещё не набрал, но, по крайней мере, стал похож на живого чисса, а не на «снежного призрака», которым его поначалу обозвал Стент. Видимо, что-то из чисских сказок – судя по контексту, страшных. Легкая дрожь – включились антигравы. Толчок – запустились планетарные двигатели. Корабль нацелился носом на низкое рассветное солнце и взял разбег. Один из плюсов чисского курьера – большой носовой иллюминатор, с которым было красиво и увлекательно летать даже пилоту с опытом Сунтира. Вооружения, считай, отсутствовало, разве что от некрупных метеоритов отбиться, но щиты неплохие. Не для боя «птичка», для скорости. Тень корабля перечеркнула ущелье, осталась далеко за хвостом древняя чёрная крепость, прыгнули вниз и начали стремительно уменьшаться изломанные горы. Небо из сине-сиреневого сделалось сначала густо-фиолетовым, потом черным, скучный бурый Нирауан блеснул напоследок рассветной радугой в атмосфере – и корабль вырвался под бриллиантовую россыпь звезд. - Курьер – базе, - Сунтир включил связь. – Полёт штатный, десять минут до выхода. - База – курьеру, подтверждаем, - ответил дежурный связист. – Чистого гипера. - Пусть нам улыбнется воинская удача… - Почему воинская-то? – вполголоса уточнил Сунтир. Рас вжался в спинку кресла. Плотно сжатые губы подрагивали, но он кое-как справился с собой и пояснил: - Вы ведь генерал. …Ну-ну, а Траун – гранд-адмирал. Был. Но вслух поминать покойного Сунтир не стал, просто молча сдвинул рычаг и запустил обратный отсчёт до выхода в гиперпространство. Первый прыжок в сторону Доминиона был давным-давно рассчитан и внесен во все базы. Голубые разводы гиперпространства на свой лад были красивы и завораживали бесконечной и неповторимой игрой. Но рано или поздно надоедали даже они, а спать при переменчивом, бликующем сиянии получалось плохо. Поэтому для долгих перелетов курьер укомплектовали ещё и масками для сна. Полёт проходил спокойно, Сунтир, поразмыслив, решил не издеваться ни над собой, ни над Расом, и объявил общий отбой. Пожертвовал пытающемуся съежиться в компактный клубок парню свой плед, натянул маску на глаза и заснул. Откидное кресло курьера – далеко не худший вариант того, в чём приходилось коротать ночи. Впрочем, готовности проснуться при любом неправильном писке оборудования никто не отменял. …Вот только неправильным оказалось другое. Сунтир проснулся как от толчка, взглянул на приборы: от отмеренного на сон времени прошла половина. Полёт по-прежнему беспроблемный. Что не так?.. Слабый шепот с соседнего кресла и сдавленный всхлип. Рас метался, тяжело дыша, когда-то успев сбить на сторону маску, под закрытыми веками дергались глаза. Странно, меддроиды о кошмарах не говорили, полёт его, что ли, спровоцировал. Сунтир перекатился, садясь боком, наклонился к мечущемуся чиссу. Рас бессвязно шептал, чередуя чеунх и бэйсик, но что-то разобрать получалось. Судя по услышанному, в голове клона смешались в один салат К’Баот с исаламири, боевые дроиды, вагаари (да, эти могли оставить о себе кошмары!), изгнание, какие-то сражения… - Нет, нет, нельзя! Нельзя атаковать… - приоткрытые глаза блеснули красным. Сунтир успел отреагировать и перехватить вскочившего Раса, опрокинув его обратно. Выворачивался мальчик профессионально, похоже, физические навыки оригинала в полубессознательном состоянии включились – но вот сил недокормленному чиссу не хватало, Сунтир его удерживал без большого труда. - Отмените атаку! – голос сорвался на хрип. – Отмените! Трасс погибнет! - Сам очнись! – прикрикнул Фел. – Нет сражения! И атаки нет! Мы на Ксиллу летим… Мальчишка под руками затих, судорожно дыша и зажмурившись. - П… прошу прощения, - с заминкой выговорил он. – Я… это случайность. - Это спецэффекты твоего происхождения, - проворчал Сунтир, убеждаясь, что Рас действительно проснулся и к штурвалу больше не рвется. – Мда, на гипер ты явно пересмотрел… успокоительное дать? - Нет, - Рас пошарил рукой под боком и нащупал маску для сна. – Я… лучше сам. Я умоюсь, выпью воды, и – сам. - Хорошо, если так. Но смотри, не геройствуй. Мальчик кивнул и побрел в сторону санузла, хватаясь то за кресло, то за стены рубки. Сунтир покачал головой: чем ещё беднягу накроет? Как он на Ксиллу отреагирует, где знакомого будет побольше, чем на Нирауане? Но выхода нет, они уже летят, а от судьбы даже в черной дыре не спрячешься, найдёт и за хвост вытащит. Рас либо столкнется с чужим прошлым и научится с ним жить, либо не справится и сойдёт с ума. Второго исхода Сунтир не желал и готов был сделать всё, чтобы не допустить. …А вот интересно, что это за Трасс и кем он гранд-адмиралу приходился, если кошмары о его смерти клону снятся? При самом Сунтире Траун никого такого не упоминал, точно. Вернется, у Парка спросит. Можно и самого Раса спросить – у кого он своё имя позаимствовал и почему – но что-то Сунтиру подсказывало, что не стоит. Всё равно не расскажет. …Холод. Защитные поля космодром от метелей прикрывают, не от температуры. Воздух сухой, вымороженный, колючий, обжигает губы и горло, обдирает с них тепло. …Забытый. Дыхание и водяной пар оседают на всех поверхностях мельчайшими кристаллами, сплетаются неповторимыми узорами, лёд играет под светом прожекторов ночью и лучами высокого равнодушного солнца – днем. Возвышенная красота. Безжалостная. Пугающая. …Родной. Мальчик цепко держится за руку брата и оглядывается широко распахнутыми глазами. Ксилла – прародина, мёртвая, обледеневшая, но даже в смерти своей прекрасная, гордая и любимая. Теперь это их дом. И он никогда, никогда, никому не позволит его разрушить и отобрать! Он будет очень стараться. - Рас, ты в порядке? …нет. - Да, - он рвано вздохнул, силой выдирая себя из чужих воспоминаний. – Куда мы теперь? Сунтир проследил направление взгляда и покачал головой: - Нет, туда ещё рано. Собрание назначили на завтра, а до того… хм… учли твои особенности и попросили подождать у меня дома. Поэтому едем к нам. К Фелам, не в военную академию. Это хорошо. Иначе слишком много повторений, иначе слишком легко захлебнуться в чужой памяти и не выплыть. - Может, ты меня всё-таки отпустишь? – настойчиво попросил человек. Рас перевел взгляд вниз: пальцы на запястье Сунтира он стиснул так, что могут синяки остаться. - …попробую. Фел тяжело вздохнул, осторожно помог разжать руку, а потом обхватил за плечи и повёл, аккуратно направляя к нужному тоннелю. Сунтир большую часть жизни в Неизведанных провёл на Нирауане, но «домом» называл обжитую систему пещер Ксиллы – ту, которую выделили для них с Сиал. Здесь даже пахло по-особенному. Сухим теплом, кореллианской едой, любимым пряным напитком жены, расцветшим кактусом. Людьми, в конце концов. Шесть детей и прожитые среди чужаков годы не перебороли привычку Сиал в любой момент быть одетой элегантно и к лицу. Даже сейчас, когда не прожитое горе давило на неё тяжелее, чем все ледники над Ксаплар, когда вокруг глаз собрались первые морщинки, а на лбу обозначилась горестная складка. До этого года они детей не теряли… Он порывисто шагнул вперед, протягивая руки. Сиал всхлипнула и с готовностью прижалась к груди мужа, пряча лицо и слезы в ткани мундира. Любимая его актриса, без колебаний поставившая жизнь против любви, променявшая головокружительную карьеру на вечное ожидание – и до сих пор не жалевшая об этом. Родная, единственная и несравненная. Сколько они стояли, обнявшись, посреди пустой прихожей, Сунтир не отслеживал. Наконец, он нехотя разжал объятия и повернулся, держа Сиал за руку: - Я говорил, что не один буду… знакомься, это Рас. Пока ещё просто Рас, - на всякий случай уточнил, опережая вопросы. Его неподражаемая жена всё поняла мгновенно. Торопливо вытерла слезы, грустно улыбнулась: - До сих пор ты учеников с собой не брал. - Тут всё сложнее… дети где? - Тир, посмотри на часы! Конечно, спят давно. - Хорошо. Рас, проходи, не прячься у двери. Парень отлепился от косяка, перестав изображать лазуритовую статую. Следом за поманившей Сиал шел молча, как зачарованный, и с таким странным выражением лица, которому Сунтир даже определения подобрать не мог. Как будто мальчишке чудо показали. Фел очередной раз проклял скрытность чиссов вообще и гранд-адмирала в частности. Стент, обожающий своего синдика, откопал, что тот родом с дальней планеты, из довольно многочисленного, но откровенно заштатного клана Ина. И больше ничего. Какая у него была семья? Кто родители и как они относились друг к другу и к сыну? Он Нуруодо по матери или по отцу, у чиссов с этим тоже не всё просто? Они сейчас скользят по краю тонкого льда над пропастью, жизненно важно знать, на что и как Рас может отреагировать! И не знают – ничего. Сиал тем временем показала, куда вешать куртку и куда проходить. Рас сидел в гостиной на диване и смотрел на неё снизу вверх – как на снизошедшее с небес божество, которое сейчас раскроет все тайны мироздания. Но руки о горячую чашку греть не забывал. - Ты пей, - с проскользнувшим сочувствием напомнила Сиал и перевела строгий взгляд на мужа: - Итак? Сунтир тоже взял чашку, отхлебнул: - Сначала официальная версия. Раса нашли в подвалах Нирауана в предположительно анабиозной камере. Помнит только своё имя и вроде бы фамилию, ни клана, ни биографии. - Если это версия официальная, то должна быть истинная, - Сиал выгнула бровь, получилось неожиданно по-чисски. – И ты считаешь, что я должна её знать, верно? В груди сжалось от прилива гордости, нежности и восхищения. Мгновенно сориентировалась, собралась и готова ко всему. Самая потрясающая женщина во всех мирах – его обожаемая жена. - Да, потому что нам, - Сунтир кивнул на застывшего парня, глядящего вниз на своё отражение в чае: - может понадобиться помощь. А помочь ты сможешь, только зная правду. Продолжить он не успел. Рас разжал зубы и на одном дыхании выпалил: - Я клон, - тишина после этих слов стала какой-то обволакивающей. Сиал тихо ахнула и прижала ладонь к губам, Рас дернул головой и с отчаянием продолжил: - У меня есть его память, немного эмоций и ничего своего. - Кроме месяца общения с Чаком, - добавил Сунтир. – А ещё имени и решимости. Так что не наговаривай. Про месяц он, конечно, округлил: меньше. Но сейчас не к месту соблюдать чисскую педантичность. Сиал плавно поднялась, подошла к Расу, вынула из его рук чашку. Присела на боковину дивана, притянула за плечи к себе, поцеловала в макушку: - Ну-ну, всё хорошо. Мы что-нибудь обязательно придумаем. Месяц? Мало, но он уже только твой. Ну ш-ш-ш, не надо так… поплачь, здесь можно и не стыдно, я всё понимаю. Оказывается, он не просто дрожал от напряжения, а плакал… почти беззвучно, прижавшись к плечу чужой, человеческой, женщины. Сиал смотрела куда-то в пространство, потом с заметным усилием собралась, перевела взгляд на мужа. Указала глазами на взъерошенную иссиня-черную макушку, одними губами обозначила: «Траун?..». Сунтир медленно кивнул, подтверждая догадку. Сиал сжала губы в линию, взгляд стал острым и злым. Но её руки на плечах Раса не дрогнули, не прервали мягких, лёгких поглаживающих движений. Сунтир не раз за этот месяц ловил себя на желании по-простому, без изысков и финтов, засветить гранд-адмиралу кулаком в рожу. В стиле пошлой кантинной драки, достойной коронетских задворков. Чтобы знал, с чем играть можно, а с чем – нет! Что ж, жена его и в этом начинании готова была поддержать. * * * Запах жилого дома, куда не приходят со службы спать, а именно живут, был чужим, незнакомым, даже смутного эха в его памяти не вызывал. Только тянущее ощущение потери и желание стоять в стороне, дыша и наблюдая, впитывая. Потому что у того дом когда-то был, пусть забытый и потерянный, но был, а у него нет и уже не будет. Подглядывая за этими людьми, он ощущал себя вором хуже, чем с именем. - Эй! Ты кто? В запястье ткнулись прохладные тонкие пальцы. Рас опустил взгляд: человеческая девочка, лет… во сколько лет люди так выглядят – четыре, пять? Наверное, пять. Светловолосая, с широко распахнутыми любопытными глазами. Надо же так задуматься и не заметить, как подошла. Стоит и осторожно трогает его за руку. - Я? Я Рас. - А я Уинсса, - заулыбалась малышка. – А что ты такой худой? Ты плохо ешь, да? Мама говорит, если я не буду есть, буду… - она обошла чисса спереди, оценивающе склонив голову сначала к одному плечу, потом к другому, - …такая. Да? - Костлявая и синяя! – из приоткрытой двери выглянула вторая девочка, намного старше, с двумя свободно сплетенными косичками. Волосы у неё были темные, как у отца. Уинсса вдохновенно показала ей язык. - Не буду синяя, не буду! Я человек! Вот. - Я хорошо ем, - вяло запротестовал Рас. – Спецпаёк военный… - Невкусный, да? – с искренним сочувствием спросила темноволосая, выходя в коридор. – А, да, я Черис, - и с серьезным взрослым видом протянула руку. Черис Фел. Ей, должно быть, одиннадцать лет. В таком возрасте чисс уже не считается ребенком, но детство людей длиннее. - Нет. Надоело одно и то же, - честно признался Рас, отвечая на рукопожатие. Значимые старшие (родители?..), друг и защитник (нет, брат!) – это было понятно, находились аналогии и допустимые схемы поведения. Но маленькие девочки… ничего подобного в жизни того не было… - Пошли завтракать, - Уинсса воодушевленно сгребла его за свободную руку и потянула, пыхтя от усердия. – У мамы всегда вкусно. …А значит, это только его, личное, и ничьё больше. «Это семья, да? Всем всё можно и ничего не стыдно? Открыто говорить, не скрывать эмоции… здесь нет посторонних… никто не воспользуется. Не ударит.» - Пойдём. - Что случилось? – Сиал вбежала в рабочий кабинет, едва успев захлопнуть за собой дверь. – Тир, что?! - Нападение на Нирауан, - процедил он сквозь зубы, сжимая и разжимая кулаки. – Парк считает, что пиратский налёт, ответ на наши зачистки. Вычислили, с-суки. Стент думал на республиканцев, но – нет, не похоже. Джейд бы на нас кого-то попрофессиональнее натравила… или сама вернулась. - Думал?.. – выделила главное жена. - Полетел эвакуировать «нашу» академию, они могли вычислить и её координаты. Теперь ничего не думает. Лежит в реанимации… с половиной курсантов по соседству, хатт побери! И это те, кому повезло… - он рывком притянул её к себе и выдохнул главное: - Джаг жив. Сиал охнула и обмякла в его руках, осознав, с чем впритирку разминулась. Потерять двоих в один год – слишком страшно. - Нагеройствовался, конечно, истинно по-феловски, - Сунтир пытался шутить, но голос предательски дрожал. – Или даже по-антиллесовски. Сокурсники его прямо на поле боя командиром взвода назначили, теперь лежит и лечится, весь из себя гордый. Обещали потом на побывку отпустить. Внеочередную. Сиал засмеялась с отчетливо истеричными нотками. Успокоилась, чуть отстранилась. - Предчувствия опять не обманули? – спросила срывающимся голосом. – Тебе придётся срочно улетать. С твоим мальчиком останусь только я… - Сначала мне всё-таки придётся отвести его в совет Правящих Домов, как свидетелю. А потом… да. Я так хотел побыть с тобой подольше. - Ш-ш-ш, - Сиал положила пальцы на его губы. – Я знала за кого выхожу замуж, Тир. Я всё понимаю. Сунтир в ответ поцеловал её ладонь и притянул к себе крепче. То, что на Ксилле называлось «дворцом», на деле было большим подземным комплексом, вынесенным чуть в сторону от основного города и снабженным как системами защиты, так и отдельными переходами и транспортными путями. Не то чтобы Сунтиру часто доводилось бывать именно там – больше в главной резиденции Флота Обороны и Экспансии. Но похоже, уникальная находка главных чиссов не на шутку взбудоражила. Сунтир ещё раз напомнил себе, что Траун – это не только героическая легенда Имперского Осколка, страшная байка Новой Республики и основатель Империи Руки. Для сородичей он тоже далеко не просто изгнанник. Чему ж теперь удивляться? Фел быстро взглянул на идущего рядом клона. Пока мальчик держится неплохо, даже лицо сохраняет нормально-невозмутимым, а не застывшей маской. Под ногами на черных плитах переливались сине-зеленые сполохи, граненые прозрачные колонны парадного коридора оплетал плющ с трепетными ажурными листьями. Правящие Дома могут меняться, народ чиссов должен жить. Во дворце не было ничего, что указывало бы на цвета или атрибуты конкретных кланов, тем более Правящих Домов – только светло-серебряные, белые или прозрачные стены и колонны, черный пол с имитацией полярного сияния и растения. Сунтир в своё время не мог не заинтересоваться, что чиссы высаживают в столице. Оказалось – спасённое с поверхности пять тысяч лет назад, перед наступлением льдов. Сопровождающий свернул в сторону от центральных залов, к более приватным кабинетам. - Вас ждут, генерал, - подчеркнуто-вежливый жест рукой, полупоклон. К Расу он вообще никак не обратился. Как к гостю-чужаку. - Я с тобой. Держись, - шепнул Сунтир. …Так, стоило ожидать. Не стол переговоров, а открытый доклад: кресла полукругом у стены, пустое пространство и ещё один стул, попроще – в центре. Вообще-то по правилам на таком приватном совещании стоять должны все, кроме представителей Домов и приглашенных экспертов, но справку о состоянии здоровья найдёныша все читали. - Приветствую совет Правящих Домов, - Сунтир поклонился, вышло не так отточено, как у Стента, но он и не тренировался с детства. – По вашему слову мы прибыли. Как хорошо, что хотя бы тут протокол полчаса ритуальных фраз не предусматривает! И что говорить должен исключительно старший по званию. - Совет готов слушать. Пусть юноша сядет, - мягко, почти мурлыкающе произнес чисс в желтом балахоне Чафов. – Никакой протокол не заставляет больного стоять. Рас послушно сел, двигаясь как-то механически. Сунтир мельком отметил, что кожа на скулах у него натянулась и заметно посветлела, но волнение он выдал только этим. А чиссов в креслах, тем временем, одиннадцать: девять представителей Домов традиционно прячутся под разноцветными капюшонами, скрывая лица, и ещё двое в стороне. Одного Сунтир прекрасно знал, и не только по голограммам – за последние десять лет аристокра Чаф’орм’бинтрано пару раз лично долетал до Нирауана, как официальный представитель и дипломат. Сунтир подозревал, что из любопытства тоже, тут ни возраст, ни статус не помеха. А вот сидящую рядом с ним чиссу видел впервые. Старая, чтобы не сказать – дряхлая, волосы совершенно седые, кожа вся в морщинах и выцвела до прозрачной хрупкой голубизны, алые глаза потускнели и прячутся под отяжелевшими веками. В светло-сером костюме мундирного кроя с тонкой белой оторочкой. Кто-то из высшего командования в отставке – в очень почётной отставке, белый кант в гражданской одежде не каждому дозволят сохранить. Пристально изучать незнакомку или обмениваться с Формби многозначительными взглядами времени не было. Представители выжидающе светили глазами из тени глубоких капюшонов, пришлось озвучивать то, что раньше прислал. Как Чаку, с добавлением личных впечатлений. Рас сидел неподвижно, глядя в стену прямо перед собой. Сунтир постарался понезаметнее положить руку на спинку стула, чтобы он чувствовал прикосновение: «Ты не один». - Мы выслушали, - на этот раз заговорил Митт. Чуть качнул капюшоном в сторону приглашенных: - Ваше мнение, почтенная Ар’алани? Ого! Даже не знай Сунтир, кто такая Ар’алани, в прошлом – адмирал Флота Обороны и Экспансии, ему о статусе всё сказало бы двухчастное имя. Высшее командование отказывается от клановой приставки, потому что сложит всему народу и – по идее – вне любой политики. Но обычно после выхода в отставку первая часть имени возвращается. Надо иметь немалые заслуги и статус живой легенды, чтобы, уйдя со службы, продолжать зваться укороченным именем. А Рас, услышав имя адмирала, вздрогнул и выпрямился. То есть он и до этого не сутулился, но теперь в его позе читалась классическая военная выправка. И голову повернул, ну точно, как кадет при появлении командира. Командор Митт’рау’нуруодо когда-то служил под началом адмирала Ар’алани… мда. Знал бы Сунтир, что она ещё жива… - Вы и без меня видите, - голос у почтенной дамы был по-старчески надтреснутым, но сильным и четким. Она медленно встала, опираясь на изящную резную трость. Стараясь держаться прямо, дошла до Раса, благо недалеко. Цепко ухватила юношу пальцами на подбородок, повертела, рассматривая. Усмехнулась невесело. Тело, может, у неё и одряхлело, но ни разум, ни силу духа адмирал в отставке не утратила. - Его кровь, - с каким-то мстительным удовлетворением вынесла Ар’алани вердикт. – Я Митт’рау’нуруодо ещё курсантом помню. Если бы его тогда месяца два-три на половинном рационе подержали… так бы и выглядел. Что? – она приподняла веки, блеснув глазами на Сунтира. Потускнели, как же. Вблизи стало видно: ничуть, взгляд такой же обжигающий, как у молодых. - Мы его почти месяц усиленным кормим, - не без труда сохранив невозмутимость, пояснил Фел. Ар’алани хмыкнула. Рас смотрел на неё широко распахнутыми глазами, на шее быстро-быстро билась жилка. - Так что можете даже генетический анализ не делать, - она медленно побрела обратно. Формби и сидящий с края представитель Инрокини синхронно дернулись подать руку, но адмирал демонстративно обоих проигнорировала и села сама. - Нет уж, мы всё-таки сделаем, - уязвленно возразил Митт. - Если мне позволено задать вопрос… - Сунтир не дождался возражений и продолжил: - Есть образцы? Они, продумывая легенду, предполагали, что нет – и давно! - Конечно, - представитель (по голосу, представительница) в зеленом пожала плечами. – Срок хранения материалов для офицеров его ранга – пятнадцать лет после официальной смерти, пятьдесят в случае пропажи без вести. Для изгнанников исключений не делается. …вот это они все влетели, на крейсерской скорости да в астероидное поле… - …Я понимаю общее мнение так, что мы лишь выясняем степень родства? – задумчиво спросил представитель Дома Ксаплар: куда-то в пространство, ни к кому конкретно не обращаясь. Все повернулись к нему, ожидая продолжения. – Недопустимо чиссу быть без клана и семьи. Юноша, - он подался вперед, края капюшона шевельнулись, - вы утверждаете, что помните своё имя. И предположительно, фамилию. Значит, вам ещё какая-то кажется знакомой? Близкой? - Да, - Рас очень старался говорить ровно. – Нуруодо. И Сафис. Формби прищурился. Ар’алани хмыкнула и что-то прошептала под нос. На просьбу озвучить пожала плечами: - Бывает, что племянник на дядю похож больше, чем на родителей. Но тот-то у меня на глазах всё время был. Нет, не успел бы. Скорее поверю, что Митт’рау’нуруодо свою контрабандистку потом отыскал. - Полукровка?.. - Вы же собрались анализ делать, - язвительно напомнила Ар’алани. – Вот и узнаете. - В любом случае, выявленные факты допускают причисление к семье Нуруодо клана Ина, - ровный голос представителя древнейшего из Домов прибил начинающуюся перепалку, как дождь – поднятую ветром пыль. – Анализ – лишь подтверждение, я доверяю памяти и суждениям почтенной Ар’алани. Линию крови от столь неординарной личности следует сохранять. - Там должна быть не только кровь, - с нотками мечтательности поддержал Митт. – Но это в военной академии выяснят. Ина’рас’нуруодо, ты готов защищать свой народ, как один из воинов? Сунтир стоял чуть сбоку и видел, как парень после этих слов вылинял до голубизны, как он резко сжал ладони в кулаки. Чтобы не дрожали… - Да, - почти без эмоций ответил он. – Готов. Если меня примут – готов. - Аристокра Чаф’орм’бинтрано… - Формби, генерал Фел. Я разрешил: от места это не зависит. Вот то ли доверие и уважение показывает, то ли кореллианский акцент так его корёжит. Разбери этих чиссов, особенно высшее сословие. - Благодарю. Я правильно понимаю, что вас пригласили как одного из тех, кто знал… его лично? - Именно так, - дипломат чуть наклонил голову. – Не скажу, что знал его близко. Но этим, увы, даже почтенная Ар’алани похвастаться не может. - Да, я как раз хотел спросить об этом, - Сунтир перевел дух. Раса… Арасна, раз уж Правящие Дома утвердили полное имя, увели в медицинское крыло, кровь сцеживать. А ему ничего не оставалось, как следовать трещащей по швам легенде. – Возможно, у него остались родственники? Семья? Кто-то ещё, кто близко знал? Я вынужден улететь сегодня же, а жить в моём доме Арасну разрешили только до подтверждения родства. Формби медленно и огорченно покачал головой: - Нет, генерал Фел. Я понимаю ваше беспокойство, но – нет. Мы подняли все линии, как только получили ваше сообщение. Никого ближе третьего ряда родства, и они никогда не встречались. Родители погибли, когда он был ребенком. Брат – во время столкновения со «Сверхдальним перелётом», вы должны знать эту историю. - Основные факты. Не более… - Сунтир качнулся с пятки на носок. – Брат, значит… «Отмените атаку, Трасс погибнет!» - так вот откуда оно взялось. Сколько тогда ему лет было? Столько же, сколько сейчас Арасну биологически, или всё же чуть больше?.. - Юноше придётся начинать жизнь в клане с чистого листа. - Он и так живет с чистого листа, - проворчал Сунтир. – Куда уж чище. * * * Жизнь в подземных городах подчинена строгому распорядку. Чтобы не потеряться, не выпасть из течения жизни, не уйти в нестыкуемый ни с чем разрыв. Поэтому можно быть уверенным: если поднимешься на поверхность ночью, именно ночь там и увидишь. И рассвет в Ксапларе наступает в точном соответствии с сезоном. До рассвета далеко. Полночь течет по переходам, обволакивая спящих и тех, кто на страже у систем жизнеобеспечения. И тех, кто не может уснуть. «Анализ – только подтверждение…» - что они скажут, когда увидят полное соответствие? «От крови не откажешься…» - он сам принял это решение. По крови – Нуруодо из клана Ина. Рас, не Рау. Тоже чужое имя, но его он выбрал сам. Сам. Ночная лампа гонит по стене полупризрачные блики, похожие то ли на отражение луны в волнах, то ли на приглушенный фильтром гипер. На кровати молодой чисс свернулся в клубок под двумя одеялами, почти закрытые глаза светятся двумя узкими щёлками. Сбой оборудования, нелепая ошибка. Неполноценная замена. Тот, кого не должно быть. «Ну вот, теперь ты совсем правильный чисс: с кланом, именем и фамилией…» - Сиал целует в щёку, прикосновение к коже прохладное, в глазах – грусть и нежность. Не должно быть, но есть. Уинсса пищит и лезет на колени с половинкой печенья, Черис, по примеру брата, пристраивается рядом с расчёской. Им всё равно, на кого он похож. Они не сравнивают с оригиналом. Он поворачивается к стене, палец чертит по бархатистому бежевому пластику знаки парадной каллиграфии, губы беззвучно шевелятся, повторяя невидимые буквы. Ина’рас’нуруодо. Арасн. «Это – я, и больше никто!».
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты