Near Dark

Даже вампирам было не чуждо чувство страха, и это не могло не радовать. Отдельным вопросом оставалось, чего же именно они боялись. Освещенных крестов? Вряд ли. Они были опасны для нежити только в руках у истинно верующих, а таких надо было ещё поискать. Осиновых колов? Даже не смешно. Это было похоже на попытку отбиться от хищника острой палкой – скорее всего только разозлишь сильнее, и тогда он тебя точно загрызёт. Огня? Может быть. Насколько Тони знал, вампиры выгорали дотла. Ничего от них не оставалось, и потушить их было нельзя. А ещё они боялись монстров, других, которые могли сломать их и заставить визжать от боли, забыв о тщеславии и не слишком оригинальной мысли, что им принадлежит вечность. Любая пытка, которая убила бы человека, была для вампира болезненной, но и на долю не такой же опасной. Обдирание заживо, например. Клинта эти ребята, наверное, тоже боялись, хотя он вряд ли проделывал что-то подобное. Тони скосил глаза в его сторону. Тот почти всю дорогу молчал, погрузившись в свои мысли, и только изредка указывал, где повернуть. Ещё полчаса назад они оставили город позади и теперь ехали куда-то к горам на северо-запад. Всё время создавалось впечатление, что они уже совсем рядом, но на самом деле до них было ещё ехать и ехать – с горами так всегда. Эти были не настолько высокими, чтобы нависать над Долиной, но ограждали её со всех сторон, куда ни посмотри. По бокам от дороги мелькали домики, небольшие и чаще одноэтажные. Они почти соприкасались друг с другом, так что можно было заглянуть к соседу во двор. Тони вспомнил своё утреннее вторжение в дом Бартона. Мысли о вампирах и их страхах тут же уступили место другим. «Дорогой дневник! – мысленно прокашлявшись, начал Старк. – Сегодня я видел Клинта практически голым, и мне это понравилось». Услышав звук сдавленного хихиканья, тот повернулся и посмотрел на Тони так внимательно, будто пытался прочитать его мысли. А если бы и правда мог? Тогда узнал бы, что Старк был совсем не против не только посмотреть. – Ты поворот пропустил, – заметил Клинт, не отводя от него немигающего взгляда. – Серьёзно? – Ага. Единственный. Я тебя о нём ещё пару минут назад предупредил. – Точно, – согласился Тони, хотя ни о каком повороте даже не слышал. Странно, правда? У Клинта такие мелочи, похоже, вызывали сильное недовольство. А может, он просто нервничал, всё-таки его дважды попытались убить за каких-то десять-двенадцать часов. – За дорогой следи. Отлично. Оказывается, теперь он, вместо того чтобы вести машину, пялился на поджатые губы Бартона. А тот нихрена не нервничал, просто лично к нему особой симпатии не испытывал. Вот к такому Тони не привык. Дом, возле которого они остановились, был деревянным, с большой верандой, на которой можно было сидеть по вечерам. Почти все окна в нём почему-то оказались занавешены, так что внутри было сумеречно, только в прихожей горел неяркий желтоватый свет. Такое Старк уже видел дома у Клинта, и это не могло не вызвать у него определённых ассоциаций. В стенах узкого коридора, по которому они пошли за впустившим их мужчиной, Тони заметил несколько длинных, находящихся на разных уровнях ниш. В одной из них рядом с пластинками стояла удивительно хрупкая на вид фарфоровая альтистка. И кто оставляет такие вещи в коридоре? Не удержавшись, Старк притормозил, потянулся к ней, чтобы разглядеть поближе и… получил по рукам. Клинт шлёпнул по ним легко и почти не больно, но жест получился достаточно красноречивым. Ещё и перед собой идти подтолкнул. Хозяином дома оказался мужчина средних лет, среднего возраста с русыми коротко остриженными волосами. Ничего в его внешности не было примечательного, что сразу бросалось бы глаза. – Привет, Фил, – поздоровался с ним Клинт. И улыбка при этом у него до ушей растянулась. Настоящая, искренняя. И хотя Тони был пока не так уж близко знаком с Бартоном, догадался, что такую на его обычно мрачном лице можно увидеть нечасто. Но кое-что другое удивило его куда сильней. Судя по водительским правам, которые Тони заметил в прихожей, человека, стоящего перед ним, звали Кларк Грегг, а не… Чёрт! – И я должен поверить, что Фил Коулсон живет в домике с белым штакетником? – фыркнул Тони. На него молча уставились две пары глаз. Да ладно! Никто бы не поверил. Коулсон был ликвидатором. Легендарным и внезапно растаявшим, как снег в начале марта. То есть бесследно. На этот счёт ходило много разных слухов, но ни один и близко не был похож на правду. И вдруг оказывается, что он спокойно живёт в пригороде Лос-Анджелеса. Ага, а возле дома у него вишня растёт, за которой он ещё и ухаживает, наверное. И тут Старка осенило. Ну конечно! Фил Коулсон здесь жить не мог, а вот Кларк Грегг – вполне. Именно он регулярно стриг свой газон, слушал джаз и выглядел безобидным, как двоюродный дядюшка Джеффри. Сразу после этой догадки у Тони возникло два вопроса: что из этого всего нравилось самому Коулсону, и было ли хотя бы одно из имён настоящим. – Вот оно как, – только и сказал Тони. Кажется, ему и так позволили узнать слишком много. – Вы начинаете оправдывать мои надежды, мистер Старк, – улыбнулся Коулсон. Теперь настала очередь Бартона смотреть на него с подозрением. Он был одним из немногих, кто с самого начала не стал списывать Фила со счетов, когда тот внезапно исчез, и единственным, кто со временем убедился в собственной правоте наверняка. Клинт не знал, почему именно ему Коулсон смог доверить свою тайну, но по-настоящему это ценил. По дороге сюда он позвонил Филу из таксофона, предупредив, что именно собирается сделать. И очень удивился, когда тот согласился на встречу. Более того! Сказал, что никакой спектакль с безымянным информатором они разыгрывать перед Старком не будут. И откуда вдруг такая уверенность в совершенно незнакомом человеке? А может, не таком уж незнакомом? Не, вряд ли. Во всяком случае лицом к лицу они не встречались – Тони Фила не узнал. Клинт смотрел на книги на столе, чашку, стоящую рядом с ними, и думал, действительно ли он сейчас находится в том самом настоящем доме Коулсона, или просто в одном из многих. В своё время, ещё до принятия Закона о легитимизации, они вдвоём существенно сократили популяцию монстров в городе. Потом работы не стало меньше, но процесс начала тормозить бюрократия. И вместо того, чтобы застрелить бешеную собаку, ты должен был доказывать причастность её зубов к укусу на чьей-то жопе, а она в это время продолжала грызть других. Как будто несколько жизней что-то значили перед громким словом с большой буквы – «Толерантность». Может, поэтому Фил и ушёл, но Бартон ни на секунду не сомневался, что тот всё ещё занимался их общим делом. И информация у него обычно была такая, что Клинт поневоле задумывался, откуда он её только брал. – В городе открыт сезон охоты, – сказал Фил. – На ликвидаторов. И на свободных охотников за скальпами тоже. Но награду обещают только за первых. – Похоже на показательную акцию, – хмыкнул Старк. – Похоже на гребаную вампирскую политику, – перебил его Клинт. – И кто обещает? Коулсон красноречиво развёл руками. Тони закатил глаза, всем своим видом демонстрируя, что Бартон только что ляпнул ужасную глупость, правда под его похолодевшим взглядом быстро успокоился. – И что дают за голову? – поинтересовался он. – За голову? – поморщился Клинт. – А ты думал за честное слово? – развеселился Старк. Выражение, появившееся при этом на лице Бартона, никак нельзя было назвать дружелюбным. – Прекрати на меня так смотреть! – возмутился Тони. – Прекратите. Оба, – голос Фила прозвучал устало. – А мы сегодня видели кожу, – поменял объект своего внимания Старк. – Отдельно от человека. И она была прибита к бару под названием, приготовьтесь... «Поцелуй вампира». Знаете, профессионально её сняли, осторожно – нигде не испортили. Только кистей и ступней не хватало. – То есть жертва может быть ещё живой? – заинтересовался Коулсон. – Я так предполагаю, – утвердительно кивнул Тони. – И это как-то связано с тем, что я вам успел рассказать. – Да, напрямую! – Ну, охренеть теперь, – пробурчал Клинт, который единственный не разделял общего энтузиазма. – Не переживай так, тебя просто убьют, – успокоил его Старк. – А как же то, что ты тут только что про голову говорил? – ехидно поинтересовался тот. – Ну так потом же... – Да откуда ты всё это знаешь?! – Давай поставим вопрос по-другому. Почему этого не знаешь ты? Клинт закрыл глаза, сделал глубокий вдох и выдохнул, очень медленно. В комнате сидело трое мужчин. Один из них считал себя весьма проницательным. Второй жалел, что не может хотя бы кого-то из них просто пристрелить, чтобы снова сделать свой дом спокойней и тише, в то время как третий видел в этом вполне вероятный выход из ситуации. Угадайте, кто из них ошибался.