Near Dark

Взглянув на себя в зеркало, Тони тихо и обречённо застонал. Не заныл – крутые парни не ноют. Хотя, откровенно говоря, звук получился очень похожим. Грёбаные вампиры. И грёбаный Бартон со своими грёбаными руками, которые он лучше бы держал при себе. Старк принялся стягивать мокрую покрытую слоем подсыхающей грязи одежду. Единственное, что теперь можно было с ней сделать, это выкинуть. Рыжеватая вода, текущая из душа, постепенно начала светлеть. Здесь, в мотеле, всё было таким. Использованным. И шкафчик без ручек, и потрескавшаяся раковина. Зато зеркало казалось просто огромным. Как издевательство над всем остальным в небольшой ванной, включая самого Старка. Выглядел Тони так, будто его носом в грязь ткнули, а после ещё и повозили. И, между прочим, так оно всё и было. Стараниями Бартона. Но тот, определённо, считал, что своим телом закрыл Старка от всего зла сурового мира или хотя бы одного взбесившегося упыря. А сам, оставшись при этом чистеньким, угорал всю дорогу. Когда Клинт сказал, что отвезёт его, стоило сразу заподозрить что-то неладное, но Тони слишком обрадовался. Было бы чему. А потом Бартон предложил подстелить под него газетку, и уже тогда надо было выпихивать его из машины. Газетку! Завернул бы ещё, как кота, которого в руки брать не хочется, но домой нести как-то надо. К тому же для таких целей Клинт смог бы найти разве что мешок для трупов. Но этого он не предложил, и на том спасибо. А дальше, как говорится, из едущей машины того, кто за рулём, уже не выкинешь. Бинт пропитался водой насквозь, и рука мучительно ныла. Старк с опозданием вспомнил прощальное пожелание доктора не мочить её, пока не снимут швы, и приходить на перевязку. По крайней мере, хоть что-то одно из этого короткого списка он ещё мог выполнить. – Нет, серьёзно, что тут можно так долго делать? В зеркало Тони увидел, как дверь за его спиной приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунулась взъерошенная голова Бартона. Замок, который в ней когда-то, несомненно, был, вырвали с корнем, но раньше это Старка не особо волновало, потому что жил он один. И никто к нему не ломился. И не торопил. – По-моему, он бесконечный, – поделился впечатлениями Тони, имея в виду бинт, – и вообще прилип. – Покажи, – потребовал Клинт, заходя внутрь. Кроме белья, на нём уже ничего не осталось – всё-таки в мокрых вещах было зверски холодно. Но руки Бартона неожиданно оказались горячими. Да чего уж там. От него всего как будто шла ровная волна тепла. Старк просто не мог этого не почувствовать, потому что тот буквально обнял его и, избавившись от остатков бинта, принялся с многозначительным видом тыкать пальцем в кожу возле раны. Тони придвинулся животом вплотную к раковине. То есть не то чтобы эти манипуляции Клинта не были болезненными, но ощущение чужого дыхания на шее беспокоило его сейчас сильнее. – Всё не так плохо, – тем временем резюмировал Бартон. – Надо только подтянуть пару швов и… Взгляд Клинта, скользнувший по отражению в зеркале, остановился, а глаза у него расширились. И, пожалуй, это была не самая бурная реакция на длинный уже почти белый шрам, который начинался у Старка слева на рёбрах и шёл вверх к середине груди. – Тебе как будто сердце кто-то пытался вырвать, – пробормотал тот, оставив его руку в покое. – В аварию попал, – отмахнулся Тони. – Но, да, наверное, похоже. По сравнению с Бартоном, у него было не так уж много шрамов, но если тот, скорее всего, зарабатывал свои отметины регулярно на протяжении жизни, то у Старка почти все они появились за одну очень долгую ночь. Клинт как раз переключился на ключицу, которая именно тогда и была перекушена. И, надо сказать, когда чьи-то зубы дробят тебе кость, это охренеть как больно. – А это ты в детстве с дерева упал, – ехидно предположил Бартон, скользнув пальцами по едва заметным тонким линиям у него на боку. На фоне остального они в своё время выглядели всего лишь царапинами, но следы от них тоже остались. – Ага, – бездумно согласился Тони, закрывая глаза. – С велосипеда. От всех этих незамысловатых прикосновений у него уже стояло так, что сложно было не заметить. Безумно хотелось, чтобы ладонь, которая легла ему на живот, опустилась ниже. И прижаться сильнее, чтобы убедиться, что Клинт возбуждён не меньше, чем он. Даже идти никуда не надо, здесь, в ванной, тоже может неплохо получиться. Губы Бартона осторожно коснулись его за ухом. – Прекрати фантазировать, маленький грязный извращенец. Или хотя бы говори всё это вслух. – Я из-за тебя грязный, – возмутился Тони и тут же прикусил язык – кажется, отрицать он начал не с того. Клинт беззвучно рассмеялся ему в затылок. – Хочешь, помогу тебе отмыться? – Я много чего хочу, – очень честно признался Старк. – Смотри по шву не лопни, – громко фыркнул Бартон и, легко подтолкнув его к душевой кабинке, шагнул следом. Для двоих в ней было слишком тесно – как раз так, как надо. И всё-таки Клинт продолжал вести себя так, вроде бы и правда решил просто выполнить своё обещание. И ничего больше. Ага, а как же. Вот только теперь, когда к прикосновениям пальцев добавились ещё и стекающие по телу тонкие горячие струйки воды, ждать, пока Бартон, наконец, наиграется стало ещё тяжелей. Чего уж там, терпение вообще никогда не входило в список достоинств, которыми обладал Тони. А Клинт никуда не спешил. Он получал удовольствие уже от того, что Старк в его руках извиваться начал и дрожал как от холода. Быстрыми движениями языка слизывал капли воды с губ. Закусывал их и жмурился, а когда ладонь Бартона, наконец, легла ему на член, со стоном выгнулся, откровенно подставляясь. Тони даже не попытался отстраниться, когда Клинт начал его растягивать. Только каждое движение пальцев сопровождалось тихим поскуливанием. И от этого Бартону ещё сильнее хотелось его выдрать. Надавить на спину, заставляя прогнуться. Толкнуться внутрь, потом глубже. И, кажется, получилось у него это не так осторожно, как надо было бы. – Больно? – спросил он, замирая. – А ты как думаешь?! – Не знаю, – честно признался Клинт. – Но ты же потерпишь? – Куда я денусь… Бартон нагнулся и, ухватив Тони двумя пальцами за подбородок, повернул лицом к себе. Чтобы целоваться, поза была не самая удобная. Зато, когда Клинт медленно провёл языком по его верхней губе, тело под ним расслабилось достаточно, чтобы можно было снова двигаться. Старк даже сам начал подаваться ему навстречу и постанывать коротко, теперь уже точно от удовольствия. Ужасно пошло. – Надо было тебе очки не снимать, – выдохнул ему в рот Бартон. На самом деле он даже и не представлял себе, что мысль об этом может его заводить. – А не пошёл бы ты в жопу! – вынес контрпредложение Старк, кажется, даже не заметив, насколько двусмысленно это прозвучало. Клинт не стал об этом говорить, просто начал в него ритмично вколачиваться, так, что у Тони руки скользнули по мокрой стенке. И Старку буквально минуты такого темпа хватило, чтобы он всхлипнул и обмяк. – Не спи, – Бартон ощутимо ткнул Тони в бок. Тот, что-то недовольно проворчав, завозился, но на этом вся его активность и закончилась. После душа Старк добрался до кровати, заметно прихрамывая, подгрёб под себя единственную подушку и, кроме тихого посапывания, больше никаких признаков жизни не подавал. – Нам ещё твою руку перевязывать, – посмеиваясь, напомнил Клинт. – Может, в следующий раз мы как-то к этому подготовимся? – предложил Тони, явно имея в виду не то, о чём тот только что говорил. – В следующий раз?.. – задумчиво протянул Бартон и, нагнувшись, потёрся щекой о его лопатку. – Хорошо. Старк перевернулся на спину и поморщился. – Нет, мне понравилось, правда. Просто есть такие штуки, которые могут сделать твою жизнь легче. – Мою? – окончательно развеселился Клинт. Тони в ответ только зевнул. Так, что даже зубами клацнул. – Вон в том шкафу есть бутылка виски. – Предлагаешь тебя напоить и уже в таком состоянии ещё раз?.. – Не-а, – Старк помахал у него перед носом рукой. – Надо продезинфицировать, перед тем как делать перевязку. – А делать её, значит, буду я? – на всякий случай уточнил Бартон. – Мне же самому неудобно. – Ладно, – согласился Клинт. – Только будет печь – не пищи. – Когда это я пищал? – обиделся Старк. Бартон гаденько захихикал. Не-е-ет, не было такого. Ну, может, разве что минут десять назад. И нельзя сказать, чтобы ему не понравилось то, что Тони вдруг оказался таким шумным. А ещё он врать совсем не умел. Или не старался. В любом случае, если Старк чего-то не хотел ему рассказывать, выяснять это Клинт не собирался.