Другие пути

      Мне дали две недели на принятие решения. А потом самолет, и либо я на нем полечу в новую для себя жизнь. Либо полетит кто-то другой. Перелетные птицы. Кто-то всегда летит на юг. Север – это все же тот же юг, только перевернутый.        Позвонила, взяла себе несколько дней за свой счет. Сослалась как раз на то, что мне нужно подумать о переезде. На самом деле все уже было решено. Не смогла бы сейчас появиться на работе, делать вид, что у меня все хорошо, о чем-то думать, решать, отвечать на звонки, разговаривать с людьми.       Все эти дни итак было слишком много мыслей. О нас с Сашей, о том, стоит ли соглашаться на повышение – новый редактор уже раскрученного питерского журнала ArtBazaar (наша с ними сделка прошла с гораздо большими бонусами, чем предполагалось ранее), что означало переезд в другой город. И согласится ли на это она. Готова ли она не только жить со мной, но и на больший шаг. Бросить здесь все. Строить нашу жизнь на двоих.       Я решила, что стоит. Что этот шаг пойдем нам на пользу. Что он еще больше сблизит нас, растопит остатки холода в наших отношениях. И Максим меня поддержал в этом. Сказал, что это стоит того, что нужно всегда не бояться перемен, идти вперед. А теперь? Что теперь мне думать? Осталось ли все еще, с кем мне ехать туда?       Не знала, что может быть так больно. Не хочу верить. Не могу. Хочу закрыть глаза и забыть обо всем. Но забыть не выходит, перед глазами вновь и вновь появляется одна и та же картинка. Как развидеть увиденное, как стереть себе память? Я знаю, что я видела. Или нет. Ведь может быть они просто подруги. Ведь может, правда?         «Нет. Ты видела, как они смотрели друг на друга. Ты знаешь это взгляд. Ты же видела его раньше. Именно так на тебя смотрела Саша, когда ты еще даже не осознавала, что он значит. Этот взгляд, полный желания, сомнений, переполняющих чувств и скрытой боли от них. Этот взгляд влюбленного человека, не обманывай себя», - подытожил мой внутренний голос.        Спустилась в магазин. Купила себе крепкий коньяк. Достала на кухне свой любимый стакан, замороженный лед из морозилки. Закинула несколько кубиков. Налила на дно стекла горькой коричневой жидкости. И залпом выпила. Горло ужасно обожгло. Налила себе еще, только уже больше. Снова выпила. В голове сразу помутилось. Но зато стало чуть легче в груди. Боль не ушла, но слегка впиталась в алкоголь. Налила себе полный стакан, взяла бутылку, с сожалением заметив, что там как-то достаточно убавилось. Ушла в комнату. Поставила стакан на тумбочке, а сама легла на диван. И глядя в потолок, задала тот самый вопрос. И что же теперь тебе делать, Кир?         Кажется в таких ситуациях, что с парнями, что с девушками, устраивают скандалы, бьют посуду, уходят, разорвав все, что прежде связывало с человеком. Но ничего из этого не поменяет тот факт, что она предала меня. Что она обманывает меня и кто знает, как давно все это продолжается.        Я ужасно запуталась. Одна моя часть все еще верит ей. Верит, что я не могла быть такой слепой. Я могу не верить словам, всем этим клятвам и признаниям. Но она не могла так искусно притворяться в том, что чувствовала ко мне. А я - не придумала все это, все, что нас связывает.       - Останься со мной. Родная, не уходи от меня. Ты так нужна мне, - хочется закричать только это. Но плохие новости. Герой погиб, хеппи энда не будет.        Звонок. Кажется уже четвертый от нее. Не беру. Сняла номер в гостинице, написала смс, что срочно нужно было заменить кого-то и уехать по работе. Насколько не написала. Сама не знаю. И что я еще могла сказать. Мне нужно подумать. День, два или все эти две недели или даже всю жизнь. Не важно. Решать нужно.        Поговорить. Мне нужно поговорить с ней. Выяснить все как есть. И тогда уже принять решение. Может, все еще можно исправить. Любой может оступиться.                

***

      Я замечала на себе весь вечер ее взгляд. И он заставлял меня чувствовать себя некомфортно. Раньше я замечала такие взгляды только от мужчин. Но этот взгляд принадлежал молодой девушке. И  я совершенно не знала, как реагировать на него. Старалась не обращать внимание, много смеялась и флиртовала, кажется, со всеми лицами мужского пола, коих на этом корпоративе было предостаточно. Но это не помогало. Я знала, что Алекс не перестает наблюдать за мной. Что ее глаза скользят по изгибам моего тела, ее губы сильно впиваются в бутылку с алкоголем, а руки не могут успокоиться и то и дело проводят рукой по голове, взъерошивая и без того безумно непослушные волосы.        В конце концов, не выдержав этого, я сбежала. Достала пачку сигарет и вышла на улицу. Глубоко затянулась и выдохнула. Что бы ни было, мне стало это необходимо выяснить.  Меня сводил с ума ее взгляд, и даже сигареты не помогали успокоиться. Все внутри словно било дрожью.       Вернувшись же, заметила, что Саши не оказалось на месте. Расспросив о ней, я получила ответ, что она пошла куда-то в сторону зала для совещаний. Я выпила еще алкоголя, и пошла на ее поиски.       - Саша, ты здесь одна? – задала я вопрос в темноту, открывая очередную дверь.        - Да, - услышала я где-то в самом конце комнаты.        Я вздрогнула, сразу узнав этот голос. А потом неуверенно прошла вперед, закрыв за собой дверь. На миг все стало еще темнее, а потом я разглядела в свете фонарей, которые отражались через окно, четкий силуэт той, кого я так искала.        - Надоел шум? Знаешь, все уже собираются уходить. Хочешь пойти с нами в клуб, или ты сразу домой? – спросила я, стараясь придать своему голосу как можно больше спокойствия и не понимая при этом, почему все равно чувствовала такое волнение внутри. Чуть оступившись, я потеряла равновесие, но тут же быстро собралась, надеясь, что это заметила только я. Все же сигареты и последний бокал вина были не самой лучшей идеей.          Я еще ближе подошла к Саше и взглянула на нее. Мне захотелось схватить ее за руки, потрясти так сильно, чтобы она перестала так смотреть на меня.  Но я этого не сделала, а лишь продолжила молча стоять и ожидать ответа на свои вопросы.        - Спасибо за приглашение, но я пожалуй пойду домой, Кира Дмитриевна. Надеюсь, у нас и впредь будут поводы для празднования, а пока на сегодня для меня веселья хватит.        И в подтверждение своих слов, она стала собираться уходить. Но я знала, что ей не удастся это сделать. От меня так легко не выйдет уйти.         Я остановила ее у двери и взяла за руку.        - Может, ты хочешь остаться здесь, только со мной? – прошептала я, взглянув на нее с вызовом.         - Мне лучше уйти, - не сдавалась она.        И тут до меня дошло. Черт, я ведь совсем забыла, что она интересуется девушками. Это что выходит тогда, что я привлекаю ее? Но это же так глупо. И я спросила ее, почему ей нравятся девушки. Ведь так не бывает. Девушки не могут любить друг друга. Ведь такая любовь не настоящая. Лишь игра воображения, игра разума.        Но я услышала то, что никак не ожидала. Она призналась, что ревнует меня, а потом, что  влюблена. И то, каким уверенным голосом она это произнесла, как взглянула на меня без тени смущения, с открытым желанием быть со мной, с той нежностью и любовью, которых я не замечала ни разу до этого в чужих взглядах, - все это обезоружило меня. Я растерялась. А потом откуда-то изнутри возникла картинка. Я маленькая девочка, которая все время остается одна. Которую никто не любит, а только что-то все время хотят от нее, требуют. Та девочка, которая уже очень давно не чувствовала, что нужна кому-то просто такой, какая она есть и лишь потому, что она есть. Не за деньги, не за какие-то блага. А лишь потому, что хотят быть с ней.         И она поцеловала меня. А я ответила. И конечно, потом почти сразу испугалась этих переполнивших меня чувств. Но тот миг изменил все. Я проснулась от того сна, в котором была так непростительно долго.            

***

      Мия выдвинула ящик стола, чтобы достать оттуда большой нож. Взяв в одну руку баклажан, а в другую рукоятку ножа, она стала нарезать тонкие круглые кусочки. Следом за фиолетовым овощем, проследовал кабачок, перец и пришла очередь помидора. С ним нужно было повозиться. Нарезать так, чтобы не вытекла вся мякоть и весь сок пошел в блюдо. Но и толстые куски тоже не подходили для рататуя. Сашенька снова попросила его приготовить. Мия улыбнулась, она уже знала, что именно этой просьбой и закончится очередной просмотр любимого дочкиного мультфильма про крысенка-повара Реми (который на самом деле выглядел там милым мышонком). Мия могла конечно попросить Лидию Ивановну – их личного повара - приготовить его. Но почему-то ей захотелось приготовить самой, порадовать свою дочь, когда они через пару часов вернуться с Яной с прогулки в парке. Раз уж она решила стать лучше, то почему бы не начать это делать вот с таких мелочей.       Отпуск прошел как нельзя лучше. Они наконец-то были все вместе, дети веселились вовсю. Даже Яна разговаривала с ней по-доброму, не пыталась перечить или дерзить. И Артем уделял внимание детям, играл с ними, плескался в воде и даже разрешил обеим немного повести свою яхту. А этот их романтический ужин на берегу океана, среди свечей и звезд над головой с изысканными морепродуктами и отменным вином. Впервые за долгое время она даже занималась любовью с мужем. И ей стало казаться, что все еще можно наладить. Что она может быть счастлива. Он был замечательным мужем, и человеком, и главное, отцом ее детей. Говорят, богатым не дано познать обычные радости, быть довольными жизнью. Но эти две недели у них получилось. И сейчас, вернувшись домой, и, несмотря на наступившие обычные будни, Мия все же старалась продлить это ощущение - чувство, что ты там, где хочешь быть. На телефон пришло смс. Мия вытерла свободную руку об фартук, и взяла аппарат в руку.       «Ничего личного, дорогая» - прочитала она. Вероника. Что она задумала, эта чертова шлюшка, - пробормотала она вслух. Мысли стали хаотично проноситься в голове. И главная из них была только одна. Артем. Посмела ли она рассказать все ему?       - И как ты объяснишь мне все это? – услышала она позади знакомый голос.       Она повернулась. Перед ней стоял Артем, и он был вне себя от гнева. Он весь тряся, судорожно сжимая кулаки. Его лицо было напряженным и похожее скорее на восковую маску.       - И что ты на меня так смотришь. Не строй из себя невинную овцу. Я и раньше знал, что ты с кем-то спишь, но не мог и подумать, что ты станешь мне изменять с такими же потаскухами, как и ты.       - Я не понимаю о чем ты, - собралась Мия, попытавшись произнести это так, будто и сама нисколько не сомневалась, что это правда. Ее всю обездвижил страх, но она знала, – ей ни в коем случае нельзя было сознаваться. Лучший вариант был – это отрицать свою вину. Когда остается возможность опровергнуть чужие слова, даже если есть какие-то доказательства.       - Я все знаю. Твоя эта Вероника все рассказала мне. А я-то как дурак, решил, что у нас стало все налаживаться, что ты снова вернулась ко мне. Но нет, видимо, игры в семью, а не реальные отношения тебя привлекают больше. Ты разрушила оставшиеся части нас.       - Прости меня. Милый, я не хотела, - разрыдалась Мия и кинулась к нему.       - Чего? Чтобы это все открылось или спать с ней? Сколько у тебя таких, как она, отвечай мне! - с силой толкнул он ее, и она ударилась локтем о стол.       - У меня никого нет, - заверила она, потирая ушибленное место.       - Сейчас-то, да. А раньше. Сколько их было с того дня, как я решил связать свою жизнь с тобой? Ты и с мужиками была?       - Нет. Никогда, - твердо ответила она.       - То, что ты всего лишь извращенка, меня мало успокаивает. Между нами все кончено.       - Из-за этой дуры?!!!       - Из-за той, кто оказалась гораздо искуснее тебя в своих актерских талантах. Она сделала мне интересное предложение. Пообещала не раскрывать публично правду о моей жене. Не правда ли щедро с ее стороны?       - И что же она попросила взамен?       - Самую малость. Уволить тебя и назначить ее на твое место. Неправда ли, находчивее тебя? Но не меня. Я решил мыслить наперед. Мы разводимся.       - Ты меня так обвиняешь в изменах, будто сам безгрешен. Я знаю все о твоих интрижках. Ты ничем не лучше меня. Так что не строй тут из себя великомученика. Ненавижу это.       - А ты знаешь, почему я все это делал?       - Ты хотел кого-то еще, кроме меня??       Пальцы Артема сомкнулись на ее шее. Затем он так сильно прижал ее к стене, что ребра безжалостно сжались под весом его тела. Его опустошенные темные глаза оказались в нескольких сантиметрах от ее.       - Мне нужна была лишь ты одна. Слышишь? Но ты стала так далеко от меня. И да, я сделал все, чтобы забыть свое желание обладать тобой. А не забыть, так хоть заглушить. Как думаешь, у меня получилось?       Мия почувствовала как его рука стала грубо сжимать ее грудь. Она попыталась вырваться. Но он еще сильнее пригвоздил ее к стене.       - Что? Тебе же нравилось раньше, когда по-жесткому, - сказал Артем и разорвал ее майку.       Его поцелуи жалили ее. Его пальцы оставляли синяки на ее теле. А потом он резко вошел в нее, и боль заполнила ее всю. Она закричала, но он зажал ее рот, и стал двигаться еще сильнее. Она толкала его руками, кусалась, но он не отпускал ее. Она нащупала нож на столе сбоку, и попыталась схватить его за рукоятку. Но он был в помидорном соке и выскользнул из ладони, с грохотом упав на пол. Она взглянула на него с ужасом от того, для чего она хотела его схватить и с сожалением, что не вышло. Почувствовав глухой удар сбоку по голове, Мия пошатнулась. Струйка крови потекла теплой жидкостью по ее шее, и она судорожно стала глотать воздух, который застрял в ее легких.       А Артем уже снова занес руку, чтобы ударить ее по лицу. Но остановился и медленно отошел от нее.       - В кого ты меня превратила. Кто я теперь, - пробормотал он, сокрушаясь от сделанного и хватаясь за голову. - Больше не хочу тебя видеть. Слышишь? Ты больше не нужна мне!       Мия сползла на пол обессиленная, прижимая рукой рану. - Мне уже давно плевать, нужна ли я кому-нибудь. Просто дай мне тряпку со льдом, чтоб я остановила кровь. И можешь уходить.              

***

      Я присела на чемодан и взглянула на второй. Пока Алекс была на работе, я вернулась домой. Собрала наши вещи, и теперь оставалось только дождаться ее. Я приняла решение. Но следующее решение оставалось за ней.       Вчерашний разговор показал мне, что все былое между нами теперь было разрушено. И длилось это разрушение не день, не неделю, а месяцы. Я думала, что смогу все склеить одним взмахом. Что одна перемена в наших отношениях закроет все трещины. Но так не вышло. Но все еще оставалась возможность начать заново. С чистого листа. Но точно не здесь. Уехать там, где нас никто не знает, где все по-другому. Если это не исправит ничего, то уже ничто не исправит.       Звонок в дверь. Время пришло. Все или ничего. И либо этот чемодан сегодня поедет вместе со своей хозяйкой в аэропорт, либо куда-то на другую квартиру. На Женину или на квартиру этой Алисы? Но мне это будет уже тогда не интересно.       Я выбрала новый путь. Новую жизнь. Новую себя.