Другие пути

Как весело твой шарф сверкал снежинками,

Когда мы шли через метель вперед.

Как было удивительно мечтать урывками,

И ощущать любой наш месяц за целый год.

Любить твой милый взгляд, стук сердца, руки.

Увидеть ночью звезды под новым углом.

Начать как ты творить в минуты скуки,

И позабыть беспечно и небрежно о былом.

      

Сидеть в футболке на почти родном диване,

Когда ты заставляешь барабан звучать ударом.

И все так просто и привычно между нами.

И можно вечно пролежать, обнявшись рядом.

      

Гулять по незнакомым улицам часами,

И открывать столь скрытое в душе.

Пытаться выразить любовь словами,

И видеть отражение себя в тебе.

      

***

      Мы выбрали какой-то клуб, который был недалеко от наших домов. И танцевали там полночи. Тогда я впервые попробовала алкоголь, впервые веселилась как никогда раньше, впервые отпустила все свои страхи и комплексы. Везде была музыка, и она была внутри меня. Я вытанцовывала все, что терзало меня многие годы. И верила, что впереди ждет много нового, и только хорошего. Ведь позади оставалось детство, и теперь начиналась новая жизнь. И так и вышло. Та ночь стала началом всего, что происходило годы спустя, что происходит даже сейчас.       - В смысле мы потратили уже все деньги? А как же мы домой-то вернемся? - набросилась я на Алису.       - Минуту назад ты веселилась, была готова покорять весь мир и всех парней здесь. А теперь переживаешь из-за ерунды? – удивилась она.       - Ерунды, говоришь?!       - Да. Ну не поедем на такси, пешком дойдем. Тут идти-то всего полчаса, - попыталась успокоить она меня.       - Но сейчас же три часа ночи!       - Саш, иногда ты такая зануда. Честное слово. Расслабься. Никому мы с тобой не нужны. Пошли лучше скорей.       И мы пошли с ней из клуба пешком. Но не успели пройти даже остановку, как за нами увязался парень. В темноте было сложно разглядеть его внешность. А еще на нем был накинут капюшон. Мы с Алисой напряглись, увидев его, и пошли быстрее. Но он от нас не отставал. Тогда мы свернули за угол, и попытались спрятаться среди деревьев и дворов. Но в темноте я не увидела спиленного недавно пенька и споткнулась так, что перелетела через него и разбила себе колено и руки до крови. Алиса кинулась ко мне. Как и тот незнакомец.       - Ушиблась? Ничего не сломала? - спросил он меня обеспокоенно, сбросив с себя капюшон и беря мою ногу в свои руки. Я рефлекторно дернулась.       - Да подожди ты. Вдруг перелом или вывих. Ты через него изрядно перелетела. Чего вас сюда понесло-то? Шли бы лучше по дороге.       - От таких вот, как ты и понесло, - очнулась Алиса и накинулась на него. - Чего ты ее трогаешь-то? - она убрала его руки с моей лодыжки и сама положила свою. - Ну как ты, болит?       - Нашли, кого бояться. Я сам домой из клуба шел. И если уж решили прятаться, то сойти с освещенной дороги в темные заросли не лучший вариант, - удивился он и добавил. - Зря ты ее так сильно сжимаешь. Я медицинский заканчиваю, так что знаю о переломах. Дай лучше мне ее осмотреть. Хотя, здесь не видать же ничего. Подожди, - неожиданно он обхватил меня со спины и под коленями и поднял на руки, - Сейчас, где посветлее посмотрим.       Он понес меня обратно на дорогу.       - Эй, эй! Не надо ничего смотреть. Я в порядке, - вырвалась я из его рук и встала снова на асфальт. Правое колено было разодрано, и из него так и текла кровь. Я чуть подсогнула его и сделала шаг. Боль резко пронзила ногу. И я закричала.       Парень снова подскочил, прикоснулся ко мне и, ощупав колено, сказал:       - Ты его растянула сильно. Ну и к тому же ссадина большая. Тебе бы его обработать, перемотать бинтом и пару дней на него не наступать.       - Да было бы хорошо, - согласилась я. Его руки были холодные, и этот холод успокаивал мою боль. А еще я заметила, что на самом деле он был красивым и милым. И от него пахло резким парфюмом, но он мне очень нравился. Он напоминал мне вкус ментола и моего любимого аромата сандалового дерева.       Затем он вызвал нам такси, заплатил за него. Я помню, как его сильные руки несли меня, словно пушинку, как я утыкалась в его плечо и вдыхала его запах. Этот парень должен был так и остаться случайным знакомым, но ему суждено было стать частью моей жизни, сыграв в ней свою роль. На следующее утро, он позвонил мне. Каким образом он узнал мой телефон, я не смогла выяснить даже потом. Он стал спрашивать меня о моем здоровье, о том, хорошо ли я добралась. А потом сказал, что хочет еще раз меня увидеть. Я согласилась. Это был первый парень, которого я заинтересовала. В отличие от Алисы я не была особо красивой, да и моя робость и неуверенность скорее отталкивали, чем притягивали.       Алису, правда, совсем не интересовали парни. Она была лесбиянкой. Еще когда я болела, она призналась мне, что ей нравятся девочки. Но я не поверила тогда. А потом, уже в школе, кажется, в классе седьмом, она стала гулять с одной девочкой из параллельного класса. Они просто держались за руки. Но Алиса рассказала мне потом, что один раз они даже поцеловались. После этого, у Алисы были и другие девочки, с которыми она не просто гуляла. Как бы то ни было, на мою дружбу с ней это никак не повлияло. Мне было все равно, кто ей нравится. Меня девочки не привлекали, и у меня ни разу не было мыслей таким же образом начать «гулять» с Алисой. И она мне рассказывала про свои увлечения, а я про свои влюбленности в мальчиков. Да, я тоже пару раз целовалась с ними. Но до отношений у меня дело не доходило. Они хотели большего и сразу, а я боялась такого их напора и прекращала с ними общаться. Поэтому когда я пошла в университет и у меня до сих пор не было никаких отношений, а Алиса уже снова рассталась с очередной девушкой, меня это уже стало напрягать. На ее фоне я выглядела неудачницей. И я решила, что лучше переборю свой страх, но больше не буду одна.       Того парня из клуба тоже звали Сашей. Он был старше меня и уже учился на последнем курсе ординатуры на хирурга. Мы с ним стали часто гулять вместе после учебы. А потом стали встречаться. Алисе он не нравился. И она обижалась, когда я уходила гулять с ним, а не с ней. А когда я предлагала ей гулять с нами, то это заканчивалось еще хуже. Она с ним начинала спорить из-за любой мелочи. Он тебе не пара, только и повторяла она. Я не понимала, почему, а когда спрашивала, то она лишь отмалчивалась. Мне было непонятно ее поведение. Ведь я ни разу не говорила ничего дурного про ее девушек, и не возражала, когда она проводила время с ними, а не со мной. Но это была Алиса, и этим все было сказано. Понять ее было невозможно. И она, как и обычно думала только о себе.       Мы встречались с Сашей почти год. Он был очень хорошим, добрым, искренним. И таким уверенным в себе и во всем, что он делал. Он знал, какую хочет жизнь и шел к ней. И помимо медицины, он увлекался музыкой. Играл в любительской группе на барабанной установке. Именно в их студии мы часто с ним и проводили время, когда не хотелось гулять по улице. Там он мне играл что-нибудь, даже научил меня играть несколько барабанных битов. Но больше всего я любила слушать его. Ведь в эти моменты, мне казалось, я видела очень личное в нем. То, как он буквально погружался в исполняемую песню, как красиво, словно в танце двигались его руки, ударяя по тарелкам. Он каждый раз проживал эти моменты, будто никого и ничего не существовало, кроме него и музыки. А как он мог буквально часами мне рассказывать о великих барабанщиках, показывать видео, давать слушать их творения. Тогда я узнала, что такое, когда человек находит свою стихию, то, что его зажигает, что дает ему не просто смысл жизни, а ее вкус. И благодаря этому я тоже стала проникаться творчеством. С его поддержкой и верой в меня я стала рисовать. В этом мне конечно помогала и Алиса, когда была свободна. Давала уроки, показывала какие-нибудь приемы, техники. Все-таки она же отучилась в художке пару классов, хотя и не закончила ее. Тяга к рисованию пропала, и она бросила это занятие.       В итоге именно они вдвоем помогли мне, и я стала рисовать, сначала неумело и мало, а потом все больше и лучше. Я поняла, что мне безумно нравится запечатлевать реальность не карандашами, а красками. И особенно масляными и акриловыми. Мне нравилось, как их можно было смешивать, как они передавали все возможные оттенки цвета, и как можно было рисовать поверх одного слоя другой. Даже допустив ошибку, можно было ее исправить, лишь добавив другой краски. Вот бы и в жизни так было легко.       Саша стал моей первой любовью. С ним я вообще смогла понять что это, когда тебя любят, когда тебя считают красивой. Из неуверенной замкнутой девочки, я превратилась в интересную привлекательную девушку. Вместе с ним я мечтала провести всю жизнь. Верила, что мы всегда будем вместе. И он тоже этого хотел. Повторял, что любит меня, что я лучшая девушка на свете, и что он хочет быть лишь со мной. Веря каждому его слову, я была на седьмом небе от счастья. Но все это продлилось недолго. Как и предсказала Алиса, он оказался не тем, каким я его считала.       В какой-то момент он стал менять меня. Хотел, чтобы я была более женственной. Ему не нравилось, что я больше любила джинсы и кеды. Он удивлялся, что у меня нет четких планов на жизнь, и что я не знаю, где хочу работать, когда закончу учиться. Ему не нравилось, что я была слишком стеснительной и боялась многих вещей. И таких вот частичек моего характера, моей жизни, которые он хотел исправить, сделать лучше, находилось все больше и больше. А потом он узнал про Алису. И сказал, что не хочет, чтобы я общалась с такой "ненормальной" девушкой. Я отказалась. Ведь не мог же он всерьез ожидать, что я предам свою подругу, моего самого близкого человека?       И он бросил меня. Сказал, что раз я ценю других больше, чем наши отношения, если не хочу становиться лучше, развиваться, то у нас нет будущего. Для меня это был как гром среди ясного неба. Мое сердце было разбито, и мне не хотелось ничего, кроме как вернуть его. Но это было невозможно, он больше не хотел ни видеть меня, ни разговаривать. Я сторожила возле его института, но каждый раз он делал вид, что не замечает меня и проходил молча мимо. Потом я перестала там появляться. Да и в своем учебном заведении тоже. Вместо учебы я стала бесцельно шататься по городу. Алиса пыталась со мной поговорить. Но я не могла слышать, что она была права. И не могла рассказать, что причина нашего расставания была в ней. И при этом я ужасно злилась. Ну разве не могла она любить как все парней? И тогда бы все было хорошо у нас с Сашей. Он бы никогда не ушел от меня, - так думала я.       И я сбрасывала ее звонки, не отвечала на смс, а когда она приходила домой, то говорила родителям, что мы с ней поссорились, и я не хочу ее видеть. Они не понимали моего поведения, но ничего не говорили.