Часть 22
30 января 2022 г., 17:26
Я видел много силуэтов: людей, зверей, тварей и что-то среднее между ними. По стене проползла очередная тень какого-то существа, но никакого страха я не испытывал. Мой взгляд замылен, и видел я только тусклые блики, проплывающие у меня перед глазами.
Мне показалось, как ещё одна вытянутая фигура непонятной мне сущности подошла ко мне. У неё нет материальной формы, только тень, но это не мешало ей разговаривать со мной. Тень постоянно шипела мне что-то на ухо, но слов никак не удавалось разобрать.
— Галфаз хаух ним, — раздался не то женский голос, не то мужской. — Кард на йожсь ним Галфаз?
Опять. Этот голос не сравнить ни с чем, он ни на что не похож. Он то ли кричал, то ли шептал мне. Я никак не мог разобраться. Будто кто-то отнял у меня способность здраво мыслить, а также чувствовать. Единственное, что я ощущал очень чётко, это то, как болели руки. Немного приглядевшись, я понял, что их что-то связывает. Вроде бы, это верёвка, но в данной ситуации я вообще ни в чём не уверен. У меня осталась только надежда на то, что я вижу всего лишь галлюцинации.
— Кх, ран отбр лем!
После этой фразы все странные ощущения, как рукой сняло. Я шумно вздохнул, обретя вновь способность нормально воспринимать окружающий мир, и тогда я видел, как тень ползла по моей ноге. Она смогла стать независимой от стен, пола и потолка, теперь имея наполовину материальную форму. Перед моими глазами начали вырисовываться очертания женского тела, а потом мужского. В конечном итоге на моих коленях сидело существо, которое невозможно отнести к вообще какому-то полу. Страх всё ещё не смог взять надо мной верх. Я спокоен, будто никогда в жизни не имел эмоции и даже не знал, что это.
Я осмотрелся, не обращая внимания, на то, как тонкие пальцы тени скользили по моим щекам. Этих прикосновений я не чувствовал, а значит и вреда существо мне не может нанести.
В этой комнате темно, на стенах облезла штукатурка. Окон нет, а на полу плесень и одна большая лужа. Напротив меня стоял стул. И, когда я его увидел, то заметил, что привязан к точно такому же. А руки! Они болят от того, как перевязаны. Мои ладони уже отдавали голубизной.
Вдруг сзади меня что-то замелькало. Тень на моих коленях выпрямилась и будь у неё лицо, оно точно бы исказилось в ужасе. Но вместо этого в комнате раздался оглушающий писклявый вопль. Тени под действием света начинали исчезать, он приносил им боль и заставлял руками хвататься за голову в попытках заглушить её. Всё тщетно, ведь опасный свет приближался всё ближе, а значит смерть существа наступит совсем скоро.
Следом за источником света появились и звуки. Шаги. Они становились всё громче и громче, предупреждая меня, что кто-то идёт. Некто остановился за моей спиной, кажется, наблюдая за тем, как извивается в муках тень. Когда же она вовсе исчезла, оставляя за собой только эхо её крика, неизвестный прошёл дальше, показываясь мне. Это долговязый мужчина, человек. Он сел на стул, держа в левой руке фонарь, а в правой — лист бумаги с ручкой.
— Ты, — посмотрел он на меня прищуренными глазами, — сейчас ты всё мне расскажешь. Без утайки, всё что я хочу. Красные накидки выжгут твоё тело, от него даже пепла не останется. Говори правду и ничего кроме неё, иначе встретишь смерть. Что ты знаешь, что скрываешь?
Я даже не принял попытки ответить.Совсем не понимаю о чём он говорит, мне не подобрать подходящего ответа.
— Знаешь ли ты где находишься? Я затащил тебя в Имирин, и я вооружён. Тебя никто не спасёт, даже не пытайся кричать.
Святые огни, почему это происходит со мной?
Этот человек пригрозился только что меня убить, кажется не зная, что тем самым подарит мне свободу. Если он не наврал, и мы правда в Имирине, то моё тело просто вернётся в родной мир.
— А ты знаешь кто я? — Шёпотом спросил я.
— Сегодня ты послал сигнал красным накидкам. Ты неизвестный, который каким-то образом узнал о нашей общине. Понятия не имею что ты такое, но ты должен сознаться во всём, а потом умереть во имя Халпаса.
— Во имя… кого? Ты говоришь о каком-то своём боге? Я правда не понимаю, что ты от меня хочешь. Стреляй уже, не трать моё время.
Связано ли это с Либитиной? Любая моя проблема начинается с того, что в мою жизнь вмешивается она, поэтому вполне вероятно, что и это происшествие тоже её рук дело.
Но… Если я здесь, то что сейчас с Норой?
И только в этот момент я ощутил страх. Не за себя.
— Ты, — прошипел мужчина. — Говори сейчас же о том, что знаешь.
Он уже пару минут подряд что-то непрерывно записывал у себя в листе. Кажется, он пишет то, что я говорю.
— Ну тогда слушай, — начал я. – Пошёл я как-то раз в магазин купить красную накидку. А мне продавец говорит: «Ваша светлость, неужели вы верите в Халпаса?». Я ей отвечаю: «Нет, богов не существует», и сжёг красную накидку в священном огне.
Незнакомец оскалился на меня, встал и провёл глазами по только что написанному тексту.
— Я не получил того, что хотел.
— Наверное, я тебя очень разозлил, — с притворной грустью огрызнулся я.
— И как ты догадался?
Я еле сдерживался, чтобы не разразиться смехом. Всё идёт так, как я планировал.
— Почему бы тебе меня не убить? Ты обещал мне смерть. Давай, нужно сдержать своё слово.
Мой похититель оказался очень удивлённым, когда узрел моё желание умереть. Он и правда не знает, что случится после этого? Как можно абсолютно серьёзно научиться перемещению в Имирин, не узнав об этом всё? Должно быть, этот человек просто дурак, раз уж и правда позволил себе такое.
У меня больше не было сил болтать, а у похитителя кончилось терпение. Я всё ждал пока он достанет своё оружие и направит пистолет на меня. Но он делал это очень долго, или мне так казалось? Просто я не могу здесь отсиживаться, не зная, что сейчас с Норой. Определённо, я был бы только рад мило поболтать с этим прекрасным человеком, но перед этим я должен убедится, что девушка в безопасности.
Наконец-то. Я встретился глазами с тем мужчиной, что держал меня на крючке. Мне надоело ждать пока он пустит мне пулю в лоб, даже захотел опять заговорить и поторопить его, но в ту же секунду раздался выстрел, а следом за ним — темнота.
Моё зрение не сразу вернулось ко мне, но уже через пару секунд я смог хорошо видеть. Сколько времени прошло? Перемещение в Имирин и обратно занимает не пару минут, а часы. К счастью, я оказался на том же месте, где надо мной склонилась та сущность — то есть, в моём номере.
В нос сразу ударил едкий запах. Кажется, если бы я сейчас открыл глаза, то они бы заслезились. В комнате смердит… дымом.
Я лежал на полу, голова болела от фантомного ощущения пули, но оно тут же исчезло, когда я увидел, что изменилось за момент моего отсутствия: мой номер пылал.
«Красные накидки выжгут твоё тело, от него даже пепла не останется».
Это значит, что нужно срочно бежать. Резкий выброс адреналина заставил меня забыть о всех посторонних чувствах. Я видел перед собой только путь, а препятствий не замечал. Огонь медленно распространялся не от моей комнаты, в огне был весь коридор. Я захватил с собой мантию, которая всегда со мной и побежал с неумолимой скоростью вперёд. Лёгкие болели от дыма, но я не останавливался. Добежал, до лестницы, что ведёт на второй этаж. Туда огонь ещё не успел дойти, но это ненадолго, он уже очень близко. Меня заставило остановиться тело, которое лежало возле ступенек. Кто-то потерял сознание, но я не мог понять кто и с каждым шагом обеспокоенный стук сердца становился всё быстрее, всё громче.
Очень стыдно это признавать, но я облегчённо выдохнул, когда увидел, что это официантка. Мишель пала без чувств и, скорее всего, не выживет, если её оставить здесь. Моя мантия не горит и не рвётся, её мне подарил мой учитель, когда я заканчивал у него обучение. Заговаривал мантию я сам, поэтому точно знаю, что она выдержит любые испытания, но отдать её ей я не мог. Если я сейчас начну помогать Мишель, то могу не успеть.
Действовал я противоположно своим мыслям: я обхватил её голову своими руками и выжимая из себя всю концентрацию, чтобы не отвлекаться на наше положение, быстро проговорил:
— Наполни разум силойи стойкостью. Борись. Откройся навстречу ветрам, вздохни и иди дальше. По моей воле.
Мишель в ужасе распахнула глаза. Я приказал ей бежать и, не дожидаясь исполнения приказа, побежал сам. Вверх по ступеням, спотыкаясь, задыхаясь, но бежал. Этим вечером я даже не успел запомнить, где находится номер Норы или у меня от волнения вылетело это из головы, но оплошность не выбила меня из колеи.
Каждый человек оставляет за собой энергетический след, который при необходимости я мог уловить. Возле меня бушевали разные следы, из всех хвостов я выбрал самый яркий, наполненный злостью и одновременно отчаянием. Он пах ягодами и звучал, как трели птиц. Не было ни единой мысли, что это след не Норы, а кого-то другого. Я был уверен на все сто, что это она, и оказался прав.
Нора большая растяпа и не закрыла на ночь дверь. В другой ситуации я бы начал ругаться, но сейчас несказанно этому рад. Девушка мирно спала, не проснувшись от всей шумихи. Я поспешил к ней, не заботясь вообще ни о чём.
— Нора… Нора, милая, вставай. Сейчас же, — я тряс её за плечо.
— Конченый извращенец. Мне даже не нужно открывать глаза, чтобы понять кто передо мной. Я твои руки узнаю из тысячи.
— Нора, — громко повторил я, — вставай!
Тогда я сам поднял её, накидывая на неё свою мантию, дрожащими руками завязывая на шее.
— А если бы я спала без одежды? Твоё счастье, что сейчас для этого слишком холодно, иначе я бы тебе врезала.
Кажется, Нора проснулась полностью и додумалась наконец-то открыть глаза, когда поняла, что я надел на неё какую-то вещь. Она тут же услышала крики с улицы, с коридоров и других комнат, которые я до этого не замечал, будучи одержимым только одной мыслью. Огонь только начинал пробираться на второй этаж и номер Норы не успел затронуть. Я потянул девушку за руку, и она поддалась мне, позволяя вести её за собой. Мы выскочили в коридор, но побежали не той, дорогой, которой я сюда добирался, ведь эта лестница уже полностью охвачена опасной стихией. Мы направились в другой конец коридора. Я видел, там тоже есть лестница, а она в свою очередь ведёт к входу в то кафе. В зале точно должен быть запасной выход.
Голова кружилась, глаза слезились от дыма, но я не обращал на это внимание. Подумаю об этом потом, когда выберусь из здания. Сейчас это моя главная задача и я не должен ни на что отвлекаться.
Нора, вопреки своему медленному шагу, пыталась бежать со мной на ровне. Она сжимала мою ладонь до хруста, будто умрёт, если вдруг отпустит.Сложно сказать, что это неправда.
Мы успешно оказались на первом этаже, добрались до тех дверей кафе, которые оказались открытыми. Внутри зала так же дымно, как и во всех уголках здания, но в самом конце нам удалось найти выход. Мы не зря сюда пришли на его поиски. Тяжёлые двери вели за постоялый двор, где находились мусорные баки рядом с кухней. Я, уловив свежий воздух, начал задыхаться и кашлять. С Норой происходило то же самое, но её мне жаль больше, чем себя.
Девушка сильнее укуталась в мантию, пытаясь спастись от холода. На улице начинало светать и первые лучи солнца еле выглядывали за горизонтом. Хотя мы и выбрались из пылающего здания, до нас всё равно добиралось тепло огня и это немного пугало, напоминая, что мы всё ещё в опасности.
— Как же так… — всё время повторяла Нора. — Я теперь всю жизнь буду боятся огня.
Она подошла ко мне ближе и посмотрела в ту сторону, из которой слышался вой пожарной сирены.
Возможно, мне кажется, но зрачки Норы стали прежними. Нормального размера. Девушка заметила, как странно я её рассматриваю и непонимающе повернулась ко мне. Всё верно, её не чёрные от увеличенных зрачков, а лазурные, какими и были раньше.
— Не смотри на меня так.
Мне стало непонятно от чего краснеет Нора: от бега или от чего-то другого?
–Нора, как ты относишься к кроликам?
Нужно проверить прошли ли трансформации сознания. Раньше я мог смутить Нору одним только прикосновением, поэтому убрал её мокрые волосы с лица, чтобы проверить реакцию. Девушка нахмурилась, ступила шаг назад и сжалась.
— Ты совсем сдурел, остроухий? Дыма надышался, клеиться ко мне решил? Не лезь.
— Клеиться? Нора, ты выглядишь просто отвратительно. Мне противно на тебя даже смотреть, не то, что трогать. Это был вынужденный шаг. Как тебе могли прийти в голову такие глупости? Ты самая отвратительная девушка из самых отвратительных, что я когда-то встречал.
— Какая красивая ложь… — заулыбалась она.
***
Рядом со мной настоящая Нора. Я совсем отвык от неё и как-то непривычно теперь вместо бесконечной болтовни слушать её молчание. Наверное, критическая ситуация так повлияла на неё, заставляя вернуться в реальность. Но как бы там не было, самое главное, что Нора вернулась. Теперь с ней можно адекватно разговаривать и я уже ей рассказал о своём похищении. Девушка не выглядела удивлённой, ведь, по её словам, с ней происходило то же самое, но с Неро и Либитиной. Она уже несколько минут сидит, молча вспоминая те события. Девушка выглядит очень грустной, чуть ли не плачет, но она всё ещё не отошла от шока при пожаре и не может понять плакать ей или ужасаться. Она больше не говорила со мной, молча смотрела на то, как тушат пожар. Я бы тоже мог помочь, если бы рядом был хороший источник воды, но вокруг лежал только снег, который совсем не годился. Наверное, нужно было уйти отсюда, сразу же после того, как мы выбрались из огня, но вместо этого я предложил свою помощь. Следующие пару часов протекли за моими попытками исцелять ожоги пострадавших. Погибших не было, чему все очень радовались. У меня нет абсолютно никакого медицинского образования, поэтому я не мог пользоваться исцелением в открытую. Мне приходилось находить обгоревших эльфов и незаметно благословлять на скорейшее выздоровление, от чего ожоги проходили за несколько часов, а местные врачи, ничего не подозревая, удивлялись тому, как половина пострадавших оказались вовсе не пострадавшими, а вполне здоровыми. Не скрывать своих способностей я мог в другом деле, но тоже помогая. После пожара окна потрескались, и я ходил по всем комнатам, проводил пальцами по трещинам и стёкла сами собой склеивались, будто ничего и не было. Никто не знал о моей помощи, кроме Норы, Мишель и Грюнда.Последний добыл ключи от всех комнат и предоставил их мне, а с официанткой мне пришлось ещё долго сидеть и восстанавливать её разум по кусочкам. После того, как я слишком резко вторгся в него, её мозги напоминали чавкающую жижу, я нечаянно разорвал его, но сумел починить. До этого она оставалась вполне адекватным человеком, но не понимала человеческую речь. Мишель знала все слова, что ей говорили, но не могла соединить их хотя бы в одну простейшую фразу. Мы вчетвером сидели в зале, больше здесь не было посетителей. Только мы. По правую сторону от меня сидела Нора, и как заворожённая наблюдала за моими действиями. От её внимательных глаз не ускользало ни одно движение моих пальцев, ни одно проронённое мною слово. Я очень старался не отвлекаться на её тяжёлые взгляды. И так продолжалось до тех пор, пока я не закончил с разумом Мишель. — Даже не знаю, как я могу Вас отблагодарить, — сказала официантка, когда смогла нормально мыслить. Я устало откинулся на спинку стула и посмотрел на неё совершенно безразличным взглядом. Но, вопреки своему бесстрастному выражению лица из меня вырвались абсолютно неожиданные слова: — Всё предельно просто, — сказал я, принимая чашку с чем-то от Грюнда. –Всегда хотел себе в жёны эльфийку. Справа что-то случилось, но я не стал смотреть. Возможно, это слышно только мне, но я готов поклясться, что энергетические следы с той стороны стали чёрными, настолько беспросветными, что поглощали весь свет от чего в зале на мгновение стало темно. Никакого настроения они не имели, никак не звучали и не пахли. Только тьма, которая могла значить всё, что угодно. Я немного испуганно прильнул губами к чаше, что мне принёс старик и с радостью обнаружил, что там отнюдь не чай. Хоть выпью перед смертью. — Каспар! — подняла на меня голос Нора. — Нельзя так шутить с милыми девушками, не стоит их обманывать.Как, по-твоему, отреагирует Мишель, когда узнает, что у тебя уже есть парень? И кто меня тянул за язык? — Натаниэлю очень не понравится весть о том, что ты хочешь его предать, растоптать вашу любовь, когда он бездумно отдавал тебе своё сердце и стонал под тобой, не стесняясь чужих ушей. Мне удалось проглотить глоток чего-то алкогольного прежде, чем поперхнуться от таких слов. Надеюсь, что в чашке у меня не «свиной рыг». Сидящая напротив Мишель вдруг встала, не сводя глаз с Норы. Та выдержала её взгляд и ждала что же скажет эльфийка. Девушка поправила воротник своей рубашки и выждала пару секунд в раздумьях. — Знаете, господин, что меня привлекает в Вас больше всего? — Что же? — Девушка рядом с Вами. Этого стало вполне достаточно, чтобы я опять приложился к кружке с удивительно приятным чем-то. Где-то позади раздался каркающий смех Грюнда, после чего стих, и официантка поспешила удалиться, не обронив и слова на прощание. Что бы это не значило… — Вкусно? — спросила Нора, пристально следяза тем, как я залпом осушил содержимое кружки. — Нет, — признался я. — Рядом с тобой можно захлебнуться в ложке воды, не говоря уже о целой чашке. — Тогда оставь эту дрянь. Нора довольно ухмылялась, когда я поступил так, как она сказала. Мы направились к выходу и, преодолевая расстояние между залом и парадными дверями, я думал о том, как теперь себя вести. — Нора, это же неприкрытая ревность. Чистая, глубокая, бесстыжая ревность, — бросил я по пути. — Если тебе это так нужно, то мы можем обсудить то, что ты наговорила мне во время трансформаций. — Я была не в себе, и ты сам прекрасно это знаешь. А сейчас… Мне хотелось тебе отомстить за то, что вчера ты весь день меня игнорировал. — Нет, — отрезал я. — Трансформации не совсем изменяют твоё сознание, они его полностью оголяют и заставляют говорить то, что ты думаешь на самом деле, не скрываясь за своим грубым образом. Именно поэтому тогда я сказал тебе сдерживаться, если сможешь. Но ты не смогла с этим бороться и призналась мне в том, в чём не могла признаться даже самой себе. Холодный воздух ударил в наши лица. На улице больше не шёл снег, кажется, остановившись пару часов назад. Я не отваживался взглянуть на Нору, но её энергопотоки всё ещё оставались такими же чёрными. Их невозможно увидеть, только чувствовать, но если бы они были бы видимыми, то тёмные хвосты сразу обволокли девушку с ног до головы, пряча в своих тенях. — И… — помрачнела Нора. — Ты никак мне не ответишь? Я невесело усмехнулся и таким же безразличным тоном ответил на её отчаянную самонадеянность. — Я не смею даже об этом думать. Просто представь, как ты будешь себя чувствовать, вернувшись домой, если я решусь тебе ответить. Рядом со мной шла девушка из Имирина, которая очень скоро окажется опять там. Мне не стоит лелеять даже тень мысли о том, чтобы отозваться на её симпатию. Даже если прежде у меня и были такие порывы…
