Часть 28
13 марта 2022 г., 13:34
Какого же было моё удивление, когда я спокойно собирал всё необходимое к отъезду, а в мой кабинет врывается дворецкий даже не постучав.
– Господин Каспар!
– Я слышу это тысячу раз на день. Знаешь сколько лет я уже «господин Каспар»?
– Ваша светлость, послушайте меня, – Густав выпрямился, но встревоженного вида ему не удалось скрыть. – Вернулась герцогиня, а нас никто не предупредил.
Я встал, упираясь руками в стол. Мужчина вздрогнул, опасаясь того, что я приду в ярость, но из эмоций у меня было только недоумение.
– Какая ещё герцогиня?
***
Я не успевал за каждым поворотом событий в этом коридоре. Бились вазы, трещали окна, цокали каблуки убегающей девушки в красном одеянии. Бедняжка бежала от моего отца, который норовил схватить её за чёрные волосы и «вырвать к чертям собачим все патлы», – его цитата. Наступил тот момент, когда длинный коридор закончился, и девушке нет куда бежать. Она врезалась в тупик, а отец всё же схватил её, но не за волосы, а за горло. Большая рука не сильно сжимала тонкую шею, но если герцог надавит сильнее, то герцогине не будет чем дышать. – Как ты посмела сюда явиться после того, что сделала? – Рявкнул он. – Как ты вообще здесь оказалась? – Отпусти меня, отпусти. Её голос звучал настолько хрипло, что голосом это назвать невозможно. Шарлотта схватилась двумя руками за руку своего всё ещё мужа, которая без особых усилий продолжала её душить. Тут уже вмешался я, они могут ссориться в этом доме сколько угодно, но насилия не потерплю. К тому же, не сомневаюсь, дай моему отцу волю, и он правда её задушит. Я приблизился к нарушителям порядка и ударил по руке мужчины. Для него это стало неожиданностью, и он разжал пальцы на горле девушки, лицо которой быстро начинало синеть. Шарлотта прижалась к стене, хватая ртом воздух. – Не стоит ли тебе проветриться, папенька? Вижу, совсем из ума выжил, – спокойно проговорил я, слишком прямо намекая на то, что мужчине пора убираться отсюда. Слишком много времени он мне мозолит глаза, ещё и нападает на людей. Разве ему не положено сейчас сидеть у ног короля, как он делал все эти годы? К счастью, два раза мне повторять не пришлось, и герцог молниеносно исчез из моего поля зрения. Надеюсь, что надолго. – А Вы, позвольте объясниться, что делаете в моём доме. – Ничего себе, какой важный мальчик, – герцогиня подняла на меня глаза. – Помню, как два десятка лет назад в этом же самом коридоре я говорила тебе не грызть вазоны, а теперь ты вон как вырос… «Что Вы делаете в моём доме?», – Передразнила меня девушка. Очень рад, что она вновь приобрела способность говорить, но это уже наглость. – Люди в этом доме, да и вообще во всём Дорэне, считают, что Вы уехали в Эльхию, узнав о смертельной болезни Вашей сироты-кузины и остались там, чтобы приглядеть за ней и за её малолетней дочерью, – я не стал церемониться и выпалил это сразу же. – Пожалуйста, следуйте этой истории и не наговорите ничего лишнего. – Ничего правдоподобней твой отец не придумал? Спасибо ему за то, что приписал мне семью, до этого её не было. Отдав приказ мимо проходящей служанке приготовить Шарлотте комнату, я отправился в другую часть поместья, чтобы убедиться в том, что здесь больше нет моего отца. В Дорэне развод считается позором, и никто не стал разводить моих родителей после изгнания матери. Наша семья и так слишком сильно опозорена историей этого брака, а развод мог просто доломать нашу репутацию. Удивительно, что в историю исчезновения герцогини все верили, ведь она была придумана с уверенностью в том, что Шарлотта больше никогда не вернётся, а значит доказательства не нужны. Но теперь моя мать дома и у нас нет ни единой причины для того, чтобы выставить её за дверь. Она всё ещё жена моего отца и всё ещё знатная дама, хотя по её внешнему виду так не скажешь. Интересно, все женщины, что побывали в Имирине выглядят так отвратительно? Такое чувство, будто тот мир вызывает у них посмертную болезнь на ужасный внешний вид. Но я не сомневаюсь в том, что, приобретя прежнюю власть, Шарлотта захочет себе лучшие наряды и украшения, которые исправят её безобразность. Отец и правда уехал, но это только часть решённой проблемы. Я узнал какую комнату подготовили моей матери и направился туда. Меня совсем не удивило, то, что эти служанки и правда додумались поселить её рядом с комнатой Норы. Их разделяла всего лишь одна стена и я понятия не имею насколько это безопасно, ведь никто не знает, что именно ожидать от Шарлотты. Не зря же отец настолько агрессивно среагировал, как только увидел её фигуру. Нора, как и мы все, носила траур, хотя вовсе не обязана. Неро не был для неё кем-то близким, да и другом особо не считала, но всё равно одевалась во всё чёрное и не смеялась. Она стояла справа от своей комнаты, прижимаясь ухом к двери герцогини. Рядом с ней ещё одна служанка, а за той служанкой ещё одна, и все они пытались подслушать, что же происходит за теми стенами. Ни одна из девушек меня ещё не заметила, и я решил понаблюдать за развитием странной дружбы между моей ученицей и моими работницами. – Госпожа, Вы что-нибудь слышите? – Спросила светловолосая девушка рядом с Норой. – Тихо, она с кем-то разговаривает по телефону, – шепнула ей та. – А о чём? – Не знаю я, – Нора говорила раздражённым тоном. – О покупке какой-то соломы. Ладно, я не стал больше этого терпеть и направился в их сторону, но очень тихо. Старался, чтобы меня не заметили сразу, но мне не стоило никаких усилий вклиниться между ними, не привлекая внимания. Удивительно, но девушки настолько увлечены подслушиваем, что не увидели, как я стал совсем рядом с Норой, почти впритык. – А что ещё она говорила? – Подал я голос. Вся тройка подпрыгнула от страха, мне на минутку стало стыдно за то, что я напугал их самым наглым образом. Но всё сожаление в миг улетучилось, когда я увидел округлившиеся лазурные глаза и красные щёки Норы. Мне стало смешно, но я держал себя в руках перед служанками. – Сколько можно нарушать общественный порядок? – Я повернулся к прислугам. – Неужели у вас нет никаких дел? – Не ругай их. Это я начала, – Нора вжалась в стенку. Остальные девушки убежали сразу же, как завидели меня. – А с тобой мы отдельно поговорим. Как ты докатилась до такого, что подслушиваешь? Тебе такое не позволено, ты ученица самого маркиза. Веди себя подобающе, иначе выдам тебя замуж за какого-нибудь старика на правах твоего покровителя. Девушка выпрямилась и возмущённо сложила руки на груди. Мне стоит ожидать скандала, но я не жалею о своих словах. – Ученица? Чему же ты меня учишь? Давай, назови мне хотя бы три вещи, которым ты меня обучил. Кажется, в этом доме все девушки резко стали настолько наглыми, что мне не находится ответа на эти речи. Моё спокойствие тоже не долговечно, а ярость внутри уже начинает вскипать. – Ещё одно слово и я научу тебя не грубить мне, – злобно процедил я, приближаясь к Норе ещё на шаг. Девушка попыталась отодвинуться. К сожалению стена, в которую она уже давно вжалась, не сдвинется с места. Неужели она и правда боится? Меня? Послышался щелчок и через пару секунд в коридоре стояла ещё одна наглая женщина, которая смотрит только на меня, будто я причина всех несчастий. Шарлотта поправила свою красную накидку, осматривая происходящее перед ней. В общем, причину шума она уже нашла. – Не знаю, что у вас там случилось, но помиритесь сейчас же, – девушка посмела поднять на меня голос в моём же доме. Выглядит она намного злее, чем я. Пару секунд мы молча смотрели на гостью, которая здесь совсем не гостья, а всё ещё госпожа. Вид у нас был больше недоумённый, чем виноватый, поэтому мы не обратили на неё внимания и снова развернулись друг к другу. – Всё же, Каспар, ты придурок, – таким же тоном подытожила Нора. – Ты кто такой, чтобы указывать мне, как себя вести? – Это не важно, когда ты ведёшь себя, как… – Как кто? – перебила меня девушка, горделиво вздёрнув подбородок. – Пытаешься меня обидеть? Только попробуй. – Я всего лишь хотел, чтобы ты послушала меня и вела себя достойно. Тебе же лучше. – Почему это она обязана тебя слушаться? – Вступилась Шарлотта. – Она не твой ребёнок, чтобы ты её воспитывал и отчитывал за любую провинность. Отстань от девочки. На этой войне Шарлотта стала не на мою сторону. Двое на одного? – А Вы не встревайте, госпожа, – к моему удивлению, это сказала Нора. – Кажется, у Вас осталась ещё куча вещей, не стоит ли Вам пойти дальше их разбирать? Такими темпами Вы и к вечеру не управитесь. Герцогиня чуть не задохнулась от возмущения. Она только что попыталась защитить девушку, а та отвергла её, хотя ей стоило бы принять помощь. Я отвернулся от Норы и обратился к Шарлотте. – Мы вынуждены уехать на пару дней. Если Вы пришли за тем, чтобы вернуть себе титул, то Вам подвернулся удобный для этого случай. У нас нет абсолютно никаких причин, чтобы выгнать Вас без всяких подозрений сторонних людей, поэтому пообещайте, что вы не станете в моём доме убивать.***
Всеми силами я пытался показать, что это её дом только по нашей истории и на самом деле ей тут никто не рад. Может люди, что работают у меня и правда думают, что она всё это время была у своей больной родственницы, но тоже относились к ней настороженно и чаще всего опасались, не подходили близко и старались держатся по дальше. Никто кроме нашей семьи не знает, что она кого-то убила и была за это в изгнании, но когда смотришь на герцогиню во всём красном, то так и хочется назвать её кровавой. Слуги знают её по картинам и портретам, из-за проклятия у неё совсем не изменилась внешность, хотя прошло почти двадцать лет. Девушка, что смотрела на них с картин постоянно улыбалась, несмотря на свою судьбу пленницы, а теперь в её взгляде можно увидеть далеко не радость, а что-то очень ожесточённое. И от этого становилось жутко только об одной мысли о ней. – Нора, знаешь, что я вдруг вспомнил? Мы направлялись во дворец. В столице Дорэна уже лежит снег, а в Луми его вообще никогда не было. Меня раньше всегда это удивляло, ведь в столице сейчас зима, а в моём городе лето. Но сейчас я отношусь к этому более обыденно, чем в детстве. Только Нора до сих пор не может поверить в такие чудеса, она каждые пять секунд растирает замёрзшие руки и хмурится, витая где-то в своих облаках. – С нашей ссорой я совсем забыл спросить Шарлотту какого чёрта она там делает. – Думаю, это уже не имеет значения. Не сможет же она натворить что-то серьёзное, как только вернула себе власть. – Вот её власть меня и страшит. Понятия не имею, как она станет ею пользоваться. Снег скрипел под нашими ногами, но этот звук меня не раздражал, как все другие. Ещё пару метров и мы окажемся перед самыми воротами дворца, я устал с дороги и хотел спать. На этот раз путь в столицу занял намного больше времени и, если я не ошибаюсь, уже давно пора ложиться спать. – Кстати, о твоём поведении… – Не начинай, пожалуйста, – заскулила девушка. – Нет, мы с тобой это уже обсудили. Правила всё те же,что и в прошлый наш визит. – Не грубить, не заговаривать первой, обращаться ко всем в соответствии с титулом, в том числе и к тебе, – Норе доставляло дискомфорт каждое условие. – Не отходить от тебя слишком далеко, не называть тебя остроухим и… Я всё запомнила? Вдруг я остановился и схватил девушку за локоть, озираясь по сторонам. На заснеженной дороге, освещённой лишь фонарями, никого не было. В далеке виднелись головы стражи дворца, но расстояние между нами всё ещё слишком большое, чтобы кто-то слышал наш разговор. Нора удивлённо обернулась, руку вырывать не стала. Тогда я сам её отпустил и подошёл на шаг ближе, серьёзно заглядывая её в глаза. – Есть ещё одна вещь, о которой я тебе не сказал. Видишь ли, здесь совсем другие люди, которые будут лезть по головам других, чтобы отхватить первое место у ног короля. Может показаться, что к нам это не относится, но по какой-то причине нас пригласили, а это уже очень важно. Поэтому я хочу тебя попросить делать то, что ты умеешь лучше всего. Прошу, никого не слушай, держись горделиво, не теряй чувство достоинства и ни в коем случае не забывай, что я буду рядом. Мы пришли сюда не на день и вряд ли уедем отсюда завтра, у меня не выйдет постоянно быть с тобой, но я обещаю прийти по первому зову. – Счего ты взял, что мне что-то угрожает? – Нора тронута моими словами, но не показывает этого, понимая насколько серьёзны мои предупреждения. – Я не шучу. Даже я могу себя вести не так, как раньше. Пусть мои манеры вывернутся наизнанку, просто помни, что я вынужден это делать, иначе борьба за место у трона убьёт меня даже не начавшись, а мой дядюшка опять захочет найти мне проблем, подумав, что я слишком слаб. Вот и ты, будь любезна, веди себя лучше всех и будь умницей. Нора отвела глаза и часто задышала, обдумывая мои слова. Кажется, она начинает понимать, что мы направляемся в опасное место. Оно совсем не то, в котором мы были месяц назад. – Я поняла, Ваша светлость. Обещаю не вести себя безрассудно и делать всё, как Вы сказали. С каждым словом я ощущал всё большее чувство вины за то, что привёл её сюда. В последнее время оно и так грызёт меня целыми днями и не понятно, когда настанет то время, в котором я перестану винить себя за то, в чём вовсе не виноват. Стражники узнали меня и пропустили без лишних слов. Но за дверями нас ждал неизвестный мне мужчина. Он осматривал нас почему-то с брезгливым прищуром, пока несколько людей подошли к нам, чтобы унести нашу верхнюю одежду. Незнакомец подошёл к нам, тряхнул лысеющей головой и поправил лацканы своего костюма. – Вы кто, уважаемые? – Его голос намного противнее, чем внешний вид. Кто нанял этого идиота, который даже не знает племянника короля? Меня поразил его тон и то, как он на нас смотрел. Будто в королевский дворец завалился какой-то сброд,а не мы.Старик подошёл к нам с толстым блокнотом и ручкой, переворачивая страницы в поисках свободной. – Имя и титул. – Кем Вы являетесь, чтобы я Вам представлялся? – Я, уважаемый, управляющий дворцом Конард. И в отсутствие короля я вместо него. – А почему король отсутствует? Управляющий сморщил нос и раздражённо посмотрел на меня снизу вверх. – Он спит. Повторяю ещё раз: имя и титул. – Маркиз Каспар Тиффенье, – я отчеканил каждое слово, но сделал это довольно мягко, чтобы ненароком не нарваться на конфликт. – А… – протянул Конард. – В прочем, мне всё равно. Вы, милочка, кто? – Мужчина заглянул мне за спину. Нора ступила чуть вперёд по красной дорожке, чтобы сравняться со мной. Она выпрямила плечи и смерила наглеца взглядом полного презрения. Тот в ответ поступил абсолютно так же. Я уже захотел сам представить свою спутницу, но она закончила играть с управляющим в злобные гляделки и опередила меня в этом. – Нора Адельсберг, – девушка сложила руки на груди, будто могла ими загородиться от неприятной энергии старика. – Ученица маркиза. – Так вот, ученица, – глаз мужчины задёргался, – я о тебе, мерзавке, слышал. Чтобы никаких Имиринских выходок от Имиринской девчонки. Ясно тебе, Адельсберг? Нора не отвечала, всё так же презренно смотря на Конарда. Мужчина записал о нашем появлении и пролистнул пару страниц своей записной книги, проводя глазами по белым листам и морщась. – Святые огнища, что за дурацкие фамилии здесь? Ни одной нормальной нет. То вар Морте, то Кореир… Адельсберг. – А у Вас какая фамилия, Конард? – Не выдержал я его болтовни. – Куклусов. Девушка справа от меня не смогла сдержать смеха, но тут же замаскировала его за неловким кашлем. Хоть это и очень невежливо с её стороны, но я не стану осуждать. – У Вас припадок, уважаемая? – Разыгралась аллергия на управляющих, – ответила девушка, усмехнувшись. – В таком случае, Адельсберг, Вам пора. Конард громко свистнул, да так, что стражник возле дверей подскочил от неожиданности. На его свист прибежала пухлая женщина в зелёном платье и с собранными золотистыми волосами на затылке. Она стала рядом с Куклусовым и терпеливо стала ждать указаний. – Подготовь несчастным комнату. – Вы с ума сошли? – Мой тон можно назвать почти возмущённым, но на самом деле я поражён до глубины души. Что он себе позволяет? Женщина на голову выше управляющего, она склонилась к нему и что-то зашептала на ухо. На этот раз Конард поднял две брови и хлопнул блокнотом, закрывая его. – Ну тогда подготовь две комнаты. Проблема что ли? Кто вообще сказал, что покровителям нельзя спать со своими протеже? Действительно. – Вот у меня в молодости было три завода, и ученица тоже была. Мы с ней жахались каждый день. И что? Служанка опять прильнула к уху старика. Кажется, сегодня мы не услышим её голос. – Плевать я хотел на ваши высшие указания. Просто подготовь две комнаты и всё. А Вы, несчастные, чтобы завтра в восемь утра были на завтраке. Не дай огонь Вам проспать. А теперь идите, Вас проводят.
