Отец

Мама неуверенно улыбнулась ему, пряча страх в глазах, и обняла на прощание. Руки отца не дрожали, когда он положил их ему на плечи и поцеловал в лоб. Дин не понимал, чего им стоило просто держаться. До этого момента. Он смотрел на малыша, и на нём уже не было шлема, чтобы спрятать подрагивающие губы и жгучую боль в глазах. Боль была ему не чужда. Большую часть жизни он должен был быть сильным. Когда потерял родителей, когда Империя вырезала его народ. Когда малыша забрали на Тайтоне, ему потребовалось всё мужество, чтобы не сломаться. Но ничто не сравнится с тем, что нужно выдержать сейчас. Никаких сил не хватит, чтобы отпустить Грогу, позволить ему уйти. Его руки словно налились свинцом, когда он опускал почти невесомого малыша на пол. Каждое движение резало тупым клинком по оголённым нервам. Как же ему хотелось снова схватить Грогу, обнять и улететь подальше отсюда. Просто забыть обо всём, что случилось. Но малыш протянул к джедаю руки, и даже Дин почувствовал умиротворение в его маленькой душе. А глаза незнакомца были полны доброты и нежности. Джедай перевёл взгляд на Дина и кивнул в молчаливой благодарности. Его родители не хотели расставаться с ним, не хотели прятать его в том люке. Больше всего на свете они хотели забрать его и вместе убежать от надвигающейся тьмы. Теперь Дин это знал. Он понял, чего им стоило — отпустить. Дать ему лучший шанс. Он хотел для Грогу лучшего будущего. И он его отпустил. В глазах Дина не было ни боли, ни отчаяния, когда он смотрел малышу вслед. Он кивнул ему и ободряюще улыбнулся. Дин ждал, пока Грогу скроется из виду. Потом его мир рухнул. Он чувствовал руку Кары на своём плече. Она сидела рядом, повернувшись боком, чтобы не видеть его лица. Он дрожал. Боль огнём полыхала в груди, в лёгких, в голове. Он не мог сдвинуться с места — даже чтобы надеть шлем. Тоска камнем навалилась на него, пригибая к земле и парализуя дыхание. Позади Дин слышал шёпот Бо-Катан, рассуждающей о дальнейшей участи Гидеона. Она считала, что Новая Республика обойдётся с ним слишком мягко. Ей хотелось разделаться с ним быстро и прямо сейчас. Он всё ещё слышал досаду в её голосе, когда речь заходила о Тёмном мече. Надо будет напомнить, что она может забрать чёртово оружие — ему плевать. Он потерял то единственное, что имело значение. Грогу исцелил его истерзанную и изорванную на кусочки душу, но теперь он ушёл, и эти кусочки, осколки с острыми краями, снова распадались. Дин закрыл лицо руками. Кара ободряюще сжала его плечо. Рядом послышался тихий голос Феннек. — Отряд Новой Республики скоро будет здесь. Подожди, сколько нужно. Приходите, когда он будет готов. Дин чуть поднял голову. Феннек, как и Кара, не смотрела в его сторону. Этот жест уважения и поддержки немного привёл его в чувство. У него больше нет клана, но он всё ещё мандалорец. Дин протянул руку в сторону, нащупывая шлем. Кара мягко вложила его ему в руку. Он не один. У него всё ещё есть друзья. Но в груди появилась холодная бездонная пустота, которую ничем не заполнить. Дин наклонил голову, надел шлем и поднялся. — Уверен, что не полетишь с нами? — спросил Боба, заканчивая проверять корабль. — Спасибо, — Дин помедлил, — Но нет. У меня есть одно дело. — Что-то мне подсказывает, что мы ещё увидимся, — Феннек протянула ему руку, — Приятно было видеть тебя снова, Мандо. Уголки её губ чуть приподнялись. — Взаимно, — ответил он, — Спасибо за помощь. Вам обоим. Феннек повернулась, чтобы уйти, а Боба бросил на него последний взгляд, перед тем, как зайти в кабину. — Ты правильно поступил. С джедаями он будет в безопасности, — наёмник слегка тряхнул головой, будто вспомнил о чём-то, — Они обладают невероятной силой. — Спасибо, — повторил Дин. Но он пока не мог заставить себя поверить в это. Словно чувствуя его мысли, Боба добавил: — Связь между вами очень сильна. Ему повезло, что он знал тебя. Пусть даже так недолго. Дин кивнул, радуясь, что шлем скрывает его глаза. Он-то знал — из них двоих вовсе не Грогу был тем, кому повезло. Дин сидел в маленьком корабле, одолженном у Кары. — Я попросила достать лучший, — довольно сказала она, положив руку на спинку кресла пилота, — Конечно, это не Лезвие Бритвы, но, думаю, тебе подойдёт. Это не Лезвие Бритвы. Новый блестящий корабль. И хотя теперь ему не придётся останавливаться каждый парсек, чтобы починить проводку, Дин чувствовал себя чужим в нём. Будто находился вдали от дома. Возможно, это и к лучшему. Слишком много обжигающих воспоминаний связано с Лезвием Бритвы. Маленький металлический шарик внезапно потяжелел в кармане. — Знаешь, — Кара повернулась к нему с лёгкой улыбкой, — Новой Республике пригодился бы кто-то вроде тебя. Раньше Дин бы рассмеялся, но сейчас сказал только: — Спасибо за всё, Кара. Я твой должник. Она только отрицательно качнула головой. На пару секунд в кабине разлилась звенящая тишина. Наконец, Кара отреагировала на напряжение, висящее в воздухе. — Он будет в порядке, ты же знаешь. Дин не ответил. Она положила руку ему на плечо. — Если понадоблюсь — ты знаешь, где меня найти. Он смог только кивнуть. Уже уходя, она вдруг остановилась и добавила: — Бо-Катан просила передать — она вернётся за Тёмным мечом, когда удостоверится, что Гидеон получил по заслугам. — Скажи ей, что я выбросил его в окно. Кара усмехнулась и подняла руку, прощаясь. — До встречи, дружище. Дин не знал точно, зачем это делает. Он даже не был уверен, поможет ли. Ему просто нужно было подтверждение, что он не ошибся. Что малыш действительно будет в порядке. Он смотрел на приближающуюся лесистую планету. Жёлтый свет звезды отражался от иллюминаторов, ослепляя его. Дин ещё не привык к быстрым и ровным движениям корабля и недовольно поморщился, когда опоры не слишком мягко коснулись земли. Он надеялся, что Новая Республика не будет сильно возражать, если корабль вернётся с парой вмятин. Люк открылся с лёгким шипением, Дин спрыгнул на выжженную почву и, споткнувшись, схватился за борт корабля. После того, как малыш ушёл, он разучился держать равновесие во всех смыслах. Теперь приходилось словно заново учиться ходить. С отчаянным чувством, что чего-то не хватает. Дин снова задумался, зачем вернулся сюда. Асока Тано освободила Калодан и получила всё, что нужно, от Магистрата, — ей просто незачем оставаться на этой маленькой планете. Хотя он не был уверен, что сможет найти её, даже если она здесь. Он постоял у корабля пару минут, размышляя над вариантами, потом вздохнул и решил идти через лес в ту же сторону, что и в предыдущий его визит на Корвус. В конце концов, она же джедай — может объявится сама. Пытаясь вспомнить, куда именно он сворачивал в прошлый раз, Дин краем уха уловил лёгкий шорох листьев за спиной. Он резко обернулся, держа бластер наготове, и тут увидел, да и услышал, знакомые белые мечи. Асока выключила их и пристегнула к поясу. Она медленно откинула капюшон, не отрывая от Дина пронзительного взгляда, и замерла в ожидании. Он опустил руку с бластером. — Я искал тебя, — сказал Дин, не подумав, что это очевидно. И это она его нашла. — Ты застал меня прямо перед вылетом. Я почувствовала твое присутствие. Асока посмотрела ему в глаза, и Дин поёжился — она действительно смотрела в глаза, а не в визор. Потом её взгляд скользнул вниз и остановился на его руке в кармане. Дин запоздало понял, что всё это время сжимал металлический шарик. Он заставил себя разжать кулак. — Он ушёл, — каким-то невероятным образом его голос не сорвался. — Я знаю. Асока была само спокойствие. Дин шагнул к ней. Он не знал, что это даст, но должен был спросить. — Правильный ли выбор я сделал? На мгновение она снова поймала его взгляд и тихо ответила: — Я не могу сказать тебе, какой путь правильный. Единственное, чему ты можешь и должен верить, — это, что ты сделал лучшее для ребёнка. — Как? — он не смог скрыть отчаяние, — Как я могу знать, что он будет в порядке? Голос всё-таки сорвался, и Дин судорожно вдохнул, пытаясь удержать вместе те осколки, которые остались от его мира. Асока мягко, но настойчиво продолжила. — Никак. Ты позволил Грогу выбрать путь. Верь не в свой правильный выбор, а в его. В то, что он выбрал лучшее для себя. Внезапно Дин почувствовал, что напряжение и борьба постепенно оставляют его, а вместе с ними и силы. Ноги подкосились, и он медленно сполз на землю, опираясь спиной на борт корабля. Асока бесшумно подошла и села рядом, кутаясь в серый плащ. Какое-то время они сидели в тишине. Джедай первая прервала молчание. — Теперь я вижу, что мои страхи были беспочвенны, — она подняла голову к жёлтому небу. — О чём ты? — спросил Дин всё ещё хриплым голосом. — Связь между вами настолько сильна, что вы оба нашли в себе силы отпустить. Это самоотверженная и чистая любовь, которую тьме так просто не поглотить. Он не знал, что ответить, да и не мог. В горле стоял ком, а грудь наполняла тянущая боль. Лучше сменить тему. — Джедай, который пришёл за ним, — ты знаешь, кто он? Асока снова посмотрела на него, чуть улыбнулась, — печально но, в то же время, с надеждой, — и просто сказала: — Грогу в надёжных руках. — Я ещё увижу его? — спросил Дин, отчаянно желая и боясь услышать ответ. — За всю свою жизнь я поняла, что, когда любишь кого-то, а он любит тебя, в конце концов, ваши пути всегда сходятся. Грогу стоял и смотрел на древний храм, впервые за долгое время чувствуя умиротворение. — Идём, малыш, — джедай опустился на колени позади него, — Я научу тебя использовать Силу, и буду помогать тебе, обещаю. Грогу оглянулся на корабль. Да, в душе царил мир, но эту тоску даже он не смоет. — Ты скучаешь, — голос джедая звучал мягко и успокаивающе, — Я понимаю. “Он спас меня,” — подумал Грогу. — Он спас меня, — тихо сказал Дин, обращаясь к Асоке. — Любовь спасает нас всех, — она снова подняла лицо к небу, провожая взглядом пролетающего конвора. — Я знаю, ты боишься, — Люк положил руку на плечо малыша, — Но я знаю и то, что твоя любовь к отцу сильнее этого страха. Ты найдёшь путь к нему, а он к тебе. Я в это верю. И Грогу верит. Наконец, они вместе двинулись к храму.