Донорно-акцепторный механизм

      Донорно-акцепторный механизм. - Фторов! Я не намерен с тобой снова спорить, и тем более уж на такой важной лекции!       Нет, я, конечно, все время думал, что его голос звучит противно, но сейчас мне захотелось вывести продукт прерванного физиологического процесса прямо на стол. Он снова решил себе возомнить, что его предмет самый важный в программе магистратуры биохимии. - Вы ведёте предмет, который лишь косвенно пересекается с нашей будущей профессией. Подчёркиваю слово «косвенно», ведь даже с этим можно поспорить.       Он не на шутку разозлился. И, пау! Я снова в кабинете у главы института. Этот вид кабачка (так я называю нашего лектора, у которого даже пиджак был заправлен в брюки) снова ныл директору, что я самый отвратительный ученик за все годы его пребывания в Академии наук, а потом высказал мне все в лицо. Было неприятно. Особенно было противно видеть, как капельки его выделений летели из его рта на мое лицо.       Что ж, они мне снова напомнили, что это был «последний раз, когда меня прощают и не выгоняют из курса, потому что я молодой ум, от которого они не могут отказаться». Я тяжело вздохнул. Надеюсь, что после выпуска я уеду из этой прогнившей, консервативной страны в более благоприятную.       Мои работники уже понимают сами, когда я снова предаюсь воспоминаниям о том дне, потому что на моем лице каждый раз появляется та самая ухмылка неудачника, который словно смог разыграть обветшалую учительницу биологии в восьмом классе. Эх, тогда мои мысли походили на шестнадцатилетнего, и это неудивительно, ведь нормально я стал развиваться как личность лишь в девятом классе, когда нашел беспроигрышный способ обманывать всех вокруг, в том числе и родителей. Это было, как сейчас бы сказал мой ассистент, в моем стиле: гениально, а главное – просто. Но не принимайте меня за хулигана, все-таки я не один такой, нас – целое поколение.       В детстве над моей фамилией смеялись умные, потому что понимали, что я как фтор: умею лишь принимать, а тупые смеялись, потому что ее коверкали. А коверкали ее из-за того, что моя семья была когда-то одной из самой влиятельных в округе, а сейчас скатилась до того, что они еле-еле собирают копейки на погашение долгов. В том числе, и долгов государству. Но я помню мою бабушку – святой божий одуванчик. По ее глазам было видно, что она все понимает, но не говорит. Страшное чувство. А ведь эти глаза даже не обо мне понимали, а как раз об обстановке в государстве. Да-да. Моя бабушка была химиком, приближенным к званию профессора химических наук. Однако конкуренты ее достигли и там: пока она собиралась выступать с защитой очередной диссертации, эту работу сожгли. Она попыталась, что-то рассказать, но из-за того, что бумажки не было, комиссия не приняла ее. Так она стала обычной мамой со своими связями, а затем и бабушкой. Ходят слухи у нас в семье, что она до сих пор видит в кошмарах, как ее научную диссертацию сжигают. А там, между прочем, свыше ста страниц чистых страданий, мучений и слез. Так, наша семейка Фторовых жила, лишь принимая ото всех, и а отдавала она только через силу. Ха, как иронично вышло. Ненавижу их. Отец был когда-то КГБ-шником, живя в то время мечтами о статусе президиума. Меня и мою мать кормил обещаниями, которые вскоре оказались пустышкой: его поймали за коррупцией, а посему его быстренько лишили статуса и обрубили почти все связи, которые могли, а они были в то время важнее любых средств. Позже он начал избивать меня и мою маму, считая всех вокруг (в том числе и нас) своими заклятыми врагами. Мама оказалась просто жертвой патриархата в нашей семье. Ей не разрешали делать ничего, кроме готовки, стирки и учебой со мной. Причем учеба со мной заключалась в том, что бабушка писала задания для меня, а для мамы - ответы на эти задания, то есть мама меня не учила, а просто проверяла ответы, которые написала заботливая бабушка. В общем, обстановка в семье напоминала дыру в стене, образовавшуюся под дорогими обоями (каковыми они просто казались).       Сейчас же я учёный-биохимик. Моя работа подразумевает изучение веществ в живых организмах, их появление, структуру, значение и как они взаимодействуют и для чего с другими веществами и элементами. А время сейчас – 1983 год.