Глава четвёртая.
13 февраля 2021 г., 03:00
Прошла первая неделя пребывания Джорджа в Америке. Дрим водил его всё это время по разным частям города. Британец никогда не думал, что где-то в декабре может быть так жарко, да он даже загореть умудрился за такой короткий период!
Но всё было хорошо, даже сейчас, парни были в комнате Дрима, собирая свои чемоданы для полёта уже в Нью-Йорк, где их с нетерпением ждут родственники флоридца.
Джордж решил отложить вещи, в которых полетит, и одной из них был его любимый «уродливый» рождественский свитер. Он смахнул с него какую-то пушинку и положил на край кровати. В это время на ней самой сидел Дрим, собирая проклятые документы, и прежде чем протянуть билет британцу, вызвав тем самым у него милую улыбку, он сложил их в папку и убрал в рюкзак.
Смотря прямо в прекрасные жёлтые глаза Дрима, Джордж вновь упал в раздумья. Ведь он никогда не любил летать, но именно сейчас Гоги чувствует себя немного спокойнее, зная, что его белокурый друг будет рядом. Хотя британец ощущает себя в большей безопасности, он всё ещё нервничает.
«А что, если я засну в самолёте, упав на его плечо, и Дрим меня неправильно поймёт?
О, господи, кого я обманываю. Проснись, Джордж. Мы всю чёртову неделю спали в одной кровати! Но я ведь не гей?... Даже если да, это никак не меняет наши с ним взаимоотношения!»
— Что это за ужас? — усмехнулся Дрим, глядя на уголок кровати.
— Эээ, мой свитер? — больше вопросительно ответил Джордж, складывая также серые джинсы.
— И это ты называешь свитером? — схватив зелёную ткань с угла кровати, уже откровенно заржал Дрим. Он поднял его у себя перед глазами, где смог лицезреть плохо напечатанный на зелёном свитере принт оленя Рудольфа с большим красным носом.
От смеха его друга у Джорджа моментально покраснели уши.
— Он мой любимый! — фыркнул Джорджи, и Дрим заржал ещё сильнее. Британец закатил глаза и запрыгнул на кровать, пытаясь отобрать свитер, но безуспешно. Проклятая разница в росте.
— Я не позволю тебе появиться в этом перед моими родственниками, — Дрим вскочил с кровати и помчался к своему белому шкафу. После нескольких минут копания в дебрях своей же одежды он наконец находит то, что искал. Это был красиво связанный тёмно-багровый свитер с узорами оленей и, как странно, капюшоном.
— Это что такое? — Джордж встал и с любопытством взял у Дрима свитер, что был немного колючий от шерсти, из которой сделан.
— А что, не видно? Это, мой дорогой, самый настоящий свитер, в отличие от той отвратительной штуки, — сказал Дрим, после чего получил удар локтем в бок.
— Он не отвратительный, Клэй, — британец надулся, закатив глаза.
— О, всё в порядке, я могу просто забрать свой свитер обратно, и...
— Нет, я его надену, — Гоги крепко вцепился в багровую ткань, как будто от этого зависела его жизнь.
А Дрим в свою очередь усмехнулся и пробормотал себе под нос что-то вроде:
— Так я и думал.
***
Абсолютно все спокойно прошли пост охраны с паспортным контролем, сдав свой багаж, и теперь вся семья ждала посадки самолёта, что доставит их в Нью-Йорк. Джордж всё-таки надел тот багровый свитер, который ему подарил Дрим из чистой злобы. Вы, а возможно и весь мир может никогда не узнать, что по крайней мере этот свитер одна из тех причин, которая удерживала взгляд Дрима на брюнете. — Боже, Джордж, это свитер Клэя? — усмехнувшись, мистер Дрим подошёл к двум парням, тем самым заставив своего сына хотя бы моргать. — Есть такое, — Джорджи вновь почувствовал, что его уши покрылись краской по какой-то странной и неведомой причине. — Я не видел эту чёртову штуку уже много лет — его отец с любопытством начал рассматривать свитер, будто Джордж только что каким-то магическим образом переоделся в него. — Ведь я её купил для Клэй года три назад. Он тогда, видимо, болел, вот и нужен был свитер, чтобы согреть его, но мы с роду не носим такую одежду во Флориде с нашей-то погодой, понимаешь? Британец кивнул и вновь встретился взглядом с Дримом, который до этого не спускал с него глаз, даже почти не дышал, и с каждой секундой всё больше замечая, что даже этот старый смешной свитер очень большой для Гоги, он почти готов утонуть в нём. Джордж начал сокращать расстояние между ними, и с каждым шагом Дрим становился всё выше. Британец считал себя среднего роста, но рядом с другом он выглядел карликом, хотя никогда бы в этом не признался. Он хотел что-то сказать ему, но его перебило объявление из громкоговорителя. — Это наш рейс, проверьте что вы ничего тут не забыли и пошлите за мной, дорогие, — убрав свой телефон в сумку, сказала миссис Дрим и пошла к нужному им выходу, и все послушно выстроились в очередь на посадку, следуя за мамой уткой. И Джордж снова поймал на себе взгляд Дрима. — Так нравится смотреть на меня? — Джордж усмехнулся, слегка подняв руку, он просто хотел прикоснуться к Дриму. А блондин поднял глаза, в конце концов, посмотрел в карие и схватил Джорджа за руку, что сначало напугало его, но через мгновение рука оказалась над головой британца, и Дрим закружил его по кругу, будто они танцевали на балу. — Я всегда так смотрю на то, что мне нравится, — хитро улыбнулся флоридец. Джордж слегка хихикнул, чувствуя на себе нежный взгляд Дрима, и только его. Этот блондин переросток, казалось, никогда не заставлял Джорджа чувствовать себя неловко, несмотря ни на что. И обычно он чувствовал себя ужасно, если ловил чей-то взгляд на себе, но сейчас на него смотрит Дрим, и Гоги наплевать, что подумают другие, ведь они он на вершине мира. И Клэй продолжал держать Джорджа за руку, даже когда они остановили этот импровизированный вальс. Джорджи никогда бы не признался, сколько у него в тот момент появилось бабочек в животе (по крайней мере, 42 он смог насчитать), но румянец на его щеках, говорит всё за него. Маленький автобус довёз парней и всю семью до самолёта, и они начали подниматься на борт. Джордж опять прикоснулся к внешней стороне самолёта, прежде чем войти, и чуть не умер, когда заметил, что Дрим сделал то же самое. Все удобно устроились: Дриста с мамой сидела в середине самолёта, около аварийных выходов, Джуд с папой – на ряду прямо перед ними, а Дрима с Джорджем отправили на самый первый ряд, где было достаточно места для ног. Пока стюардессы рассказывали инструктаж и повторяли другие основные процедуры перед началом взлёта, Джордж почувствовал, как противно участилось сердцебиение. Дрим тут же заметил эту смену настроения британца, поэтому после того, как закончил говорить капитан корабля, он спросил: — Эй, Гоги, ты в порядке? Джордж резко поднял глаза, немного испугавшись вопроса. — Я просто не очень люблю летать. Дрим кивнул, сразу всё понял и крепче сжал руку брюнета. — Если хочешь, можешь поспать, я разбужу тебя, когда мы прилетим. Я на собственном горьком опыте убедился, что отоспаться намного лучше, чем бездельничать несколько часов. Джордж посмотрел на блондина и нервно усмехнулся, но всё равно решил закрыть глаза и уже не беспокоился о том, что уснёт на его плече. С Дримом так тепло. С Дримом невероятно безопасно. И британец даже не заметил, что задремал на плече своего лучшего друга.
