sweater weather

      Медленно открыв глаза, Джордж оглядел комнату, прежде чем заметил ещё сопящего блондина. Тут его мозг начал просыпаться, и воспоминания о прошлой ночи нахлынули на парня. Дрим поцеловал его. И он поцеловал Дрима.       Нельзя просто так передать эти эмоции, их просто… Много.       Вдруг британец почувствовал неприятную боль в шее и перед ним будто проявился образ Дрима; момент, когда он поднял его на подоконник и стал расцеловывать каждый сантиметр его кожи… Подождите. Джордж резко подскочил и уставился в зеркало.       Брюнет тут же стянул с себя футболку, и, обнажив несколько розовых засосов, жалобно застонал.       — Джордж? — сонно спросил Дрим, потирая свои глаза.       — Я здесь, — всё ещё не отрывая взгляда от шеи, коротко ответил Джордж.       Дрим сел, а затем, громко зевнув, встал и подошёл к брюнету.       — Что ты... О... о, господи... — начав разглядывать розовые засосы, Дрим широко улыбнулся, совсем как ребенок.       Но Джордж совсем не был этому рад, он развернулся и несильно ударил блондина в бок.       — Когда ты вообще успел?! А главное, как это теперь спрятать?       Флоридец захрипел в приступе смеха, аж попятившись назад:       — Носить шарф?       — Дрим, это никак не помогает! Я не хочу, чтобы у твоей семьи появились какие-то идеи на счёт этого.       — Любые «идеи», которые они могли надумать, вероятно, уже произошли, — до сих пор неистово смеясь и почти задыхаясь, произнёс Дрим. После чего Джордж снова начал атаку, тыкая блондина в бок, повалил флоридца на кровать, а после, посмотрев на него с высока, с притворной хмуростью ушёл искать подходящую толстовку. Дрим лишь ухмыльнулся.       За дверью были уже слышны голоса, подарок Джорджа давно лежал в особом месте под ёлкой, парню оставалось только достать из чемодана остальные подарки и раздать их каждому. Ведь сейчас парни выйдут из своей комнаты, и все будут поздравлять друг друга. Интересно, есть ли у старших родственников сегодня какие-то особые планы?       — Кто мы? — прерывая раздумья флоридца, вдруг спросил Джордж.       Дрим повернулся, чтобы посмотреть на брюнета, который всё ещё разглядывал себя в зеркал, и спросил:       — А кем ты хочешь, чтобы мы были?       Уши Джорджа тут же порозовели.       — Я... я не знаю. Я даже не знаю кто я. Нет, ты-ты мне явно нравишься, просто…       — Нет, конечно, нет, я просто поцеловал тебя, потому что мы платонические друзья. Бэд бы одобрил, — Дрим вновь громко засмеялся, держась за раму кровати, чтобы не свалиться с ног. — Ладно, а если серьёзно, ты правильно говоришь, — тон у блондина резко сменился. — Просто знай, что я не хочу делать то, из-за чего тебе будет стыдно, и не буду заставлять тебя через силу принять эти чувства.       Джордж обожал эту сторону Дрима, он всегда был так внимателен к подобным вещам. Не то чтобы подобные ситуации случались очень часто между ними, это было совсем иное.       — Мне просто нужно немного время, чтобы это обдумать, — британец вздохнул, и почувствовав взгляд Дрима на себе, его щёки начали неприлично сильно гореть. — Но я хочу быть с тобой.       — Я-я тоже, — пробормотал себе под нос Дрим, очень болезненно вздыхая, он посмотрел на любовь всей своей жизни, почти сожалея о сказанных ранее словах. И Джордж лишь улыбнулся про себя.       — Пойдем завтракать. Я почти уверен, что некоторым маленьким уже не ждётся открыть свои подарки, — нарушая неловкую тишины и сразу меняя атмосферу, сказал Дрим британцу. И, поправив в последний раз свою толстовку, он повернулся и побежал к Дриму, вызвав у того лёгкий смешок.       — Счастливого Рождества! — тут же послышался голос мамы Дрима с кухни.       — С Рождеством, мам — лучезарно улыбнулся флоридец и обнял её.       — Вас тоже, миссис Дрим, — немного нервно выговорил Джордж. Его не отпускало ощущение, что все люди в гостиной смотрят на него. Первый раз он чувствует такую неловкость, находясь среди этой прекрасной семьи.       Но первое, на что обратил внимание Дрим, это были Анна и Энди, которые обменялись взглядами и хитро улыбнулись сначала друг другу, а потом и блондину. Парень подозрительно посмотрел на сестру, но она в ответ только невинно помахала рукой.       Сапнап сейчас дискутировал с тётей Клэр и отцом Дрима, с которыми на удивление легко смог найти общий язык, о каком-то сериале, и когда техасец заметил знакомые силуэты парней, сразу затих, но планы расспросить этих идиотов не поменял.       Джордж и Дрим, сев на пол около самой ёлки, присоединились ко всем для начала самой приятной части праздника – распаковки подарков. Все коробочки нашлись под этой же ёлкой, и, по традиции, начинали дарить подарки сначала младшие, так что Джуд шёл первым.       Все не могли нарадоваться маленьким и блестящим поделкам Джуда, милым рисункам Дристы и нереально странным, оттого и смешным подаркам Сапнапа. И очень быстро настала очередь Дрима.       Ей богу, в зале царила полная тишина, когда флоридец протянул Джорджу небольшую коробочку. И тот, недолго думая, тут же развязал белую ленту, чтобы снять крышку.       Когда британец вытащил из коробочки кулон с синим как небо кристаллом, карие глаза Джорджа заблестели будто звёзды. На самом кулоне висела бирка, с одной стороны которой криво нарисованы чёрной ручкой очки, а с другой надпись: «Счастливого Рождества — Дрим:)».       После этого Джордж также заметил на дне коробочки записку на крафт-бумаге.       — Можно это прочесть вслух?       — Если ты хочешь… — пробормотал флоридец, почёсывая затылок.       Британец глубоко вздохнул и начал:       — Дорогой Гоги, спасибо, что появился в моей жизни. Я и мечтать не мог о таком человеке, как ты. Ты отлично разбираешься в программировании, и с тобой всегда весело общаться на различные темы, и надеюсь, что в будущем мы ещё не единожды встретим Рождество вместе. Спасибо всем богам, что однажды свели нас. Я люблю тебя. Искренне твой, Клэй.       Дрим просто горел от стыда, ведь абсолютно все в комнате внимательно слушали британца. Но на удивление блондина, на лицах всей его семьи появились лучезарные улыбки.

***

      Джордж лежал на груди у Дрима, разглядывая этот маленький кристалл внимательней, чем что-либо.       Все закончили открывать свои подарки, из-за чего во всём номере была непередаваемая праздничная атмосфера. Пока ещё утро, и наконец пришло время завтрака. Внезапно отец позвал Дрима на кухню, в самую гущу событий, парень неохотно встал, с трудом выбравшись из объятий британца, и поплёлся на помощь родственникам.       Техасец не растерялся и тут же схватил Джорджи за рукав и вывел в коридор, где никого не было.       — Расскажи мне всё, — Сапнап скрестил руки на груди.       Но Джордж не сопротивлялся. И рассказал всю историю: как удивил сон перед самым вылетом, как парни обнимались по ночам, как он запутался в себе, и самое главное, как они целовались под омелой прошлой ночью.       И когда брюнет закончил свой длинный монолог, Сапнап почти потерял дар речи.       — Вы двое целовались?! — не в силах переварить информацию, прошептал техасец.       Щёки Джорджа в момент порозовели.       — Да, и мне понравилось… Просто передать словами не могу, что чувствовал и чувствую.       Парень еле сглотнул, прежде чем спросил:       — Так вы теперь пара?       — Я-я не знаю. Ничего официального. Говорю, я даже не понимаю, гей ли я, просто знаю, что он мне нравится больше, чем кто-либо на этой чёртовой планете, — заикаясь, почти в истерике пробормотал Джордж.       Сапнап только кивнул и что-то промычал в знак согласия. Джордж неописуемо рад, что техасец сейчас рядом. В противном случае ему некому было бы выговориться, и он был бы полностью потерялся.       — На твоём месте я лучше бы поговорил об этом с Клэем. И если ты не готов к отношениям, скажи ему прямо, он поймёт, я уверен.       — Спасибо... Правда спасибо. Это самые лучшие слова, что я слышал от тебя за всё время, болван, — нос Джорджа сморщился, когда он пытался сдержать лёгкий смешок. Сапнап лишь похлопал его по плечу, и они оба вернулись на кухню, где уже был готов завтрак.       Глаза Дрима не отрывались от британца, который неуверенно пробирался к Анне, чтобы сесть рядом.       — Доброе утро, Джордж, хорошо спалось? — тут же спросила Анна как можно невиннее.       — Да, а тебе? — хоть в глазах британца и виделась растерянность, он не запаниковал и отпарировал, в этот момент откусывая кусочек кукурузного хлеба.       — Э-э, я-то хорошо. Хотя ты был довольно громким, — Анна удивилась такому повороту событий, и небрежно пожала плечами. Джордж аж закашлялся, подавившись хлебом, и подсознательно натянул толстовку, чтобы прикрыть шею на всякий случай.       — Ты ооочень громко храпишь, — засмеялась блондинка.       — О, ладно… Погоди, я не храплю! — Джорджи начал защищаться.       Дрим заметил эту сцену и усмехнулся, тут же усаживаясь рядом с британцем.       — Ну, может совсем немножко.       Джордж смешно ахнул и ударил его по ляжке, из-за чего парень только разразился смехом. Британец явно не был раздражён, но было забавно притворяться.       Пока ребята наслаждались свежеприготовленным блинчиками от тёти Клэр, Дрим аккуратно положил свою руку на талию британца. Тут же кончики ушей Джорджа покраснели, и сердце буквально остановилось. Сколько уже раз он не мог описать, как любил Дрима в такие моменты: когда они просто находились рядом, когда Дрим был ласков, будто котёнок, когда его хотелось обнять и больше никогда не отпускать.       Но Джорджи не успел опомниться, когда на часах пробило час дня, а семья только закончила есть. Брюнет помогал убирать со стола, когда почувствовал, что кто-то тянет его за рукав толстовки.       Это был Джуд, который смотрел в глаза британца с нервной улыбкой, переминаясь с ноги на ногу.       — Ты можешь помочь мне с моим Лего? – спросил малыш. Джордж не смог сдержать умиленного возгласа и без лишних вопросов пошёл за мини-версией Дрима обратно под ёлку, где стоял большой набор Лего "Гарри Поттер". Этот подарок Джуд получил от родителей, которые верили, что из него получится хороший архитектор.       К тому времени, когда они закончили достраивать зал Хогвартса, было уже пять вечера. А время и правда быстро летит в такие моменты. И Джордж резко поник, когда понял, что давно не видел Дрима, и даже стал беспокоиться. Не поймите его неправильно, ему нравилось проводить время с Джудом, но в конце концов он хотел побыть и с Дримом… Ведь для этого он прилетел?       Джорджи оставил Джуда в компании Гарри, а сам отправился на поиски Дрима. Их комната не была закрыта, парень хотел войти, но вдруг услышал голоса, доносившийся из неё. Британец прижался ухом к двери и понял, что Сапнап и Дрим говорят о… нём?       — Он мне очень нравится, Ник, — голос флоридца звучал почти болезненно. — Я готов ждать его хоть целую вечность.       — Ну, не нагнетай, я знаю, как ты его любишь, и держу пари, что он любит тебя не меньше, — ответил Сапнап, очевидно скрывая от друга, что знает о истинности чувств обоих.       — Я просто не хочу всё испортить, — произнёс Дрим, было слышно, как он нервно дергал ногой.       — Если Джорджу станет не по себе, он скажет об этом, поверь мне, Клэй.       Дрим ничего не ответил, лишь глубоко вздохнул, и техасец уже не знал, что можно сказать, чтобы поддержать друга. Поэтому ничего не оставалось, как, похлопав блондина по плечу, оставить его одного и дать время всё это обдумать.       В эту же секунду Джордж понял, что не мог сдвинуться, застыв как истукан, но он и не заметил, как Сапнап открыл перед ним дверь, бросив сверху вниз удивленный взгляд. Британец запаниковал и пытался себя вести так, будто он только подошёл.       — Хэй, там старшие предлагают фильм посмотреть, не хотите? — у Джорджа плохо получалось врать, и Сапнап буквально сразу же понял, что происходит, и лишь мягко улыбнулся.       Затем глаза техасца начали осматривать Джорджа сверху вниз, и его взгляд остановился на шее.       — Стоп, это что, засос?       Лицо Гоги в миг стало ярко-красным, а Сапнап тут же осуждающе посмотрел на Дрима, в его взгляде читалось:       «Да вы издеваетесь. К чему сейчас все эти сопли?»       — Нет, нет, совсем нет, — Джордж начал подталкивать парня из комнаты.       На удивление Сапнап ничего не ответил и ушёл, оставив парней наедине. После в комнате повисло неловкое молчание, и только Дрим осмелился произнести:       — Чувак, да мы не виделись целый день.       — Мы буквально видели друг друга 4 часа назад, — британец закатил глаза.       — Да, но я скучал по своему Гоги, — проворковала Дрим в ответ.       — Фе, перестань меня так называть, — он закрыл своё до сих пор красное лицо руками. Это ещё одна вещь, в которой Джордж никогда бы не признался. Эти милые прозвища Дрима заставляли его чувствовать себя нужным.       Джорджи наконец рассмеялся, скинув с себя всю неловкость, и сел на уголок кровати, где сидел и блондин.       — Джордж… — начал было бы Дрим, но британец уже вцепился в него и крепко обнял, будто не видел его целую вечность, прежде чем тот успел закончить. Тепло вновь окружило парней.       — Я скучал по тебе, — прошептал Джордж Дриму в плечо.       — Мы буквально виделись 4 часа назад, — передразнил флоридец, получив в ответ лишь хмурое ворчание.       Остальной остаток вечера они просто сидели на диване и смотрели подряд все спец. Рожественские выпуски сериалов и шоу, что показывали по телеку, хотя даже о половине из них ни разу в жизни не слышали, но это не мешало ребятам наслаждаться моментом. Уже довольно поздно, и, свернувшись калачиком, Джордж громко зевнул, вызвав у Дрима кроткий смешок.       Он всегда засыпал в объятиях Дрима, нравилось ему это или нет. Но флоридец никогда не жаловался.