Не твоя смерть

Часть 9.

Начну, пожалуй, сначала. Яркое солнце безжалостно слепило спешивших по своим делам горожан. Жизнь в городе кипела и бурлила, наполняя узкие улочки гулом из негромких голосов и цоканья копыт. Нэнси сидела на небольшом ящике и ничего не выдавало ее напряжения кроме чуть вздувшейся вены на лбу. Вокруг нее столпились солдаты гарнизона и кадеты из ее отряда. Солдат, сидевший напротив нее с веером из карт, стыдливо смотрел на Нэнси исподлобья. — У тебя нет вариантов. — как должное сказала девушка и кинув на импровизированный стол козырного туза, а за ним и короля, победно сложила руки на груди. Солдат, став ещё темнее тучи, забрал карты в свой веер и громко вздохнул, признавая победу мелкой соплячки. Толпа торжествующе взвыла. Нэнси лукаво улыбнулась, и победно глядя на своего соперника вскинула бровь. — Ну что, больше никто не желает сыграть со мной? А то я уже утомилась от сплошных побед. — девушка демонстративно вскочила с ящика и потянулась. После легко подхватив форменную куртку и перекинув ее через плечо, удалилась с ухмылкой, застывшей на бледном лице. Сегодня был хороший день. После вчерашней попойки с Жаном голова не пыталась расколоться на двое, тело не ныло, да и, впрочем, чувствовала себя Нэнси отлично. Лишь вчерашняя выходка Кирштейна немного напрягала что-то над желудком. Что это было, алкоголь, ударивший в юношескую голову, обострив подростковые гормоны или осознанный поступок с неким посылом для девушки. Эта мысль бурей заполняла все мысли девушки, стоило ей хоть на мгновение остаться одной. Надев куртку и выцепив взглядом кадетов с ее отряда, девушка коротко кивнула сокурснице, имени которой даже не помнила, и отправилась от внутренних ворот чуть вглубь города к небольшой площади, чтоб узнать обстановку у отряда, что патрулировал эту часть города, так же доложив о положении у внутренних ворот. — Эй малявка… Кхм… То есть кадет Х…Харрис, верно? — Солдат гарнизона окликнул девушку и быстрым шагом поравнялся с ней. — Так точно сэр. — Нэнси вежливо кивнула старшему по званию. — Меня Ханнес зовут. — Светловолосый мужчина с редкими усами и небольшой щетиной дружелюбно улыбнулся Нэнси. — Я хотел узнать, где ты так в карты научилась играть? Всех моих солдат обыграла, а эти разгильдяи годами штаны за этим делом просиживают. — Знаете, Ханнес, мой отец офицер военпола и я с детства проводила время в компании отцовских друзей, и училась отнюдь не только военному уставу, но и развлечениям, за которыми солдаты коротали время. Я на самом деле и не такое умею, это вы ещё не видели, как я мухлюю и карты подмениваю. — Нэнси звонко засмеялась, вызывая на лице Ханнеса лишь еще более широкую улыбку. — Ты молодец, наконец хоть кто-то этих засранцев на место поставил, вот им сейчас стыдно, что их сопляч… кхм… То есть девочка обыграла. — На лице Ханнеса промелькнула тень сожаления, будто он задумался о чем-то, но тут же собравшись вернулся в реальность. — Ты же тоже со 104го корпуса? Наверное, знаешь Эрена, Микасу и Армина? — Да, знаю, но мы почти не общаемся, можно сказать, что мы по разные стороны баррикад. — Девушка многозначительно развела руками, давая понять Ханнесу об их сложных отношениях. — Мой друг часто конфликтует с Эреном, так что нам не удается наладить общение, ведь я держусь за своих друзей. Правда один из них полный засранец, а второй постоянно оправдывает выходки этого мудака, но они мой спасательный круг в этом мире. — Ханнес понимающе кивнул и отвёл взгляд куда-то перед собой. — Я спас Эрена и Микасу в Шиганшине и очень привязался к этим проказникам, мне важно знать, что с ними все хорошо в этом гадком мире. — Нэнси неосознанно поежилась от слов капитана, ведь знала лишь что маму Эрена съел титан, больше ничего узнать ей не удалось, да и не то, чтоб сильно хотелось. — С ними все хорошо, хоть Жан и задирает Эрена, но Микаса всегда защищает его. Больше никто не обижает ваших… — Девушка на секунду замялась, подбирая нужное слово и пару раз щёлкнула пальцами. — Подопечных. — Я рад это слышать, но меня все ещё волнует рвение Эрена вступать в легион. Ох, никогда это хорошим не заканчивается… А ты куда планируешь пойти? — В военную полицию, буду жить поближе к семье и нос за пределы Сины не высуну. — Нэнси ухмыльнулась своим мыслям и вскинула голову к солнцу, что нежно лизнуло ее щеки тёплыми лучами, с каждым днём проявляя незаметные зимой веснушки. — Спасибо за разговор кадет Харрис и за то, что сыграла с нами в карты. Я рад, что с Эреном все в порядке и желаю тебе удачи! — Ханнес быстро начал удаляться от девушки сквозь толпу на другую улицу и обернулся, чтоб махнуть рукой на прощание. — До свидания, капитан, Вам тоже удачи. — Девушка пару раз махнула рукой и продолжила свой путь через узкие улицы, нелепо придерживая свой УПМ, чтоб не сбить ребенка или не дать по коленям какому-нибудь человеку. — Нэнси! — Долговязый парень с рыжими вьющимися волосами махал девушке с другого конца площади и дружелюбно улыбался во все 32. Макс был таким же кадетом 104го корпуса, с которым Нэнси изредка обменивалась парой слов между тренировок, ведь познакомились в первый день учебы. — Привет, Макс, как обстановка? — Подойдя ближе, Нэнси очаровательно улыбнулась и убрав с лица выбившуюся порядку, встала напротив юноши. — У нас все тихо и спокойно, кстати новая рубашка? Тебе очень идёт этот цвет. — Парень обворожительно улыбнулся и непозволительно долго рассматривал ее лицо, но прочитав в глазах девушки недоумение, резко отвёл взгляд. — Да, моя любимая водолазка попала под ночной дождь на верёвке и как ты понимаешь не высохла. Вот пришлось надеть рубашку, но знаешь, я не в восторге, слишком свободно. — Нэнси мило усмехнулась и окинув площадь взглядом набрала в лёгкие воздух, чтоб что-то сказать, но была грубо прервана. Громкий звук, будто тысяча молний сошлись в одной точке, разлетелся по Тросту и заставил целый город застыть в оцепенении. Паровое облако повалило из-за стены и постепенно увеличиваясь открыло людям страшную картину, картину того, насколько ничтожен весь их мир, вся их жизнь и клетка, в которой они прячутся уже столетие. Огромная голова колоссального титана возвышалась над 50и метровой стеной, заставляя почувствовать, насколько жалки для него эти заборчики, что люди зовут своим спасением. Паника охватила горожан, все резко ринулись в сторону внутренних ворот, люди выскакивали из своих домой, бросая все свои дела, хватая детей и пытаясь унести ноги. Лишь Нэнси стояла как вкопанная. Она ни разу не видела титана и это зрелище было отнюдь завораживающим. Мысль, насколько те были больше и сильнее людей не давала ей прейти в себя и кинуться сломя голову спасать свою тощую задницу. Резко, кто-то схватил Нэнси за руку и потащив в сторону ворот, вырвал ее из водоворота мыслей Нэнси посмотрела на Макса. Его розоватое лицо стало бледным, словно лист бумаги, зрачки заволокли собой серо-зеленую радужку почти полностью, а каждый жест был будто ломаным. Длинноногий парень бегал быстрее девушки, но сейчас тащив ее за руку заметил, что она не отстаёт от него ни на метр, видимо задержавшееся осознание случившего придало ускорения и помогло разогнать кровь по телу.

Часть 10.

Нэнси стояла между Марко и Жаном, слушая свой приговор. Девушка была брошена на передовую в отряд под командованием рыжеволосого Макса. Бросив мимолётный взгляд на сосредоточенного юношу, девушка подметила насколько он был напряжен. Опустив взгляд на свои руки, Нэнси увидела, насколько они трясутся. Когда приказы были озвучены, кадеты отдали честь и быстрым шагом начали разбредаться по небольшой площади, формируя отряды. Нэнси посмотрела на Марко, стоящего рядом. Его лицо и губы побледнели, глаза искрились страхом, но он продолжал прямо стоять, будто совсем не боится. Но это неправда. Страшно было всем. Сжав холодную ладонь Марко своими руками, Нэнси осторожно заглянула Марко в глаза и сдерживая слезы прохрипела: — Марко, пообещай мне, что вы будете живы. — Конечно мы выживем. — Марко лучезарно улыбнулся и потрепал другой рукой волосы Нэнси. Марко мягко отстранился от девушки и повернулся к Жану. Тот был бледнее листа бумаги. Его вечно горящие жизнью глаза потухли и как же Нэнси сейчас хотелось увидеть на его лице ту самую противную ухмылку, а не этот взгляд полный страха и сожалений. — Нэнси! — Девушка резко повернула голову. Ник стоял с другого конца площади и выискивал дочь в толпе. — Иди сюда скорее, мы уезжаем, я обо всем договорился. Нэнси посмотрела на отца, потом на друзей. На их лицах застыло удивление. — Простите, простите меня, я… Я недостойна быть вашим другом. — Будто в бреду шептала девушка, делая неуверенные шаги в сторону отца. Вдруг Жан резко схватил ее за рукав и притянув к себе, заключив в объятия. Наклонившись к уху девушки, трясущимся голосом зашептал: — Я.я рад, что ты уедешь от этого ада, но если вдруг мы с Марко… — Жан будто споткнулся о свои же слова и замявшись на секунду продолжил — Короче, зайчиха, поживи за нас немного и не забывай, что когда-то у тебя были такие друзья. Слезы предательски покатились по щекам Нэнси, она глухо всхлипывала, хватаясь за куртку Жана, будто за опору, без которой она вот-вот упадет. Схватив Нэнси за щеки, Жан заглянул в ее зелёные глаза в последний раз и нежно поцеловал в лоб. — А теперь, уходи отсюда подальше. — Развернув Нэнси на 180, он подтолкнул ее в сторону отца и сделал два шага назад. Девушка сделала ещё несколько шагов в сторону Ника и остановившись крепче сжала кулаки. Ногти снова вонзились в едва зажившие раны и боль будто отрезвила Нэнси. К ней наконец пришло осознание ситуации и положения, в котором находятся близкие ей люди. Берта… Она уже где-то там, на пути к титану, который может сожрать ее. Подтерев слезы рукавом, Нэнси пошире распахнула глаза и будто пробуя каждое слово на вкус сказала. — Нет… Я… Никуда… Я никуда не уйду. Я не позволю своим друзьям умирать, пока я сижу дома и попиваю чай с матушкой. Я буду стоять с ними рядом и сдохну прям тут если понадобится! — Последние слова сорвались на крик и резко зажав рот руками, Нэнси развернулась и побежала в поисках своего отряда. Ник ещё долго кричал что-то в след дочери, но другие офицеры полиции быстро запихали его в черный экипаж. Вот и все, она только что подписала себя не только на смерть, но и на наблюдение за чужими смертями в первом ряду. — Ты совсем ненормальная! Какого хера ты не уехала с отцом? — Жан перегородил дорогу девушке, и та чуть не потеряла равновесие, врезавшись в него. — Я. Я сама не знаю. Но пути назад уже нет. — Нэнси гордо задрала подбородок, глядя Жану в глаза и надевая свою самый спокойную маску, чуть отодвинула его, продолжая идти в сторону Макса, который уже собрал отряд и был готов выдвигаться. Никто не понимал сколько они уже находятся в этом аду. Десять минут, а может полтора часа. Отряд из пяти человек был все ещё в полном составе и осознание этой мысли хорошо поднимало уверенность всех кадетов. — Десятиметровый в пяти кварталах, прикончим же этого засранца! — Выкрикнул Макс указывая лезвием в сторону гиганта. Послышались звуки выпускания тросов и весь отряд кроме Нэнси отправился к цели. Ее левый трос заклинило. Она стояла и безрезультатно продолжала нажимать на курок. — Что случилось? Неужели привод заклинило? — Макс подбежал к девушке и опустившись на одно колено протянул руки к ее приводу. — Все нормально, я разберусь. — Голос Нэнси чуть срывался на гласных, но спокойствие на лице скрывало весь пожар внутренних волнений. Макс несколько раз стукнут по приводу, где-то что-то поковырял, подёргал и отошёл. — Попробуй так, должно сработать. Нэнси нажала на курок и левый трос шумно выстрелил. — Спасибо тебе. Все тело резко дёрнулось и ноги оторвались от земли. Это чувство полета и свободы всегда вызывало искреннюю радость у Нэнси на тренировках, но сейчас от этих теплых эмоций ни осталось ни следа. Хотелось лишь кричать и плакать от первобытного страха стать лёгкой добычей. Отряд приблизился к титану. Кадеты, словно мошкара окружили титана, а тот лишь махал руками, пытаясь схватить кого-нибудь из них. Вдруг из ниоткуда появился ещё один Десятиметровый и семиметровый гиганты. Отряд разделился. Нэнси и ещё какому-то кадету достался Десятиметровый. Они с напарником кинулись окружать титана с разных сторон. Вдруг, протянув левую руку, титан резво схватил напарника девушки и не церемонясь раскусил его напополам, орошая близлежащие крыши кровью. Страх парализовал девушку на несколько мгновений, но расстояние между ней и шеей титана неумолимо сокращалось. «Вспомни как было на тренировке. Метр в длину, десять сантиметров в ширину, ничего сложного же правда?» Истеричный смешок сорвался с губ девушки и сильнее замахнувшись она нанесла удар. Горячая кровь залила лицо и глаза, обжигала руки и пачкала форму. Приземлившись, нет, свалившись на соседнюю крышу и прочистив глаза, девушка увидела лишь как двух кадетов с ее отряда жрет другой Десятиметровый, а Макс слишком далеко. Собрав себя в кучу, покрепче сжав клинки в руках, Нэнси побежала к титану. Сквозь страх и стиснутые зубы, она выпустила тросы и приблизившись к слабой точке нанесла удар. Всего один, точный и аккуратный, будто выполненный хирургом разрез. Кровь от титана на ее лице и форме продолжала шипеть и уже через минуту полностью испарилась. Белые брюки стали вновь идеально чистыми, а форменная куртка будто только из прачки. Макс приземлился на крышу рядом с Нэнси. Его рыжие волосы растрепались, а некоторые пряди аккуратными кудряшками прилипли ко лбу. — Ты как? — Их… Их всех сожрали… Не церемонясь, не давая шанса на ошибку. Для командования мы лишь пушечное мясо, что забросили на передовую, чтоб задержали этих монстров стеной из своих трупов. — Глаза девушки расширились от страха, а на лице отпечаталась тень потери отряда. Ее голос не дрожал, она говорила это как факт, до тошноты обыденный и понятный даже младенцу. Все понимали это, но никто не обращал внимания. — Эй, но мы с тобой выжили. Наши товарищи отдали жизнь за человечество, и мы должны жить, чтоб чтить их память. — Макс постарался улыбнуться, для поддержки, но получилось лишь грустно ухмыльнуться. — Память говоришь? Я даже их имен толком и не знала, но знаешь, пусть лучше они умерли за человечество, чем за нас с тобой. — Нэнси подняла голову и посмотрев Максу в глаза попыталась улыбнуться. — Давай, нам нужно присоединиться к другому отряду и доложить о потере трёх кадетов. Резко сорвавшись с места и перепрыгивая с крыши на крышу, Нэнси была похожа на серого зайца, который пытался спастись от рыжего лиса, но тот сам искал спасения, следуя за заячьим духом. Дом за домом, переулок за переулком, улица за улицей. Нэнси с Максом бежали по крышам монотонно отстукивая каблуками сапог. Кажется, девушка даже успела о чем-то задуматься, но из этого состояния ее вырвал резкий толчок. Она нелепо повалилась на крышу и ободрав ладони о дешёвую черепицу вскинула голову. Десятиметровый гигант, сжимал Макса все сильнее и тащил к своему отвратительному, огромному рту. Нэнси как зачарованная смотрела на это, но снова оторванная от своего мира резким криком Макса сорвалась с места и направилась к титану. Когда девушка нанесла смертельный удар, титан не спешил выпускать Макса из рук и протащив его тело по нескольким крышам и обломкам стен домов, наконец свалился. В считанные секунды Нэнси успела подхватить тело Макса и аккуратно приземлившись возле угла дома, уложила его на землю. Он был ещё бледнее, чем сама девушка. Глаза потеряли всякий блеск, а из-о-рта стекала кровь. Мелкие царапины и раны были усеяны по веснушчатым щекам и напоминали о хрупкости человеческой жизни. Опустив глаза, девушка увидела разорванную форму, многочисленные раны и царапины от камней и крыш, но самое страшное было не это. Ровно по поясу Макса делил напополам огромный укус. Гигант не успел раскусить его пополам, а лишь порвал своими зубами мягкие ткани живота. Нэнси резко схватилась руками за рану Макса, пытаясь сильнее надавить и остановить кровь. — Нэнси… — С кашлем вырвалось из груди Макса. — Беги, мне ты уже не поможешь. — Нет! Я не могу тебя бросить, сейчас, мы найдем чем перевязать рану и доставим тебя в лазарет, тебе нужно лишь немного встать и… — Она не успела закончить, как Макс ее перебил. — Нэнси, я истекаю кровью, а мой позвоночник перекушен, я не чувствую своих ног и не смогу даже привстать. — Его серо-зеленые глаза заволокла пелена из слез, и он по-доброму улыбнулся. — Так что спасайся сама, пока у тебя есть возможность. — Я без тебя никуда не уйду, тебя обязательно вылечат, и ты будешь жить, чтоб чтить тех ребят! — Глаза девушки так же заполнились слезами, а хрипящий голос срывался. Макс осторожно, будто боясь поранить, оторвал руку от своей раны и положив свою ладно на щеку Нэнси сказал — Живи и помни меня. Ты должна выжить сегодня, чтоб я знал, что не напрасно отдал свою жизнь за тебя. Живи и помни, что когда-то был такой парень Макс, который спас тебя и просил прожить долгую и счастливую жизнь за всех, кто умрет сегодня. — Слезы потекли по его бледным щекам, смешиваясь с кровью, он ещё сильнее улыбнулся, глубоко вздохнул и закашлялся. Нэнси ничего не смогла ответить. Она лишь горько зарыдала, прижимая ладонь Макса к своему лицу. Просидев так ещё немного, она открыла и посмотрела на Макса. Он лежал все так же, его холодная ладонь все так же была на щеке Нэнси, а стеклянные глаза смотрели вверх. В них отражалось небо, такое чистое и недоступное. Девушка нежно убрала ладонь юноши со своего лица, оставляя кровавый след на своем лице мягким движением закрыла незрячие глаза юноши. Эта кровь никуда не испарялась и не пропадала. Она оставалась там, куда попала, напоминая о всех смертях и всех людях, что сложили головы на этой безумной войне. Тихо выдохнув, Нэнси обтерла окровавленные руки о белые брюки и горячие слезы огромными каплями покатились по ее щекам. «Ну почему, почему эта форма создана для того, чтоб кровь была так видна. Неужели специально, чтоб люди не тешили себя надеждами на выживание и не забывали о смерти. Так стоит ли вообще сражаться, если мы все однажды одинаково закончим в желудке у титанов. И зачем мне жить сегодня, чтоб умереть завтра со свернутой шеей и раскушенной пополам. Я просто хочу сдаться и принять свою судьбу как все, как Макс… Прости меня, я не смогу сдержать твою просьбу, не того человека ты выбрал для этого. У меня нет сил чтоб жить за себя, а за других и подавно.» Нэнси грустно усмехнулась и пристегнув пульты к поясу повалилась на землю, препираясь спиной к стене. Ее не волновал десятиметровой титан в трёх кварталах от нее, не горькие слезы, стекающие по лицу, оставляющие кровавые разводы, ничего больше. Она была готова умереть здесь и сейчас, просто принимая свою бесхребетность и глупость как должное.

Часть 11.

Гулкие голоса смято доносились до слуха Нэнси, и она не могла разобрать слов, или не хотела. Они что-то говорили… Или нет кричали. Но что же они кричат… Ее имя? Знакомый голос истерично выкрикнул ее имя, послышался звук приземления и ее резко схватили за плечи. Нэнси глубоко и громко вздохнула, будто только вынырнула из-под воды и уставилась на того, кто потревожил ее смерть. — Боже, Нэнси, я так испугался, я увидел твое тело и подумал… подумал… что ты.ты умерла. — Жан все так же держал девушку за плечи и смотрел ей в глаза — Я. Я. отпусти меня и иди куда шел. — Немного грубо и отстранённо сказала Нэнси прикрывая глаза. — Да ты вся в крови, ты ранена? Или это… — Взгляд Жана зацепился за окровавленное тело Макса в нескольких шагах от них. — Я не смогла его спасти, не смогла спасти всех остальных… Я устала бороться за их жизни, а за свою тем более. — Нэнси устало опустила глаза. — Что ты такое говоришь! Они отдали свои жизни за твою. Твою тупую голову чтоб ты сдохла прям тут? Сражайся и не обесценивай чужие жизни, ничья из наших жизней не стоит 4х человек. Ты должна помнить это и доказывать, что достойна всех тех, кто сложил голову за тебя. — Жан тряхнул Нэнси и зло прошептал. — Так что встала и продолжила сражение, пока кто-нибудь не донес на тебя командованию и тебя не затащили на эшафот. Соленые слезы вновь потёки по щекам девушки и закрыв лицо руками, растирая щеки и создавая кровавые разводы, она медленно подняла голову и посмотрела на Жана. Он сидел возле нее, такой спокойный и воодушевленный своими словами. Будто был рождён для того, чтоб вести других за собой, даже если впереди всех ожидает один конец в братской могиле. — А ты неплохо мозги промываешь. — Нэнси выдавила из себя нечто похожее на усмешку и заставила Жана улыбнуться. — Раз ты так считаешь, раз ты понял эту простую истину, то кажется твоя голова стоит чуть больше моей. Раз ты не сдался после первой смерти, а смог заставить сражаться себя дальше. И меня смог, так что я буду сражаться и буду готова отдать свою жизнь, которая уже стоит 4х солдат, за твою. Спасибо тебе. — Нэнси нежно провела рукой по щеке Жана и аккуратно встала. Голова немного кружилась, ноги подкашивались, но в целом она была в порядке. По крайней мере физически точно. Прошло ещё немного времени прежде, чем кадеты поняли, что их баллоны почти пусты. Приказ отступать был отдан, но какой в нем толк, когда ты и до стены не дотянешь. В баллонах Нэнси было достаточно газа чтоб добраться до стены, но не хватит, чтоб забраться по ней, если только немного. И эти мысли отнюдь не утешали. Они все сидели на крыше и молча ждали своей участи. Жан с Марко сидели неподалеку от Нэнси, но вот из компании Берты она видела лишь Армина. Интересно, в какой отряд она была перегруппирована. Куда заброшена и с кем стояла плечом к плечу. Гадкие мысли змеиным клубком ворочались в мыслях девушки, не давая ей вернуться в жестокую реальность, где требовалась любая идея для спасения. — Чёртовы отряды поддержки. Надеюсь, они все там передохли к чертям. — Грубо сплюнула девушка куда-то в пустоту. — Не говори так, Нэнси, газовое хранилище наверняка заполонили трех-четырехметровые, а справиться с ними в такой ситуации почти что невозможно. — Марко мягко смотрел на девушку пытаясь успокоить ее в ожидании неизбежного для всех. — Она права, Марко. Мы все просто сидим тут и ждём своей смерти, а все из-за этих трусливых мудаков. Блять, почему сегодня, уже завтра я был бы за внутренней стеной и не пришлось бы… — Жан остановился, глядя на Нэнси. — Прости Нэнси, жизнь и в правду полное дерьмо. Вдруг в паре метров от девушки кто-то приземлился. Это была Микаса. — Ребят, вы видели сигнал к отступлению? Почему вы ещё не. — ее взгляд прошёлся по скорбным лицам ребят и она поняла все без слов. — Армин, где Эрен, вы же были в одном отряде, верно? Тело Армина напряглось, его руки затряслись, но собрав себя в кучу он медленно начал: — Томас Вагнер, Мина Каролин, Нак Тиз, Миллиус Зермушки и… и Эрен Джаггер, все они геройски погибли исполняя свой долг. Эрен погиб, спасая меня, но ради чего. Я так и не смог ничего сделать. Микаса, прости меня. — его голос сорвался на горькие рыдания, и он сжался ещё сильнее. Микаса обняла Армина и тихо сказала — Армин, успокойся, сейчас не время давать волю чувствам и эмоциям, нам нужно думать, как выбраться живыми их этого ада. — Если мы уничтожим всех титанов вокруг штаба, то у нас появится возможность пополнить баллоны и перебраться через стену? — Микаса посмотрела на Марко и вопросительно подняла бровь. — Я правильно понимаю? — Ээ ну да, но даже если ты с нами, то их там столько, что… — Марко резко замолчал под пристальным взглядом Микасы. — Слушайте все. Вы знаете, я сильна. Сильнее всех вас, но вы даже не представляете насколько. И мне под силу нашинковать всех этих тварей в салат. Если потребуется, то и в одиночку. — Ее потухшие глаза смотрели куда-то далеко, но голос не дрогнул. — Что же до вас, то вы просто кучка бесхребетных трусов. Это печально, воистину печально. В таком случае вам и остаётся лишь наблюдать за зрелищем, сидя в первом ряду, завистливо хлопая глазками. Микаса резко оголила оба клинка и резко дернувшись направилась к штабу, уверенно маневрируя между домов. — Ты что решила пристыдить нас. Это все из-за тебя Эрен Йегер, чертов ты засранец. — Жан покрепче сжал кулаки и вскочив с места закричал. — Эй лоботрясы, не знаю как вы, но я не припомню, чтоб у нас было принято отправлять девушек сражаться в одиночку. Поторапливайтесь, иначе закончите свое в желудке титана или на военном трибунале. — Его глаза горели необъяснимым пламенем, будто все его рвение к жизни в один момент собралось в кучу и придало сил. Он быстро сорвался с места и сиганув с крыши быстро взмыл в небо. Кадеты, один за другим последовали его примеру и через минуту на крыше осталась лишь Нэнси. Девушка стояла и смотрела вслед удаляющимся фигурам товарищей. Они были все так воодушевлены, жаль, что ей это было чуждо. Она умерла там, рядом с Максом и своим отрядом, умерла бесповоротно и навсегда. Зачем же умершему однажды бежать от смерти вновь. Она опустила глаза и посмотрела на свои окровавленные брюки, потом на разодранные ладони и наконец прикоснувшись к щеке, почувствовала запёкшуюся кровь. Ее руки затряслись, а по щекам вновь потекли слезы, обжигая лицо. «Но ведь, ведь я обещала Жану жить, жить ради того, чтоб все смерти были не напрасными, ради того, чтоб однажды отдать свою жизнь не впустую, а за того, кто этого достоин, и я отдам ее. Посвящу свое сердце человечеству и друзьям, откину все мысли о спокойном будущем и старости и выполню обещание Макса, поживу за него, но умру за других.» Девушка, оголив клинки, чуть наклонила один отражая солнечный свет и прижав его к груди, поймала носом дождевую каплю. Одна за одной, вода начала капать с неба, превращаясь в сильный дождь. Нэнси ловко спрыгнула с крыши и с шумом выпустив троса, направилась в сторону штаба. Добравшись до штаба и влетев в разбитое до нее окно, Нэнси увидела лишь кучку забитых ребят, которых окружили те, кто только прибыли и Жана, который тряс за воротник одного из этих кадетов. — Что у вас происходит? Жан, отпусти этого беднягу, ты из него уже все выбил. — Ровным голосом, ничего не выражающим, проговорила Нэнси. — Нэнси! — Девушка повернула голову и успела заметить лишь как небольшая фигура налетела на нее. — Боже, ты вся в крови, ты не ранена? Я так испугалась, когда узнала, что тебя забросили в центр, боже, я так волновалась. — Берта все крепче обнимала Нэнси за шею, по ее щекам текли горячие слезы и смешивались с кровью на куртке Нэнси. Девушка нерешительно обняла подругу, но через мгновение крепче всем телом вжалась в нее, будто боясь отпустить. — Это не моя кровь, я в порядке, правда. А тебе повезло, что ты попала в поддержку. — 3-4х метровые заполнили хранилище, мы ничего не смогли сделать, ведь… — Девушка замялась. Обведя глазами комнату, она задержала свой взгляд на бледных и трясущихся кадетах, забившихся в угол, на парне, что снёс себе голову от безысходности и на том, которого только что трепал Жан. — Мы просто ничего не могли сделать. — Девушка отвела взгляд и отстранилась от подруги. Нэнси немного огляделась и подошла к Жану. Тот стоял и уткнувшись лбом в свой кулак, что-то тихо говорил. — Сколько людей погибло по моему приказу. Я… Я повел их сюда и все они умерли лишь по моей вине. Нэнси аккуратно положила свою ладонь на плечо Жана. Он повернулся к ней и в порыве крепко обнял. Ему нужна была опора, чтоб не сломаться в этой ситуации и Нэнси не была против. Она лишь молча стояла и наблюдала за ситуацией. Как вдруг их прервал громкий звук. Мелкие и крупные камни полетели в разные стороны, заставляя всех прикрыть головы, но Нэнси лишь обняла Жана, а тот крепче сжал кольцо из своих рук. Она вжимала свою голову в его грудь, пряча себя от громкого звука неизбежности. Титаны оторвали кусок стены. Их оказалось слишком много в одном месте и теперь им была уготована лишь смерть. Две отвратительные рожи смотрели на все происходящее внутри, но Нэнси была в первом ряду. Снова. Осознание пришло не сразу. Все тело пробило мурашками, словно тебя окатило ледяной водой из ведра. Мысли мгновенно зашевелились, заставляя принимать решение в сотни раз быстрее. Но они стояли и лишь смотрели прямо в эти пустые, будто стеклянные, глаза. — Неужели так глупо и умрем. — Протянула Нэнси как факт. С ее губ сорвался истеричный смешок и не в силах сдержать порыва, она звонко рассмеялась. Но тут же она снова напряглась всем телом, вытянулась будто по струнке и вновь натянув маску безразличия уставилась в брешь. Огромный кулак сбил двух титанов одним ударом. Это был пятнадцатиметровый аномальный. Он не обращал внимания на людей, но очень жестоко расправлялся со своими сородичами. Тут же в окне появились несколько фигур и снова обсыпав всех градом из стекла, в комнату влетели Армин, Конни и Микаса. Берта тут же кинулась к Армину с Микасой. Налетев на Микасу, она крепко ее обняла, после повисла на Армине. Чуть отстранившись от ребят, она радостно улыбнулась и заглянув в их пустые глаза, осторожно спросила: — Ребят, а где Эрен, он уже за стеной? Армин сжался и чуть прикрыл рукой лицо. Микаса напряглась и опустив голову сжала кулаки. — Берта, Эрена сожрали… — Аккуратно и медленно прохрипела Микаса. На лице Берты начался водоворот эмоций, но в итоге застыл дикий ужас. Слезы начали стекать по щекам, руки затряслись, а из груди начали вырываться глухие всхлипы. Нэнси аккуратно приблизилась к подруге и обняв ее, позволила расплакаться ей в плечо. — Кажется тут есть склад старого военного оружия и если мы сможем с ним совладать, то у нас получится очистить хранилище. — Все удивлённо посмотрели на Армина, даже Берта перестала плакать, а лишь с надеждой посмотрела на блондина со светящимися глазами от собственного плана. План, заключающийся в том, чтоб ослепить титанов выстрелами в глаза, а после убить сработал почти идеально. Семь титанов в газовом хранилище были уничтожены, и кадеты смогли пополнить запасы газа. Нэнси и Берта стояли на небольшом балкончике штаба и смотрели на обречённый город. В их глазах застыло лишь разочарование в этой жизни. Две девушки. Такие разные судьбы и мечты, но такой одинаковый переломный момент, сломавший что-то внутри. То, что уже не починить. Нэнси протянула подруге плотно набитую сигарету и достав спичечный коробок пару раз чиркнула. — Где ты их достала? — Берта осторожно посмотрела на подругу. — Подрезала у гарнизоновских, пока в карты играли, но какая сейчас разница. В этом пиздеце никто уже и подавно не хватится пачки сигарет. Этим и лучше. — Нэнси поднесла спичку к сигарете и втянула воздух. Горький дым окутал лёгкие, заставляя лишь морщиться, но через пару крепких затяжек расслабил ум и тело, унимая дрожь в руках. — А помнишь, как мы воровали сигареты у твоего отца? — На лице Берты появилась лёгкая улыбка. — Хах, такое забудешь, он, наверное, до сих пор думает, что по пьяне скурил пол пачки за час. — Нэнси рассмеялась, заставляя Берту все шире улыбаться. — Хорошее было время. — Девушка аккуратно потушила сигарету об ограждение и скинув бычок, проследила за его падением. Берта, сделав последнюю затяжку, чуть закашлялась, но сделав пару глубоких вдохов, повторила за подругой. — Давай, пора возвращаться домой. У других уже, наверное, все готово. — Нэнси развернулась и быстро пошла к остальным. Домой. Как можно называть домом эту клетку, которую в любой момент могут сломать. Дом должен быть безопасным местом, а тут все люди лишь ждут момента, когда их сожрут. Но что лучше, всю жизнь сидеть внутри стен, боясь за свою шкуру, или откинув свои страхи стать свободным и хоть раз увидеть мир за стеной. С каждым мгновением Нэнси лишь видела приближение стены. Берта бежала плечо к плечу слева, остальные же кадеты были чуть впереди. Стена, такая величественная и непреступная, защита всего человечества, но для них всех это в прошлом. Теперь эти молодые умы осознали, насколько ошибались, называя свою западню домом. Добравшись ближе к стене, Нэнси услышала, как некоторые уже были наверху стены и сделав глубокий вдох она нажала на курки пультов. Тросы шумно закинули якоря повыше и подпрыгнув, Нэнси приземлилась на стену. Приземление вышло скомканным и чуть подвернув лодыжку, она продолжила свое движение по стене. — Черт, не хватило тросов до верха, придется перецеплять. — Шумно выдохнув, Нэнси повторила манипуляции с пультами. Правый трос вылетел на полную длину, а левый, размотавшись лишь до середины остановился. Глаза Нэнси округлились от страха. «Что? он не мог заклинить или сорваться!» Пока мысли бурным водоворотом уносили сознание девушки, стена приближалась лишь быстрее. Впечатавшись ногами в стену и окончательно подвернув правую лодыжку, физика сыграла с девушкой злую шутку и не позволив даже перевести дух, припечатала ее всем телом к шершавой стене и протащила пару метров вправо. Голова разрывалась от боли от удара, многочисленные царапины на правой стороне лица и плечах кровоточили, а ее обмякшее тело, словно ненужная марионетка, повисло на стене, удерживаясь лишь на одном тросу. Сознание медленно покидало тело девушки и перед тем, как отключиться она видела лишь верхний край стены, докуда уже добрались некоторые кадеты.