Преступник

В среду после происшествия Гарри в отделе Драко получил сову. Это было невероятной удачей, потому что дни Драко начали уже сливаться у него перед глазами, разделяясь только на дни с Гарри и дни без него. Было очевидно, какие из них Драко предпочитал, но он убедил себя не надеяться на то, что Гарри свяжется с ним раньше, потому что это только привело бы к разочарованию и раздражению и, в конце концов, свело бы его с ума. Он был почти уверен, что и так уже на грани. Поэтому когда утром невзрачная сова уронила клочок бумаги в его яйцо-пашот, Драко приятно удивился, обнаружив, что записка была от Гарри — если под «приятно удивлен» можно понимать то, что он вздрогнул, разлив чай на свежий номер «Ежедневного пророка», вскрикнул, совсем как девочка-подросток, и чуть не зашиб сову, пытаясь удержать её на месте. Что ты знаешь о мебели из IKEA? — Гарри Драко тут же достал ноутбук Блейза и нашел все что мог об IKEA: по-видимому, это была не отличающаяся оригинальностью скандинавская дизайнерская марка. К сожалению, Драко почти не умел пользоваться компьютером, а потому его исследование закончилось на главной странице их сайта, но по крайней мере он не будет выглядеть полным идиотом в глазах Поттера. Драко поспешил ответить на записку Гарри: Уже требуется моя помощь, Поттер? Ты и правда бесполезен. Буду через час. Он надел узкие серые брюки и бледно-голубую рубашку, которая красиво оттеняла его глаза — образ который Драко использовал, когда хотел впечатлить кого-то — и отправился на встречу с Гарри в его новый дом в Велвине. Вскоре Драко обнаружил, что мебель из IKEA на самом деле была изобретена и спроектирована настоящим садистом, так что его энтузиазма на близкое общение с ней хватило на каких-то двадцать пять минут. Однако он заверил Гарри, что будет оказывать ему моральную поддержку прямо с ковра, на котором Драко устроился со стопкой журналов и принялся внимательно изучать страницы с мебелью от других производителей. На что Гарри обозвал его ленивым ублюдком и еще несколькими прозвищами, на которые Драко предпочел не обращать внимания. Несмотря на пытку собиранием мебели Драко очень нравился новый дом Гарри. Тот все еще был практически пуст, но атмосфера в нем царила прекрасная: здесь было светло и просторно, не то что в сырых темных комнатах на Гриммаулд-Плейс. И Драко нравилась компания Гарри. Ему нравилось, как он хмурился, разглядывая загадочные схемы мебели, и перебирал пластиковые ручки и пакеты с винтиками. От него пахло бескрайним лесом, чаем с медом и рюмкой виски, и, несмотря на то, что терпения у Гарри было не больше, чем у Венгерской хвостороги, он все равно излучал счастье, занимаясь обустройством своего нового дома. Переезд был не самой приятной задачей, но Гарри взялся за него с энтузиазмом, упаковав и отправив почти все свои вещи в Велвин за несколько дней. И счастье, как оказалось, смотрелось до ужаса привлекательно на Гарри. Он светился, улыбался и смеялся, и Драко казалось, что он может умереть от переполнявших его чувств к нему. — Я знаю, что мы планировали встретиться в четыре часа на следующей неделе, но мы можем перенести встречу на два? — спросил Гарри со своего места, где он сидел на коленях, окруженный деревянными панелями и островком какой-то дьявольской штуковины под названием Bryggja, что, вероятно, на шведском означало «книжный шкаф смерти и надвигающегося развода». — Думаю, я смогу втиснуть тебя в свое расписание, — ответил Драко, медленно переворачивая страницу журнала. — Спасибо, — ответил Гарри, рассматривая винты у себя на ладони. — Мне нужно кое-где быть в пять. — Горячее свидание? — спросил Драко, изображая безразличие. Мысль о том, что Гарри может пойти на свидание, заставила его вспотеть, и Драко почувствовал, как завтрак подкатывает к его горлу, но он должен был знать наверняка, как бы странно это ни выглядело. Гарри фыркнул и выбрал винтик из горсти, прищуриваясь на него — его глаза почти перекрестились за стеклами очков: — Нет, дружеская встреча. Драко снова перевернул страницу журнала, хотя на самом деле не смотрел в него, а наблюдал за Гарри из-под ресниц: — А этот друг знает, что это не свидание? Гарри оторвался от своих винтов: — Что? Нет, — он тяжело вздохнул. — У меня день рождения. Гермиона устраивает вечеринку, хотя я говорил, что хочу просто тихо посидеть где-нибудь. Но она думает, что мне понравится, и кто я такой, чтобы отказываться? Драко уставился на Гарри: — У тебя день рождения? — Да, на следующей неделе. Я вроде так и сказал, нет? — А ты вообще собирался рассказать мне? — Рассказать тебе… почему я должен был рассказать тебе? Драко фыркнул и посмотрел на Гарри своим самым снисходительным ты-такой-идиот-мне-стыдно-что-я-влюбился-в-тебя взглядом. — Если я хочу найти подходящий подарок, было бы мило, если бы я знал о дне рождения чуть раньше, чем за несколько дней, Гарри. — Ты хочешь подарить мне что-нибудь? — удивился он. — Я хочу найти для тебя самый лучший подарок. Я хочу, чтобы все остальные почувствовали себя жалкими идиотами, потому что мой подарок настолько идеален и превосходит их подарки, что они всерьез задумаются о том, а должны ли вообще быть в твоей жизни. — Это… странно. И очень похоже на какое-то глупое соревнование. Но еще и довольно мило? — ответил Гарри со слегка смущенной улыбкой. Драко зыркнул на него. — Неважно, — сказал он, снова возвращаясь к чтению. — Я принимаю вызов. Ты предпочитаешь французскую или немецкую посуду, потому что я заметил, что тебе не хватает… Боже! — Что? — вскинулся Гарри. Он поднялся с колен и подполз к Драко туда, где тот лежал, растянувшись на ковре. Драко захлопнул журнал, но придержал нужную страницу пальцем. — Что там? — заволновался Гарри. Драко сел, скрестив ноги. Он прижал журнал к груди и сделал глубокий вдох: — Прошу прощения. Мне нужно немного времени, чтобы прийти в себя. — Просто скажи уже, в чем дело. Обязательно быть таким драматичным придурком? — Я, может быть, и драматичный придурок, но по крайней мере я не позировал в одних трусах для женского журнала. Боже, Поттер! Они смазали тебя маслом, словно рождественскую ветчину! Гарри попытался вырвать у него журнал, но Драко увернулся. — Ну уж нет. Я оставлю его себе. Поверить не могу, что еще не видел эту фотосессию. — Эту? Ты видел другие? Драко проигнорировал его. Он снова вернулся к журналу, и, Мерлиновы титьки, это действительно было что-то. На открытой им странице Гарри красовался в одних только белых боксерах с серым поясом, а мускулы его живота сияли. Драко наблюдал за тем, как он обхватывает шею рукой и опускает подбородок и глаза. Это было очень похоже на Гарри: он выглядел робким и немного зажатым. Но затем на его губах появилась игривая улыбка, которая переросла в ухмылку — и Драко только невероятным усилием воли удержался от того, чтобы не поправить член через брюки. — Это была идея фотографа. Я не умею позировать, поэтому просто делаю то, что мне говорят, — сказал Гарри, потирая пальцами глаза под очками, его щеки покраснели. — Спасибо Мерлину, иначе вместо этого я бы любовался фотографией, на которой ты в поношенных кроссовках и растянутом свитере поднимаешь вверх большой палец. — Не понимаю, прикалываешься ты или серьезно. — О том, что ты выглядел бы нелепо на фотографиях без стилиста? Нет, конечно. — Господи. Я не видел этих фотографий. Духу не хватило. Дай взглянуть. Гарри поморщился, когда Драко передал ему журнал, и почти сразу же швырнул его обратно. Драко аккуратно разгладил страницу. — Я выгляжу как мудак. — Ты выглядишь чертовски сексуально. Брови Гарри приподнялись. — Я подозревал, что ты прячешь что-то стоящее под этой ужасной одеждой, — продолжил Драко. — Но и подумать не мог, что там скрывается такое! Румянец Гарри стал еще ярче: — Ты всегда говоришь первое, что приходит тебе в голову? — Конечно, нет. Это было бы нелепо. Мне просто нравится, когда ты нервничаешь и краснеешь. — Так ты все же прикалываешься? — Нет, я абсолютно серьезно. — Ты очень непонятный человек, ты в курсе? — О, Гарри. Это совсем не так. На самом деле, — медленно проговорил Драко, наклоняясь к нему, — я очень прямолинеен. И не виноват, что ты такой же наблюдательный, как эта дверь. — Я… — нахмурился Гарри. — Не понимаю, что ты имеешь в виду. Драко рассмеялся: — Вот именно, Гарри. Вот именно. Драко свернул журнал, уменьшил его с помощью заклинания и убрал в карман рубашки: — Ты ведь не возражаешь, если я оставлю его себе? Гарри пожал плечами: — Нет. Выброси его, сожги, используй как подставку для посуды. Мне все равно. Я точно не хочу смотреть на него. — Мерлин, Поттер. Тебе повезло, что ты такой красавчик. Иначе твою недалекость гораздо сложнее было бы выносить. Гарри просто нахмурился и вернулся к мебели из IKEA.

***

Драко снова встретился с Гарри в его новом доме в субботу, чтобы сравнить два оттенка желтого для кухонных стен. — Думаю, «Сливочный крем» мне нравится больше, чем «Кукурузные хлопья», — объявил Драко, изучая образцы в лучах вечернего солнца. — Мне кажется, они выглядят одинаково. — Не сомневаюсь, Гарри. У тебя абсолютно отсутствует чувство вкуса. — Не понимаю, причем здесь вкус. Желтый есть желтый. — Это не просто желтый, Гарри! — ахнул Драко. — Хочешь сказать, что оттенки «Ноготки» и «Подсолнух» — это одно и то же? Или что «Орех» ничем не отличается от «Горчицы»? — Ну… да? Драко усмехнулся: — Боже, Поттер. Ты хоть представляешь, что бы было, если бы я позволил тебе сделать ремонт самому? Этот дом походил бы на общежитие! — Ты ведь понимаешь, что это мой дом? Я могу сделать его похожим на общежитие, если захочу. — Это не значит, что ты должен так сделать. Обещаю, ты еще поблагодаришь меня за помощь, когда мы закончим, — сказал Драко и отложил образцы краски на кухонный стол к остальным. — Да, да, — проворчал Гарри, но он улыбался. — Знаешь, что тебе нужно, Поттер? Выйти на воздух. Давай выберемся из этих стен ненадолго, тогда ты точно увидишь, о чем я говорю. — Не знаю. У меня еще полно дел, — ответил Гарри, оглядываясь на картонные коробки, которыми был заставлен весь дом. — Расслабься немного. Во сколько ты завтра заканчиваешь? — У меня выходной. — Правда? — это было немного странно. Обычно по воскресеньям Гарри работал в утреннюю смену. — Я… в вынужденном отпуске, — сказал Гарри, поджимая губы и запуская пальцы в волосы. Брови Драко взлетели, прежде чем он успел совладать со своим лицом: — Боже, Гарри. Это ужасно. — Ничего страшного. Просто несколько выходных. — Ты не берешь выходных, Гарри. — Откуда ты знаешь? — огрызнулся он. — Что ты сделал? Наконец-то высказал говнюку Робардсу все, что о нем думаешь? — Что-то вроде того. — Ты шутишь! Правда? — радостно спросил Драко. — И нарвался на стычку с Бриггс. — Нет! — Она трепалась почем зря, а я и так был в паршивом настроении. Я не хотел нападать на нее. То есть… хотел, но не собирался, понимаешь? — Ты ударил Бриггс? Боже мой. Боже ты мой! Это просто фантастика! Хотел бы я быть там. Что с ней стало? Она истекала кровью? Вопила? Черт, должно быть, она сказала что-то ужасное. Обозвала тебя? Пошутила над твоим шрамом? Мертвыми родителями? Твоими волосами? Ужасным вкусом? Я должен знать. Гарри прочистил горло и уставился на свои ботинки: — Вообще-то она кое-что сказала о тебе. Драко замолчал. — Я бы не стал повторять, что именно, если ты не против. Поверь мне на слово. Это было не очень вежливо. — Что ж, — Драко попытался оправиться от шока, но его голос все равно прозвучал слабо. — Ей мой выбор заклинаний во время проверки палочки не показался таким забавным, как тебе. — Я не думаю, что это забавно. Драко отмахнулся от него: — Полагаю, я должен поблагодарить тебя за то, что ты защитил мою честь, не так ли? — Не стоит. — Хорошо, тогда мы просто отпразднуем то, что Бриггс наконец получила по заслугам. Гарри вздохнул и прислонился к кухонной тумбе. — Давай сходим куда-нибудь сегодня, Гарри. Будет весело. Гарри глубоко вздохнул: — Хорошо. Давай. Драко почти подскочил на ноги от радости. Было что-то особенно приятное в том, что Гарри поддался его уговорам. Это было даже лучше, чем победить его на дуэли. Лучше, чем квиддич. Лучше, чем шоколадный эклер. А потом Драко в голову пришла блестящая идея. Может быть, одна из лучших в его жизни. — Я знаю одно место, — сказал он. — Но тебе придется переодеться. — Что не так с моим нарядом? Драко постарался как можно более снисходительно оглядеть тяжелые ботинки Гарри, его джинсы с дыркой на одном колене, толстовку с капюшоном и дурацкую поясную сумку. На ком-то другом это выглядело бы отвратительно, и рот Драко не наполнялся бы слюной при мысли о том, как бы он мог уткнуться носом в обтянутую потертой тканью грудь. Но, конечно, это был Гарри, а Драко был слегка без ума от него. Он был почти уверен, что посчитал бы Поттера привлекательным, даже если бы на нем были мусорный пакет и деревянные сабо, но Гарри не нужно было об этом знать. — Боже, да все, Поттер. Я даже не знаю, с чего начать. Гарри нахмурился и скрестил руки на груди, что не сулило для Драко ничего хорошего. Ему хотелось оставить Гарри в покое, чтобы он снова был на все согласным, каким он был, когда был счастлив, расслаблен и немного пьян. Но Драко был еще и эгоистом, и ему не терпелось увидеть Гарри в чем-то, кроме толстовки. — Где ты хранишь одежду, Поттер? Пришла пора мне провести разбор твоего гардероба. — Я не позволю тебе одевать меня. — Ради Мерлина, — всплеснул руками Драко. — Я могу помочь тебе купить дом, но не могу подобрать тебе что-то подходящее для взрослого человека, чтобы выйти на публику? — Похоже на то. — Гарри, — мягко проговорил Драко. — Просто позволь мне сделать это. Я оплачу всю твою выпивку сегодня. Если хочешь, можешь заказывать виски всю ночь. Гарри прищурился: — Oban? Восемнадцатилетний? — Я куплю тебе целую бутылку. Гарри вздохнул и закатил глаза, и Драко знал, что он победил, прежде чем тот проворчал: — Хорошо. Одежда в коробке в спальне наверху. Драко хлопнул в ладоши и поднялся по лестнице на второй этаж. Он не был в комнате Гарри с тех пор, как они смотрели дом. Здесь почти ничего не было, кроме простой кровати с каркасом из темного дерева и нескольких коробок, но Драко почувствовал, как его сердце пропустило удар, когда он увидел белые простыни на кровати, пушистое одеяло и две подушки, одна из которых все еще хранила след от головы Гарри. Он не подозревал, что Гарри уже спал здесь, хотя не должен был так удивляться этому. Это была хорошая комната. Драко подумал, что предпочел бы её даже хозяйской спальне в пентхаусе Блейза. — Вон там, — указал Гарри на коробки, и Драко осознал, что застыл в дверном проеме. Он вырвался из своих грез и начал копаться в содержимом ближайшей коробки. — Джинсы, футболка, футболка, джинсы, — бормотал Драко. — Мерлин, Поттер, у тебя что, нет ничего, кроме джинсов и футболок? Гарри пожал плечами, подошел к нему и вытянул из коробки толстый вязаный свитер с буквой Г впереди. Он приложил его к себе и поиграл бровями. — О боже, нет, — выдохнул Драко и вырвал свитер у Гарри из рук. — Если ты хотя бы немного любишь эту ужасную вещь, не оставляй меня с ней наедине, потому что я сожгу её при первой же возможности. Ты даже моргнуть не успеешь. — Ты не посмеешь, — усмехнулся Гарри. — Еще как посмею. И это будет на пользу всему человечеству, — он бросил на коробку с одеждой еще один взгляд, прежде чем слегка подтолкнул её носком ботинка. — Ничего из этого не годится, Поттер. Боюсь, ничего другого нам не остается. Возьми меня за руку. Гарри насторожился: — Если мы очутимся в Harrods, я прокляну тебя. — Нет, у меня есть идея получше. Гарри осторожно взял протянутую руку Драко, и он аппарировал их прямо в холл Блейза. Гарри нахмурился, но Драко не отпустил его, только крепче сжал его пальцы и потащил Гарри в спальню. — Пойдем, Поттер. Драко никогда не стыдился признавать, что ему нравятся дорогие вещи. Он обожал дизайнерскую одежду, итальянскую кожаную обувь, шелковое белье, дорогие часы и украшения. Но он не шел ни в какое сравнение с Блейзом Забини. Даже когда они учились в школе, Блейз носил звание главного шопоголика на курсе. Фактически половина пентхауса Блейза представляла собой гигантский гардероб, заполненный дизайнерскими рубашками, брюками, костюмами и плащами. Блейз был немного выше Гарри, его ноги были чуть длиннее, но в плечах они были одинаковыми, а, к счастью для Гарри, Драко превосходно владел портняжными чарами. Драко неохотно отпустил руку Гарри, чтобы начать просматривать висящие на вешалках темные рубашки. — Что ты делаешь? — осторожно поинтересовался Гарри. Драко закатил глаза: — Ищу для тебя наряд на вечер. — Из гардероба Блейза? — Блейз, может быть, и глупый ублюдок, но у него отличный вкус в одежде. — Я ни за что на свете не надену одну из этих, — сказал Гарри, теребя рукав фиолетовой шелковой рубашки от Gucci. Драко усмехнулся: — Баклажановый цвет великолепно бы на тебе смотрелся. Но хочешь верь, хочешь нет, я не планирую мучить тебя сегодня. Мы найдем что-нибудь попроще. — Ты уверен, что я не могу пойти в своей одежде? — еще раз попробовал Гарри. — Совершенно. Гарри тяжело вздохнул и упал на постель Блейза. Драко всеми силами старался не смотреть на него, потому что в противном случае он бы наверняка не справился с собой, забрался на Гарри сверху и начал его целовать. Вместо этого Драко бросил на кровать рядом с Гарри бордовую шелковую рубашку от Versace, еще одну от Saint Laurent с белоснежным воротником и французскими манжетами и черный вариант от Tom Ford с перламутровыми пуговицами. Гарри продолжал хмуриться, скрестив руки на груди, пока Драко прикладывал к нему вешалки. Он сразу отказался от черного. — Слишком сурово. И выражение твоего лица совсем не помогает, — отчитал Гарри Драко. Он попробовал Versace, но Гарри качнул головой. — Ты прав, достаточно с тебя алого, — поморщился Драко. Белый цвет был слишком ярким по сравнению с кожей Гарри, не подошла ему и светло-серая тонкая полоска на изделии от Lanvin, но потом Драко достал темно-зеленую рубашку от Prada c тонким парчовым узором и едва заметным блеском. Он осмотрел её и улыбнулся: — Попробуй эту. Гарри уставился на Драко: — Серьезно? — Что ты хочешь, чтобы я сказал? Я не виноват, что ты выглядишь шикарно в моем любимом цвете. Гарри вздохнул и стянул толстовку через голову, обнажая так много кожи так быстро, что Драко чуть не потерял сознание. Застегнув рубашку до самого подбородка, Гарри повернулся к Драко и раскинул руки в стороны: — Пойдет? Можем идти? Драко осознавал, что смотрит на него с нежностью, но ничего не мог с собой поделать. Он подошел к Гарри и провел по его плечам, а потом и по бокам — это не то чтобы было необходимо, но он не мог отказать себе в удовольствии. Он пробормотал пару заклинаний, чтобы чуть подогнать рукава, но эта рубашка и без того смотрелась на Гарри лучше, чем когда-либо на Блейзе. — Мерлин, Поттер, ты должен был попасть в Слизерин, — пробормотал он. Рубашка натянулась на его плечах и груди, когда Гарри снова скрестил руки. Драко подцепил указательным пальцем верхнюю пуговицу на воротнике, расстегивая её, а затем еще одну, обнажая золотистую кожу горла Гарри. Он заметил, как оно вздрогнуло, когда тот сглотнул. — Не надо так застегиваться, Поттер. Мы собираемся выпить, а не на слушание в Визенгамот. — Да, точно, — ответил Гарри хрипло. — Ты повеселился? Мы можем идти? Драко склонил голову набок, любуясь своей работой, а потом снова скрылся в шкафу Блейза. Он снял с вешалки брюки угольного цвета и бросил их Гарри. — Надень их, и да, потом мы можем идти. И Поттер, скотина, тут же начал расстегивать джинсы, как будто Драко еще не был на грани сердечного приступа. — Я оставлю тебя, хорошо? — закашлялся он, отступая в гостиную. Ему показалось, что он слышал, как Гарри рассмеялся у него за спиной, но, возможно, у него просто разыгралось воображение. Гарри появился в гостиной несколько минут спустя, и хотя он был полностью одет в принадлежавшие Блейзу вещи, он ни капли не был на него похож. Блейз был подтянутым и сексуальным, но он носил именно такую одежду, потому что точно знал, что она подчеркивает все его достоинства. Гарри же носил вещи небрежно, словно говоря тем самым, мол, вам нравится эта рубашка, да я просто набросил первое, что под руку попалось. И ему это шло. Драко даже не стал настаивать на том, чтобы Гарри заменил свои тяжелые ботинки. Он все равно считал их сексуальными. Когда они направились к лифту, Драко прошептал заклинание, применяя портняжные чары к брюкам Гарри. Тот вздрогнул, когда ткань крепче обхватила его ноги и задницу, и Драко даже не попытался сдержать смех.