Одно на двоих

Пока я раздумывал над деталями плана, как рисование мне может помочь заработать деньги, солнце уже окончательно встало, и часы пробили ровно девять утра. Еще одна бессонная ночь добьет меня. Нужно бы поспать хотя бы пару часов, если удастся. С неохотой я вылез из под одеяла, и поплелся в ванную. В душе мне всегда есть, о чем подумать. Я думал о прошлом, о том, чего я не знаю и не помню. Девять лет моей жизни прошли практически зря. Интересно, как много интересного я пропустил? И почему мне никто ничего не рассказывает о том времени? Мне очень часто хотелось вернуться в свое детство. Не смотря на то, что я его не помнил. Ведь это время, когда каждый день рождения обычно проходит с праздничным колпаком, хлопушками, моем сладостей и кучей друзей и родных. Почему я не помню, как я в первый раз влюбился? Кто она была? Почему я не помню тот город, который кипел жизнью? Почему я НИЧЕГО не помню? И так проходит каждый мой день : в фантазиях о том, чего для меня и моей памяти просто не существовало. Я спустился на кухню. Тут было тихо и уютно, особенно по утрам. За исключением моей комнаты, это было единственное место в доме, где я чувствовал себя в своей тарелке. Включив кофеварку, я согрел молоко и присел на высокий табурет. Кофе по утрам равнялось желудочному оргазму. На протяжении своей жизни я еще не пробовал напитка вкуснее. Я вернулся в комнату, чудом не споткнувшись в коридоре и не облившись своим варевом из кружки. Допил кофе, убрал результаты ночных мучений в стол и начал собираться, мысленно прикидывая варианты решения проблемы. Во-первых, я могу продавать свои картины, во-вторых, я могу выйти на улицу, сесть на обочину, или снять маленькую мастерскую, и просто рисовать портреты желающим. Хотя, можно было бы совместить оба варианта. Я чертов гений. Сходив за почтой, и снова чуть не упал прямо возле почтового ящика. Мистер грациозность. Ящик был забит практически до отказа. Кажется, моя мама не очень любит почту. Я выгреб все, что там лежало и зашел домой. Вывалив все на кофейный столик, я плюхнулся на диван и начал разбираться, что к чему. Первым на глаза мне попалось письмо от маминой подруги, живущей в соседнем штате. В конверте были сочувствия по поводу болезни Майки и восемьсот долларов. Хоть кто-то хотел нам помочь. В другой ситуации мне бы стало неприятно, даже скорее, моей гордости. Но сейчас вызвало лишь слабый трепет радости где-то в груди. Возможно, брат поправится. На следующее письмо я даже на обратил особого внимания, просто достал тысячу долларов. Судя по тому, что операция для Майки стоила около 250 000$, а у нас уже была половина, мы должны уложиться в срок. Я принялся разгребать газеты в поисках раздела "Объявления". После десяти минут тщательного поиска, я смог найти объявление, которое мне подходило. Мастерская, сдается в аренду на неопределенный срок. Семьдесят долларов в неделю - это не так много. Главное, чтобы прибыль с рисунков перекрыла эти расходы. Номер 555-79-82. Пробежавшись пальцами по кнопкам телефона, я прижал трубку к уху в ожидании ответа. - Я вас слушаю. - Здравствуйте, я по объявлению. Вы сдаете мастерскую в аренду? - Да, я сдаю. Но столько времени это никого не интересовало, что я подумал, что зря подал объявление. - Когда я могу посмотреть помещение? - Когда будет удобно, хоть прямо сейчас. Записывай адрес : Амбрелла стрит, на углу 14 и 15 авеню, там будет вход в подвал, рядом с дорогой, тебе туда. - Хорошо, я скоро буду. Человек на том конце провода повесил трубку и раздались короткие гудки. Я немного растерялся. Этот голос. Мне кажется, когда-то я его уже слышал. Кому он мог принадлежать? Я собрал все вещи, которые мне могли понадобиться для рисования и покидал их в рюкзак. В тумбочке в глубине ящика у меня постоянно лежала небольшая заначка в размере ста долларов. Ее я тоже сгреб и, сунув в карман, вышел из дома. Первая же машина затормозила рядом и, спустя мгновение, я уже ехал по направлению к мастерской. *** Я, кажется, задремал, потому что приехали мы неожиданно быстро. Как и сказал этот парень, мастерская была на углу. Здание было старым и обшарпанным, но почему-то вызывало симпатию и желание туда зайти. Заплатив водителю, я вылез из машины и направился в тот самый подвал. На лестнице меня встретил парень лет 18 с темными волосами, татуировкой скорпиона на шее, и пирсингом на лице. Руки его были в задних карманах джинсов. Я рассматривал его около трех секунд, а в голове уже рисовались наброски для будущего портрета. - Привет, - он нерешительно улыбнулся мне. - Привет, - я просто не знал, как себя вести. Меня редко удостаивали вниманием. - Я Фрэнк, а это моя мастерская, идем - он вошел в одну из дверей, я следом за ним. Внутри словно взорвалась цистерна с красками. Грандиозный творческий хаос и беспорядок. Гитары. Четыре великолепные гитары лежали в разных частях комнаты. Друг напротив друга стояли два небольших дивана, кофейный столик, заваленный струнами, нотами, текстами, тряпками и какими-то журналами. - Я Джерард, - наконец-то додумался ответить я. - Ты все еще согласен на аренду этой мастерской? - Да, я зря ехал что ли... Да и другого варианта у меня все равно нет. А у тебя тут ничего так, уютненько... - Ты мне кого-то напоминаешь, чувак. Не могу понять только, кого, - мой новый знакомый задумался, пытаясь вспомнить. Я же, расположившись прямо на полу, достал из рюкзака скетчбук и принялся набрасывать его портрет. - Забей и забудь об этом. - Так, а ... Эй, что это ты там делаешь? - Рисую. - Быстро ты, - Фрэнк усмехнулся. Я пожал плечами. - Это привычка с детства. Я почти всегда рисую. Он опустился рядом, подобрав под себя ноги. Я слышал его дыхание, и чувствовал на себе каждый взгляд, словно он был прикосновением. Это немного нервировало. Я хотел взглянуть на его профиль, но он поймал мой взгляд и снова нахмурился. Затем скользнул глазами ниже и внезапно дернулся, подскочив. - Откуда у тебя это? Я от удивления аж отложил альбом. Палец нового знакомого указывал на феньку, болтающуюся на моем запястье. - С детства ношу ее, - я все еще не понимал, к чему он клонит. Он засучил рукав и показал точно такую же феньку. Я охренел. - Ты - Джерард Уэй?! - Эээ, ну да. - Я - Фрэнк Айеро! Ты помнишь меня? - его глаза загорелись такой надеждой, что мне жаль было его разочаровывать. - Извини, но нет. Я не помню ничего до девяти лет. Совсем ничего. Прости, мне очень жаль. Фрэнк схватился за голову. - Черт! Нет! Пожалуйста, ну вспомни! Мы еще в детском саду сделали друг другу эти фенечки. Мы поклялись быть лучшими друзьями. Нам было по шесть. Ты должен помнить хотя бы это. - Прости... Мне хотелось просто убиться об стену. Оказывается, у меня был друг. Лучший друг! Настоящий, живой, который меня любил и хотел дружить со мной дальше. Какого. черта. я. не. помню. НИЧЕГО??? Парень придвинулся ко мне и взял мою руку в свою ладонь. Он был такой теплый. - Друг, я думал, что потерял тебя. И вот, сейчас, я снова нашел! Но, видимо, не до конца. - Если ты и есть то самое, мое детство, то помоги мне вспомнить...