Одно на двоих

Рано утром меня разбудил Фрэнк, прыгающий на этот раз по своему дивану и тычущий пальцем в сторону телевизора. - Джи, смотри, это пиздец! Я смутно понимал, что происходит, но наконец включив мозг, я различил мистера Лето, кажется, с его группой. Так он музыкант! От неожиданности я вздрогнул, когда Фрэнк перепрыгнул на мой диван и обхватил меня руками. Но потом и я присоединился к нему. Мы, двое подростков, прыгали на диване, периодически матерясь и обнимаясь, и понимали, что если наладить хороший контакт с Джаредом, то он может рассказать обо мне, как о художнике, и я начну много рисовать и продавать свои картины. Мы начнем зарабатывать деньги и накопим Майклу на операцию. Это просто БИИНГООО!!! - Ты представляешь, о чем я сейчас подумал? Если... - Это будет охуенно, Джи, - сказал Фрэнк, поняв меня с полуслова. Это заставило меня улыбнуться, - ты будешь крутым художником. - Я надеюсь... Тут зазвонил телефон. Кому может понадобиться звонить мне в половину девятого утра? - Да? - Привет, Джерард. Это Джаред, ты не забыл, что рисовал меня вчера? - я слышал, как он улыбался на том конце провода. - Конечно нет! Доброе утро, мистер Лето. - Не надо так официально. Просто Джаред. Я тебя не разбудил? Хорошо. Я сегодня приеду к двенадцати часам, мне срочно нужна эта картина. Я надеюсь, ты успел ее дорисовать? И тут я вспомнил, что я не доделал её. Этот долбанный портрет. - Да, конечно, все готово, - я посмотрел на мольберт с пришпиленным к нему рисунком, и на Фрэнка, нервно теребящего рукав моей пижамы. Его глаза расширились, делая его похожим на сову. Он смотрел на меня с таким явным беспокойством, что у меня встал ком в горле, и я забыл слушать, что мне говорили в трубку. Давно за меня никто не переживал. - О...ээ, да, конечно, мы будем вас ждать, - наконец выпалил я. - Хорошо, до скорого, - он явно был в хорошем настроении. Я отключил телефон и медленно повернулся к другу. - Фрээээнк... - Даааааа...? - Мне, блять, срочно нужно её дописать, эту чертову картину! Я нехотя отпустил руку Фрэнка и спрыгнул с софы, попутно задевая ногой кофейный столик, стул и чуть не снеся мольберт. И все-таки я мистер грациозность. Я взял кисти, немного развел краску и сделал пару мазков, пытаясь придумать, каким же сделать фон. Двадцать минут мучений мне были обеспечены. - Ииии ... ГОТОВО! - я наконец закончил рисовать. Тут же раздались шаги Фрэнка, который направился ко мне прямиком из душа. Я же просто онемел, когда его увидел. Фрэнк в одном полотенце, обмотанном поверх бедер. По длинной челке стекала вода, дорожками по груди, животу, и наконец исчезала в белой махровой ткани. Я завис, словно компьютер, поймавший вирус. Стоял и смотрел на это чертово полотенце. - Джи, что-то не так? - он почесал затылок и шагнул навстречу ко мне. Я просто чувствовал, как подгибаются колени. Он... Он... Он такой... Такой ... Сексуаль... НЕЕЕЕЕТ!!! Я - нормальный. О чем я вообще говорю? Я - нормааальныыыый! Кажется, он услышал мой внутренний монолог, и медленно начал приближаться. - Ты чего? - спросил он, вытягивая челку руками. Вода потекла по татуированным рукам. - Не... Нет... Все хорошо. Ты... Ты просто... Как тебе картина? - я резко сменил тему , разряжая накалившуюся обстановку. - Я не перестану тебе говорить, что ты шикарно и безумно талантливо рисуешь, - он сделал еще один шаг ко мне. Я следил за ним как в замедленной съемке. Фрэнк убрал челку, спадающую мне на глаза и прижался губами к моему рту. Нежно, сладко и неумело. В нос ударил запах вишни и шоколада. Это было так... приятно. Блять! Я моргнул и отстранился. - Мне надо вымыть кисти. - Ну ты чего? - Фрэнк, ты понимаешь? Это неправильно! Ты мой лучший друг и вообще, единственный друг, и... и ты только что поцеловал меня! Поцеловал! И самое ужасное, что мне понравилось! И ... Ааааааай! Я упал на пол и схватился за голову, которая просто взорвалась болью. Перед глазами будто замелькала кинолента. Я вспомнил, как я пошел первый раз в садик. Вспомнил наше знакомство. Вспомнил, как я сидел на качелях и он подошел ко мне. Наш первый разговор. Мне было шесть, когда Фрэнк впервые пришел ко мне на день рождения. Мне было почти 9 , когда он впервые поцеловал меня в щеку. И я, возможно, любил его. Этой гребанной детской любовью, сильнее которой не отыщешь ничего, даже если очень постараться. И был тот самый робкий и неловкий первый поцелуй. По моим щекам покатились слезы и теперь уже я целовал парня, повалив за собой на пол.