Месть или чувства?

К тому времени когда Тэхён и Чонгук оказались в закусочной, утренняя суета прошла, и Дживон удалилась на кухню. Увидев их, она всплеснула руками: — Я так ужасно беспокоилась. Все думала, уж не поубивали ли вы друг друга. Даже хотела послать в гостиницу Сон Джэрима, чтобы он проверил, не случилось ли чего в вашей комнате. — А кто такой Сон Джэрим? — потихоньку спросил Тэхён у Гука. — Шериф, — прошептал он ему в ответ. — Только не беспокойся, он такой старый, что не сможет подняться по лестнице. — Извини, Дживон, — повернулся Тэхён к хозяйке закусочной. — Я уезжаю. Возвращаюсь с Чонгуком на ранчо «Чон-Хаус». — Да я уж поняла, — пробормотала женщина и пихнула локтем Гука под ребра. — Как только увидела вас вместе, сразу поняла. Меня, сынок, не проведешь. — Черт побери, Дживон, когда ты перестанешь совать свой нос в чужие дела? Приготовь-ка мне лучше четыре или пять яиц и отрежь ломоть бекона побольше. Да подай кружку крепкого кофе. В голове гудит, как будто по ней треснули сковородой. — Чонгук вышел из кухни и уселся за столик. — Люблю этого парня, как собственного сына, — ласково глядя ему вслед, призналась Дживон. Она взяла нож и принялась нарезать мясо. — Дай мне, — попросил Тэхён, — а сама посиди пока, отдохни. Не проронив ни слова, кухарка отдала ему нож и плюхнулась на ближайший стул. — А в каком виде Гук любит яйца? — спросил Тэхён, заканчивая резать бекон. — Разбей и слегка поджарь, чтобы были жидкими, выложи в миску и подай ломоть только что испеченного хлеба. Ему нравится окунать свежий хлеб в яичный желток. А себе что возьмешь? — Кофе и пару кусочков булки. Хорошо бы к ним джем или мед. — Возьми яблочное повидло. Я его недавно приготовила — еще горячее. — Прекрасно. — Тэхён принялся разбивать яйца. — А ты на кухне как у себя дома, — похвалила Дживон. Тэхён весело рассмеялся: — Люблю готовить. Забавно, что меньше всего мечтаешь о том, чего больше всего лишен. Никогда бы не подумал, что мне захочется иметь собственную кухню и своей стряпней доставлять удовольствие другим. — Если у тебя есть к этому склонность — милости прошу. Я давно ищу себе партнера. — Спасибо, Дживон, — поблагодарил Тэхён разбивая на сковородку последнее яйцо. — Я это запомню. Но не знаю, когда смогу воспользоваться твоим предложением. — Вы с Чонгуком решили завязать узелок? — Нет. — Тэхён покачал головой. — Он выразился совершенно определенно, и потребуется чудо, чтобы его переубедить. — Он положил на тарелку бекон и добавил овсянки. — Не мне учить вас, как жить, — начала Дживон. — Бог свидетель, начни я жизнь сначала, кое-что сделала бы по-другому. Но знаешь, как говорится, незачем покупать корову, если есть даровое молоко. Тэхён взял кофейник. — А как бы ты поступила на моем месте? Дживон выглянула в зал и украдкой посмотрела на Чонгука. Он развалился на стуле и глядел в окно: шляпа была надвинута на самый лоб, пальцы заткнуты за ремень, длинные ноги вытянуты вперед. Женщина покачала головой: — Не могу осуждать тебя, милый. Была бы молодой, как ты, тоже бы позволяла такому красавцу вешать свой пояс с револьвером на спинку моей кровати, когда бы ему ни вздумалось. Тэхён задержался на пороге между кухней и залом: — Даже если он дал бы ясно понять, что не собирается жениться? — Подожди, авось наберется ума. Беда альф в том, что у них под шляпой, кроме волос, ничего нет. Да и те зачастую жидкие. Тэхён подмигнул хозяйке закусочной и понес Гуку тарелку с едой и кофе. Потом вернулся со своим завтраком. — Это все, что ты собираешься есть? — спросил он, когда он сел за столик. — Я живу любовью, — игриво ответил Тэхён. — Неудивительно, что ты такой худой. — Да уж, Чон, пожива невелика. — Вот если бы ты умел жарить такие яйца, у тебя бы не было никаких проблем. Я бы, пожалуй, даже на тебе женился. — Тебе нравится? — удивленно спросил он. — Замечательно приготовлены. Дживон расстаралась. Только попробуй. — Чонгук протянул ему вилку. — Вкусно, — согласился Тэхён и отвернулся, скрывая улыбку. Но Гук в ту же секунду поднял глаза и заметил его довольное выражение лица. — Ты чего? — А что? — невинно отозвался он. — Почему у тебя вид, как у кошки, которая только что проглотила канарейку? Не в силах больше выдерживать его взгляд, Тэхён принялся за хлеб с джемом: — М-м-м… недурно… — У тебя новая прическа с утра, — заметил Гук. Тэ застенчиво провел рукой по полосам: — Просто собрал сзади и завязал лентой. Проще будет расчесывать. — А выглядит очень мило. — Ладно, Чонгук, с какой стати ты меня расхваливаешь? — Выпрашиваю джем, — расплылся он в улыбке. — Готов поспорить, он только что приготовлен. Тэхён отломил кусочек хлеба и намазал его яблочным джемом. Потом поднес Гуку к губам, и тот ухватил лакомство ртом чуть ли не вместе с его пальцами. Брови альфы одобрительно поднялись. — Еще кусочек? — А в обмен возьми у меня бекон. — Он протянул зажатую между пальцами полоску мяса. — Кусай. Так они и кормили друг друга. Чонгук предлагал или яйцо на вилке, или кусочек бекона, а в обмен получал сдобренный джемом хлеб. В конце концов Тэхён понял, что съел не меньше целого яйца и пару полосок мяса. — Гук, ты заставил меня проглотить плотный завтрак! Он рассмеялся и оттолкнул стул: — Тебя надо немного подкормить. Не могу же я допустить, чтобы моя любимая игрушка превратилась в кожу да кости. Тэхён тоже расхохотался. Гук, явно довольный, что не остался в долгу, бросил на стол несколько монет. — Нам предстоит долгий путь. — Забегу на кухню: отнесу посуду и попрощаюсь с Дживон. — А я схожу за лошадьми. В дороге с Чонгуком вдвоем было гораздо спокойнее. Но в остальном Тэхён с тем же успехом мог совершить путь один. Он ехал ровным шагом, но хранил гробовое молчание, и Тэхён прикидывал, о чем он раздумывал во время долгого перегона. Момент прибытия на ранчо «Чон-Хаус» мог бы оказаться неприятным, но его скрасили приветливые улыбки всех Чонов. Никаких вопросов о причине отъезда и возвращения — даже от маленького Бэки. За ужином Тэхёну показалось, что Джин взволнован. — В чем дело? — тихо спросил он. — Ах, Тэхён, — ответил омега, — Джун велел мне составить список вещей, которые потребуются в дороге, а я понятия не имею. Конечно, я правил фургоном из Миссури в Калифорнию, но заботился лишь о самом себе. А тут целый отряд. — В его глазах появилась надежда. — Может быть, ты что-нибудь придумаешь? — Боюсь, что нет. Мне точно так же доводилось путешествовать одному. А чаще и этого не требовалось. Кто-нибудь приглашал меня к себе в фургон. — Намджун собирается завтра в город попросить в банке ссуду на перегон. И хочет, чтобы я прикинул, во что обойдется нам провизия. — Джин в отчаянии покачал головой. — Просто не знаю, что ему сказать. — Уверен, что Дживон ответила бы на этот вопрос. Она привыкла готовить на уйму народу. Может быть, съездить вместе с Намджуном в город и поговорить с ней? Наверняка, она даст нам дельный совет. — Наверняка, — вздохнул с облегчением Джин. — Скажу Джуну, что мы едем в Калико с ним. — Может, кто-нибудь еще захочет прокатиться со мной? — поинтересовался старший Чон, когда узнал о планах мужа и Тэхёна. — Я! Я! — закричал Бэки. — А я нет, — отрезал Чонгук. — Попробую заарканить нескольких мустангов из тех, что видел. — А ты, Чимин? — Пожалуй, поеду с Гуком. К тому же, когда мы в субботу отправимся в город на железнодорожный праздник, я собираюсь провести там ночь. — А что ты будешь делать в Калико целую ночь, дядя Чимин? — заинтересовался Бэки. Все с интересом уставились на Чима, ожидая, как он выкрутится из щекотливого положения. Воцарилось гробовое молчание, наконец Чимин ответил: — Не хочу утомлять лошадь, гоняя ее в один день туда и обратно. Бэки нахмурился, что-то обдумывая. — Значит, поэтому… дядя Гук и Тэхён ночевали в городе, — наконец решил он. И с беспокойством посмотрел на отца: — А наши лошади не устанут, если мы сразу же уедем? Джун в который раз за эти дни мученически и с укоризной посмотрел на младшего брата: — Нам придется возвращаться — кто-то должен кормить скот. А сейчас ступай-ка лучше в постель. Мы отправляемся рано утром. Раннее утро следующего дня выдалось на славу. Тэхён снова направлялся в Калико, но на сей раз в фургоне, которым правил Джин. Бэки сидел между ними, Амиго трусил вслед за повозкой, а Джун восседал на своем жеребце. — А почему все братья Чон ездят на жеребцах одинаковой мышиной масти? — поинтересовался Тэхён. — Потому что им всем нравятся такие лошади, — незамедлительно вмешался Бэки. — Я их уже спрашивал. — Как же они их различают? Жеребцы похожи друг на друга как капли воды. — Свою лошадь узнать нетрудно. Об этом я тоже спрашивал, — последовал ответ. Намджун усмехнулся: — Это правда, Тэхён. Собственного коня отличить просто. Так мать находит в толпе ребенка. Или альфа в темноте — омегу. — Он посмотрел на Джина, их взгляды встретились, и супруги долго и нежно глядели друг на друга. А Тэхён про себя подумал: «Чернильные глаза братьев Чон могут быть такими же убийственными, как их грозные револьверы». Как только компания оказалась в Калико, все прямиком отправились в закусочную Дживон. Хозяйка обнялась с омегами, потискала вволю Бэки и предложила всем перекусить. Перед каждым оказалась полная тарелка мяса под острым красным соусом и добрый ломоть шоколадного пирога. Покончив с завтраком, Джун отправился в банк, прихватив с собой сынишку. Тэхён и Джин принялись объяснять хозяйке причину своего появления в городе. Добрейшая Дживон сразу же принялась добросовестно перечислять необходимые в дороге продукты. Но на нетронутом листе бумаги не появилось еще ни единой записи, как вернулся Джун, и выражение его лица не предвещало ничего хорошего. — В чем дело, Намджун? — Этот жулик Хик сказал, что ему нужно крепко подумать, прежде чем он ссудит мне денег. Я уж предлагал ему закладную под ранчо. — Значит гонишь скот в Абилин. — Дживон плутовато посмотрела на Джуна и перевела взгляд на Джина и Тэхёна. — Я была бы счастливее хорька в курятнике, если бы смогла оказаться в вашей шкуре, ребята. — Но почему, Дживон? — удивился Намджун. — Бог свидетель, им предстоит нелегкое путешествие. — Послушай, а тебе не нужна лишняя стряпуха? — Лишняя стряпуха? Ты, Дживон, настырная как паровоз. Сама прекрасно знаешь, омегам и детям не место среди гуртовщиков. Своих мы берем, потому что девать некуда. — Ты рассуждаешь так, словно мне никогда не приходилось держать в руках ружья. Я родилась в этом городе более пятидесяти лет назад — на сколько более, пожалуй, говорить не стану — и много раз отбивалась от команчей, мексиканцев, приграничных бандитов и всех, кто считал меня легкой добычей. Более пятидесяти лет назад! За это время над Техасом сменилось столько флагов, что и не сосчитать. Но я ни разу не видела ни большого города, ни железной дороги — только слышала о них. Что мне остается делать? Только складывать деньги к Хику в банк. — А почему ты не хочешь поехать на дилижансе в Форт-Уэрт или на поезде в Сент-Луис? — ласково спросил Тэхён. — И поеду, милый, если вы возьмете меня в Абилин. — Дживон покосилась на Намджуна. — А захочу, доберусь до самого Сан-Франциско — теперь дорога идет через всю страну. — Ну-ну, Дживон, — усмехнулся Джун, — не надо заставлять меня чувствовать себя виноватым. Я знаю, ты женщина независимая и можешь в любое время отправиться куда душа пожелает. Дживон посмотрела Намджуну прямо в глаза и гордо выпрямилась: — Моя душа желает ехать с вами в Абилин. — А что же будет с закусочной? — Выставлю в окне табличку «Закрыто», на дверях повешу замок, а народ пусть для разнообразия обедает в гостинице. — Хорошо, Джи, — сдался альфа. — Я поговорю с братьями. Один я ничего не решаю. Хозяйка закусочной подмигнула Джину и Тэхёну: — Предлагаю сделку. Брось ты этого скупердяя Хика. Я одолжу тебе денег, сынок, а сама буду править походной кухней. — И поскольку Джун, судя по всему, продолжал колебаться, заговорила настойчивее: — К тому же ничего не придется покупать. У меня есть все, что нужно в дороге: чайники, ложки, плошки. — С каждой минутой твое предложение становится все интереснее, — признался Намджун. — Так что же тебе мешает согласиться? — Я же говорил — мне нужно посоветоваться с Чонгуком и Чимином. Они тоже участвуют в деле и вряд ли обрадуются тому, что с нами поедет еще одна омега. — А ты скажи им про меня вот что: Дживон не просто омега, а омега лишь наполовину. А на другую половину — волчица, прошедшая все круги ада. Она коварнее и злее многих альф и способна выбраться из любой передряги. Пока решался вопрос, Джин взволнованно переглядывался с Тэхёном и наконец подал голос: — Если Дживон будет править кухней, я смогу вести еще один фургон. — М-да, еще один фургон иметь бы неплохо, — задумчиво проговорил Намджун. И наконец поднял глаза на хозяйку закусочной. — Ладно, Дживон. Хоть с братьями я не могу не посоветоваться, но знаю, что они, как никто, за меня горой и всегда готовы прикрыть мою задницу. Так что будем считать, что сделка состоялась. Возликовавшие Тэхён и Джин бросились на шею Дживон с поцелуями и объятиями. А Джун и Бэки слушали их восторженные восклицания. — А ты что скажешь, сынок? Подражая отцу, Бэки гордо подбоченился и, расставив ноги, покачал головой: — Боюсь, дяде Гуку это не понравится, — потом улыбнулся, обнажая щербинку от выпавшего зуба, и весело заключил: — Если тетя Дживон поедет с нами, у нас каждый день будет шоколадный пирог. — Ну-ка, милые, присядем и прикинем, чего нам не хватает, — предложила хозяйка закусочной. — Прежде всего потребуется походная кухня. — Она посмотрела на Намджуна. — Знаешь Кик Сона? Раньше он здесь часто бывал. Продает «Кик-хоум» и насовсем перебирается в Нью-Йорк. Готова поспорить, что походную кухню у него можно купить меньше чем за сотню. — Поговорю с ним в субботу на железнодорожном празднике. Надеюсь, он будет? — Бог мой, Намджун! На праздник явятся все, — уверила его Дживон. — Идем, Бэки. — Глава семейства решительно поднялся. — Кое-что купим и вернемся назад. А вы, если не успеете все обмозговать вместе с Мод, продолжите в субботу. Как только Намджун с сынишкой вышли, хозяйка закусочной поднялась и выставила в окне табличку «Закрыто». — Разговор у нас важный, поэтому приступим сразу. — Дживон вернулась к столу, гордо оглядела омег с жизнерадостной улыбкой и издала победный клич: — Йо-хо-хо!