«Горячие работы» 219
автор
Размер:
135 страниц, 10 частей
Описание:
Как найти убийцу в отравленном городе? Как спастись, когда вокруг одни предатели? Кроули смотрит на Азирафеля и видит в нем новый смысл жизни. Азирафель видит в Кроули лишь разрушение и смерть.
Посвящение:
keyrax - ты мой главный вдохновитель, без тебя этой работы бы не было
Примечания автора:
Human!Au, в котором Кроули жестокий киллер, а Азирафель молодой детектив, заключившие сотрудничество для поиска одного убийцы

Благодарность Tina Trainor за чудесную обложку
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
85 Нравится 219 Отзывы 32 В сборник Скачать

Глава 3

Настройки текста
      Кроули недовольно наблюдал за тем, как Габриэль укладывает бессознательного Азирафеля в машину, не перевязав ему рану и позволяя крови и дальше пропитывать светлый пиджак. Детектив действовал небрежно, совершенно не заботясь о состоянии напарника и обращаясь с ним хуже, чем с упаковкой марихуаны.       Но помочь или возразить не позволяло положение. Пусть он подстрелил случайно этого ангела и чувствовал за это странную жгучую вину, но заботиться о состоянии копа, как киллер, не мог. Что подумают Хастур и, еще хуже, Хэмсворт? Оставалось молча смотреть и скрипеть зубами от небрежных действий гребаного детектива.       — Позволь уточнить, Гавриил, — начал Кроули, неоднозначно кашлянув в кулак, когда Хэмсворт, наконец, уложил Азирафеля на пассажирское сидение. — Что ты здесь забыл?       — Вообще-то это моя территория, — заметил Хэмсворт, поднимая на Кроули указательный палец. — Откуда мне было знать, что вы тоже появитесь.       Кроули согласно покачал головой.       — Да, только это не объясняет того, что ты притащил сюда мальца, который явно не в курсе твоей деятельности, — негодующе воскликнул Хастур, вставая рядом с Кроули, — он же теперь нам покоя не даст. Кроули, почему ты его не убил?!       — В смысле? — возмутился Энтони. — Вот же он — лежит с пулевым ранением!       — Ага, и живой.       — Я промахнулся, — прорычал Кроули, нависая над Хастуром. — И вообще, Гавриил прав — копов нельзя трогать.       Хастур недовольно скривил лицо и кивнул. По неофициальному договору, между ними была неприкосновенность. До тех пор, пока не нужно было наказать кого-то особенно, разумеется, но это случалось не настолько часто. Босс просто скидывал ненужных или провинившихся людей Хэмсворту, а тот отводил их в участок, получая заслуженные награды и статус.       — Я не думаю, что Гавриил, отвезя этого мальчика в больницу, будет уточнять, как именно тот получил свое ранение, не так ли? — произнес Кроули, поднимая брови и выразительно глядя на Хэмсворта.       — Разумеется, это не в моих интересах, — Габриэль кивнул, и Энтони удовлетворенно улыбнулся. — Беда в том, что он скажет сам, когда очнется. Если, конечно, не истечет кровью до больницы.       Хастур хмыкнул и вставил в рот сигарету.       — Ну так позаботься об этом, если не хочешь проблем, — произнес он.       Габриэль сдержанно кивнул и отвернулся, намереваясь сесть в машину. В этот момент Энтони подошел к нему, кладя руку на дверцу и зажимая Хэмсворта между собой и машиной. Оглядевшись, Габриэль заметил, что Хастур уже направился к Бентли, а они остались с Кроули наедине.       — Мне нужны данные об этом анонимном звонке, — сказал Кроули, — сама запись и возможность отследить, откуда он был сделан. Только я не хочу светиться лишний раз в вашей конторке.       Хэмсворт поразмыслил, а потом ухмыльнулся.       — А что я получу взамен?       — Взамен, никто не узнает, какие отношения связывают тебя с Вельзевулом, — тихо прошипел Кроули, многозначительно поднимая брови, — в твоих же интересах, чтобы я поскорее нашел того, кто пытается выдать его секреты.       — Он блефует, я уверен, — предположил Габриэль, понизив голос, — Вельзевул не оставляет за собой следов, аноним не мог найти никаких доказательств, чтобы раскрыть личность.       Кроули промолчал.       — Мне нужны эти данные, — повторил он.       — Прости, я и забыл, что ты просто делаешь то, что тебе говорят, и не думаешь ни о чем другом, — Габриэль улыбнулся. — Всего лишь Змееныш, который не может ослушаться своего хозяина.       Кроули прорычал и приблизился к Габриэлю ближе, почти вплотную к его лицу.       — Если этому человеку действительно известна личность Вельзевула — тогда мы все покойники. Потому что за этим последует и раскрытие всех остальных, в том числе и тебя, Гавриил. А потом и всего бизнеса. Блефует этот психопат или нет, но его нужно убрать как можно скорее.       Хэмсворт столкнул руку Кроули с дверцы.       — Когда его поймаешь ты, то просто убьешь, но если его поймаю я, а он будет сопротивляться при задержании, и я случайно его застрелю, у меня появится новая должность, — Габриэль улыбнулся еще шире, — а тебе за это всего лишь упадет несколько сотен на кокаин. Согласись, мне этот аноним обойдется дороже. Может, заберешь у меня со склада коробочку, и будем в расчете?       Кроули прошипел и ударил Габриэля по лицу. Хэмсворт пошатнулся, схватившись за дверцу машины, и слизнул с разбитой губы кровь.       — Это чтобы тебе поверили, что ты сопротивлялся, — Кроули поправил рукав, — а то твой напарник подстрелен, а на тебе ни царапины. И запомни — я найду его раньше тебя.       — Посмотрим, — ответил Хэмсворт, дернув уголком губ.       Кроули отвернулся и направился к Хастуру, который скучающе наблюдал за их беседой.       — Ни слова, — произнес он, когда напарник сел рядом и дернул ремень безопасности.       Заведя машину, Кроули сжал в руках руль. Теперь ему придется самому влезать в базы данных полиции, а он ненавидел обходить их систему безопасности. Для него она была слишком сложной.       — И почему мы поехали за Гавриилом? — спросил Хастур, когда заметил, что Кроули не отстает от его Хонды.       — Нужно узнать, в какую больницу он повезет своего напарника.       — Зачем?       — Я должен лично удостовериться, что он не будет болтать, — ответил Кроули холодным тоном.       А еще убедиться, что он живой и потерял не слишком много крови, пока Гавриил впихивал его в машину и долго болтал.

***

      Азирафель провел в больнице несколько недель. Ранение оказалось серьезным. Дробь из оружия Кроули не только разорвала мышцы и сухожилия плеча, но еще и повредила кость. Хирург сделал все, что смог, пытаясь собрать осколки, и в итоге пришлось вставлять металлические пластины.       На реабилитацию ушло слишком много времени, но уже довольно скоро Азирафель смог двигать рукой и перестал чувствовать боль. Ему даже не понадобились слишком сильные обезболивающие.       Ему просто повезло.       Даже швы хирург сделал настолько аккуратными, что шрамы были крохотными и почти незаметными, и Азирафель спокойно смотрел на себя в зеркале. Обычное боевое ранение. Он был готов к этому, поступая в полицейскую академию, а потому никак не реагировал на то, что ему прострелили плечо.       Разве что… он был горд тем, что несмотря на опасность, стоящую перед ним с дробовиком в руке, все равно не продал собственные принципы и до конца пытался спасти жизнь грабителя. Хэмсворт, навестив Азирафеля в первый же день, когда тот очнулся, рассказал, что тот выжил и сбежал, и Фэлл выдохнул с облегчением.       У него получилось.       Он защитил чью-то жизнь, а это уже дорого стоило.       Габриэль навещал его каждый день, постоянно спрашивая о здоровье, рассказывая о новостях с работы и принося разного рода сладости. Будто каким-то образом узнал, что Азирафель просто не может устоять перед дорогим десертом.       Фэлл не помнил, что Хэмсворт ударил его по затылку. Он был слишком разгневан и ошеломлен, чтобы помнить эту незначительную мелочь. А Габриэль об этом не говорил.       Спустя неделю Габриэль навестил Азирафеля, с широкой улыбкой сообщив, что их утвердили на ведение дела Энни Мартин о подозрении в наркоторговле, а также, что полиция отложила предложение анонима в долгий ящик до того, пока не разделается с Энни.       — Не переживай, — заметил Хэмсворт глядя, как Азирафель подскочил на кровати, готовый приступить к работе сию же минуту, но из-за вспышки боли в руке не смог даже встать. — В первую очередь мне, как твоему напарнику, важно твое здоровье. Поэтому сперва ты должен полностью поправиться, а уже потом займемся делом. Я пока потолкую со следователями и сам займусь сбором улик.       Азирафель расстроенно кивнул.       — И прости, что тебя подстрелили, — Хэмсворт виновато оглядел перебинтованную руку напарника, — думал, мы справимся с этим делом, не ожидал, что там будут слишком крутые парни.       — Ты не виноват, — Азирафель покачал головой. — Все в порядке.       — Кстати, эта вылазка была неофициальной, так что… — Габриэль замялся, — не мог бы ты не говорить начальству, что мы там были? Иначе у меня будут большие проблемы.       Напарник удивленно поднял светлые брови, осмысливая слова Хэмсворта, а затем хмурясь.       — Просто я уже давно пытаюсь… прикрыть этот бизнес, но… — Хэмсворт тяжело вздохнул, — у его владельца слишком большие связи, я ведь говорил тебе об этом. Но ничего… когда-нибудь справедливость обязательно победит, Азирафель.       Фэлл послушно кивнул. Он верил Габриэлю, как своему начальнику и напарнику, и не сомневался, что в его словах звучит истина.       — Как скажешь, — пробормотал Азирафель, и Хэмсворт расплылся в широкой улыбке.       С того самого дня Азирафелю стало хуже.       Раны прекрасно заживали, лекарства действовали, а милые медсестры, которых подкупила его необычная внешность, носились с ним больше, чем с остальными пациентами, которым нужен был более тщательный уход.       Но Азирафель плохо спал. Ему снились кошмары, в них раз за разом повторялись одни и те же сцены, в которых были сплошные высокие крики и выстрелы, мольбы о пощаде и приглушенные голоса.       А потом в эпицентре всего этого хаоса, который к середине сна начинал размываться в сознании, вставал высокий киллер в темных очках, поднимая оружие и ухмыляясь, словно сам дьявол.       В этот момент Фэлл каждый раз просыпался с быстро бьющимся сердцем, нарастающей паникой, а главное понимал — он не может дышать. Не в силах сделать всего лишь жалкий вдох и теперь близок к смерти.       Азирафель с трудом закрывал глаза и, словно в детстве, начинал перечислять в голове различные районы Лондона, какие только мог вспомнить, а потом судорожно вдыхал, и стоило ему только почувствовать, что он снова может дышать, как страх отступал.       Фэлл тяжело дышал, лежа по ночам в больничной кровати, боясь собственных снов, и все пытался выбросить из головы образ этого человека, который мучил его с того дня, возрождая в нем новые приступы паники, которые Азирафель, как он думал, уже смог перебороть.       Этот самый человек, а Азирафель еще с того дня запомнил, что его звали Кроули, появился на пороге его палаты спустя еще неделю.       В палате он был один, и в этот момент как раз сидел под капельницей, пялясь на систему и считая капли, падающие из пакета с лекарством, а затем бегущие по трубке.       Энтони Кроули, словно тень, возник в дверях, заслоняя собой искусственное больничное освещение. Азирафель застыл, увидев этого человека в строгом черном костюме и темных очках, которые он не снял, даже войдя в палату.       Встретив свой ночной кошмар наяву.       Фэлл испуганно наблюдал за тем, как киллер вальяжной походкой проходит к его кровати, придвигает стул и усаживается, откидываясь на спинку и закидывая ногу на ногу.       Азирафель понятия не имел, зачем тот пришел.       От Кроули исходил негатив. Ощущение опасности. Одна лишь его поза уже говорила о том, что он хозяин положения. А посмотрев в это лицо вблизи, уже будучи в здравом и ничем не затуманенном уме, Азирафель ужаснулся от того, насколько страшным выглядит этот взгляд. Фэлл будто видел его сквозь плотные стекла. И от этого становилось не по себе. Кроули был похож на дикого зверя, в любой момент готового к опасному прыжку. И отчего-то его скрытые глаза, казались столь же нечеловеческими. Как у дикой змеи. Азирафель сам не знал, почему в голову пришла именно эта ассоциация.       Фэлл сглотнул. Он не собирался первым начинать диалог, потому что это Кроули пришел к нему. Ему было что-то нужно. И Азирафель не собирался трястись перед ним, если киллер этого ожидал. Наоборот, он прищурил глаза и выпрямился, стараясь выглядеть как можно более угрожающе.       — Вижу, ты в полном здравии, — мирно заметил Энтони, склоняя голову набок. Сквозь очки казалось, что он внимательно разглядывает Азирафеля. Фэлл мужественно выдержал эту пытку.       — Вопреки твоим стараниям — да, — ответил он прохладным тоном.       — Я не хотел тебя убивать, — Кроули пожал плечами и сложил руки перед собой, — ты сам подставился.       — Ты пытался убить невинного человека.       — И что? Работа такая.       Азирафель опустил взгляд, пытаясь не заострять внимание на безразличных и циничных словах. Кроули был прав — у него такая работа. Он сам ее выбрал. Но это не отменяло того факта, что он убивает людей и что это неправильно.       — Зачем ты пришел? — спросил Азирафель, отводя взгляд. Внимательно смотря, как капает лекарство по трубкам.       Энтони помолчал несколько минут, и все это время Азирафель продолжал наблюдать за лекарством.       — Убедиться, что с тобой все в порядке, — ответил киллер, пожимая плечами.       Азирафель удивленно моргнул и посмотрел, наконец, на Кроули.       — Зачем?       — Копов нельзя убивать, дружок, — тихо произнес Кроули, внимательно глядя на Азирафеля, — вы не трогаете нас, а мы не трогаем вас, понимаешь, о чем я?       Фэлл нахмурился, вспоминая, какие вещи рассказывал ему Габриэль, что делают с полицией, когда что-то идет не по плану.       — Собираешься мне угрожать?       — С тебя нечего взять, — ответил Энтони небрежно.       Азирафель поджал губы.       — Я все равно могу рассказать начальству, где находится склад с наркотиками и что ты, Кроули — наемный убийца, на счету которого много жизней. И именно это я и собираюсь сделать.       Кроули озадаченно поднял брови. Несколько минут он молчал, пока Фэлл смотрел на него холодным и решительным взглядом.       — У тебя никого нет, — задумчиво произнес Энтони, подаваясь вперед и опираясь подбородком о подставленную ладонь. Азирафель вздрогнул от этих слов, — ты одинок, поэтому считаешь, что можешь быть таким смелым, раз никто не сможет надавить на тебя через близких. И ты готов умереть за справедливость, — Кроули кивнул на перебинтованную руку. — Думаешь, останешься верен принципам, если сдохнешь, как герой?       Азирафель промолчал.       — Откуда ты понабрался этой дури? — Кроули покачал головой. — Хорошо, давай проверим, насколько сильно твое благородство. — Фэлл напряженно сдвинул брови. — У твоего напарника, Хэмсворта, есть девушка, и я даже знаю ее имя и где она живет. Когда приходит домой и сколько времени сидит одна, пока великий детектив не возвращается. — Кроули посмотрел на часы. — Думаю, через сорок минут я смогу ее застать.       Азирафель медленно выдохнул.       — Ну и что будешь делать? — спросил Кроули, ухмыльнувшись, а после расслабленно откинулся на спинку стула. — Не нужно быть таким глупым, Азирафель, — Фэлл вздрогнул, когда убийца прошипел его имя, — научись договариваться, если хочешь остаться живым.       Фэлл, активно переосмысливающий его речь, вдруг понял, что проскальзывало между угрозами в словах киллера. До него дошло, зачем Кроули пришел к нему. Он сжал пальцы на одеяле.       — Я не собираюсь договариваться. Только не с тобой, — произнес он, глядя Кроули в глаза. — И никогда.       Кроули дернул одним уголком рта.       — Неужели обиделся за то, что я тебя подстрелил, ангел? — спросил он, выпрямляясь.       — Как… — прошептал Азирафель широко раскрывая глаза. — Как ты меня назвал?       Энтони неуверенно промолчал, и Фэлл понял, что киллер просто случайно оговорился, и даже поперхнулся воздухом от столь наглого обращения. Это было настолько… вульгарно. Что вообще имел ввиду Кроули, когда говорил это?       Какого черта он вообще сюда пришел?       — Не смей ко мне так обращаться! — возмутился Азирафель, сжимая пальцами уголок одеяла. — Ты всего лишь мерзкий убийца, который не ценит человеческую жизнь. Мне плевать, что ты выстрелил в меня, можешь хоть подавиться моей жизнью. Но ты убил тех парней. Я более чем уверен, что ты даже не думаешь о том, что убиваешь кого-то. Можешь хоть сейчас меня убить, но я не стану вести дружбу с таким, как ты!       Азирафель вложил в свои слова все те чувства, что испытывал в момент, когда Кроули наставлял оружие на невинных людей. А еще обиду за то, что даже во снах этот человек не отпускал его.       — Хорошо, — произнес Кроули, никак не реагируя на слова Азирафеля. Он не вздрогнул, на его лице не отразилось никаких эмоций, а глаза и подавно были спрятаны за стеклами. Поэтому Азирафель никак не мог предположить, о чем в этот миг подумал убийца. — Я тебя понял.       Энтони встал, небрежно оправляя складки на своем костюме. Он по-прежнему смотрел на Азирафеля, но Фэллу вдруг показалось, что где-то за стеклами его взгляд направлен в другую сторону.       — Можешь не переживать за свою безопасность, я… — Кроули прервал раздавшийся звук. Стандартная мелодия звонка телефона, который он достал из кармана, прикладывая к уху и тут же недовольно искривляя лицо. — Не сейчас, Хастур, я занят!       Кроули сложил телефон обратно в карман, не замечая, как в этот самый миг побледнел Азирафель. Как дрогнули его пальцы на одеяле, как плотно в одну тонкую линию сжались губы и расширились глаза.       — Сделаем вид, что ты понял мое предупреждение о том, что тебе лучше молчать, — продолжил Кроули, мельком глянув на Азирафеля. — А насчет дружбы… ты, все же, подумай.       С этими словами киллер покинул палату.       Фэлл схватился за грудь. Он снова не мог нормально вдохнуть.

***

      — Ну что еще?! — прошипел Энтони в телефон, стоило ему оказаться в коридоре. Он прошел к посту медсестер, перебирающих шкафчик с лекарствами, и жестом подозвал одну из них.       Медсестра смущенно улыбнулась, глядя на сурового джентльмена в дорогущем черном костюме и тихо спросила, чем может помочь. В ответ Энтони Кроули пальцами показал номер палаты Азирафеля и ткнул в сторону медицинских карт. Медсестра кивнула и занялась поисками.       — Я нашел мальчика, которого ты искал всю неделю, — ответил Хастур, и на фоне его голоса, словно в подтверждение, раздался высокий крик.       — И что ты с ним делаешь? — осведомился Кроули деловым тоном, принимая из рук медсестры больничную карту и вежливо ей кивая.       — Простите, но, так как это конфиденциальная информация, мы не имеем права отдавать ее людям, не являющимися родственниками больных, — произнесла она, глядя на Кроули, — поэтому я должна наблюдать за тем, что вы будете делать с картой. И да, никаких фотографий.       Кроули фыркнул и закатил глаза. Но кивнул и начал листать карту под пристальным взглядом сестры.       — Ничего, это не он, — ответил Хастур недовольно, а следом в телефоне раздался выстрел. Энтони глянул на медсестру, но та, кажется, этого не услышала, а потом понизил громкость динамика.       — А кто?       — У меня есть и своя работа, — рыкнул Хастур на том конце.       Кроули внимательно пробежался глазами по листку, где в подробностях описывался ход операции, невольно кивая головой на каждую строчку, а потом перевел взгляд на имя оперирующего хирурга и усмехнулся.       — Моя проблема важнее твоей работы, — протянул Кроули, переворачивая страницу и изучая лист назначений, читая названия препаратов.       — Вельзевул подождет. Чем ты занят, Змееныш? Опять тусуешься в этой больнице?       — Возможно.       — Ты мне все еще не заплатил за то, что я одолжил тебе своего хирурга. Он единственный во всем Лондоне, кто действительно хорошо шьет.       — Я помню, — Кроули закрыл карту, кивнул медсестре и отошел от поста. — Где ты? Я сейчас приеду, поговорить с нашим новым другом.       Хастур продиктовал адрес, и Кроули сбросил звонок.       Он уже несколько недель спал всего по несколько часов в сутки, а потому от недосыпа был еще злее, чем обычно, и это при том, что успокоительные и так подавляли его вспышки агрессии.       Кроули негодовал. Найти анонима, который якобы знал личность Вельзевула, оказалось сложнее, чем он думал изначально, да еще и проклятый Хэмсворт отказался ему помогать.       Для начала Кроули решил разобраться с тем грабителем, которого Азирафель всеми силами защищал. Тот оказался очень полезным, и Кроули поблагодарил бы Фэлла за то, что тот не дал убить его.       К несчастью, парень оказался обдолбан настолько, что пришлось привязать его к батарее и несколько дней ждать, пока вся дрянь, которой он был накачан, выйдет. Иначе он был просто неспособен вести человеческий диалог.       И вот когда к концу недели несчастный, наконец, протрезвел, то слишком легко рассказал Энтони о том, что им действительно шепнули на ухо, что склад пустует и его можно брать. Оказалось даже, что они были не одни. Еще нескольким бандам с улиц также сообщили, что свободны остальные склады.       Кроули скрипел зубами, составляя список складов, разбросанных по Лондону, и примерный набросок местных уличных банд, которых кто-то натравил на них. Ему еще трижды пришлось ездить на места, чтобы предотвращать ограбления. Только в этот раз никакой ангел не вставал перед невинными наркоманами, которых застали на месте преступления, чтобы спасти их.       Эрни, парень которого Кроули благостно оставил в живых за то, что тот оказался таким послушным, не знал, кто именно нашептал о местах складов. Поэтому пришлось отлавливать остальных, но тут с Кроули сыграла злую шутку его любовь убивать всех, кого он встречает. В живых не осталось никого, кого можно было допросить.       Босс негодовал, крича ему в телефон ругательства и угрозы, которые Кроули с безразличным видом выслушивал день за днем, обещая, что ускорится, просто ему нужно больше времени.       Работы был непочатый край. Нужно было проверить много имен, навестить стольких людей, со всеми провести беседу. И даже ярости Кроули не хватало на всех.       Именно поэтому Энтони был рад тому, что у него был Хастур. Он согласился поймать кого-нибудь из местных уличных банд, чтобы найти их осведомителя, который чудесным образом знал о расположении каждого склада.       И прямо сейчас Кроули собирался вытрясти информацию об этом неизвестном, который бросается информацией, натравливая банды на склады. Энтони не сомневался в том, что это как-то связано с тем самым анонимом, знающим Вельзевула. И надеялся, что чутье его не подводит, а иначе Хэмсворт опережал его, потому что у него была запись — а это давало ему фору.       Со всей этой работой Кроули нашел время навестить Азирафеля только сейчас.       Все это время, следя за бандами, навещая родственников полицейских по вечерам и ведя с ними профилактические беседы, Кроули думал об этом странном существе. Образ ангела стоял у него перед глазами практически круглые сутки, разве что оставляя его в покое во снах, потому что Энтони Кроули никогда не видел сны.       Кроули долго размышлял, почему не смог в тот миг просто взять и застрелить Азирафеля. У него никогда не было с этим проблем. Он даже забеспокоился, все ли с ним в порядке, но расправившись с половиной уличных банд, понял, что нет, дело было не в нем.       Дело было в гребаном ангеле.       Его взгляд всплывал перед Кроули постоянно, и это даже стало мешать работе. И в какой-то момент, когда Энтони убивал очередного бандита, до него вдруг дошло.       Проблема была в глазах этого ангела.       За стеной истинного холодного гнева Кроули даже тусклом свете помещения, сквозь проклятые темные стекла удалось разглядеть настоящую боль. Ту самую, которая, как правило, не свойственна обычным людям. Такая, которая рождается в глубине души еще в самом детстве. Это отчаяние, ломающее рассудок и душу. Расползающееся по телу и пожирающее его годами. Растущее из самых мрачных глубин.       Это нельзя разглядеть просто так. Это можно увидеть только тогда, когда ты во всевозможных смыслах понимаешь это отчаяние.       Кроули еще не встречал людей с таким взглядом. Еще никогда не понимал, что именно скрывается в глубине чужих глаз.       Азирафель.       Какое необычное имя. Кроули слышал множество имен за всю свою жизнь, но подобное впервые. Такое нежное, такое невинное. По-настоящему ангельское. Словно насмешка судьбы над Энтони Кроули. Словно плевок в лицо — посмотри — он слишком далек от тебя, тебе никогда его не достигнуть.       Кроули не мог забыть его. Этого чертового ангела, которого он, идиот, чуть не пристрелил собственными руками и проклинал себя за это каждый день.       И Энтони Кроули должен был разобраться с этим.       Слова Азирафеля обидели. Ангел бессовестно оттолкнул его, хладнокровно очерчивая между ними незримую, не переступаемую границу.       По его яростному взгляду, Кроули видел, что Азирафель не желает ни о чем с ним договариваться. Но он молчал, и Энтони понял, что смог задеть за живое, когда угрожал ему. Пришлось, потому что Азирафель оказался упорнее, чем он думал, и стоило его немного припугнуть. Кроули не хотел, но тогда глупец бы точно попытался пойти на конфликт с его боссом, а в таком случае Азирафеля точно приказали бы убить.       Кроули не думал, что ангел теперь так просто подпустит его к себе.       Просто ему нужно время, чтобы понять. Подумать о том, как правильно вести себя с Азирафелем, как опутать его своими кольцами, привлечь его внимание. А потом влезть к нему в душу, выудить на поверхность то, что он хранит, не показывая никому, а потом разрушить все это и вытащить ангела из того ада, в котором он находился на данный момент.       Кроули знал это. Он понимал, видел, чувствовал.       Он хотел.       А если Энтони Кроули чего-то хотел, он это получал.       — Ой! — раздалось прямо под ухом, и Энтони поднял голову, уставившись на незнакомца, которого толкнул плечом, выходя из больницы, пока вновь выстраивал в своей голове непорочный образ ангела. — Прошу прощения…       Молодой мужчина в забавном полосатом галстуке и пластмассовых очках покачнулся и едва не упал, так что Кроули пришлось подхватить его под локоть, чтобы удержать на ногах.       — Все в порядке? — Энтони внимательно вгляделся его лицо. Покрасневшие глаза странно блестели за стеклами очков, а на щеках играл болезненный румянец. Как бы не заразиться от него чем-нибудь.       Тот странно дернул головой, выцепил руку из его хватки, благодарно кивнул и направился в сторону регистрации.       Кроули повернулся и наткнулся на Хэмсворта, который зашел в больницу следом за этим странным чудиком.       — Это Ньют Пульцифер, — произнес он, подходя к Кроули. — Мой коллега. Судмедэксперт.       — А-а, — с пониманием протянул Энтони, приподнимая бровь и еще раз оглядывая мужчину, — поэтому он такой… дерганный.       — У него два месяца назад умерла девушка, — Габриэль безразлично пожал плечами, кидая докуренную сигарету в ближайшую мусорку. — До сих пор, видимо, не отошел. Он ее лично вскрывал, а после этого еще несколько часов рыдал в углу где-то в участке.       — А у вас разве нет психотерапевта для таких случаев? — уточнил Кроули, глядя в сторону мужчины, который действительно нетвердо стоял на ногах.       — Конечно, нет, о чем ты? — Хэмсворт презрительно фыркнул, — Азирафель был единственным, кто пытался его успокоить. Собственно, поэтому Ньют и привязался к нему так сильно с того времени.       Кроули хмыкнул. Ну конечно, он не только выглядит, как настоящий ангел, но и ведет себя соответствующе.       — Навещает его тут каждый день, — с этими словами Габриэль многозначительно подмигнул Энтони. — Кстати, мне стоит ждать, что Азирафеля найдут с излишком героина в лекарстве от головной боли?       — Нет, он оказался сговорчивым, — Энтони пожал плечами, игнорируя постоянное упоминание Гавриила о том, какой же он на самом деле мерзавец.       Хэмсворт усмехнулся, а после развернулся и направился в сторону своего коллеги.       Прошипев что-то не очень понятное и содержащее больше нецензурного, Кроули вышел из больницы, думая лишь о том, что сейчас его ждет Хастур, вместе с небольшим подарком, и на этот раз Кроули позаботится о том, чтобы больше не блуждать вокруг да около, а разыскать, наконец, этого анонима.
Укажите сильные и слабые стороны работы
Идея:
Сюжет:
Персонажи:
Язык:
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты