Magic Academy

— Итак, как самый рассудительный и благоразумный из нашего дуэта, я подумал, что мне есть смысл обратиться к тебе за советом. — Так и скажи, что ты хотел прикольнуться, а в итоге проебался тоже, — буркает Чонгук, недовольно скрещивая руки на груди. — Я не думал, что ты утащишь меня вместе с собой в Тёмные болота, — защищается Юнги, усаживая свою тощую задницу на край рабочего стола в комнате Намджуна. — Почему из-за того, что он раскритиковал внешность одного ведьмага, на нас ополчились ещё и некоторые дриады с магами? Это несправедливо. — И что вы, собственно, такого натворили? — любопытствует Намджун, снимая очки и потирая переносицу. Он — старшекурсник, назначенный на «должность» по разрешению межвидовых конфликтов в стенах Академии. — Юнги сказал, что раз Тэхён красит волосы постоянно, то они у него выпадать уже начнут скоро. Типа «прояви заботу», подари что-нибудь. Он приводомерил мне бутылку шампуня на лекцию, после которой я её и подарил. Вот что. — М-да, походу, ты на Магическом этикете спал, раз так наивно позволил Юнги тебя облапошить, — тяжело вздыхает Намджун. — Чтобы было понятнее, за что тебе влетело, коротко скажу: как-то зацепить мага по поводу цвета волос, длины, причёски и так далее, это то же самое, как оборотня обозвать кобелём в том самом «потаскушечном» смысле. — Мы любим лишь один раз! — в сердцах вскрикивает Чонгук, не удержавшись. Щёки краснеют, когда накатывает понимание того, как же сильно он оскорбил Тэхёна. Его нос морщится, он злобно смотрит на Юнги. — Знаю-знаю! Пранк вышел из-под контроля. Не злись. — Не злись?! Вообще-то это из-за тебя меня ещё и током шандарахнули вдобавок! — Незнание не освобождает от ответственности, — вставляет поучительную фразу Намджун. — Да разрулим мы всё! — повышает тон Юнги. Он начинает чувствовать себя прокисшим молоком, когда Чонгук смотрит на него так обиженно. — Хах, да уж попытайтесь. Месть мага — страшнее смерти. Чонгук, жди ответочки от Тэхёна. Он тебе такой подкат без отмщения не оставит.       Всю дорогу до своего общежития они матершинно лаялись, возле оборотня-сторожа и вампирши-коменды шикали, а на лестничной клетке пихались, пытаясь столкнуть друг друга со ступенек. Перебранка закончилась в тот момент, когда обнаружилась открытая дверь в чонгукову комнату. — Белые клыки! — ошарашенно взвизгивает Юнги, разглядывая сущий кавардак.       Постельное бельё изорвано и подпалено, растащено по полу, канцелярия и книги где-то под ним и в углах — видимо, их смели вместе с перевёрнутым столом для занятий. Одежда из шкафа тоже раскидана по всему пространству комнаты, фоторамки разбиты. Юнги смотрит на Чонгука: кулаки сжаты, нос сморщен, клыки наружу. Пышет злобой, и утробное рычание всё нарастает: — Кто этот смертник? — Ответочка от Тэхёна, — много ума не надо, чтобы понять этот факт. — Нюхай, чтобы наверняка.       Чонгук сосредотачивается, и понимает, что пахнет действительно Тэхёном. Тот даже не пытался замаскировать свой след.       Лёгким и быстрым движением руки Чон поднимает стол с пола за ножку и швыряет в Юнги. Тот, естественно, уворачивается, но чувствовать себя прокисшим молоком не перестаёт.

***

      Физкультура — самый богатый на события предмет по причине того, что магические виды обитают тут все разом. Сегодня оборотни играют в футбол, дриады плетут венки и играют с бабочками, маги практикуются со стихией воздуха и земли, спрашивая советов у дриад. А преподаватели напряжённо бдят, чтобы не случилась межвидовая заварушка.       Чимин с Тэхёном уединились и занимаются йогой на специальных ковриках. — Ну и как ты ему отомстил? — любопытствует дриада, поправляя нежно-голубую налобную повязку, впитывающую пот. На его веках сегодня золотые блёстки, сочно-оранжевая помада делает его губы заметными даже с противоположного конца поля, и он периодически поглядывает на парочку знакомых дебилов, один из которых снова планирует подкатить свои грибочки к его другу. — Превратил его комнату в кладбище хаоса, — раздражённо проговаривает Тэхён, выныривая из позы дельфина. Фиолетовая серьга в виде молнии шлёпает о шею, а пара ядрёно-красных прядок прилипла ко лбу, как и белая просторная футболка — к телу. Жарко. — Это же так жестоко! — восклицает Чимин и садится в позу журавля, отчего бледно-жёлтые легинсы очень плотно облегают его ягодицы. — Ты же знаешь, как трепетно они относятся к месту, в котором живут. Это же их островок безопасности, спокойствия. — На это и был расчёт, — холодно замечает Тэхён, вытягиваясь в позу дерева, прикрывая глаза и облегчённо выдыхая от ощущения распрямляющегося позвоночника. — А мне шампунь дарить, так это не жестоко, по-твоему? Ещё скажи, что я должен был расценить это как комплимент!       Чимин плавно разгибается из своей позы, отряхивает легинсы от семечек одуванчика и мелких травинок, поправляет нежно-голубую футболку, берёт свой рюкзак и ступает по густому зелёному газончику, вырастающему прямо под голыми ступнями. — Ты куда? — интересуется Тэхён, смотря другу вслед. Затем, мысленно ругнувшись, спрашивает: — Чего тебе?       Чонгук вздрагивает от неожиданного обращения. Он предполагал, что всё будет наоборот: ведьмаг испугается его присутствия из-за невозможности оборотня ходить громко по траве, а потом из-за этого разозлится, и всё опять пойдёт по… дорожкам тли. Но нет. Кажется, Ким понял, что кто-то подошёл сзади, по ещё одной появившейся тени на траве. — П-привет. Эмм, я… Я хотел извиниться за тот случай, — Чонгук слышит, как глубоко и явно, пытаясь держать стихии в руках, вздыхает ведьмаг, готовясь всё же повернуться к нему лицом ради приличия. И он мысленно молит не проверять магию на его шкуре, но если уж так хочется выпустить пар, то можно. Но, пожалуйста, чуть-чуть. Из него при обращении потом мех лезет!       Тэхён резко оборачивается и проглатывает свой чуть не вырвавшийся наружу визг. Оборотни, шмель их за ногу! — Ты вообще знаешь, что такое одежда? — а ведь чертовски горячий щенок. И по температуре организма, и по внешности, и по рельефам тела. — Шорты с трусами не в счёт. — Самкам такое нравится, — недоумевает Чонгук, оглядывая свой обнажённый торс. — Но… ведь тебе тоже? Твоё сердцебиение ускорилось, щёки слегка порозовели, и ещё я по запаху чувствую, как ты начинаешь возб… Ай, блять! Тэхён, стой! Не надо! По-погоди! Прости! Прости! Ай!       Чимин плавной походкой приближается к Юнги, сидящему на покрывале в тени под деревом, чтобы избегать прямых солнечных лучей. Вампиры не любят жару, а сегодня градусов двадцать пять есть точно, и ещё безветренно. Он сидит в чёрной футболке и бриджах по колено, залипая в телефон. — Я забыл воду. Поделишься? — интересуется, кивая в сторону бутылки с водой.       Вампир поднимает голову от экрана, достаёт правый наушник, чуть дольше положенного смотрит на дриаду и, часто-часто моргая, передаёт бутылку. Тот подсаживается к нему справа, пьёт из горла так, чтобы пара капелек побежала по подбородку и дальше, на шею с чётко выделяющимся, поскольку он запрокинул голову, кадыком. Тэхён пуляет в Чонгука огненными снежками, Юнги делает вид, что всё так же смотрит в экран телефона, а радужка у него отдаёт красным неоном, якобы потому, что глаза слезятся от яркого солнца или же блёсток на чиминовых веках, что отражают солнечный свет. Чимин что-то ищет в своём рюкзаке, а после пять конфеток с кровью падают на покрывало.       Дриада смотрит в упор, но не пронзительно, а как-то мягко и изучающе. Точно так же Чонгук залипает на Тэхёна на парах и по итогу своих наблюдений предугадывает, за каким цветом фломастера в следующую секунду тот потянется. В сериале Sex Education, который Юнги смотрит на телефоне, наступает очень эмоциональный момент с поцелуем Эрика и Адама. Он знает, что Чимин тоже смотрит на экран, приблизившись ближе положенного; знает, что эти конфетки жуть какие дорогие, а ещё — что собственные щёки слегка порозовели от этого милого жеста симпатии. Ну и от непосредственной близости тоже. Ну и от происходящего в сериале, само собой. — У меня аллергия на положительный резус-фактор. — Хм… — грустит Чимин из-за неудавшегося подарка, а после бездумно бросает: — У меня отрицательный.       Юнги косится ошалелым взглядом. Чимин ойкает и машет руками, судорожно перебирая губами воздух с «я не это имел в виду!», «ты только не подумай лишнего!», «это не было намёком, я просто к слову сказал!», «я не намекал на непотребства!», а потом, заметив смешок Юнги, шёпотом добавляет, уже не так сильно суетясь: — Сейчас не намекал.       Скулы Юнги окрашиваются розовой пудрой окончательно.