Лапы, уши и хвосты

Каждый день Шэнь Цинцю приходил к Лю Цингэ и передавал духовную энергию. — Тебе нужно больше медитировать, — как заезженная пластинка повторял Шэнь. — Больше медитаций. Меньше мечей. Хватит их чистить! Они и так уже блестят! Тебе не страшно тут сидеть? У тебя же по всем стенам мечи развешаны вместо зеркал. Что ты перебираешь их по сто раз за день?! Складываешь да перекладываешь, чистишь да полируешь, как Ци Цинци со своими блестяшками… — Вот не надо про Цинци! — сказал Лю и сразу заткнул уши, остерегаясь нового потока претензий. — Причём тут Цинци?! — Шэнь продолжал, зная, что у шиди теперь есть ещё два уха и что он об этом благополучно забывает.— Даже если ты просто чистишь мечи — это уже влияет на твою ци! Я уже неделю с тобой сижу! — Не сидишь. Ты приходишь только вечером. Думаешь, мне легко? Торчу тут целыми днями, единственное развлечение — мечи чистить, хотя и это мне, оказывается, нельзя! Адепты творят что попало, точнее вообще ничего не творят… всмысле бездельничают. А ещё ты у меня Чэнлуань отобрал; теперь тут дежуришь и заставляешь меня медитировать. — Цингэ закатил глаза, — Вот помру я у тебя — тогда узна-а-аешь… — Ничего ты у меня не помрёшь! — сердито буркнул Цинцю. — Больше медитируй. — Шисюн, мне так плохо, —причитал Лю, — Уши чешутся, хвост тяжёлый, поясница болит… ещё ты нотации читаешь. А я гулять хочу-у… — Это что за синдром мартовского кота?! — воскликнул Шэнь. — Гулять он хочет… Иди да гуляй, я тебя не держу. — Ко-омплексы не дают! — заорал Цингэ. «Какие у тебя могут быть комплексы?!» — мысленно удивился Цинцю. — Пошли. — Куда? — спросил Лю. — Совмещать приятное с полезным! Цинцю схватил шиди за руку и потащил на улицу. — Т-ты чего?! — вскрикнул Цингэ, прикрывая черные уши. — Меня ж заметят! — Ори громче. Пусть смотрят, ты у нас красивый. — Отпусти меня! — Ты что, серьёзно думаешь, что адепты, узнав о том, что их наставник ушёл «в отпуск» будут шататься по улице?! Весь Байчжань спит! Все хотят выспаться! — Ч-чего? Кто их этому научил? — Адепты с Аньдина. Когда Цинхуа первый раз ушёл, они спали двое суток. Ну и шороху они тогда навели! Никто ничего не мог найти и все поставки перепутали… Впрочем, неважно. Мы пришли. Цинцю привёл шиди к цветущему персиковому дереву, широко раскинувшему свои ветви. Молочно-белые цветы уже начали опадать и под деревом лежали светлые лепестки, похожие на снег. — Зачем ты меня сюда привёл? — удивился Цингэ, нервно оглядываясь по сторонам, боясь встретить адептов. — Для двойного совершенствования, — со спокойным лицом ответил Шэнь. — Что?! — испуганно отскочил Лю, распушив хвост. — Шучу. Садись и медитируй, — усмехнулся Цинцю и, сложив ноги, сел под деревом и начал медитацию. — Ты серьёзно? — облегчённо выдохнул Цингэ. Похоже, выбора у него не было. Он сел рядом и тоже начал медитировать.

***

— Учитель! Наконец-то вы вышли! Лю Цингэ проснулся от восторженного крика своих учеников, столпившихся вокруг него. Кто-то хватал его за хвост, кто-то чесал за ухом (за что ему огромное спасибо), кто-то рассматривал лапы и нажимал на подушечки. — Аргх, перестаньте! Противно! — вскрикнул Лю, когда его слишком сильно потянули за хвост. — Где ваш шибо? — Я тут, шиди! — донеслось откуда-то сверху. Оказалось, все это время Цинцю чесал ему кошачьи уши. — Т-т-ты… Ты чего творишь?! — Чешу тебе уши. Ты же сам сказал, что они чешутся. — Ну не при учениках же… — Цингэ сердито зыркнул на столпившихся учеников, — Вон отсюда! Быстро на тренировки! — рявкнул Лю. Через секунду уже никого из адептов не было, а с тренировочного поля донёсся лязг мечей. — Ну зачем ты так с ними? — ласково спросил Шэнь, гладя шиди по голове. — А чего они таращатся? Все ушли, теперь чеши сколько влезет. — Чего? — Почеши мне ещё уши. — А волшебное слово? — хитро прищурился Шэнь. — Пожалуйста, — вздохнул Цингэ. «Ну как маленький ребёнок, честное слово!» — мысленно улыбнулся Цинцю, почесывая тонкими пальцами чёрные бархатистый уши. — Вот-вот там ещё повыше… да вот тут. — мурчал от удовольствия Лю. — Всё! — Цинцю опустил руку и достал веер. — Всё? — разочарованно обернулся Цингэ. — Чем больше будешь медитировать, тем чаще буду чесать уши, — Шэнь Цинцю легонько хлопнул шиди по голове веером. — Будь послушным котенком. — Шисюн! [+10 баллов за канонное поведение!] — радостно пиликнула Система.