Я верю тебе

Για ένα άτομο όμως μπορεί να είσαι όλος ο κόσμος... ...Да, три года назад я и представить себе не могла, что смогу к Вам вот так просто подойти и обнять!.. Я очень благодарна Вам, что Вы меня не отталкиваете! Я счастлива рядом с Вами. Вы стали для меня едва ли не самым близким человеком за эти годы!.. Я хочу дарить Вам своё тепло, делать Вас чуточку счастливее. Мне ничего не нужно взамен, кроме Вашей улыбки. Только бы знать, что Вам хорошо, у Вас настроение поднялось! Я безумно благодарна судьбе за то, что она подарила мне в этой жизни такого замечательного человека, как Вы! С безграничной любовью и уважением, Ваша Катя-Кот Именно так звучало моё письмо, которое я сжимала сейчас в руках в ожидании Екатерины Викентьевны. Сказанные ею вчера слова изменили моё отношение к ней, вывели его на новый уровень. Я на самом деле поняла, насколько дорог мне этот человек. Только ей я могу и хочу доверить все свои тайны, только она поймёт меня по-настоящему, и никто другой не сможет заменить её в моей жизни. И я окончательно убедилась, что значу для неё немного больше, чем просто ученица, тем более бывшая. Я смогла достичь того, чего хотела. Я завоевала её. Она меня уже не забудет. Теперь нужно укрепить и сохранить эту хрупкую взаимность. Я судорожно теребила бедный тетрадный лист, к которому скрепочкой был прикреплён маленький кусочек плотной бумаги, мною красиво оформленный. Посередине этого "довеска" на золотом фоне помещалась сиреневая надпись "Спасибо!" с дорисованным сердечком и смайликом, а на обратной стороне в столбик я указала причины столь важной благодарности: "За заботу, за внимание, за доброту, за понимание, за любовь, за помощь. За то, что Вы есть!". Время неумолимо бежало к звонку на урок, моё волнение увеличивалось, а учительница до сих пор не вышла в холл. Мимо меня даже промчалась наша вечно опаздывающая классная руководительница, бросив в мою сторону злобный взгляд. Но свершилось чудо, и Анисимова наконец появилась на горизонте. Минута до начала урока. Я уже физически не успею и отдать письмо, и добежать на четвёртый этаж. Влетит же мне от Еленки потом за опоздание!.. Я настолько глубоко ушла в себя, что не заметила одну немаловажную деталь. - Здравствуй! - сама подошла ко мне Екатерина Викентьевна. Я очнулась от своих мыслей, подняла голову и увидела рядом с собой улыбающуюся информатичку. - Здравствуйте! А можно Вас на минутку? - я вскочила со скамейки как ошпаренная. - Да, - она сложила руки в замок и заинтересованно наблюдала за моими дальнейшими действиями. - У меня кое-что есть для Вас... Это пока не стих, но он тоже будет... Потом, чуть позже, - бормотала я, запинаясь через слово, - вот... Я не хочу чтобы кто-то видел... Я протянула ей лист, она бережно взяла его из моих трясущихся рук. Между нами было, наверное, не больше пяти сантиметров, и я могла спокойно вдыхать чудесный аромат её духов и одновременно разглядывать родинки на щеках... - Это тебе спасибо! - засияла она, увидев мою "спасибку", - Я тогда во внутренний карман спрячу! Потом тебе обязательно скажу! И она действительно расстегнула свою тёплую жилетку и аккуратно сложила мой подарок ещё вдвое, засунув его в глубокий карман. - Хорошо! - моё и без того трепещущее сердце теперь было готово выскочить из груди - звенел звонок. - Я бы заходила в Интернет, но я и так много времени сижу в Интернете на работе, мне не хватает ни времени, ни сил, - ни с того ни с сего сказала Анисимова, словно не замечая звонка. - А я и не настаиваю, что Вы! Но у меня много чего уже для Вас накопилось, - не перестаю удивляться внезапности этой женщины, но никогда не упущу момент, чтобы намекнуть ей о том, что жду её всегда и где угодно. - Зайду как-нибудь обязательно! - она не прекращала улыбаться, - Ну, давай! Она жестом показала, что отпускает меня. Как мило! И я, перепрыгивая ступеньки, помчалась на английский. Слава Богу, "н"-ку мне поставить ещё не успели, и я добралась до своей парты без происшествий. Сегодня явно мой день!