Друг или враг

Из задумчивости Дрима вывел шелест бумаги. Инк нашёл наконец нужную страницу в блокноте и теперь протягивал его другу, предлагая прочесть. Мечтатель принял книгу и, пропуская воодушевлённую болтовню художника мимо ушей, пробежался взглядом по неровным рукописным строчкам. Ничего нового он не узнал. Как работает жучок было и без инструкций понятно. Гораздо интереснее было замечать в торопливой речи Инка сомнительные глаголы: поймать, выследить, обезвредить. Теперь уж идея казалась Дриму ужасной: шансов, что после всей этой истории Эррор останется на этом свете, становилось всё меньше. В глазах Инка танцевали озорные огоньки. Похоже помогать создателям и защищать мультивселенную не так интересно, как вылавливать и уничтожать врагов. В речи художника снова проскочило выражение, на котором зациклились мысли Дрима. Инк назвал ситуацию «Охотой на Эррора». Судя по эмоциям, Разрушитель так себя и ощущает: «Как загнанный зверь.» Дрим не понимал, почему после его хороших снов в антипустоте стоит по утрам такое отчаяние. Всё должно работать диаметрально противоположно: Эррор должен был стать счастливее, найти гармонию и полюбить альтернативные миры. Это же не сложно! Альтернативные вселенные же такие потрясающие! Живые, со своими историями и уникальными эмоциями. Дрим видел, что их точки зрения на этот счёт отличаются, но не мог понять, как можно так относиться к своим же альтернативам. Ненавидеть их — всё равно, что ненавидеть себя. Инк, видя, что друг не слушает, решил, что с создателями болтать веселей: — Ладно, работа не ждёт. Я в область набросков. Зови, если нужна будет помощь. Дрим, отдавая блокнот, грустно улыбнулся. Усердию и трудолюбию Инку не занимать. Художник всё свободное время посвящает работе. Порой кажется, что у него его совсем нет. Инк махнул рукой, и, расплывшись в лучезарной улыбке, растворился чернилами. Мечтателю тоже стоит заняться делом. Только он подумал, как бы было здорово, если бы Найтмер хоть на недельку взял паузу и прекратил свои набеги, как вдруг почувствовал что-то: Душу словно окатило ледяной водой. Так ощущается ужас местных, от вторжения брата в какую-либо вселенную. Дрим не медля отправился на помощь неудачному миру. Оказался он в просторной комнате с кремовыми стенами. Большой книжный шкаф и две детские кроватки намекали, что это спальня младшего члена семьи. Сам он мирно спал на одной из них. Это был малыш Азриэль. Можно было решить, что это самая обычная вселенная, если бы не вода, заполнившая всё пространство комнаты. Как только Дрим тут оказался, вода хлынула сквозь одежду, наполняя полое тельце и противным холодком проникая во все щели. Дрим съёжился. Он появился именно в этой комнате, потому что при перемещении в новую вселенную он всегда оказывался в месте концентрации светлых эмоций. Так уж сошлось, что Найтмер уже напугал всех местных, и единственным счастливым монстром оказался тихо сопящий укутанный в одеяло подводный ребёнок. Если бы не работа, Дрим бы остановился, чтобы подарить малышу приятный сон или укрыть посильнее. Задумался бы, как распространяются звуки в этом подводном царстве или почему книги на полках не размокают, но сейчас нельзя отвлекаться. Нужно остановить злодеев. Дрим, ещё не привыкший передвигаться под водой, в распрыжку выбежал из комнаты и, врезаясь в углы на поворотах, нашёл выход из дома. Оказавшись на открытом пространстве, в полуразваленных стенах и в деревце-коралле посреди двора Дрим узнал Руины. Подводных миров было не так много в мультивселенной, а столь явной схожестью с оригиналом отличался только Океантейл. Мечтатель достал телефон и, с удивлением обнаружив, что тот отлично работает в воде, отправил Инку короткое сообщение с просьбой о помощи. Анализируя негативные эмоции, исходящие с разных сторон, Дрим предположил, что плохиши разделились. Найтмер не стал бы лезть в воду, а значит, он находится в единственной в этом мире «сухой» локации. Местная альтернатива Сноудина выглядит как небольшой архипелаг. Группа маленьких тропических островков отлично бы подошла для битвы с Негативом. Там злодеи и обосновались, заключил Дрим. Не размениваясь на подчинённых брата, Дрим стал продвигаться к суше. Стоит атаковать в самое сердце команды, неожиданно и резко, иначе эта вселенная пострадает.

***

Очутясь в этой АВ, Найтмер стал отдавать парням приказы. Хоррора отправил в затонувшие Руины, Даста — в столицу. После обещания подчинённых «замутить воду» вместе с оставшимися двумя атаковал песчаный город. Именно здесь сейчас был человек, способный перезапустить таймлайн. Чтобы этого не произошло его нужно поймать и выкинуть из вселенной. Киллер с Кроссом носились по ночному городу, сеяли хаос и разруху, и искали человека. Кошмар понимал, что нарастающий страх местных уже привлёк внимание Дрима и тот появится с минуты на минуту. Найтмер расположился на крыше самого высокого здания и теперь, упиваясь негативом, со своего пьедестала оглядывал поле будущей битвы. Обзор был хорош. С здания Найтмеру было видно почти весь город. Никто бы не смог подкрасться незамеченным. Кошмар обратил внимание, как Киллер, угрожающе медленно подступавший к трясущейся от страха, забившийся в угол семье кроликов, злобно оскалился. Всё внимание убийцы заняли его жертвы. Он даже не заметил готовящийся выстрелить Гастер-бластер местного Санса-пирата. Так и попал бы под прямую атаку, если бы не молниеносная реакция Найтмера. Он вскинул руку и чёрной жижей переместил подчинённого с пути луча раскалённой магии. Киллер удивленно оглянулся, словно вышел из транса, а когда понял, что жертвы разбежались, поставил себе новую задачу: уничтожить вмешавшегося. Найтмер отвёл взгляд от схлестнувшихся в битве скелетов, выискивая Кросса среди метавшихся паникующих жителей. Монохром носился, возле бара Гриллби. Огненный плавил песок вокруг, швыряя в неприятеля шматки раскалённого до жидкого состояния стекла. В окошке бара за его спиной мелькнуло испуганное детское личико. Вот оно! Кросс тоже заметил цель, потому стал биться усерднее и отчаянней, едва успевая уворачиваться от снарядов. Нехитрым трюком и несколькими телепортациями он подобрался к оппоненту за спину и пронзил того своим огромным ножом. От песка вокруг бара поднимался пар, который застилал дверной проём, пряча в себе вошедшего скелета. Найтмер по исходящим из здания эмоциям понял, что с ребёнком покончено. Теперь то можно разойтись! Теперь их даже Дрим не остановит. Только Найтмер подумал, что братец задерживается, как щупальце у основания со свистом пронзила стрела позитива. Найтмер яростно кинулся в сторону врага. Резкая боль, словно от химического ожога, лишь придавала стимул, несла Негатива в бой. По светлой ауре определяя положение брата, Кошмар всё отдалялся от города. Он понимал, что Дрим специально уводит его подальше от мирных, но не стал противиться. Пусть братец думает, что всё идёт по его плану. По правде говоря Найтмер и сам хотел остаться с Дримом наедине, но отходить слишком далеко от города опасно. Хотелось знать, чем этот ублюдок переманил Эррора. Как убедил. Ускорился, нагнав брата, схватил его щупальцем и швырнул в ближайшую пальму. Дрим, ударившись о ствол, тряпичной куклой отлетел в песок, затем не медля подскочил на ноги, уворачиваясь от посыпавшихся с дерева твёрдых плодов, чьё название ему было не известно. Липко-сладковатый запах ударил в нос. Мечтатель натянул тетиву лука, но прежде чем выстрелить выкрикнул, предупреждая: — Найтмер, сдавайся! Оставь этот мир в покое! Голос его звучал твёрдо и ясно, хотя по чуть дрожащим от напряжения рукам можно было понять, что хранитель волнуется. Бравада брата лишь сильнее разозлила Кошмара. Стремительной атакой он выбросил острые как ножи щупальца во врага. Дрим, не дожидаясь атаки, одним выстрелом выпустил несколько стрел. Две из трёх попали в цель.

***

Механический треск, как от старого радио, раздался в антипустоте. Эррор вздрогнул и оглянулся, в поисках источника звука. Уже потянувшись к синим нитям, чтобы уничтожить ненароком попавший в меж альтернативное пространство шумный прибор, Разрушитель вспомнил, что сам же засёк время, чтобы не пропустить вторжение Найтмера в Океантейл. Провёл рукой, обнажая код. Мерцающие красные нули мерно хрипели, сообщая своему создателю, что время пришло. Эррор милосердно уничтожил их в двоичную пыль и, закрывая окно в Андерновеллу, где сейчас шёл скучный «эпизод» про отношения Андайн и Альфис, поднялся с пуфа и создал портал в одну из ненавистных альтернатив.

***

Инку не пришлось долго ждать; как только он отошёл от Дрима в область набросков, Эррор дал о себе знать. Боль меж рёбер принесла какое-то мазохистское удовлетворение. Для хранителя она означала лишь одно: скоро этот кошмар закончится. А чтобы приблизить свою долгожданную победу, нужно с разбегу влететь в эпицентр разрушений и взглянуть их зачинщику и боли в лицо. Так хранитель и поступил. Инк растёкся чернилами и появился в крушащемся мире. «Не успел» — понял он, заметив в темноте закрывающийся глючный портал. К счастью, хранитель успел разглядеть бордовую траву по ту сторону. Он с усилием вспоминал, какая вселенная пестрила красной флорой, пока уворачивался от обламывающихся и с треском опадающих кусков кода. Думать надо быстро, Инк понимал, если Эррор не спрятался в своей пустоте, в его планах разрушить ещё что-то. И он вспомнил: Криппитейл! Инк переместился в тёмный мир, наполненный алым туманом. Ватерфолл встретил тишиной. Не нужно быть гением, чтобы догадаться: что-то не так. Инк осторожно оглядывался, даже выпил оранжевого для внимательности. После двух глотков до него дошло, что в этой АВ его так смущает. Трава не того оттенка! Она не бордовая, а кроваво-красная! Инк судорожно вытащил блокнот, быстро, чуть ли не разрывая страницы, стал пролистывать до заметок про вселенные. На фоне боли разрушающегося мира появилась другая. Зудяще резкая, она словно вцепилась на уровень глубже, проникая в саму суть Инка. Этого следовало ожидать: Эррор разрушает вторую вселенную. Инк согнулся. В голове пронеслось оптимистично: «Что-то новенькое!» — но художник знал: это не его мысли. За него говорили полфлакона радости и два глотка удивления поверх. Отчаянно хотелось испугаться. Упиться синим, трястись от страха, чтобы потом преодолеть его, перешагнуть через себя. Любой ведь в подобной ситуации испугается. Никто не может хладнокровно терпеть раз за разом усилившуюся обезоруживающую боль. Страшно ведь вовсе не физические ощущения, а само осознание её первопричины. Инк ХОТЕЛ это пережить. Хотелось почувствовать себя настоящим. Перешагнуть через себя пришлось, но иначе. Художник не из тех, кто ради мимолётной эмоции предаст доверие создателей. Инк хлебнул красный. Заряд адреналина выплеснул в эфемерную кровь. И вот уже хранитель готов броситься в атаку, до последней капли чернил, до последней целой кости защищать мультивселенную.

***

После очередной болезненной атаки позитива Найтмер увеличил дистанцию, телепортируясь ближе к городу и скрываясь среди пальм. Было сложно это признать, но ему нужна передышка. Дрим тоже порядком устал. Стрелы уже не летели сплошным градом, паузы между выстрелами становились всё дольше. Найтмер крался по лесу, обходя братца, потерявшего его из виду меж стволов. Он случайно заметил, как Дрим мельком заглядывает в телефон, стараясь не отвлекаться от приостановившейся битвы, и отправляет короткое сообщение. Кошмар догадавшись, что недовольство, исходящее от хранителя, адресовано не ему, а Инку, который, судя по всему, не торопится на помощь другу, не удержался от колкого комментария: — Что-то твой приятель «защитник АВ» не спешит тебя защищать. Стрела пролетела в нескольких сантиметрах от лица Негатива, прежде чем он растворился перемещаясь. — Не мне тут нужна защита, — с нажимом проговорил Дрим, снова оглядываясь в поисках брата. Найтмер Усмехнулся: — Всегда забываю, что ты тоже чувствуешь отчаяние тех беззащитных из города. Дрим понимал, что Кошмар просто хочет поубавить его боевой дух, однако правда всё равно резала глаза. В жизни яблочных братьев слишком много зависело от эмоций: их самих, окружающих… Если бы эта вселенная не находилась посреди скопления пацифистских таймлайнов, Дрим бы наверняка уже проиграл. Позитив других миров поддерживал его, заглушая боль. Дарил надежду. «Где чёртов Инк?!» — тихо ругнулся Дрим. Выпуская ещё три стрелы в предполагаемое место нахождения неприятеля. К его несчастью, Найтмер услышал это и, совсем близко, почти под ухо, иронично предположил: — Может ему надоело играть добрячка… Закончить Дрим не дал, телепортировавшись в сторону и вновь отправляя в полёт стрелы светлой энергии. Найтмер опять скрылся. Он чувствовал эмоции брата, такова уж его сила. И сейчас он знал, что Дрим боится. И сомневается. Кошмар торжествовал. Разлад хранителей дал бы ему такую фору. Но спешить с выводами Найтмер не привык: «Нужно проверить ещё кое-что. Надо лишь аккуратно поднять тему, чтобы не догадался.» Размышлять над этим долго не пришлось. Раздались тихие слова Дрима: — Он просто немного занят сейчас… Это шанс! Найтмер воспользовался случаем и продолжил с усмешкой: — Занят Эррором? Дрим замер. В голове роем носились тысячи мыслей, но громче остальных звенел вопрос: «Он знает?» Конечно, позитив в чистом виде из антипустоты привлёк внимание брата. Но, насколько Дрим может судить, Найтмер не так восприимчив к светлым эмоциям. Может ли он вообще ощущать позитив от чужих хороших снов? Как брат поступил бы, если бы знал? Дрим пришёл к выводу, что Кошмар бы не раскрывал так просто свою осведомлённость. В стиле Найтмера было бы придумать коварный план, чтобы насолить хранителям или Эррору. Или им всем. Он либо расскажет всё Разрушителю, либо убьёт ослабленного союзника-врага. Скорее второе… Дрим крепче сжал лук. Его волновало, что Найтмер так долго не нападает. Должно быть слишком утомительно больше получаса уворачиваться от стрел, к тому же не всегда удачно. Мысль, что враг отвлёк его разговором, чтобы сбежать, Дрим отбросил, когда среди плотного ряда пальм мелькнули знакомые грязно-чёрные щупальца. Но стрелять он не стал. Кошмар ведь снова скроется и атакует из-за спины. Хранитель не глуп, чтобы так подставляться. Он воспользовался моментом, чтобы отправить Инку очередную просьбу вмешаться, и небольшими шажками стал отступать к городу. Инк может и рассказать Найтмеру о своём плане. Он будет только рад, если Кошмар прикончит глючного. В отличии от Дрима. Он и сам не знает, почему сочувствует разрушителю. Дрим закрывал глаза на безумие, садизм и тягу к убийствам Эррора. Он просто не мог возненавидеть его. Когда Мечтатель думал о жизни глючного громче всего в нём звучала жалость. По словам КорФриск, этот скелет пережил что-то ужасное. Оно и неудивительно. Не от хорошей жизни становятся разрушителями мультимиров. Инк как-то обронил, что Эррор последнее время уничтожает лишь малые, слабые и негативные АВ. Может он таким способом хочет избавить их от страданий? Дрим и сам видел судьбы жителей вселенных. Некоторые настолько ужасны, что порой и мечтателю кажется, что смерть будет лучшим выходом. Но он бы никогда не решился лишить жизни доброго, хоть и несчастного, монстра. С Найтмером всё сложнее. Если Дрим убьёт его, в мультивселенной не останется негатива. Хранитель не знал, что случится после, но был убеждён, что равновесие, пускай шаткое, не должно быть нарушено. Из задумчивой сосредоточенности Дрима вырвала резкая вибрация телефона от сообщения. Ему на секунду показалось, что Найтмер всё-таки атаковал и выбил душу-яблоко из тела. Хранитель даже подпрыгнул от неожиданности. Кошмар хохотнул где-то сбоку, за что поплатился новой стрелой в щупальце. Шипя, но всё ещё насмехаясь над напуганным братцем, он посоветовал: — Лучше прочти, вдруг что-то важное. По тону Найтмера было ясно, что следовать его советам не стоит, однако любопытство сыграло должное и Дрим, телепортируясь подальше от раненого врага достал телефон. На тусклом экране светилось единственное слово: «Занят». «Бессовестный! — возмутился про себя Дрим — Никаких тебе «буду позже», никаких «потяни время»! Занят и всё тут. Значит он не придёт…» Мечтатель судорожно пытался придумать новый план. Если раньше он думал, что Инк появится с минуты на минуту и лишь выжидал момент, то теперь же время играет против него, ведь чем дольше они находятся в этой вселенной, тем больше вокруг негатива и тем слабее сам хранитель. Найтмеру пришлось признать, что внешне Дрим отлично скрывает эмоции. Если бы не его способность, чувствовать окружающих, он бы и не догадался, что что-то не так. При словах об Эрроре хранитель позитива чувствовал жалость и надежду, вспоминая про Инка — сомнения и раздражение. Вывод напрашивался сам за себя. Дрим наконец снял розовые очки и больше не питает необоснованной симпатии к бесчувственному существу и похоже Инк тоже не слишком то рад помогать другу. После прочтения сообщения от мечтателя исходила эмоция близкая к гневу. «Редко такое можно увидеть» — подумалось Кошмару. Дрим сейчас уставший, раздраженный, в самом центре почти пропитанной насквозь негативом вселенной, потерял последнюю надежду на помощь друга. Удачный момент, чтобы рискнуть. Найтмер растворился, перемещаясь обратно в город. Если всё пойдёт по плану, к утру у него будет два новых мира.

***

Эррор едва успевал сбегать из разрушаемых миров. Он несколько раз замечал позади знакомую чернильную фигуру и понимал, что Инк идёт по пятам. После пятой вселенной усталость накрыла его с головой. Ноги словно стали ватными, а череп набили свинцом. После шестой Эррор хотел закончить. Вылетая из портала, спасшего его от тьмы разрушаемого мира, Глюк, не оглядываясь, пустил нити в стороны, в шестой раз за день окутывая чужую вселенную. Снаряд попал в руку. Резкая боль пришла с запозданием, словно ей и самой не верилось, что кто-то рискнул сразиться. Обернувшись Разрушитель заметил монстра, которого никогда раньше не видел. Тот напоминал рыжего кота и был на две головы выше скелета. Эррор раздражённо закатил глаза, вздохнул и схватил душу полоумного. Убить его не составило труда: этот идиот и не подозревал, насколько быстрыми могут быть нити. Однако такое ценное сейчас время было потрачено впустую. Послышался звук портала Инка. «Догнал!» — пронеслось в голове у обоих. Эррор бросил попытки разрушить этот мир и кинулся в сторону. Он уже готов был исчезнуть в родной антипустоте. Душа леденела, когда он думал, что с ним сделал бы Инк. Сражаться сейчас: раненым и уставшим — всё равно что подписать себе смертный приговор. Глючный портал был открыт. До него оставалось два шага, когда Инк схватил за ворот куртки и с силой дёрнул, выбивая разрушителя из равновесия. Падая на спину, Эррор заметил горящие красным зрачки-мишени Инка и занесённую для удара кисть. Глюк создал новый портал под собой, в который Инк незамедлительно прыгнул следом. Горячий, но влажный воздух опалил грудь хранителя изнутри. Инк оглянулся, всматриваясь в обжигающий тяжёлый туман. Под ногами шуршала высокая трава, но её было не видно в сером мареве. Как и всё, что находилось дальше вытянутой руки. Плотной стеной туман прятал и защищал мир вокруг. Инк вслушивался. Ничего. Лишь собственное мерное дыхание и шорох травы под ногами. Эррор не мог так быстро уйти, а значит затаился где-то рядом. — Глюче, — тихо тягуче позвал Инк. Его неестественно спокойный голос не предвещал ничего хорошего. — Я знаю, ты здесь. Он тянул слова, словно играл в прятки с Эррором, и медленно шагал по мокрой траве. Сейчас Разрушителю не сбежать, знали оба. Если Эррор сдвинется хоть на миллиметр, трава предательски зашуршит, выдавая его. Если откроет портал, Инк даже сквозь туман увидит свет от него и бросится в атаку. Глюк чувствовал, как липкий страх ползёт по позвоночнику. Инк найдёт его и убьёт. Сомнений не оставалось. Казалось, что душа колотилась в груди слишком громко. Как Инк может не слышать этого? Но нет, он продолжал ходить вокруг в поисках Глюка. «Всё или ничего» — решил вдруг Эррор. Он в любом случае уже не жилец, так он хотя-бы попытается бороться за жизнь, как мужчина. Всё лучше, чем трусливо сидеть в траве и ждать, пока Инк найдёт его. Он создал гастер-бластер в пяти метрах за Инком, о чьём местоположении он имел весьма смутное представление и то по шагам. Инк увидел свет и услышал готовящуюся атаку. «Отвлекающий манёвр» — догадался он. Эррор не настолько глуп, чтобы палить наугад, надеясь попасть. В стороне послышался шорох, который почти был заглушен выстрелом. «Вот оно!» Инк сорвался с места готовя кисть. Когда он приблизился к источнику звука, за спиной открылся портал. Инк запустил туда костяную атаку, но проход исчез прежде, чем очередь снарядов долетела до него. «Двойной отвлекающий манёвр» — с досадой заключил Инк, перемещаясь в более гостеприимную АВ. Он достал телефон, но ничего нового на экране не увидел. После последнего сообщения Дрим ничего не ответил. «Ничего. Разок справится и без меня» — успокоил себя Инк пряча прибор обратно. Сейчас у него есть вещица поинтереснее. Художник с восторгом смотрел на прозрачный экран в руках, где посреди белой пустоты, украшенной синими нитями, Эррор, устало и раздраженно ворча, снимал потрёпанную одежду.