Друг или враг

— Какой-то ты слишком грустный для хранителя позитива… Задумчиво протянул незнакомец, бесшумно подходя к Дриму со спины. После встречи с Инком хранитель бродил по вселенным, пытаясь придумать, как всё исправить. Не ожидавший встретить кого-то в глухих лесах Галлатейла, Дрим вспрыгнул, в развороте натягивая вполне натуральную улыбку: — Я просто задумался, — вглядываясь в лицо собеседника, продолжил. — Привет. Мы не знакомы? Монстр напротив определённо был альтернативной версией Санса. От оригинала его отличала белая толстовка со странным капюшоном и неестественно светящаяся татуировка, изображающая какие-то абстрактные зеленые линии, на черепе. Он неторопливо протянул руку и представился: — Я Мэш. А тебя, приятель, знает каждая собака в мультивселенной. Дрим пожал руку и продолжил прогулку, не отводя взгляда от чужого лица. Татуировка зачаровывала мерным светом и, кажется, медленно переползала с боковой части черепа на затылок. Видя, что Дрим не очень то настроен отвечать, Мэш продолжил: — О чём же ты задумался? Что-то с этим путешественником было не так, это хранитель понял сразу. Но что? Какое-то настораживающе предчувствие вторило мыслям. Дрим, вместо ответа, спросил: — Из какого ты мира? Собеседник не мешкаясь отмахнулся: — Внекодовый. — Ох, — шумно вздохнул Дрим, прикрывая рот рукой. — Мне так жаль. Мэш снова пренебрежительно отмахнулся. На языке жителей мультивселенной «Внекодовый персонаж» значало только одно. Потерянный. Его вселенная либо потеряна, либо уничтожена. Все Внекодовые, которых Дрим знал были одинаковы: блуждающие, отчаянные, потерявшие всё путники, ищущие сами не знающие что. Мэш выглядел не таким. Он оказывал впечатление сильного, спокойного, ироничного скелета. Бодрого, но ленивого. Почти как оригинальный Санс. Идти бок о бок в полной тишине после такой неудачной беседы было вдвойне неловко. Мэш раздосадованно почесал затылок и усмехнулся: — А ты не из разговорчивых. Дрим растерянно взглянул на скелета и наконец понял, что в собеседнике не так. Хранитель не чувствует его эмоций. Вот почему Дрим не заметил как тот подошёл. Тот факт, что собеседник ничего не чувствует, почему-то чувствовался правильно. Дрим вздохнул спокойно. Словно камень с души сняли. Ведь перед бесчувственными незачем строить из себя хорошего хранителя. Дрим спросил разрешения, на всякий случай: — Можно с тобой кое-чем поделиться? Я пойму, если ты не захочешь выслушивать мою болтовню… Мэш добродушно усмехнулся и кивнул. Дрим выдохнул, с готовностью излить душу незнакомцу.

***

— Так, проблема в том, что тот плохиш приносит проблемы и живым, и мёртвым. То есть, ты и убить его не можешь, и оставить в живых? Заключил Мэш, выслушав тираду уставшего хранителя. Дрим не называл имён и мест, но в деталях описывал свои переживания. И теперь горячо воскликнул: — Именно! Что бы я ни делал, станет только хуже! Никаких вариантов! Мэш задумчиво заламывал пальцы. — Вообще-то, есть один, — протянул он, как бы сомневаясь, стоит ли продолжать. Одного взгляда на мелькнувшую в глазах Дрима надежду хватило, чтобы убедить путешественника. Он продолжил, — Ты слышал когда-нибудь о штуке, которую зовут «шар Душ»? Хранитель отрицательно помотал головой, внимательно вслушиваясь. — Это что-то вроде заклинания из альтернативы Мистеритейл. Я с магическими АВ особо не в ладах, но пару штук знаю. Суть в том, что ты можешь заключить душу другого монстра в шар, вроде изоляционного поля. Он останется в сознании и будет в порядке, но его физическое тело рассыпется пылью. А в синергии с твоей аурой «позитива», если я правильно понимаю её работу, плохиш не только будет жив, но и будет в счастливом покое, пока шар достаточно близко к тебе. Дрим воодушевленно подхватил: — Вау, это может сработать! Но… — хранитель приумерил свой пыл, вспоминая про безопасность, — в магических АВ часто бывают подвохи, чем-то придётся платить? Мэш снова удовлетворённо кивнул. Сообразительность собеседника вызывала у него гордость, словно он смотрел на успехи в учёбе младшего брата. — Шар будет питаться твоей энергией, не много, но постоянно. Так что первое время будет слабость. Ещё придётся держать его где-то поблизости, иначе связь разорвётся, а шар разрушится. Думаю это всё. Лучше тебе самому заглянуть в Мистеритейл и спросить у местных. Дрим проморгался, обдумывая полученную информацию: — О, это не так плохо. Если всё и в правду так просто, это идеальный выход. — проверить новую возможность хотелось как можно скорее, так что хранитель незамедлительно отправился в названный мир, не забыв напоследок приобнять в благодарность нового друга. — Мне надо поспешить. Спасибо! Мэш впал в оцепенение на пару секунд. А когда пришёл в себя искренне расхохотался. — И это древнейший хранитель мультивселенной? — через смех проплакал он, — Боже мой… Утирая слёзы и восстанавливая дыхание, Мэш всё-таки с теплом заключил, что Дрим действительно приносит позитив.

***

Найтмер не мог найти себе места. Вернувшись от Эррора в свои покои он уже трижды наорал на каждого подчинённого за каждую мелочь. Ребята недоумевали, почему Босс после такой сногсшибательной победы так зол. Они совместно решили спрятаться от Кошмара и спокойно отметить достижения. Найтмер сомневался. С одной стороны было ясно, что незачем докучать парням и портить им всё веселье. Он недоумевал, почему его полудруг-полувраг так волнует его. Ничего ужасного не произошло. Эррор даже почти не ранен. Тем не менее, повелитель Кошмаров напряжённо следил за шевелящимся отчаянием в антипустоте. Возникали тысячи вопросов. Но главный из них угрожающе нависал над скелетом уже давно: Друг или Враг? Предал ли Эррор его? Почему помог? Что произошло той ночью с Инком? Почему Глюку так плохо? Голова шла кругом. Во всей этой непроглядной тьме блеснула маленькая надежда. Теория, собирающая все кусочки пазла. Что если разрушитель предал его, но теперь исправился? Вернулся? Это бы объяснило позитив из пустоты по ночам, помощь с Инком и терзания Эррора, их бы можно было списать на муки совести. Идеальная теория, объясняющая всё, кроме самого важного. Почему Найтмеру не всё равно? Болезненное осознание пронзило его, как стрела позитива, задевая и разбивая всё внутри: Ни об одном живом существе он не волновался так сильно. Никогда в жизни он не испытывал что-то подобное. Вспоминая былые времена, когда они с братом жили в мире под древом, Найтмер часто прокручивал в голове один разговор. Дрим рассказывал как-то, как золотые яблоки влияют на горожан. Тогда Найтмер с наивным любопытством спросил: «На что похожи позитивные эмоции?» Он сам обречён прожить всю жизнь в неведении, никогда так и не испытав их во всей красе. Негатив или нейтральное спокойствие — всё, что ему суждено ощутить. Тогда его почему-то не волновала эта несправедливость. Брат с готовностью отвечал, во всех подробностях рассказывая про счастье, любовь и все их оттенки. Найтмер в тайне от всех представлял, что он тоже счастлив и любит. Спустя века, вспоминая тот разговор, он ненавидел того наивного идиота, которым он был. Попутно победоносно заключая, что спектр тёмного гораздо шире. Одно лишь лживое счастье и любовь, приносящая всем живым боль против миллиона разнообразнейших негативных эмоций. Но теперь что-то поменялось. Логика всегда была верной подругой. Вот и сейчас она оказала медвежью услугу Найтмеру. Эта эмоция, которую он никогда не испытывал прочно засела в нём. Весь свой негатив, он знает вдоль и поперёк и ничего подобного никогда не находил. Следственно, это тёплое и колючее что-то внутри него — под покровительством Дрима. На счастье это точно не похоже, ни одно его проявление не бывает так болезненно. А значит…

Любовь.

Будто подтверждая вывод, в ответ на заветное слово внутри всё зашевелилось. Найтмер сел на своё кресло, притягивая к груди колени, и застонал. Он полюбил разрушителя. Как это вообще возможно? Может некоторый оттенок любви теперь негативная эмоция? С виной когда-то давно произошло подобное. И злорадством. Быть такого не может! Только не любовь! Найтмер болезненно усмехнулся, сжавшись ещё сильнее. Какая всё-таки злая ирония, что Принц Негатива, способный контролировать эмоции окружающих, не может справиться со своими же чувствами. От дальнейшего рассуждения над этим его отвлекло шевеление в антипустоте. Эррор покинул её, переходя в Оутертейл. Тепло разлилось внутри от осознания того, что Глюк прислушался к словам Найтмера, но преследующая разрушителя густым негативом аура не дала улыбке задержаться на лице принца надолго. Что если Эррор потеряет бдительность под давлением эмоций и попадёт в неприятности… Найтмер нервно поднялся собираясь отправиться следом, но вовремя себя одёрнул. Нет. Он не может просто пойти и присоединиться к Эррору на прогулке. Только не после сказанного. Осознанного. Сделать это — всё равно, что признать поражение. Только не так. Найт вместо этого переместился в общую комнату, где как и ожидал нашёл подчинённых. Те с покорным страхом уставились на него, приостанавливая очередную карточную игру. Найтмер пробежался взглядом по сидящим, останавливаясь на самом скрытном: — Киллер, для тебя работа, — ледяным тоном начал он, — Отправишься в Оутертейл, следить за Глюком. На глаза ему не попадайся, смотри, чтобы он о тебе не догадался. Если что-то произойдёт как можно быстрее сообщи мне. Киллер многозначительно переглянулся с ребятами и молча кивнул, после чего по щелчку Найтмера растворился. Найтмер и сам не стал задерживаться, перемещаясь обратно в свою комнату. Недолгое молчание первым нарушил Хоррор, прошептав: — Это оно самое? О чем ты говорил? Кросс утвердительно кивнул: — Да, Эррор предатель, и Босс, наверняка, узнал или хочет проверить что-то важное. — Может у Глюка тайная встреча с Дримом или типо того? — предположил Даст. — Но он же не помогал Звезданутым во время битвы? — Или у него просто не получилось, — заметил Кросс. Всё, что парни знали наверняка — Эррору больше нельзя доверять.

***

Киллер бесшумно ныряет глубже в кусты, услышав приближающиеся шаги. Он чувствует себя каким-то шпионом из боевиков, которые иногда показывают на стареньком краденом телике в их гостиной. Даже задерживает дыхание, чтобы случайно не выдать себя. Эррор тем временем проходит мимо, слегка покачиваясь, как живой труп. Он странный. Всегда таким был. Вместо телепортации зачем-то бродит по этой звёздной вселенной. Разрушитель подходит к обрыву, в двадцати метрах от притаившегося Киллера, и останавливается Шпион возобновляет дыхание, тихо меняя неудобную позу. «Что он там делает? Ждёт кого-то? Высматривает что-то в космосе?» — думает он. Он стоит на самом краю, почти не шевелясь. Лишь одежда треплется под космическим ветром. На секунду Киллеру кажется, что Глюк вот-вот потеряет равновесие и сорвётся в тёмную бездну. «Что будет если туда упасть? — спрашивает у себя скелет, — Наверняка, вечное падение, до края этой вселенной.» Со стороны снова слышатся шаги. На этот раз другие — лёгкие и торопливые. — Эррор, что ты делаешь? — в высоком голоске хранителя позитива отчётливо слышатся страх и волнение. Дрим остановливается в десяти шагах от разрушителя и прячет какой-то прибор в карман. Киллер нахмурился. Так Эррор и вправду работает с Дримом? Нужно срочно сказать об этом Боссу… Но если он уйдёт прямо сейчас, он прослушает важную информацию. Найтмер за это точно не похвалит. — Эррор, — то ли зовёт, то ли обращается хранитель, сделав пару шагов к скелету. — Не подходи ко мне, — тихо, но отчётливо. «Эррор никогда так не говорил. Даже лагов не слышно. Да что с ним такое?!» — мысленно выругивается Киллер. — Позволь мне помочь, — ещё пару шагов и Эррор уже на расстоянии вытянутой руки, — Я… — Мне не нужна твоя помощь! — уже громче и с отвращением процеживает разрушитель, перебивая. «Да что, черт возьми, происходит?!» — недоумевает в кустах Киллер Дрим сокращает расстояние и отчаянно цепляется за рукав разрушителя. Он не позволит ему умереть. Хранитель не допустит такого. Он не станет опять причиной чужой смерти. От прикосновения у Эррора по всему телу пробегает волна глюков, от чего тот делает шаг от края бездны. Но Дрим так и не отпускает его. — Тебе станет легче, я обещаю, — твёрдо говорит хранитель, заглядывая в вымученные глаза напротив. — Позволь мне помочь. — повторяет он и отпускает чужую руку. Эррор выдерживает взгляд, но позже прикрывает глаза и безразлично пожимает плечами. «Сдался» — говорило это действие для Киллера. Он до сих пор не понимал, что происходит, но точно знал: ничем хорошим это не кончится. Киллер, на самом то деле, выбрал удачную позицию для подслушивания, но не для наблюдения. Из кустов видно лишь спину Дрима и смертельно усталое лицо Эррора на фоне бесконечного звёздного неба. — Спасибо. — облегчённо шепчет Дрим. Вдруг двое у обрыва ярко вспыхивают золотым светом, который исчезает так же быстро, как и появляется. Странный звук, сопровождаюший вспышку напоминает что-то между звоном колокола и хрустом стекла. Когда Киллер проморгался, прогоняя слепые блики, его взору открылась пугающая картина. Там, у самого обрыва, где только что стоял разрушитель вселенных, теперь бездыханное тело неторопливо рассыпается прахом. Дрим стоит спиной к наблюдателю опустив голову и смотрит на свои руки. «Должно быть, они все в пыли» — леденяще проносится в голове Киллера. Шпион поспешил удалиться, пока его не заметили.