Отныне и впредь вверяю тебе

Джехен с остальными бетами вернулись через сутки после этой ночи, и Доен вышел на крыльцо дома, чтобы встретить их, однако его сердце резко упало вниз. Джехен шел из леса в человеческой форме в одних грязных джинсах, как и остальные беты, но нес на руках какого-то омегу. Тот был в грязи и крови, но цел и невредим, его тонкая одежда была порвана, но он был закутан в теплую кофту Джехена. Доен нахмурился, чувствуя себя предельно странно, остальная стая подбежала к пришедшим, и Джехен бережно передал незнакомого юношу в руки Джонни, приказав помыть его, плотно накормить и позаботиться о нем в целом. Доен не стал, как и остальные, подходить к Джехену и, гордо развернувшись, зашел обратно в дом. Джехена не было где-то пару часов: за это время он узнавал, чем занимались члены стаи, ел вместе с другими и мылся в горячей бане, которую как раз успел растопить Джонни. Доен наблюдал из окна, как незнакомого омегу бережно водят по лугу - сначала мягкосердечный Чону помог ему вымыться в бане, Джехен принес ему еды и питья к костру, разговаривал с ним с доброй улыбкой на лице, тот отвечал ему тем же пока ел, затем Джехен показывал ему где что находится, а затем привел его в их дом. Доен старательно делал вид, что ничего не происходит, однако в душе поселилось странное чувство, и слова Юты вдруг обрели смысл. Перед ним стояла омега ниже, чем сам Доен и Джехен, он был мягким, милым, хрупким, изящным и робким, и так трепетно льнул к сильному Джехену, который был с ним заботлив и мягок, что у обычно спокойного Доена вдруг все начало внутри вскипать от такого контраста. С ним Джехен при первой встрече вел себя по-другому, постоянно напоминая ему, что Доен по сравнению с ним никто, и сопротивляться нет никакого смысла этой силе. С этим незнакомым омегой Джехен был дружелюбным и держал его за руку неотрывно, будто пытаясь защитить, хотя опасности уже давно не было. Джехен улыбается, когда видит Доена и, оторвавшись от омеги, подходит к истинному, чтобы крепко обнять, но Доена воротит от незнакомого запаха этого, и поэтому он не отвечает на объятия, отстраняясь. Джехен удивленно смотрит на него: - Что с тобой? Мы не виделись столько времени, а ты даже не хочешь меня обнять? Доен отходит назад, спокойно отвечая: - Тебя не было всего пару дней. И я вовсе не скучал по тебе, так почему я должен обнимать тебя? Он холодно смотрит на ничего не понимающего Джехена и немного надменно оглядывает омегу, стоящую у дверей. Джехен отходит к нему и, держа за хрупкие плечи, с улыбкой произносит: - Познакомься, это ВинВин. Мы нашли его вчера утром, он сбежал из своей стаи, потому что там с ним плохо обращались. Я решил ему помочь, и поэтому он будет жить с нами. - Приятно познакомиться. Я Доен. ВинВин мягко улыбается, глядя на него сияющими карими глазами и делает пару шагов навстречу, чтобы протянуть руку, но падает от слабости на пол, и Джехен неожиданно для самого Доена вдруг обеспокоенно поднимает того на руки и усаживает на кресло, где обычно любил сидеть Доен и разглядывать происходящее на лугу. Доен как-то отстранено наблюдает за тем, как Джехен чересчур взволнованно ухаживает за ВинВином и, не выдержав этого, выходит из дома, громко хлопнув дверью. Он раздраженно идет, не зная, куда, по лугу, лишь бы подальше оттуда, как в задумчивости врезается в Юту. Тот бережно обхватывает его за плечи и обеспокоенно спрашивает: - Доен, что с тобой? Выглядишь расстроенным. Доен хмуро смотрит на Юту из-под волос, падающих на его глаза, и резко обнимает его, утыкаясь к плечо. Юта обнимает в ответ. Доен бурчит в его плечо: - Ты был прав. Сегодня он мой, а завтра его любовь уже не мне принадлежит. Это "завтра" уже настало, Юта. В виде ВинВина, с которым Джехен сейчас обращается так, как не вел себя со мной, когда я появился. - Ты ошибся только в том, что доверился ему. Джехену не стоило верить с самого начала. - Почему я чувствую себя так ужасно, хотя он просто проявляет заботу к тому, кто нуждается в помощи? Я просто ужасен. Юта отрывает его от себя, привычно строго глядя на него: - Ты ни в чем не виноват. Просто ты злишься из-за той разницы в его поведении. С тобой он был груб и брал силой, а с этим ВинВином носится больше, чем медведица с медвежатами. - Что мне делать? - Постарайся не обращать на все это внимания. Глядишь, и чувства поутихнут. - Я его терпеть не могу. Он раздраженно идет дальше по лугу, размахивая руками, Юта идет следом, с улыбкой спрашивая: - Кого? - Джехена, конечно! Он такой лицемерный идиот! Меня он, значит, в доме запер, силой заставлял спать с ним, а стоило появиться ВинВину, так он расцвел, как клевер. Юта в ответ громко смеется: - Почему именно клевер? - Откуда мне знать? Сказал первое, что пришло в голову. Он резко останавливается и смотрит на улыбающегося Юту: - Юта, ты, конечно, мой друг, но успокаивать и утешать ты меня никогда не умел. - Ну, спасибо за комплимент, что ли. Я вообще-то пытался быть милым с тобой. - Прости. Я лучше к Тэену пойду, потому что после твоих речей я всегда раздражаюсь еще сильнее. Юта улыбается: - Ладно уж, иди. Так и быть, отпущу тебя к Тэену и даже не скажу что-то против этого. - Не обижайся, но ты действительно не умеешь утешать. - А разве тебе когда-то нужно было утешение? Я лишь умею констатировать факты, а не создавать иллюзии. - Люблю твою прямолинейность, но временами она меня просто убивает. Юта улыбается, и Доен уходит к дому Тэена. У него Доен пробыл до самой темноты: тот его смог успокоить, они поговорили о многом, Доен помог Тэену по хозяйству, и они просто пообнимались до прихода Лукаса. Доен также вместе с ними поужинал, нашел общий язык с Лукасом, а затем, когда настало время уходить, Тэен остался убираться, а Лукас догнал Доена на улице у костра. - Что-то случилось? - Ты ведь хороший друг Тэена и многое о нем знаешь, верно? - Да, мы с младенчества вместе. - "Тут такое дело... Мне Тэен нравится очень, но я все никак подступиться к нему не могу, понимаешь? Он со мной так холоден и, судя по всему, я его раздражаю, а с остальными ведет себя очень дружелюбно. Как мне быть? Доен мягко улыбается: - Не волнуйся. Тэен не любит, скажем так, неоднородных. В том плане, что они свою настоящую натуру прячут от других за масками. Понимаешь меня? Он всегда раздражается только по этой причине. А так Тэен очень добрый и заботливый. Все, что тебе нужно сделать, - это быть собой. После этих слов Доен уходит, тут же натыкаясь на Джонни. - Привет. - Привет. - Сегодня, вроде бы, не большой ужин, почему все здесь? - Джехен приказал праздник небольшой устроить в честь ВинВина. Доен хмурится: - С чего это вдруг такая честь? - Мне это самому все не нравится, но, как мне сказал Лукас, когда они нашли ВинВина, он и Джехен проговорили до самого утра во время ночного привала. О чем говорили, неизвестно, но, судя по всему, этот длинный разговор очень помог нашему вожаку. - Вот как. Что ж, хорошего тебе праздника. - А ты не будешь с нами сидеть? Доен холодно оглядывает веселых членов стаи, горящий костер и готовящуюся еду, и это все злит его еще сильнее, чем обстоятельства утром. - Нет. Судя по всему, я здесь лишний. Так что просто побуду где-нибудь, лишь бы подальше отсюда. - Будь осторожен. - Хорошо. Он уходит под пристальный взгляд Джонни в дом и чувствует там явный чужой запах. Этот запах принадлежал ВинВину. В доме было темно, и Доен проходит наверх в спальню, чтобы отдохнуть, однако видит там спящего на их кровати ВинВина. Ярость резко заполняет его разум, и Доен грубо будит омегу, зло спрашивая: - Что ты здесь делаешь? ВинВин непонимающе смотрит на злого Доена и садится на постели. Он тихо произносит: - Джехен сказал, что я могу поспать здесь, пока он занимается делами стаи. - Я не хочу тебя здесь видеть. ВинВин выглядит невинно и не делает чего-то ужасного, однако в сердце Доена поселилось какое-то странное чувство, стоило ему появиться в стае, и он буквально нутром ощущал, что с этим омегой что-то нечисто. До этого мило выглядящий парень вдруг становится другим и, надменно взглянув на Доена, поднимается на ноги и встает перед ним. Доен ощущает враждебность, которая направлена на него от нового омеги, и понимает, что чутье его не обмануло. ВинВин улыбается, казалось бы, мило но Доена воротит от его лицемерности. - Не стоит быть таким агрессивным, Доен. Иначе, того и гляди, вожак стаи моим станет. Доен выдыхает: - Что ты сказал? - Что слышал. Видишь ли, Джехен очень мил со мной, и я, как только увидел его, понял, что он должен быть только моим. Именно поэтому давай договоримся: ты просто отдашь его мне, а взамен я обещаю, что твоя жизнь будет спокойной и размеренной. Предупреждаю: воевать со мной бесполезно, Джехен будет моим по мировому соглашению или же я возьму его у тебя силой, но тогда ты горько будешь жалеть, что не выбрал первый вариант. - Джехен не вещь, чтобы так говорить и распоряжаться его жизнью. Мы - истинные. Ты не можешь так просто вмешиваться в законы природы. ВинВин тихо смеется и подходит ближе: - Я давно уже эти законы природы оставил позади. Это прошлый век. Так что, Доен? Отдаешь мне Джехена добровольно или же мне силой его забирать? - Ты задай подобный вопрос Джехену. Спроси, кого из нас он выберет - тебя или меня. Тогда это точно будет честно. - Вот уж нет. Он вдруг зло хватает Доена за локоть и дергает на себя, чтобы прошипеть ему в лицо: - Уж поверь мне, Джехен моим будет. Ты сам его в мои объятия толкнешь. Ты гордый, а он от твоего холода устанет когда-нибудь. И вот тогда я уже буду поджидать, чтобы утешить его и ублажить. - А ты только таким брать и можешь, судя по всему. ВинВин сжимает локоть еще сильнее: - Намекаешь на то, что я шлюха? - Помни, не я сказал эти слова, а ты сам. Он резко выдергивает руку из пальцев ВинВина и, отойдя на несколько шагов назад, громко произносит: - А теперь уходи отсюда. - Ну смотри, ты сам выбрал страдания. Он хочет уйти, как в комнату входит Джехен, и стоит ВинВину завидеть его, как он тут же превращается в милого и беззащитного мальчика, и начинает плакать. Джехен хмурится: - Что здесь происходит? ВинВин плачет еще сильнее и бросается к Джехену, утыкаясь лицом в его широкую грудь и обвивая руками талию. Доен хочет начать говорить, как ВинВин сквозь плачь произносит: - Я спал на кровати, потому что ты мне разрешил, как пришел Доен, стащил меня с нее, крича, чтобы я убирался отсюда. А когда я сказал, что ты мне позволил, то дал пощечину. Доен возмущенно выдыхает, не веря своим ушам. - Это все неправда! Почему ты лжешь? Я тебя и пальцем не трогал. Джехен строго спрашивает: - Доен, это правда? - Это ложь. Ты что, серьезно думаешь, что я могу на кого-то руку поднять? Джехен задумчиво смотрит на злого и возмущенного Доена несколько секунд, а затем говорит: - Доен, ты сам не свой с того самого момента, как ВинВин появился здесь. Ему требуется наша забота и поддержка. Почему ты так обходишься с ним? И... на меня ты поднял руку однажды. - Это было лишь раз и только потому, что ты оскорбил моего отца. Джехен смотрит на него пристально и жестко, и Доен замечает, как он обнимает плачущего ВинВина за плечи, успокаивая, и тогда он сразу понимает, что альфа точно не на его стороне. Доен как-то истерично усмехается, прикусывает губу, а затем тихо произносит: - Ясно. Все ясно с тобой, Джехен. С с этими словами он просто уходит из дома, оставляя Джехена и ВинВина вдвоем. Ему трудно дышать от несправедливости и того, как ВинВин ловко все обставил и настроил Джехена против него. Но больше всего его убивало, что Джехен так легко поверил не ему, а какому-то омеге, которого знает пару дней от силы.