Мальчик, у которого не было выбора

Наручные часы с гербом семейства Малфоев показывают два часа ночи. Он проспал целых три часа. За последнюю неделю это был рекорд. Ему снились кошмары. Обычно это Малфой мэнор, который раньше он мог называть домом. Сейчас же это некое серое сооружение, испачканное кровью и наполненное криками грязнокровок и всех неугодных Темному Лорду. На грязном полу извивается под Круциатусом Полумна. Ее тело в мелких порезах, а волосы приобрели красный цвет от ее собственной крови. Где-то под потолком летает Волан де Морт, безумно хохочет Белатрисса, взмахивая палочкой. В какой-то момент, словно заканчивается действие Оборотного, Лавгуд превращается в Нарциссу. Обычно в этот момент Драко срывался с места, лихорадочно пытаясь найти свою палочку. Метка на его руке вспыхивала, разливаясь дикой болью в каждой клеточке и слизеринец просыпался в холодном поту. Драко садится на кровати, ерошит волосы и вглядывается в тьму за окном. Что надеешься увидеть? Светлое будущее? Хмыкает собственным мыслям и покидает спальню. Коридоры замка отдают эхом на каждый его шаг. Свет от палочки будит жителей картин, которые недовольно глядят на одинокую фигуру в мантии зелёного факультета. — Алохомора. Дверь в библиотеку бесшумно открывается. Где-то в углу горит лампа, освещая уснувшую за чтением ученицу Хогвартса. Малфой гасит Люмос и, стараясь не наступать на скрипучие половицы, двигается к заветной коричневой двери в противоположном конце библиотеки. Неожиданно сзади слышится шорох и стук каблуков. Драко ныряет за ближайший стеллаж. — Тебе тоже не нравится спать в кровати? — раздается голос Полумны. Гермиона вскакивает, едва не цепляя рукой лампу, пытается собрать мысли в кучу. Живоглот недовольно щурится. — Почему ты не в спальне? Который час? — Не знаю... Я часто хожу во сне, поэтому сплю в ботинках. Сегодня полнолуние — лучшее время для сбора слив-цеппелинов. Тебя когда-нибудь жалила ядовитая фасоль? Лавгуд делает несколько движений руками, словно отгоняя кого-то и, танцуя, выходит из библиотеки, не дожидаясь ответа. Гермиона встряхивает головой, потягивается и запихивает пергаменты в сумку. Палочкой ставит книги на законные места и гладит кота. — Пойдем, Живоглот. Надо будет попросить у мадам Помфри несколько флаконов бодрящего зелья. А то еще несколько таких ночей и я тоже буду ходить с сережками-редисками и спать в обуви. Кот лениво спрыгивает со стола, шипит на один из стеллажей и следует за Грейнджер в башню Гриффиндора. Драко произносит заклинание и пробирается в Запретную Секцию. Проводит пальцем по корешкам книг, шевеля губами. Не находит нужную книгу. Матерится и с остервенением бьет кулаком по стене. Начинает ненавидеть Забини с его фразочкой "не можешь найти нужное заклинание - создай его сам". И Паркинсон с ее замечательной памятью, которая тут же вклинивается, что в прошлом году видела в Запретной секции книгу "Соединительные заклинания", которая совершенно точно будет полезна при создании заклинания. Ненавидит чертового директора, который явно припрятал книгу у себя в кабинете. И уродливую метку на своей руке, которая сейчас словно горит огнем от каждой его мысли. Лихорадочно пытается придумать план, как пробраться в кабинет Дамблдора и украсть книгу. Тут же истерично смеётся собственным наивным мыслям. Уже на первом этапе - назвать пароль горгулье - возникают проблемы. И, даже если, в порядке бреда, предположить, что горгулья откроет проход, то в кабинете находится феникс, никогда не покидающий свой пост. Он тут же поднимет тревогу. К тому же, Драко небезосновательно предполагает, что на кабинет наложены некоторые чары от посягательств посторонних. Прикидывает, какова вероятность получить помощь от Снейпа. Примерно ноль целых ноль десятых процента. И решает сделать самую глупую вещь в своей жизни. Обратиться к Поттеру.

***

За завтраком старается не бросать взгляды в сторону Золотого Трио. Обливается горячим кофе, шутит по поводу очередного странного наряда Полумны и бросает победоносные взгляды на стол Когтевранцев, кидая какие-то фразы о их недавнем проигрыше. Избегает вопросов Панси о сбитых костяшках и вполне походит на типичного Малфоя. Пропускает Травологию, выслушав от Панси кучу вопросов и не ответив ни на один. Наблюдает за Поттером, который успевает встрять в мелкую стычку между Уизли и Гойлом. Раздумывает несколько минут и решает зайти с более спокойной стороны Золотого Трио. Грейнджер сидит в библиотеке. Кто бы сомневался. Листает очередную древнюю книгу. Рядом в стопке покоится ещё штук десять не менее древних. Слева чашка с мятным чаем и яблоко. Драко не знает с чего начать разговор. Не издёвку/обзывательство, а именно обычный человеческий диалог. Он умеет ее злить или демонстративно игнорировать. И даже молчать в месте с ней умеет. Но вот разговор - нечто непривычное. Застывает на несколько секунд, рассматривая вариант просто уйти. Почти поддается порыву. Но всё-таки решается. Плюхается напротив, едва не задавая стопку фолиантов. Грейнджер заметно напрягается, но продолжает упорно скользить глазами по строчкам и что-то записывать на пергамент своим аккуратным мелким почерком. Малфой начинает тарабанить на столешнице какую-то мелодию кончиками пальцев. Хватает яблоко и громко хрустит. Наконец Гермиона отрывается от чтения и бросает взгляд на сидящего напротив слизеринца. Сегодня она тщательно выбирала самое неспелое яблоко, чтобы опробовать на нем заклинание Созревания. И теперь наблюдает, как Драко упрямо делает вид, что совершенно наслаждается вкусом этого замечательного яблока. Она одаривает его скептическим взглядом и Малфой понимает, что притворяется просто ужасно. - Да как ты это ешь?! Не выдерживает и кривится, продолжая жевать отвратительно - кислое яблоко. Гермионе практически удается сдержать смех. - Я не собиралась его есть, Малфой. - Ты просто любишь на досуге посидеть в библиотеке в компании неспелого яблока? Я всегда знал, что гриффиндорцы странные. - ворчит Драко, вертя в руке надкусанный фрукт. - Только по понедельникам. Ответ звучит с такой интонацией, что Малфой на целую секунду верит. Наступившую неловкую паузу нарушает лишь тиканье старых библиотечных часов и уханье, доносящееся из совятни. Не знает, как начать разговор о интересующей его книге. И допускает, что лучшей идеей было бы обратиться к Поттеру. В таком случае неловкие паузы были бы заполнены недоверчивыми взглядами и гнетущим молчанием. Хоть что-то. Драко откидывается на стуле, устремляя взгляд на пейзаж за окном. Дождь. Снова дождь. Тарабанит по крышам, крупными каплями течет по стеклам, заливает двор огромными лужами. И полностью отбивает малейшее желание выходить на улицу. Создавая какой-то теплый, пушистый, словно огромный кот, уют при неярком свете библиотечных ламп. В воздухе крутится логичный вопрос. Что тебе нужно, Малфой? Он ждёт его, прокручивая в голове варианты ответа. Но вопрос остаётся незаданным. Гриффиндорка утыкается в очередную книгу, вновь погружаясь в лёгкое ощущение безысходности. Дождь усиливается. Сверкает молния и раздаются раскаты грома. Грейнджер невольно дёргается и укутывается в свою мантию. Драко скептически хмыкает. - Это было громко и неожиданно, - словно оправдывается Грейнджер. - А я ничего и не говорил, - пожимает плечами. И они вновь погружаются в неловкое молчание. Драко отбивает какой-то ритм по столешнице. Это продолжается достаточно долго, потому что Грейнджер не выдерживает. - Хватит стучать. Фраза звучит с просьбой-возмущением. И Драко перестаёт. Девушка бросает едва заметный взгляд, чтобы удостовериться, не испарился ли ученик зеленого факультета. Уж очень подозрительно, что он выполнил ее просьбу. Слизеринец вертит в руке свою палочку. Вдруг она выскакивает из его пальцев. Драко инстинктивно делает какое-то движение и палочка вновь оказывается в его руке. - Как... Как ты это сделал? - растерянно вопрошает девушка, не веря своим глазам. Драко умеет призывать палочку. Когда-то давно, на втором курсе, Грейнджер прочла легенду о волшебнике, которого никто не мог победить. Лишь потому, что палочка настолько его слушалась, что ее невозможно было выбить Экспелиармусом. А если кому-то случалось застать волшебника без его палочки и попытаться убить, палочка тут же неведомым образом оказывалась у владельца и отражала заклинания. Конец легенды она помнила лишь отдаленно. Что-то про девушку, которая при помощи оборотного зелья превратилась в его возлюбленную и выведала заклинание Призыва ( а может рецепт зелья Призыва?). Что стало с обманутым волшебником начисто выветрилось из памяти Гермионы. Впрочем, это было неважно. Тогда в детстве ее впечатлила такая взаимосвязь с палочкой. Она потратила несколько вечеров в библиотеке, но больше ни в каких книгах не мелькало упоминание о Призыве. Макгонагалл ушла от ответа, сославшись на занятость. Хагрид ничего и слыхом не слыхивал о таком. А к профессору Снейпу она побоялась подходить. Рон и Гарри, конечно, сказали, что это просто глупая сказка. И вот теперь, она ошарашенно разглядывала слизеринца, словно видела его первый раз.