Мальчик, у которого не было выбора

Драко ухмыльнулся. Кто бы мог подумать, что все будет так просто. Крайне древнее, почти забытое заклинание, которое давным-давно Драко отыскал в семейной библиотеке в обмен на книгу. Грейнджер сверлит взглядом то парня, то его палочку. Не выдерживает и забрасывает кучей вопросов, которые Драко принципиально игнорирует. — Что ты хочешь взамен? — наконец Грейнджер задает правильный вопрос. — Семь наложниц, все деньги из Гринготтс и два мешка костей кентавров. Самая глупая шутка, которую только можно было придумать. Идиот. Грейнджер поднимает одну бровь. — «Соединительные заклинания» Артура Роджестена, — на этот раз его голос звучит серьезно. — Зачем тебе эта книга? Она удивлена и пытается вспомнить, что зловещего может быть в этой книге. Она не входит в школьную программу и хранится в Запретной секции. — Какая к черту разница, Грейнджер?! — не выдерживает ее взгляда и злится. Девушка фыркает и Драко продолжает практически равнодушным голосом: — Это магия крови, поэтому Призывом палочки могут владеть только чистокровные или очень сильные волшебники полукровки. Заклинанием можно установить связь только с первой истинной палочкой. Даже если палочка находится в другой части света, она все равно откликнется на Призыв. За исключением, если ей завладел другой волшебник. Он замолкает и с напускным равнодушием следит за реакцией. — Первая палочка Рона сломалась… — расстроенно бормочет гриффиндорка. И Уизли почему-то начинает раздражать Драко чуточку больше. — Книга в обмен на заклинание, — чересчур раздражённо перебивает. Грейнджер кивает и порывается прямо сейчас бежать к Гарри. Но тут же вспоминает, что сегодняшний вечер он проводит на занятиях у Дамблдора. Рон в компании Лаванды сбежал в бар Хогсмита и теперь наслаждается сливочным пивом. Поэтому принимает решение вновь укутаться в мантию и погрузиться в чтение, в надежде, что Малфой перестанет сверлить ее взглядом и покинет библиотеку. Надежды оправдываются и девушка вновь остается одна, окружённая стеллажами с книгами.

***

— Слишком подозрительно. Из-за какой-то книги снизошёл до человеческого общения. Тем более, разумно ли давать ему книгу, если она хранится у Дамблдора. Не спроста же он ее припрятал. — Рон косится на стол слизеринцев, паралельно поедая третий кекс с черникой. Гарри молча жует блинчики с шоколадом и старается не обращать на себя внимание. Вчера вечером Гермиона отчитала друга за несделанные уроки и из упрямства, не дала списать. Тот, в свою очередь, ляпнул, мол у него просто есть личная жизнь. В отличии от некоторых… Гермиона выплеснула на Рона оставшийся чай и умчалась в свою спальню. Сегодня утром Гарри совместно с Лавандой (которой совершенно не хотелось выслушивать стенания Рона о злой Гермионе) буквально притащили Рона извиняться перед подругой. И, вроде бы, инцидент был исчерпан. Но какой-то осадок всё-таки остался. — И потом, я думаю, что это какая-то уловка Малфоя и заклинание ни черта не работает, — продолжает парень. — А если не уловка? — не выдерживает Грейнджер. — Ты хочешь сказать, что это никак не поможет Гарри победить? И в кабинете Дамблдора есть куча обычных книг вроде " Современная история магии», «Выдающиеся имена нашей эпохи», «Встреча с вампирами» и куча разных справочников по выпечке. Тем более, на третьем курсе я читала эту книгу и там нет ничего интересного. Уизли хватает кусок бананового пирога, едва не задевая чашку Гарри. — Хорошо — хорошо, но Гарри нужно самому сначала проверить заклинание, прежде чем отдавать книгу. Да, Гарри? Поттер медленно кивает, хотя понятия не имеет, о чем идет речь. Последние минут пятнадцать он внимательно наблюдал за Чанг и Дэвисом. Ещё утром Гарри утопал в чувстве вины за разбитое сердце Чжоу. Осознание того, что бывшая возлюбленная вполне себе улыбается над явно идиотскими шуточками Роджера вызывало в душе волну ревности и чувство некоего раздражения. Словно его в чем-то обманули. — Эй, ты тут? Грейнджер дотрагивается до его плеча и Гарри возвращается в действительность. — Да, я понял. Свидание с Малфоем. Одену свой лучший костюм. Рон издает смешок и продолжает уничтожать кусок шоколадного торта. Гермиона хмыкает и вклинивается в разговор к Джинни и Полумне. Ближе к вечеру Гарри посещает Дамблдора для очередного занятия. Разглядывает его библиотеку и надеется, что достаточно незаметно заимствует книгу в фиолетовой обложке. Суетливо прощается и спешит в башню Астрономии. Гарри поднимается по лестнице и созерцает спину Малфоя. Нарочито громко делает несколько шагов по каменному полу и вопросительно смотрит на фигуру в мантии Слизерина. — Она у меня, — машет маленькой фиолетовой книгой с полуулыбающимся Роджестеном. Драко, почему-то ожидавший увидеть Грейнджер, хмурится. Под внимательным взглядом гриффиндорца достает из кармана мантии небольшой клочок пергамента и без колебаний вручает Поттеру. Затем чертит в воздухе какие-то руны, которые загораются зелёным пламенем. Кивает на обрывок пергамента и Гарри медленно зачитывает незнакомые слова. Он чувствует пульсацию палочки, сливающуюся с тактом собственного сердца. В венах начинает мерцать белый свет, отдающий жаром. Он плавно перетекает в палочку и концентрируется на ее кончике в некое подобие Люмоса. Вспыхивает так ярко, что Гарри вынужден зажмуриться. И тут же гаснет, оставляя две фигуры в наступающих сумерках. — Попробуй призвать, — произносит Слизерин, словно не веря, что действительно сработало. Поттер кладёт палочку на старый поцарапанный стол и отходит на несколько шагов. Почему-то закрывает глаза и протягивает руку.  — Призываю тебя… эээ. моя палочка. — Мерлин, ты бы ещё сказал «повелеваю»! Просто представь палочку в своей руке. Мальчик-который-выжил не обращает внимание на раздражённо-нетерпеливый тон и вновь зажмуривается. Палочка незамедлительно оказывается в руке и Гарри вздрагивает от неожиданности. — Книгу, — нетерпеливо требует Драко, стараясь скрыть волнение. Гриффиндорец, словно опомнившись, протягивает требуемое и блондин торопливо покидает башню, пряча книгу в карман мантии.

***

Драко натыкается на Грейнджер в теплице профессора Стебль. Его план — выкрасть несколько ингредиентов для зелья, летит к черту. Впрочем, как и ее — найти укромное место, где Гарри точно не станет ее искать, и успокоить нервы после очередной ссоры с Роном. Умудрилась разругаться с Уизли прямо во время тренировки по квидичу. Это уже слишком. — Какого чёрта ты здесь делаешь?! — срывается Драко. — Не твое дело, Малфой. Иди к черту! Все ещё раздражена и нет сил на сдержанно-спокойные фразы. Не сейчас. Впрочем, она тут же жалеет о сказанном и открывает первую попавшуюся книгу, едва не разорвав ветхий переплет. Почему-то это его забавляет. Плюхается напротив, забывая о необходимых листьях бубонтюбера и соке асфоделя. — Учишься читать вверх тормашками, Грейнджер? — Что ты вообще здесь делаешь? — игнорирует язвительный тон Малфоя и продолжает более-менее споконым голосом. — У Слизерина Травология только на следующей неделе. — Записался на дополнительные занятия, — Драко с ходу придумывает правдоподобную отмазку. — Между прочим, у Гриффиндора сегодня тоже нет Травологии. У Грейнджер не получается придумать какое-то логичное объяснение своему нахождению в теплице и она копирует его же враньё. — У меня тоже… дополнительные. Врет насколько неумело, что Малфой даже не пытается ей поверить. Собирается выдать какую-то тираду. То ли язвительную, то ли вполне человечную. Мерлин его знает. Разберётся по ходу дела. — Мистер Малфой, — шелестящий голос Помоны, декана Пуффендуя и по совместительству преподавателя Травологии, слышится откуда-то сзади. — Я так рада, что вы решили больше времени уделять моему предмету. Слышала, вы лучший на Слизерине в Зельеварении. И вы совершенно правы, что решили дополнительно позаниматься. Ведь без досконального знания Травологии невозможно стать по истине великим зельеваром. Ах, ваш отец подавал такие надежды… Впрочем, она тут же осеклась. То ли решила, что невежливо вдаваться в такие давние воспоминания, то ли считала, что лишний раз лучше не упоминать Люциуса Малфоя. Взгляд профессора скользнул на Гермиону. Эта ученица ей совершенно не нравилась. Видимо потому, что Грейнджер не считала Травологию великой наукой и решила в следующем семестре отказаться от посещений уроков. В теплицу влетает Захария Смит, спешно здоровается, едва не зацепившись за ветки какого-то небольшого деревца в углу теплицы и плюхается на стул. Помона приветственно кивает входящим ученикам Пуффендуя. Потом, словно опомнившись, поворачивается к Малфою и Грейнджер. — Мы сегодня будем проходить зубастую герань. Думаю, вам это будет уже неинтересно. Вы можете заняться тысячелистником. Сделайте порошок из листьев и настройку из корней. В верхнем ящике стола с златоцветником вы найдете учебник. Возможно, Драко хотел бы что-то возразить. Возможно, Грейнджер бы тоже нашла причину, по которой ей лучше позаниматься вместе с Пуффендуем. Но почему-то оба промолчали. Гермиона вздыхает, оглядывается по сторонам и тут же осознает, что понятия не имеет, как выглядит златоцветник. Она может с умным видом сказать, что сие растение называют ещё бессмертником и асфоделем. Нарисовать карту и указать номер полки, на которой хранится пузырёк с порошком из его листьев. И, как минимум, одиннадцать зелий, в которых используется данной растение. Но вот как выглядят его листья, она понятия не имеет. Грейнджер считает, что ей глупо тратить время на оттачивание навыков по выращиванию и уходу за растениями, если все необходимые ингредиенты можно недорого купить в одной из лавок в Хогсмите или любом другом небольшом городишке, населенном волшебниками. Вместо Травологии она смогла вместить в свое расписание Прорицания (о чем, впрочем, пожалела) и Трансфигурацию. Слизеринец не замечает ее замешательство и бодрым шагом направляется к одному из столов, заставленному горшками с растением, имеющим крупные белые цветы. Вытаскивает из ящика книгу и листает со скучающим видом. — Так и будешь там стоять? Она дёргается, выныривая из своих мыслей и отбирает книгу, плюхаясь на стул. Впрочем, до нее тут же доходит, что это Малфой, а не Рон. И готовится к раздражённой тираде. Но Драко садится на соседний стул и крутит в руках пустой флакончик. — Здесь написано, что нужно брать только те листки, что имеют красные прожилки, — сама удивляется, почему голос такой взволнованный. Хватает ножницы и высматривает подходящий листок. — Какого чёрта?! — чуть ли не орет Драко, перехватывая ее руку в сантиметре от листка. Она замирает и испуганно- растерянно смотрит на слизеринца. — Если на тысячелистнике уже есть цветы, то листья ядовитые. Обожжешься. Он хочет добавить «дура». И силится выдавить из себя какую-то язвительную реплику. Ни черта не получается. — С… Спасибо. Я забыла. Кожа словно горит от прикосновения. Даже после того, как он отпустил ее руку. Торопливо натягивает перчатку, избегая даже мимолётного взгляда в сторону слизеринца. Возводит похвалы Мерлину, что волосы достаточно длинные, чтобы скрыть раскрасневшиеся щеки. Драко утыкается в книгу. Сердце отплясывает чечетку, отдает неровным стуком в уши, заглушая все посторонние звуки. И пусть хоть сам Хагрит заорёт, Драко не услышит ничего, кроме панического тук-тук, бьющегося о барабанные перепонки. Грейнджер кое-как делает порошок, не проронив ни слова. Профессор Стебль, кажется, настолько увлеклась рассказывая пуфендуйцам о выращивании аконита, что совершенно забыла про парочку, сидящую в дальнем углу теплицы. И лишь когда заканчиваетсяя урок и Грейнджер проносится мимо, чуть не сбивая с ног Эрни, Помона спешит к слизеринцу, оценить проделанную работу. Драко выныривает из себя лишь после дважды повторенного вопроса о настройке из корней. Что-то бессвязно бормочет и спешит вернуться в гостинную Слизерина. Там Забини, Панси и припрятанная бутылка огневиски. В коридоре его ловит Снейп, но Драко несёт какую-то чушь и скрывается за очередным поворотом. Наверное, крестный снимет пять очков со Слизерина. Из вредности. Плевать. Все — завтра. Сегодня — только пить и слушать трёп Паркинсон о походе в Хогсмит. Застукивает целующихся в гостинной Забини и Панси. Непривычно, но вполне ожидаемо. Салютует, подмигивает другу и удаляется в спальню. Значит, придется пить в одиночестве. Впрочем, Блейз что-то замечает и следует за Драко, клятвенно пообещав Панси вернуться через несколько минут. Драко роется под кроватью, вытаскивает припрятанную бутылку и пьет прямо из горла. Забини молча ждёт. — Я в порядке. Звучит настолько фальшиво, что не поверила бы даже Полумна. — Мы все тут в порядке, ага. И Блейз понимает, что не выберется сегодня с Панси в Хогсмит. Делает глоток обжигающей жидкости и садится прямо на пол, уставившись на опущенную голову блондина. Драко делает несколько глотков, крутит палочку и старается ни о чем не думать. Напиться и вырубиться в кровати, не раздеваясь — вот план на сегодняшний вечер. Спустя пол бутылки он по-прежнему трезв. По-прежнему раздражен. И по-прежнему думает. Блейз решается прервать тишину. — Я пригласил ее на бал. Думал, там скажу ей… Что она мне нравится. А потом, я подумал, что до Хелоуина целых два месяца. И… я сказал, что у нее самые красивые глаза. А когда она улыбается, у нее появляется ямочка на левой щеке… Все верно, Забини. Целых два месяца. Давай смотреть правде в глаза — мы можем и не дожить. Если этот безносый придурок победит, не будет никакого бала. Никаких тайных вылазок в Хогсмит за сливочным пивом. Ничего, кроме полномасштабного уничтожения по признаку крови. И мы будем чуть ли не в первых рядах сверкать метками. Иначе смерть. Ты тоже в восторге, да? — Поздравляю. Драко не настроен на разговор и его хватает только на это.