На дороге к новой жизни

      23 июля 20… года              Черт! Черт-черт-черт! Выплескиваю ругательства на бумагу, хотя надо было бы в воздух. Но тогда Эван спросит, в чем дело, с чего я так взбудоражен, а я… Я наверное пока не могу ему объяснить. Я сам еще не понял, как это воспринимать вообще: нас приняли за пару!              Остановились в очередном мотеле, Эван договорился несколько дней поиграть у них в баре. И все было нормально в первый день. А на второй… Он играл свой обычный репертуар, третью песню начал. И тут кто-то как заорет: «ты гомик что ли?» Я замер, Эван — тоже, все затихли. Техас, мать его. С чего они так подумали? С того, что Эван пел о любви? Или из-за его яркой гавайской рубахи? Или… с того, что мне потом сказали?              Обстановка как-то моментально накалилась. Пришлось быстро уводить Эвана оттуда. Он же ромашка, он же не чует опасности, как я, считает, что все вокруг хорошие. И если он не сделал никому зла, то и ему тоже никто не… А эти пьяные морды явно не добра нам желали.              Уже когда садились в машину, нас догнал один мужик. Поманил меня к себе. Я подошел. Не знаю зачем. Надо было по-хорошему рвать когти, мало ли что могло прийти в голову пьяным идиотам. Но я подошел. Наверное, почувствовал, что он мне скажет что-то важное.              Сказал, мать его! Он сказал мне, чтобы мы были тут осторожнее. Что несмотря на демократию и все такое, Техас все еще гомофобный штат, и наши с Эваном взгляды друг на друга… Они не очень ко двору. Взгляды! Какие у нас с ним взгляды, я…              Черт! Не нашел, что и ответить на это. Никак я не смотрю на Эвана. Вернее, смотрю, но… Да, мне нравится, как он играет, нравится его слушать, наблюдать за ним. Но причем тут?.. А этот мужик. Он сказал, что я пускаю на Эвана слюни! И что он с меня не сводит глаз. Постоянно. Сказал — и ушел. А я остался в полном недоумении. Это же какой-то бред!              Вернулся к Эвану, ничего ему не сказал. Просто буркнул, что мы не пришлись ко двору, только и всего. Не знаю, поверил ли он мне. И не знаю, что теперь с ним делать. И с собой.              Я не гей! Эван — тоже, он рассказывал, что у него был роман. Неудачный, правда. Так что… Но раз чужак заметил что-то, значит… Или ничего это не значит? Как же понять?..              25 июля 20… года              К черту Техас, въехали в Аризону. Тут спокойнее, комфортнее, людей меньше. И плохих, и хороших. И это радует: я устал от них, а сейчас полегче стало. Даже расслабился опять. Но мысли все еще меня не отпускают. О сказанном. Присматриваюсь и к себе, и к Эвану. Но ничего такого не замечаю пока. Ни за ним, ни за собой. Такого, чтобы...              Да, он иногда смотрит на меня, когда поет, но всегда чувствуешь себя увереннее, если видишь знакомое лицо, верно же? И да, он улыбается мне, но что такого? И мы обнимаемся после его концертов. Но он же такой чувствительный, такой хрупкий, такой ранимый! Даже больше, чем я, хоть он и не показывает виду. Ему нужны эти объятия, эта поддержка, он же столько энергии отдает в зал. И да, мне хочется поддержать его. Но это же не значит, что я хочу его! Все друзья так делают: проявляют заботу, нежность. А мы… Да, наверное, за этот месяц вместе мы стали друзьями уже…              И все же… Все же надо притормозить. Нет, я не думаю о романе с ним. Да и он, я уверен — тоже. Но не хочется, чтобы опять тыкали пальцами, чтобы неправильно поняли. И...              Не хочется слишком привязываться. Я очень привязался к Эвану. Очень... Нельзя!              29 июля 20… года              Вроде бы все забылось, меня отпустило. Я укрепился в мысли, что слова этого «ковбоя» — просто пьяный бред, и что между мной и Эваном ничего такого нет, и все пошло по-старому: мы колесили по Аризоне, пели — Эван, конечно, пел — в барах. А вчера меня накрыло.              Ничего не предвещало. Я был весел, расслаблен, мы устроили день отдыха, просто торчали в мотеле, смотрели телек. Эван что-то писал, наверное, новую мелодию. И внезапно… Внезапно все изменилось. Все те симптомы, о которых я уже забыл, вернулись: дикое сердцебиение, дрожь, холод. Я не видел ничего, лишь черноту. Не мог дышать, не мог кричать. Даже не в силах был позвать на помощь…              Я не знаю, как Эван понял, что мне плохо. Но он просто подлетел ко мне, взял на руки… Я пытался рваться, хоть сил не было даже шевелиться, я ненавижу, когда меня трогают в такие моменты, но Эван не дал мне уйти. Он качал меня на руках, шептал что-то успокаивающее. Целовал... В лоб, в висок, в макушку. Это было так приятно…              Приступ прекратился так же внезапно, как и начался. Я просто разревелся прямо у Эвана на груди. А потом незаметно отключился вовсе, когда сил не осталось и на слезы. Проснулся — было уже темно. Я лежал на постели, Эван сидел рядом на стуле, моя рука была в его…              Я не знаю, как ему удалось: никому раньше, даже матери, не удавалось вывести меня из приступа без лекарств. А ему — удалось. Мне стало легче. Я вновь заплакал…              Эван тоже проснулся, хотя я не знаю, спал он или просто дремал, не сказав ни слова просто дал мне опять выплакаться. Потом напоил сладким чаем. И уложил спать уже по-нормальному. Я так ему благодарен. Он — мой спаситель. Мой ангел...              31 июля 20… года              Вчера был мой день рождения. Не отмечали. Не сказал Эву про него, не хотел, чтобы он… Он бы устроил мне настоящий праздник, с тортом, шарами, свечками наверняка, это в его стиле — сделать все как положено. А я не хотел этого. Не знаю, почему. Не то чтобы я был против поздравлений, наверное, просто не хотел лишней шумихи по, в общем-то, не слишком значимому поводу. Хотя, может, и зря, мне кажется, это был бы замечательный праздник. Ладно…              Сегодня мы в Седоне, Эван услышал про какие-то энергетические вибрации в этой местности, загорелся проверить на себе их влияние. Ну а я, я и не против, следую за своим ангелом. Если ему хочется — то я не буду возражать. Правда, я лично ничего не чувствую, кроме твердой почвы под задом. Пока кое-кто пытается слиться с природой, сидя в позе лотоса, и ощутить что там надо ощущать, я просто пью пиво и наслаждаюсь солнцем. И силуэтом на фоне гор и заката. Эвану идет закат…              01 августа 20… года              Опять в пути. Решили отклониться от маршрута и посетить Большой каньон, а может быть еще и до Глена доберемся. Жара стоит страшная, мозг, кажется, скоро расплавится. На сей раз за рулем Эван, пусть рулит, куда ему нравится, а я немного передохну пока, поищу местечко, где нам остановиться…              05 августа 20… года              Зависли на Глене, прибились к группе туристов из Канады, встали в их лагерь. Эван сразу же нашел с ними общий язык. Не из-за того что они земляки, а потому что ребята тоже какие-то музыканты. Вот он теперь с ними все, что-то обсуждает, вечно что-то играет. Не то чтобы я ревную, но… как-то это царапает. Ведь он же мой спутник. И, вообще-то, это моя поездка. Машина-то моя! Приглашают вот сегодня сплавать на лодке куда-то, не знаю, хочу ли я. Может, обойдутся без меня?..              06 августа 20… года              Никуда не поплыл, конечно же. И вот что странно: Эван тоже. А ведь он хотел, я видел, как он загорелся. Почему остался? Я хотел у него спросить, но… Побоялся услышать ответ, наверное. Почему-то мне кажется, он был бы не таким, какой я бы хотел услышать.              Весь день провели на берегу озера, больше не боюсь воды, как прежде, те ощущения, что были на мосту в начале поездки, больше не возвращались. Я с удовольствием плаваю вместе с Эваном, потом мы валяемся прямо на голых скалах. Несколько дней — а я уже загорел так, как никогда раньше…              07 августа 20… года              Все же Эван уговорил меня сплавать по озеру на лодке. Без компании, лишь мы с ним вдвоем и местный проводник. Доплыли до самого Радужного моста. Впечатляет. Очень. Даже немного страшно было стоять рядом с ним.              Вообще, тут везде очень ярко чувствуется мощь природы. И еще сильнее ощущаешь себя мелкой песчинкой, что в любой момент может быть сдута кем-то более сильным. Сказал Эвану, думал, он посмеется, скажет, что это глупо. Но он не стал. А начал писать новую песню. Удивительный парень. Не устаю им поражаться. И восхищаться!              10 августа 20... года              Надумали двигаться дальше. Не сговариваясь. Просто распрощались с приютившими нас музыкантами и покатили утром по шоссе. В сторону Калифорнии…              15 августа 20… года              Скоро уже окажемся на территории LA. Эван с каждым днем все больше ерзает на сиденье. Понимаю его: тут показать себя и заработать будет куда как проще. К этому он стремился. И вот цель уже прямо перед ним.              А моя? Что с моей целью? И какая, черт возьми, она?!