Домой
19 января 2021 г., 18:12
Санта-Моника, конец шестьдесят шестого. Машину оставили на ближайшей парковке, пешком спустились к пирсу. Вечер, народу до чертиков много. Огни кругом, с колеса обозрения звучит громкая быстрая музыка. Плеска волн почти и неслышно в гомоне сотен туристов и местных.
Алекс двинулся в противоположную от палаток со снедью и развлечениями сторону прямо по песку, игнорируя настил. Прошел с сотню метров вдоль кромки воды, с тихим шелестом набегающей на берег. Эван молчаливой тенью следовал за ним, не предпринимая попыток ни приблизиться, ни заговорить с того самого момента, как они вышли из авто. Наверное, чувствовал что-то. Чего явно бы не хотел. Впрочем, Алекс и сам не настаивал на разговоре.
Отойдя на приличное расстояние от шумного людного пирса, Алекс сел на песок, влажный почему-то, хотя досюда прилив не доходил, Эван устроился рядом, в метре. Алекс кинул на него быстрый взгляд: спутник смотрел на воду, на заходящее солнце, на свои руки, избегая самого Алекса. Закушенная губа отозвалась болью где-то между ребер. Алекс постарался улыбнуться, хоть вышло и скверно, открыл рот, чтобы что-то сказать, хоть сам не знал, что, осекся, шумно выдохнул.
Плеск волн и тихий смех — неподалеку от них сидела молодая пара — были единственными звуками в окутавшей их тишине. Алекс покосился на Эвана снова: он быстро писал что-то пальцем на песке. Алекс присмотрелся: ноты. Эван записывал мелодию. Какую? Алекс сам хоть и умел играть на рояле, так сходу не смог бы понять мотива…
— Когда улетаешь домой? — резким и каким-то злым жестом стерев написанное на песке, Эван повернулся к Алексу, вопросительно приподнял бровь. Морщинки побежали от глаз. В них, цвета которых Алекс так и не разгадал за эти два месяца: то ли желтый, то ли зеленоватый, то ли серый, почудились слезы. Вновь заныло в ребрах.
Алекс повел плечом, он не думал об этом, если быть честным. Нет, он решил, что надо ехать, да. Потому что… Ну вот они уже в LA, и Эвану он больше не нужен и даже немного обуза, потому что тот стремился сюда, чтобы строить карьеру музыканта. И он уже сегодня даже созванивался с каким-то знакомым продюсером и договаривался о встрече с ним. И Алекс лишь помешает ему. Алекс, который... Который и так решил, что должен оставить Эвана, чтобы не обманывать его и не давать призрачных надежд на… А нужны ли ему эти надежды? Как же все сложно!
— Завтра. Послезавтра. Как будут билеты, — да, лучше скорее. Чтобы все это кончилось. И вернуться домой, где все просто, понятно, давно уже изучено. От чего не ждешь очередной встряски.
— Хорошо, — Эван лишь кивнул. И вновь принялся что-то писать. Наверное, готовил материал к будущему выступлению. Алекс поднялся и медленно пошел от него и от людей прочь по берегу океана.
***
20 августа 20… года Вот я и в аэропорту. До рейса еще чертова уйма времени, почти пять часов. И я мог бы еще погулять по городу, посидеть в кафе или на пляже. Но решил, что лучше побуду тут. Там — все еще в этом «отпуске», с Эваном. А с ним я не могу уже больше быть. Никак. Я же уже это решил! А тут, тут вроде как уже дома. Каких-то десять часов — и Лондон. А потом еще немного — и совсем дома. И все вернется на круги своя. Все… Все то, от чего я бежал. Черт возьми! Я хотел сменить обстановку, развеяться. Да. Понять себя. Чего я хочу. Куда я стремлюсь. Но что-то мне кажется, что ничего я так и не понял. И я вновь возвращаюсь туда, где… Зачем? Хочу ли я этого? Правда ли, время пришло возвращаться? Я не знаю. Я пишу это — и не знаю. Буду честен сам с собой. Я просто убегаю от Эва! Но бегу ли я от него? Или я бегу от себя? От своего будущего. От того, что мне кажется опять, что… Что я привяжусь к нему, а он… Он поступит так, как все и всегда со мной поступали — бросит меня. Но не привязался ли я к нему уже? Не поздно ли?.. Он... Он удивительный. Совершенно. С ним так легко, так светло. Так радостно. И тепло. И он так понимает меня. И поддерживает. И его чувства… Глубокие, но совсем не подавляющие. Я скучаю по нему. Уже. Мы расстались лишь несколько часов назад, а я уже скучаю. Неужели я никогда больше его не увижу? И не услышу… Нет, мы обменялись телефонами, но... Вряд ли когда он позвонит, не за чем ему. А я… Я никогда не звоню первым. Потому что мне всегда кажется, что я не нужен, и я не звоню. И я не позвоню и в этот раз. Потому что я… Я не знаю, нужен ли ему. Или он уже… Забыл меня. У меня никогда не было такого друга, как он. Никого такого близкого, каким стал он. И… Я думал, что расстаться с ним — будет лучшим выбором. Чтобы меня не грызло чувство вины. И чтобы не было этого дурацкого страха... А я все равно боюсь. И этот новый страх, он куда больше пугает меня. Что я больше никогда его не увижу и не услышу. Не совершаю ли я ошибки? И не лучше ли мне?..
