Кубок огня или Турнир Юных Волшебников

      Лили Поттер       Лили проснулась и уставилась в окно, которое виднелось с ее кровати. Последние дни она спала очень плохо. Спальня — это было единственное место, где она могла снять маску, которую показывала на людях по просьбе Альбуса и Розы.       Вот только с каждым днем держать ее становилось все сложнее. После новости об аресте и заключении папы в рандомные моменты дня ее могло просто начать трясти, если она думала о случившемся. Она знала, что и Алиса, и Урсула ее могут поддержать, вот только у второй сейчас была своя личная драма, а Алиса часто пропадала с Хьюго, с которым у нее тоже начинали портиться отношения, никто не выдерживал как происходящего напряжения вокруг, так и надвигающихся на них экзаменов. Лили не понимала, как ребята с мастер-классов умудряются выживать, да еще и на седьмом курсе. В который раз она убедилась, что уйти с мастер-классов было верным решением.       Но за черной полосой всегда должна следовать белая. Лили чуть не закричала вчера на весь Большой зал, когда увидела в «Пророке» новость о том, что Джеймс в безопасности, пусть и в Америке. Сегодня утром она ждала письма от мамы. Хотя бы где-то и в чем-то должно повезти ее семье. Она уже смирилась с тем, что ее осудят, без папы ее суд выиграть невозможно, а даже если была надежда на какое-то правосудие, с арестом отца и подставными людьми в Министерстве она таяла на глазах.       Наверное, если бы не друзья, которые окружали ее и поддерживали, она бы совсем скатилась в депрессию. Хоть она старалась в течение дня улыбаться и смеяться, они все равно чувствовали ее настоящее настроение. Лили была безмерно благодарна и Кевину, который веселил ее своими историями, и Рикиши, который своими способностями облегчал ее боль, и Алисе, которая без умолку жаловалась на Хьюго, пока тот не выпускал из рук карту Мародеров, следя по ней за всякими подозрительными личностями.       Но больше всего Лили была благодарна Фрэнку. Благодаря отцу, он доставал для нее варианты экзаменационных СОВ прошлых лет, поэтому вечерами в библиотеке они уединялись и разбирали практическую часть. Занятия с Тедди давали свои плоды, Лили чувствовала, как восстанавливается ее магия, как тренировки положительно влияют и укрепляют ее, но она все равно боялась, что завалит все практические части, а как следствие и экзамены. Впрочем, зачем ей нужны эти экзамены? Ее же скоро посадят в Азкабан.       — Доброе утро, — поздоровалась с ней и Алисой их соседка.       Девушка уже была одета в форму, на ее плече висела школьная сумка, а сама она была в дверях, чтобы отправиться на завтрак.       Лили ей кивнула и нехотя села на кровати. Наверное, только уроки и заставляли ее вставать с кровати, но не потому, что учеба была важной частью ее жизни, ей просто не хотелось отвечать на вопросы преподавателей и одноклассников, почему ее не было. Но в прошлые выходные она не вылезала из кровати два дня, и если бы не Алиса, которая таскала ей с ужина фрукты, она бы ничего и не ела.       Алиса тоже отодвинула полог, и Лили увидела, какие красные глаза у подруги.       — Что, вы опять с Хьюго поссорились? — тяжело вздохнула Лили.       — Нет, — отрезала Алиса, вставая с кровати.       — А почему тогда ты плачешь? — удивилась Лили.       — Мы с ним расстались, — Алиса подхватила свое полотенце и направилась в сторону ванной комнаты.       — Как? — ахнула Лили, которая совсем не ожидала и даже не могла предположить такого исхода событий.       Но Алиса ничего не ответила, лишь громко хлопнула дверью в ванную, оставляя Лили в недоумении.       Лили поняла, что она не оставит просто так это дело. Если у нее полный провал в личной жизни, то она не позволит двум дорогим для себя людям разрушить эти отношения. В конце концов, у них не было этих проклятых односторонних душ, невест и прочего дерьма, что свалилось на нее, поэтому Лили искренне не понимала, как они могут разбрасываться этим счастьем.       Лили боялась, что эти двое могут влюбиться и выкинуть ее из их дружбы, что в какой-то момент и произошло. Но тогда у нее был Скорпиус, а затем Урсула, что Лили быстро отпустила эту ситуацию и сама перестала быть третьей лишней. Сейчас и кузен, и подруга были очень ей нужны, она не хотела теперь метаться от одного к другому.       — Может, все же расскажешь, что случилось? — поинтересовалась Лили, когда Алиса с каменным лицом и полотенцем на голове вышла из ванной комнаты.       Алиса сначала ничего не ответила, срывая с головы полотенце и начиная расчесываться, но потом расческа была отброшена на кровать, лицо упало в ладони, а сама Алиса начала реветь.       — Эй, ну тише, все будет хорошо, — Лили тут же кинулась успокаивать подругу.       Лили поглаживала подругу по спине и чуть приобнимала. Истерика у Алисы не заканчивалась и ей пришлось отдать все запасы своих успокаивающих зелий, которые ей прописала Вик, чтобы избежать перенапряжения. Лили боялась представить, что мог такого вытворить Хьюго, чтобы Алиса так себя вела, лично она так убивалась, когда узнала о том, что у Скорпа и Анабель все серьезно, но она не верила, что кузен мог изменить с кем-то Алисе.       — Он сказал, что мы расстаемся, потому что он больше не хочет таких отношений, — всхлипывала Алиса.       — Что, просто так сказал? — удивилась Лили. — Ни с того, ни с сего?       — Ну, перед этим я на него накричала, что мы опять не проводим время вместе или постоянно за этой картой, — сжала кулаки Алиса.       — Вот видишь, он просто в моменте был зол, что ты его упрекнула, вот и ляпнул, — Лили убрала прилипшие к щекам волосы Алисы. — Ты же знаешь, как Хьюго сейчас всем помогает с этой картой, это не его прихоть, что он выбирает не тебя, ему бы тоже хотелось…       — Он просто нашел повод, — качнула головой Алиса.       Лили была уверена, что Хьюго просто поддался эмоциям, но все же она была на стороне кузена. Она не понимала, почему Алиса, у которой эти люди отобрали одного родителя, так беспечно относится к этой борьбе. Она сначала так была включена в происходящее, мстила Анабель за нее, придумывала какие-то угрозы ей, сливала информацию Рокси, но не понимала важности вклада Хьюго в общее дело, пусть и такого пассивного.       — Хочешь, я с ним поговорю? — поинтересовалась Лили. — Уверена, я смогу вас помирить, объясню ему, как ты видишь эту ситуацию.       — Нет, Лили, я ничего уже не хочу, — сказала Алиса. — Тем более, что я вчера погадала на кофе, и мне выпало, что это не мой путь.       — Мерлин, Алиса, ну ты как маленькая! — взмахнула руками Лили. — Плевать, что говорят эти чаинки или что там, им самое место в мусорном ведре, ты сама можешь решать и бороться за свою любовь!       — Нет, Лили в этом-то и проблема! — закричала на нее Алиса. — Вы хотите, чтобы я понимала и принимала вашу дурацкую затею, но вы всегда смеялись над моими увлечениями…       — Нет, Алиса, мы не… — попыталась переубедить подругу Лили, но Алиса взяла свои вещи и вышла из комнаты в одном белье.       Лили удивленно смотрела ей вслед. Ладно, нужно просто дать ей немного времени. Лили и сама помнила, какая она была психованная после расставания со Скорпиусом, как она сама потом извинялась перед Алисой за свое поведение.       Но с Хьюго поговорить она все же собиралась. В конце концов, всегда важно слушать обе стороны конфликта. Правда кроется где-то посередине, до нее Лили и хотела докопаться.       Лили быстро умылась, причесалась и оделась, а затем в одиночестве направилась на завтрак. Алисы за столом не было, не могла она найти и Хьюго. Даже Фрэнка с его однокурсниками не было. Видимо, из-за этих утренних разборок она пришла достаточно поздно, что все уже разошлись. Лили ничего не оставалось, как сесть в одиночестве.       Она намазывала тост маслом и джемом, как одинокая сова влетела в Большой зал и опрокинула перед ней сложенный пергамент. Лили отложила тост и потянулась к письму. Странно, что ей почта пришла так поздно, сова будто бы специально ждала, когда она придет на завтрак, ведь в таком случае почта передавалась домовикам, и уже они доставляли письмо напрямую в спальню ученика.       Лили была уверена, что это письмо от мамы, которая, судя по вчерашней статье, отправилась в США и сегодня должна была вернуться. А может и от Джеймса, вдруг он все же нашел какую-то возможность написать им и сообщить, что все хорошо. А может это папа… От волнения и предвкушения пальцы переставали слушаться. Наконец, Лили развернула пожелтевший пергамент.              Разве может какая-то вещь быть дороже жизни человека? Я заберу у тебя того, кто тебе дорог. Подумай, готова ли ты платить за отказ добровольного обмена со мной.              Лили прочитала строчки несколько раз, решительно не понимая, кто и что от нее хочет. У нее не было никаких дорогих вещей. А вот дорогих людей много. Кого этот человек имеет в виду? Вопросов было больше, чем ответов.       Сердце бешено стучало. Лили посмотрела на редких оставшихся за завтраком студентов. Все мило о чем-то беседовали. Может, это чья-то шутка? Просто хотели ее напугать, может, даже друзья, чтобы она как-то взбодрилась и вышла из своей депрессии.       Но какое-то внутреннее чувство ей подсказывало, что это сообщение от Блэка. Друзья не стали бы с ней так шутить, да и ради шутки использовать чары подмены почерка… Но что ей делать?       Лили бросила взгляд за стол Слизерина. Малфой допивал свой кофе левой рукой. Почему-то Лили подумала, что в письме может говориться про него. Блэк тоже ведет на них охоту. Может, Скорпу тоже пришло подобное?       Теперь ей вспомнилась Вега. Она просила каждого из них подумать, кому они готовы довериться и привести в список. Может, ее отец узнал, что они догадались о списке?       Лили убрала бумажку в карман мантии, схватила свою сумку и направилась на урок Заклинаний. Может, Блэк узнал, что они следят за его людьми по карте? Может, вещь, о которой написали в письме, это и есть их карта?       Со звонком Лили вбежала в класс Заклинаний и села рядом с Хьюго, который сидел на самом дальнем ряду один и следил за картой.       — Ты чего? — ахнула Лили. — Все же увидят…       — Нет, — покачал головой Уизли, показывая ей обложку. — Я нашел в библиотеке любопытное заклинание. Теперь всем со стороны кажется, что я читаю просто обычный учебник, что накануне экзаменов не является чем-то подозрительным. Карту смогут в моих руках видеть только те люди, которые о ней осведомлены.       — Удобно, — кивнула Лили.       Пока она достала свои принадлежности из сумки для урока, профессор Флитвик уже взобрался на свои книги и начал левитировать каждому на парту листочки с заклинаниями, которые они должны будут отрабатывать в течение сегодняшнего сдвоенного урока.       — Слушай, что у вас с Алисой случилось? — спросила Лили. — Она всю ночь плакала. Вы поссорились? Что на этот раз?       — Она сказала, что мы поссорились? — удивленно поднял бровь Хьюго, начиная практиковать доставшееся ему заклинание увеличения.       — Она мне ничего не сказала, — не выдала подругу Лили, да и не хотела, чтобы Хьюго думал, что она предвзята. — Поэтому надеялась, что хотя бы ты мне скажешь.       Хьюго ничего не ответил, лишь продолжал раздувать свою жабу до размеров огромного шара.       — Мы не поссорились, а расстались, — сказал кузен, будто его это вообще не трогало. — Я ей это предложил.       — Но почему? — изобразила удивление Лили. — У вас же все было хорошо, она тебе нравилась…       — Потому что я не могу думать об отношениях, когда в мире происходит такое, и если она не понимает этого, что я все это делаю днями и ночами в том числе и из-за того, что эти люди сделали с ее семьей, то мне не о чем говорить с этим человеком, — сказал Хьюго.       Ну да, как она и предполагала. Действия брата ей были куда ближе. Она бы тоже сейчас любые отношения поставила на паузу.       — Мисс Поттер, что у нас здесь? — к ним подошел Флитвик.       — А, да, заклинание смены цвета, сейчас, — Лили направила палочку на своего паука, но после произнесения заклинания лишь его многочисленные мохнатые лапки приобрели красноватый оттенок.       — Неплохо для Вас, Лили, но нужно стараться еще больше, чтобы сдать экзамен, — добродушно порекомендовал ей Флитвик.       Следующим уроком была трансфигурация. Этот предмет давался Лили хуже всего, но ей активно помогала Урсула, с которой они и сидели вместе. Вот только после случившегося с Эваном Малфой либо не ходила на занятия, либо же предпочитала сторониться всех. Лили к ней не лезла. Она понимала, что Урсуле нужно время, чтобы отойти от всего и побыть наедине.       Она помнила то ужасное состояние Малфой, когда они вернулись с вечеринки Миланы и Нотта. Урсула была не в себе, заливаясь слезами и истерикой. Лили понимала, что говорить с подругой было бесполезно, тогда было важно просто проследить за ней, успокоить, чтобы она могла, а главное хотела выслушать ее доводы про Эвана.       Да, они с Миланой решили не говорить Урсуле о том, что у Эвана в голове были какие-то голоса, о чем он и делился с Лили. Но Лили не могла смотреть на мучения подруги, поэтому решила, что как только Урсула будет готова ее слушать, то она ей все расскажет. Вот только Лили не успела.       Несмотря на фырканье Алисы, которая хоть и сблизилась с Урсулой на их общей нелюбви к Анабель, все равно не особо желала принимать Малфой в качестве подружки, а не напарницы, поэтому в тот вечер она ушла к Хьюго, чтобы не слушать эту истерику. Лили успокаивала Урсулу всю ночь. Утром Малфой ей заявила, что все хорошо, ей просто надо побыть одной и принять очередное предательство от этого человека. Если бы Лили знала, к чему все это приведет, никуда бы ее не отпустила. Но уже ничего не изменить, Эван уже несколько дней находится в Мунго в коме при смерти.       Лили не знала, как подойти к Урсуле сейчас. Что ей говорить? Она боялась, что Урсула снова сорвется. Но с другой стороны, ходить привидением по замку и ничего не есть, бросить учебу и все свои руны перед экзаменами, не есть хорошо. Черт, ну почему так сложно? Кажется, страдать самой куда проще, чем вытаскивать друзей из подобных состояний. Лили прекрасно знала, что такое душевная боль, но не могла найти нужных слов поддержки для Урсулы, потому что знала, что в таком состоянии тебе никого не хочется слушать.       — Привет, — Лили подошла к Урсуле.       Малфой стояла возле окна и смотрела в него, прислонив голову к каменной стене.       — Привет, — отозвалась словно эхом Урсула.       — Как ты? — спросила Лили.       — Нормально, — также безжизненно ответила Малфой.       Нет, так не пойдет, с этим надо что-то делать. Кажется, она передержала Урсулу в уединении. Нужно вытаскивать ее из этого состояния.       — Подожди меня здесь, я сейчас, — сказала Лили.       Но Урсула и не собиралась никуда уходить. А у Лили появился шанс прогулять трансфигурацию. Упражняться с Фрэнком в библиотеке за самым дальним и уединенным столиком ей было намного комфортнее, чем на глазах у всего класса.       — Профессор МакГонагалл, мисс Малфой себя неважно чувствует, можно я провожу ее в Больничное крыло? — Лили указала жестом на Урсулу, которая все еще стояла, прижавшись к стене.       Видимо, у Урсулы был настолько жалкий вид, что МакГонагалл их отпустила. Лили знала, что после слов Доминик, что Урсула виновата в случившимся с Эваном, Малфой вызывали к директору. Но ей удалось отмазаться и сказать, что она ничего не делала, что все это придумал Эван, который хотел снять с себя обет молчания, она просто помогла ему нанести руну и не знала, к чему может привести подобное, потому что понятия не имела, что в нем есть ген вейлы, а у Доминик к ней личная неприязнь из-за бывших конфликтов с Лили. Наверное, если бы не Тедди и Вик, которые вступились за Малфой, ее дела были бы хуже. Во всяком случае больше ее не трогали, видимо, ждали, когда придет в себя Эван, чтобы спросить его версию.       — МакГонагалл нас освободила от занятий, — сказала Лили, осторожно приобнимая Урсулу и заставляя ее идти с ней. — Пойдем на кухню, выпьем чаю, поговорим.       Урсула не сказала ей ни слова, но послушно передвигала ногами, благо от кабинета трансфигурации до кухни было не далеко.       — Мерлин, Малфой, ну нельзя же так! — сказала Лили, когда Урсула не притронулась к тортику, который им поставили домовики. — От того, что ты не ешь, ситуация не станет лучше.       — А я заслуживаю это есть? — спросила Урсула.       — Что за вопрос? — нахмурилась Лили. — Конечно.       Вдруг на бледном лице Урсулы расплылась улыбка, а потом она засмеялась, вот только смех также резко прекратился, как и начался, и на нее уставились глаза, полные боли.       — Я убийца, Лили, — тихо проговорила она.       Вот в чем дело. Конечно, Лили могла бы догадаться, о чем на самом деле переживания Урсулы. Действительно, кто будет думать о предательстве второй половинки, когда ты почти убила человека.       В таком случае именно она могла попытаться вернуть Урсулу к жизни. Ей было очень знакомо это чувство. Она тоже убийца.       Вот только как осторожно подступиться к этому разговору… Да и Лили не сказать, что отпустила тот факт, что она убийца, просто старалась о нем не думать. Но ей в свое время очень помог Скорпиус справиться с этим чувством, когда она только-только это осознала.       — Я убийца, Урсула, — сказала Лили.       Она видела, как Урсула хотела было начать возмущаться, но потом осознала, что Лили имеет в виду.       — Прости, — тихо сказала она.       Лили кивнула, стараясь как ни в чем ни бывало отломить вилкой кусочек тортика.       — Слушай, Лили, ты не убийца, — вдруг Урсула начала ее успокаивать, видимо, чувство вины за то, что она ей напомнила, было выше ее собственной боли. — Это был выброс магии. Это неконтролируемая вещь. Это просто стечение обстоятельств. Это самооборона, ты не осознавала, что делаешь, это просто случилось, я тебе сказала то, чего не должна была, ты была на взводе, это просто цепочка обстоятельств, которая привела к трагедии. Я же это сделала намерено.       — Ну начнем с того, что Эйвери еще не умер, поэтому не стоит ни его хоронить раньше времени, ни съедать себя, — парировала Лили. — Ты тоже была очень эмоциональна, и раз ты сейчас коришь себя за содеянное, то раскаиваешься, а плохие люди не умеют этого делать. Ты мне наговорила лишнего, а я, наоборот, не сказала тебе многое, что могло бы тебя остановить от этого рокового шага. И если тебе будет легче, то Эван изначально ходил под угрозой, нависающей над ним, может, ты его даже спасла, потому что Блэк бы не стал его щадить.       — Чего бы Блэк ему сделал? — фыркнула Урсула. — Он почти тогда с пожаром выполнил свое задание, уверена, если бы я не услышала их переговоры на приеме, то он бы выполнил его задание и получил поощрение.       Лили понимала, что сейчас не время рассказывать про голоса в голове Эвана. Нужно немного подождать. Сейчас важно, чтобы Урсула просто не чувствовала себя монстром.       — Тем более, — пожала плечами Лили. — Ты защищала свою жизнь, как и я, если бы на нас не нападали, то ничего бы не было.       Лили видела, что Урсула как минимум задумалась. В принципе, для первого разговора после случившегося неплохо. И почему Лили всегда тянет этих Малфоев из депрессии?       — Ладно, Лили, спасибо за этот разговор, но я сейчас не готова продолжать, как-нибудь потом, ладно? — спросила Урсула.       Лили лишь кивнула, и Малфой ушла, так и не притронувшись к своему тортику.       До конца урока еще было время, а возвращаться на Трансфигурацию ей не хотелось, поэтому Лили решила зайти к Вик. Ну а что, целительница же тоже, если МакГонагалл у нее о чем-то спросит. Да и на обед после торта ей не хотелось, поэтому можно поболтать с Вик, а заодно взять успокаивающих зелий, свои она сегодня раздала Алисе.       Под обеспокоенный взгляд Теда, который вел урок у шестого курса, Лили по стеночке прошла через весь класс и поднялась в их личную с Вик комнату.       — Привет, Вик, — улыбнулась Поттер.       — Лили? — Виктуар обеспокоено посмотрела на нее, откладывая от себя журнал-каталог с детскими вещами. — Тебе плохо?       — Нет, было плохо Урсуле, я ее провожала в Больничное крыло, вот, решила к тебе зайти, все равно возвращаться на урок смысла нет, — пожала плечами Лили. — Как ты себя чувствуешь?       Пока Вик рассказывала о своих страхах касательно родов и дальнейшего изменения их с Тедом жизни, все же осталось около полутора месяцев, Лили трогала животик Вик. Она чувствовала, как малыш ей радостно в ответ пинается, стоило ей приложить ладонь. Волшебство.       — Слушай, Вик, а если родить от магла, то ребенок будет волшебником? — поинтересовалась Лили.       — А тебе зачем? — удивилась такому вопросу кузина.       — Не знаю, просто стало интересно, — пожала плечами Лили.       На самом деле это был не просто интерес. После того разговора с Малфоем о списке тринадцати и их как пары в нем, Лили снова думала, что это какая-то судьба, что-то сводит их, чтобы они были вместе. Но он смотрел только на Анабель, хотел только ее, поэтому Лили снова заставила себя даже не думать о нем, пусть это и не всегда получалось. Она вспоминала слова своих родственников после того случая с выбросом, когда было не ясно, вернется ли к ней магия или нет, они все говорили, что магловский мир полон разнообразных профессий, и она точно себя там найдет, а кузина Малфоев Диана ей лишний раз доказала это, что в магловский мир можно уйти добровольно. Так может она найдет там и парня, раз в этом мире с отношениями у нее не клеится? Лили видела себя мамой больше, чем карьеристкой, хотя сидеть дома с детьми она не планировала. Но ей было важно дать ребенку то, чего не было у нее, а именно нормальную магию.       — Вообще, существует много исследований и многие из них противоречивы, — сказала Вик. — Официально признано, что от такого брака вероятность в пятьдесят процентов. Но на самом деле вероятность того, что ребенок будет магом выше, так как волшебный ген достаточно сильный, и если он не передался, то речь шла о каком-то сбое во время зачатия, но и они имеют место быть, иначе не было бы никогда и ни у кого никаких генетических болезней. Существует также доказанное исследование, что вероятность рождения волшебника от смежного брака повышается, если волшебник в этой паре девушка, так как если ребенку не будет хватать силы для развития магии, он может добрать ее у матери еще в утробе, что к моменту рождения ядро будет сформировано и наполнено.       — Почему тогда у Миланы с Джеймсом не так? — спросила Лили, понимая, что у них все наоборот.       — Ну, во-первых, мы с тобой говорим о браках между волшебниками и даже не маглорожденными, а именно маглами, — сказала Вик. — Все же когда речь идет об обоих волшебниках, то там вероятность снова пятьдесят на пятьдесят, от кого ребенок возьмет магию. Во-вторых, у Джеймса и Миланы особая ситуация, так как Милана оказалась чистокровной и их проклятие работает на вырождение, она не смогла бы передать ребенку волшебный ген и родила бы гарантировано сквиба, так как ее магическое ядро достаточно слабое, а ребенок его имеет и требует питания. Ну и пусть такое встречается немного реже, но все же имеет место быть, что ребенок унаследовал и больше тянется к отцовской магии.       Лили не стала дальше расспрашивать Вик касательно этой темы, иначе та бы поняла, что Лили узнает для себя и снова начала бы ее ругать, что Лили не живет настоящим. Но одно Лили поняла и без дальнейших расспросов. Так как у нее самой ядро слабое и магия даже с тренировками никогда не будет дотягивать до той нормы, то вероятность того, что ее дети от маглов не будут обладать магией достаточно велика.       — Пыталась сегодня говорить с Урсулой… — поджала губы Лили. — Бестолку. Спасибо, что отмазала ее с этой руной… Но мы все знаем правду, и она в том числе, что все из-за нее.       — Да, дело плохо, — тяжело вздохнула Виктуар. — Я понимаю, что она была на эмоциях и едва ли искренне хотела этого, но уже ничего не исправить. Эван пока что в коме и не ясно, придет ли в себя, все было сделано очень четко. Ну и пусть Доминик на глаза не попадается, она очень зла на нее.       — Странно, вроде с Эваном она никогда не общалась, — сказала Лили.       — Понимаешь, Доминик сейчас очень остро реагирует на подобное, после случая с Диего и с ней, — пояснила Виктуар. — Знаешь, это просто солидарность тому, кто похож на тебя, она боится, что кто-то может узнать про Эвана и его гены, узнать про эту руну, угрожать ей.       — Будем надеяться, что Эван поправится, — вздохнула Лили. — Хотя, после его признаний, ему точно светит Азкабан.       На последних словах Лили дернулась. И ей тоже… Возможно, и Урсуле, если кто-то вроде Доминик возьмется за это дело, а может даже Блэк, все же вывели из строя его бойца, а благодаря его глазам и ушам в школе он может узнать, кто это.       — Ладно, я пойду, у меня занятие с Фрэнком в библиотеке, — Лили поднялась со своего места. — Да и ты всегда в это время гулять уходишь.       — Да, — Виктуар погладила живот. — Прогулки полезны. Молодец, что активно готовишься к экзаменам. Да и думаю, что Фрэнк не просто по доброте душевной столько времени с тобой проводит, ты ему явно нравишься, присмотрелась бы, он хороший парень.       — Вик, пожалуйста, не начинай, мы просто друзья, — закатила глаза Лили, направляясь к двери.       — Что, все еще Малфой? — спросила кузина, а Лили инстинктивно сжала бумажку в кармане с угрозой.       — Нет, — сказала Лили, но почувствовала, как сердце внутри пропустило пусть слабый, но удар. — Я сейчас нацелена на экзамены, да и даже если бы я искала замену Малфою, я бы не выбрала Фрэнка, он мне просто друг, а обманывать его и поступать так, как поступал со мной Малфой, я не буду, это бесчеловечно.       Забрав все зелья, Лили отправилась в гостиную, чтобы положить их в свою тумбочку, где встретилась с Фрэнком. Он снова взял у отца старые варианты заданий (они уже прорешали столько вариантов, что добрались до заданий двадцатилетней давности). Они направились в библиотеку, когда их на половине пути окликнул Кевин, и Лили пришлось прервать свой рассказ о ссоре Алисы и Хьюго.       — Лили, — сказал американец. — Хорошо, что я тебя встретил, ваша директриса просит тебя срочно зайти.       — Ты что-то натворила? — удивился Фрэнк. — Сходить с тобой?       — Не знаю, — нахмурилась Лили. — Иди в библиотеку, я скоро подойду, не думаю, что это надолго.       Фрэнк направился в одиночестве в библиотеку, а Кевин пошел с ней.       — Тебя просили передать сообщение или проводить меня? — фыркнула Лили.       — Мне все равно в ту сторону, — усмехнулся американец. — Консультации же сейчас.       — Ну да, — сказала Лили. — Только если это твоя очередная попытка устроить мне свидание…       Кевин пару раз пытался вернуть их отношения, которые так и не получились в начале учебного года. Лили уже не знала, как ему объяснить, что они просто друзья. Благо Андерсон был не очень навязчивым.       — Нет, я все понял, друзья так друзья, — отмахнулся он.       Они разминулись на вилке последнего коридора, и Лили направилась к горгулье. Зачем и правда ее позвала МакГонагалл? Может, касаемо Урсулы? А может, она решила не допускать ее до экзаменов? А может, папу выпустили из тюрьмы?       — Профессор МакГонагалл, Вы меня звали? — спросила Лили, когда постучалась и вошла в кабинет, но тут же увидела Джинни, которая сидела в кресле и пила чай. — Мама?       Лили подбежала к матери и крепко обняла ее. Она боялась, что с мамой что-то может случиться, она сейчас совсем одна. Может, в записке Блэк имел в виду ее? Это в его стиле уничтожать семьи учеников — Малфои, Симпсоны, Джонсоны, все, кто являются ее друзьями. Он точно может убить Джинни.       — Привет, родная, как ты? — Джинни провела по волосам дочери. — Все хорошо?       — Да, — кивнула Лили. — Ты была в США, узнала про Джеймса?       — Они мне ничего не сказали, — печально ответила Джинни. — Но будем надеяться, что он и правда в безопасности.       Видимо, Джинни рассказывала МакГонагалл о своей поездке, поэтому она продолжила, а директриса налила чай и Лили, поэтому она слушала внимательно о приключениях мамы.       — Точно не хотите, чтобы я вызвала Альбуса? — спросила МакГонагалл, когда чай в их чашках кончился.       — Не нужно, у него сейчас консультации, не хочу его выдергивать из учебного процесса, тем более, что новостей нет, — покачала головой Джинни. — Лили, ты же передашь ему привет?       — Да, конечно, — кивнула Лили. — Ты уже уходишь?       — Да, — сказала Джинни, посмотрев на часы. — Я еще хотела зайти к твоему отцу…       — Скажи, что мы его любим и его обязательно отпустят, — попросила Лили передать привет.       Она уже отправилась на выход, как резко обернулась и посмотрела на маму.       — Мам, пожалуйста, не оставайся сейчас одна, хорошо? — попросила Лили. — Не живи дома…       — Не волнуйся, милая, я живу у Рона с Гермионой, — улыбнулась ей Джинни. — Они меня поддерживают.       — Хорошо, — выдохнула Лили.       Она вышла из кабинета МакГонагалл и спустилась по стенке на пол. При маме она не хотела показывать своей слабости и эмоций. Но то, что даже Джинни не выдали никакой информации о Джеймсе ее настораживало, что, если Блэк подкупил еще и МАКУСА?       — Лили, ты чего тут делаешь? — в коридоре вдруг появился Рикиши, который подбежал к ней и тут же начал ее поднимать с пола.       — С мамой разговаривала, о Джеймсе нет никаких новостей, а папа все еще в тюрьме, — всхлипнула Лили. — А ты почему не на консультации?       — А, да травологию я точно сдам, а вот Алхимия на следующей неделе… — тяжело вздохнул Рикиши. — Оттянул ее до последнего, но она нагоняет, поэтому я сейчас готовлюсь самостоятельно, не хочу провалиться.       Лили чувствовала, как ей становится легче рядом с японцем. Какой прекрасный у него дар для других людей. Пусть и мука для себя самого.       — Спасибо, — поблагодарила Рикиши Лили, зная, что он прекрасно понимает, о чем она.       — Всегда пожалуйста, — улыбнулся он. — Это и правда тяжело. Знаешь, у меня всегда были непростые отношения с родными из-за моего будущего. Но лучше так, чем то, что происходит с твоей семьей, или семьей Малфоев.       — Да, хороший пример, чтобы начать их ценить, — улыбнулась Лили. — Я уверена, что когда ты вернешься домой, вы сможете найти общий язык.       Они с Рикиши направились в библиотеку. Парень пошел в Запретную секцию, где хранились все материалы по Алхимии, а Лили направилась за стол к Фрэнку. Наверное, он тут ее заждался.       — Ну что? — тут же спросил он.       — Мама приезжала, — вздохнула Лили. — Но новостей никаких. Я не хочу про это тут говорить. Давай заниматься.       — Уверена, что сможешь? — нахмурился Фрэнк.       — Да, — закивала Лили. — Я встретила Рикиши, он меня привел в норму, я готова.       — Ладно, — сказал Фрэнк. — Вот, я подготовил тебе смешанные практические билеты, тяни.       Так как с теорией у Лили не было никаких проблем, Фрэнк составлял ей билеты только с заданиями по заклинаниям, трансфигурации и защите, которые они разбирали сначала в теории в библиотеке, а потом тренировали в залах, специально созданных для практических занятий.       — Заклинание левитации, — улыбнулась Лили. — Ну, это просто.       Она быстро начертила формулу, а затем взяла свою палочку и легко подняла стопку книг на их столе.       — Молодец, — похвалил ее Фрэнк.       — Хоть бы оно мне попалось на экзамене, — взмолилась Лили. — Заметь, оно присутствует в заданиях каждого года.       — Экзамен это вообще лотерея, кому-то обычная левитация может выпасть, а кому-то видоизменяющая группа, — сказал Фрэнк. — Поэтому не советую расслабляться и тем более верить в легкий вариант, лучше быть готовым к самому сложному, а вытянув легкий просто порадоваться после окончания экзаменов.       С манящими чарами она тоже справилась легко. Они ей удались еще на четвертом курсе, а после выброса не покинули ее. Следующий билет был уже сложнее. Веселящие чары. Лили понадобилось минут двадцать, прежде чем у Фрэнка на лице появилась подобие улыбки, и еще десять минут сверх, когда он наконец-то рассмеялся. Вот только Лили было не до смеха. Она уже была вымотана, а впереди еще два предмета.       — Ну, Лили, это же как с левитацией, только более направленное действие палочкой, придай этой чернильнице импульс, — раздавал советы Фрэнк, но она у Лили упорно не хотела переворачиваться.       В конце концов, она разбилась прямо у них на столе, отчего мадам Пинс выгнала их из библиотеки.       — Я же говорил, что ты сегодня не в настроении, — успокаивал ее Фрэнк. — Не нужно было заниматься сегодня. Ты только расстроилась, и сейчас растеряешь все. У тебя прекрасно получалось в прошлые дни.       — Спасибо, Фрэнк, что поддерживаешь меня и возишься со мной, — улыбнулась Лили.       — Пустяки, мне не сложно, — он чуть-чуть приобнял Лили. — Я жутко проголодался.       За ужином Лили подсела к Фрэнку и его однокурсникам, замечая, что Хьюго и Алиса сидят в разных углах стола. Хьюго был с книгой, но Лили прекрасно знала, что это карта. Алиса протыкала картофелину своей вилкой, но ничего не ела. Лили была решительно настроена поговорить с ней перед сном. Она надеялась, что сумеет донести до подруги важность того, чем занимается Хьюго, и ей станет легче принять ситуацию.       — Я пойду, — сказала Лили, когда увидела поднимающуюся из-за стола Милану, с которой хотела поговорить. — Надеюсь, завтра наше занятие пройдет успешнее.       Милану ей удалось догнать в коридоре, и та ее пригласила к себе в спальню. Ее соседок так не было, что показалось Лили странным, Ацуко вечно торчала в их комнате. Хоть Лили и знала, что она предала Ала и теперь на стороне Блэка, Лили кое-что хотела у нее узнать касательно своего будущего, поэтому даже расстроилась, что девушки нет в спальне.       — Сегодня мама приезжала, — поделилась с Миланой Лили.       — Есть новости? — тут же воодушевилась Милана, а Лили было больно отнимать у нее эту пусть и на секунду зародившуюся надежду.       — Нет, — вздохнула Лили. — Ей ничего не сказали. В целях безопасности. Но я не знаю…       — Тебе тоже кажется, что все это неправда? — прищурилась Милана. — Джеймс до сих пор у них, они это сделали просто ради того, чтобы увести след мракоборцев. Мы так один раз хотели провернуть с Розой. Вот только у нас, в отличие от Блэка, нет связей с МАКУСА.       — Да, — поджала губы Лили. — Я тоже думаю, что это для усыпления бдительности как и мракоборцев, так и нас, его близких. Хотя на первый взгляд это нелогично, ведь мы были бы готовы ради Джеймса на все. Блэку это и нужно.       Сердце Лили снова пропустило удар. Может, все же записка с угрозой относится к Джеймсу? Что, если Блэк прислал такой намек, что все, что написано в статьях, это ложь? А может, не ложь? Может, Блэк и правда упустил Джеймса, а сейчас будет на этом играть, заставляя их прийти якобы за ним?       — Но при этом я все равно цепляюсь за надежду, что он и правда в США, — сказала Милана. — У нас скоро там суд. Будто я хочу и надеюсь, чтобы он явился на заседание и забрал меня. Но я знаю, что это невозможно. Ацуко права. Даже если Джеймс на свободе, это не значит, что он может быть со мной, а главное, что свободна я.       Слишком грустно. Лили боялась представить, что чувствовал Джеймс, сидя в этих клетках один. А даже если он сейчас в безопасности, каково это понимать, что ты никому не можешь помочь?       — Как ты после той ситуации? — спросила Лили. — Как малыш?       — Вик мне запретила любые манипуляции с магией, — сказала Милана. — Я такая глупая… Я не принимала собственного ребенка таким, какой он есть, я убивала ее также, как это делал Нотт. Нужно молить Мерлина, что Вик удалось остановить схватки, иначе она бы не выжила. Но Вик говорит, что из-за этого у нее может быть еще больше пороков… Вик сказала, что травмы, приобретенные в утробе, могут быть несовместимы с жизнью.       — Эй, все будет хорошо, — Лили обняла Милану. — Ты наша семья. Я тоже могла не выжить, но выжила же. Раз твой ребенок столько пережил, но его сердце все еще бьется, значит она должна прийти в этот мир, значит все было не зря, слышишь?       Успокоив Милану, Лили направилась в спальню, чтобы все-таки поговорить с Алисой. Она помахала Доминик, которая сидела с Розой и Клэр, явно проверяя какое-то их задание. Хьюго тут ожидаемо не было. Наверное, надо ему сказать, чтобы внимательней следил за картой и искал на ней Джеймса. Лили была уверена, что он может сбежать из надежного убежища и прийти спасать их, рискуя собой.       — Привет, — поздоровалась с подругой Лили. — Хорошо, что ты тут одна, я с тобой хотела серьезно поговорить.       — Лили, не стоит, — сухо сказала Алиса.       — Нет, ты все же послушай, — настаивала Поттер. — Я поговорила с Хьюго, он… Он просто разозлился на тебя, что ты не понимаешь всю важность… Поверь, как только это все кончится, то…       — Лили, — перебила ее Алиса. — Кажется, я утром выразилась недостаточно ясно. Я в целом больше не хочу иметь никаких отношений с вашей семейкой и всем происходящим. Ни с Хьюго, ни с тобой. С меня хватит. Это из-за вас было покушение на мою семью. Все. Я выхожу из игры.       — Алиса, ты… — Лили открыла рот в удивлении, но Джонсон уже закрыла полог своей кровати.       Вот так и заканчивается многолетняя дружба…              Проснувшись с утра, Лили обнаружила, что Алисы уже нет на месте. Ей до последнего хотелось верить, что вчерашний вечерний разговор ей приснился. Но даже если Алиса все это сказала на эмоциях, Лили все равно не знала, как такое можно простить. Подруга бросила их в самую тяжелую минуту. Впрочем, уже больше не подруга. Алиса уже один раз показала свое истинное лицо, когда узнала о ее общении с семьей Малфоев. Настоящая подруга так никогда бы не поступила.       — Привет, — Лили подсела к Хьюго, который смотрел в карту. Поттер проследила за его взглядом, он был направлен на близнецов, которые сидели в слизеринской гостиной, Хьюго чаще всего следил за ними. — Как ты?       — Лили, я не маленькая девочка, чтобы плакать и истерить, что меня бросили, — резко отрезал Хьюго, а Лили поменялась в лице, считая, что это намек на нее саму после расставания с Малфоем. — Прости, я не это имел в виду. Со мной все нормально, я не буду страдать. Как вышло, так вышло, я не хочу больше об этом говорить.       — Просто с Алисой что-то происходит, она мне вчера заявила, что не хочет больше дружить и со мной, — поджала губы Лили.       Хьюго лишь пожал плечами. Странно, будто бы Алиса совсем перестала для него существовать. Даже если не как девушка, они пять лет дружили все вместе, неужели так просто перечеркнуть все с близким человеком? В этой ситуации Лили не понимала как Хьюго, так и Алису. Ладно, с этим она разберется позже, сейчас у нее было дело.       — Посмотри, пожалуйста, где Альбус, — попросила Лили. — Мне нужно с ним поговорить.       Хьюго пробежался взглядом по очевидным местам, где утром перед уроками мог быть Альбус, но ни в башне старост, ни в слизеринской гостиной, ни на завтраке его не было.       — Странно, — нахмурилась Лили, у которой появился страх за брата, что и он мог куда-то влезть.       Они вдвоем начали сканировать взглядами карту, просматривая каждое помещение, даже если Альбуса там не могло быть по всей логике.       — Может, он в Выручай-комнате? — предположила Лили.       Лучше он будет все же там, чем уйдет из замка.       — Вот он! — воскликнул Хьюго, а Лили выдохнула с облегчением. — В когтевранской башне с Бриттани.       Лили поблагодарила кузена и побежала в башню синего факультета, благо, что она была близко от них. Ее напрягало последнее время, что Альбус вечно везде таскается с Бриттани. Забавно, что она все прекрасно понимала и о своих отношениях со Скорпиусом, и об отношениях Ала, но почему все всегда так сложно воплотить в жизнь?       — Как доказать любовь человеку, который в нее не верит? — спросил у нее голос птицы, когда Лили ударила молоточком.       — Просто любить, — пожала плечами Лили. — Когда ты искренен, то никакие доказательства и не будут нужны.       — Возможно, — ответил орел, а дверь щелкнула.       Лили вошла внутрь. Если гриффиндорская гостиная по ее мнению была уютной, то когтевранская красивой и статной. Высокая статуя Кандиды, которая была ростом со всю башню, множество полок и книг, вместо кучи диванов столы с удобными креслами. Лили пошла в крыло девочек. Она знала, где находится комната Бриттани, в том году Симпсон еще будучи девушкой Ала приглашала ее на свой день рождения.       — Можно? — Лили решила на всякий случай постучаться, ей не хотелось застать брата во время интимного момента.       Послышался голос Бриттани, приглашающий войти, и Лили отворила дверь. Они хоть и сидели на кровати Симпсон, но одетые и достаточно далеко друг от друга. Лили даже позавидовала, со Скорпиусом они так и не смогли после отношений перейти к настоящей и искренней дружбе, Лили знала, что она все равно к нему бы потянулась в такой обстановке интима и уединения. Интересно, кому из них держаться сложнее? Бриттани или Алу?       — Лили? — удивился Альбус. — Ты чего тут делаешь?       — Тебя искала, — хмыкнула Лили. — Хьюго помог посмотреть по карте, я бы сама тут и не подумала бы тебя искать.       — Да, у нас тут есть одно дело, у Бриттани соседки ушли на завтрак, комната была свободна, — Альбус словно оправдывался.       Интересно, какие у него дела с Симпсон? Лили думала, что Альбус просто пытается заглушить боль от расставания с Ацуко или же специально проводит столько времени с Бриттани, чтобы ее позлить и заставить ревновать, показать, что она упустила. Но, видимо, Альбус был сильнее нее, как и Хьюго, который ради дела мог отставить все личное куда подальше.       — Так зачем ты меня искала? — перевел тему брат, видя, что она начинает анализировать его слова.       — Хотела показать тебе вот эту записку, — Лили опустила руку в карман и достала вчерашний клочок пергамента. — Как думаешь, о ком она?       — Мне пришло то же самое, — Альбус бросил секундный взгляд на письмо. — Позавчера.       Лили открыла рот, будто бы хотела что-то сказать, но слов не было.       — Собственно, мы это и обсуждали, — поджал губы Альбус. — Я боюсь, что это может быть Бриттани, раз мы с ней снова стали общаться. Один раз уже угрожали ее семье. Не знаю, может он пытался таким образом нам намекнуть друг на друга…       — Знаешь, Алиса очень странно себя повела вчера, — поморщилась Лили, снова проводя параллель между ситуациями Бриттани и Алисой, чьи семьи потерпели покушения в одно время. — Может, она в своих предсказаниях увидела собственное похищение?       — Я предлагаю ничего не предпринимать, — посоветовал Альбус. — Возможно, за нами как раз сейчас будут следить, смотреть, с кем мы общаемся, а с кем вдруг резко перестали общаться. Делаем вид, что нас это не задело. Блэк любит строить пустые ловушки.       Лили кивнула. Ал был прав. Им лучше не подавать виду.       — Пойдемте на завтрак, — сказал Альбус.       — Без меня, — отмахнулась Бриттани. — У меня первый урок окно, я бы подремала чуть-чуть, а то эти ночные смены в больнице…       — Хорошо, — сказал Альбус, целуя ее в щеку. — Тогда увидимся вечером.       — Да, конечно, — улыбнулась Бриттани. — Лили, можно тебя попросить задержаться на минутку?       — Я тебя подожду в гостиной внизу, — кивнул Альбус.       Бриттани явно ждала не только момента, когда за Альбусом закроется дверь, но и когда он гарантированно спустится вниз. Что за секреты у них с ней могут быть? Лили никогда не была близка с когтевранкой.       — Тебе просили передать, что собрание будет в пятницу в семь часов вечера, — тихо сказала Бриттани.       Лили сначала не поняла, что хочет сказать Бриттани, какое собрание, а потом до нее дошло. Они давно просили Эвана сообщить им о собрании у Блэка, чтобы проникнуть и взять на анализ чары для Урсулы, но потом отца посадили, Роза сказала, что Блэк сменил тактику и все больше не актуально. Выходит, он снова поменял свои планы. Но как? Эван же в коме? И насколько ему можно верить? Пусть Лили была сейчас к нему не так категорична, как Урсула, но все же голоса в голове могли приказать ему обмануть их.       — Про собрание знал только Эйвери… — тихо сказала Лили. — Он… пришел в себя?       — Нет, Эван по-прежнему без изменений, — поджала губы Бриттани. — Еще один человек знал о вашем плане, видимо, Эван поделился. Меня только попросили передать тебе или Розе. Вот, выдался случай.       — Ладно, спасибо… — Лили все еще была в шоке.       Кто это мог быть? Урсула говорила, что Алана не сможет ничего сказать, у нее клятва. Как и Эван мог дать просто им знак. А здесь Бриттани владела знанием о дате и времени. Анабель? Снова Урсула всех убеждала, что она с Блэком настолько добровольно, что никакой клятвы и не давала. Да и с Бриттани они и правда общаются. Но зачем ей это? Ловушка?       — Слушай, Бриттани, что у вас сейчас с Алом? — спросила Лили, когда находилась уже в дверях.       — Ничего, если ты намекаешь на что-то интимное, — спокойно ответила Бриттани. — Мы друзья.       — Я просто хотела попросить тебя… — поджала губы Лили. — Не разбивать ему сердце. Еще раз. Ты даже не представляешь, как сделала ему больно.       — Я и не собиралась, Лили, — ответила Бриттани. — Я тогда совершила ошибку и понимаю, что плата за нее может быть слишком высокой. Я знаю, что ты сравниваешь меня с Малфоем. Но поверь, у нас совсем иные ситуации, а главное выходы из нее. Я поняла, что допустила ошибку и стараюсь ее исправить. Но если Альбус выберет не меня, я не собираюсь быть заменой и второй.       — Он тебе верит, — бросила Лили напоследок и вышла из комнаты.       Альбус ее ждал, как и обещал. Лили не сказала ему ни слова и пошла на выход из гостиной. Альбус пошел за ней.       — Что она тебе сказала? — напрягся Альбус.       — Ничего, — сказала Лили, но поняла, что брат от нее не отстанет. — Ничего такого, на что стоило бы так реагировать, но мне сложно справиться с той неприятной правдой.       — Про Малфоя что ль опять? — догадался Альбус.       Лили поморщилась, но ничего не ответила. Она знала, что брат сейчас снова не общается с Малфоем. Поэтому трогать эту тему не хотелось.       — Лучше скажи, что у тебя с ней? — перевела тему Лили, желая устроить этим двоим очную ставку, пусть и по отдельности. — Год назад ты был в депрессии и знать ее не хотел, а сейчас…       — Мы дружим, — пожал плечами Альбус. — Я вижу, что она искренне раскаивается о той измене. Да и я понимаю, что мы были тогда слишком неопытными, не знали, что можно, а главное нужно разговаривать. Просто после всего случившегося с Ацуко, я понял, что на самом деле нужно ценить тех, кто верен нам и останется с нами в тяжелые времена.       — Ты мне говорил, что дружбы между бывшими не бывает, — фыркнула Лили, припоминая брату его реакцию на их общение со Скорпиусом после расставания.       — В какой-то степени так и есть, — уклончиво сказал Альбус. — Конечно, она мне нравится как девушка. Просто сейчас я не готов снова вступать в какие-то отношения, да и по отношению к ней это будет выглядеть ужасно. Но я не исключаю, что через парочку лет мы сможем построить что-то большее, потому что чувства не умирают, для них просто наступит вторая весна, отчего все почки сумеют распуститься.       — Круто, когда это взаимно, — тяжело вздохнула Лили.       Альбус ничего не ответил, видимо, тема любви до сих пор давалась ему сложно, после смерти Холли и предательства Ацуко его раны на сердце были все еще свежи.       — Вчера мама приезжала, — снова перевела тему Лили. — Она передавала тебе привет, я сказала, что у тебя все хорошо.       — А почему она только с тобой встретилась? — обиженно спросил Альбус. — С ней все хорошо?       — Сказала, что не хочет отвлекать тебя от консультаций, — отмахнулась Лили. — Тем более, новостей все равно нет.       Лили рассказала брату о визите мамы в США, который не дал им никакой информации, а затем снова поделилась переживаниями за состояние отца, ведь Азкабан не курорт.       — Мне кажется, что Джеймс все еще в Англии и у них, — поделилась мыслями с Альбусом Лили. — Это все отвлечение внимания.       — Мне тоже так кажется, — кивнул Альбус. — Они мастера делать заказные статейки.       — Обещай, что ты не пойдешь к Блэку? — взмолилась Лили. — Он хочет тебя убить, в этот раз он не… ошибется.       Лили и правда боялась за брата больше, чем за себя. Она не нужна Блэку, Вега сама говорила, что девушки его не волнуют. Поэтому это все на ней.       — Нет, я не пойду к нему, — пообещал Альбус. — Я же не какой-то там гриффиндорец. Нет, я выжду его нападения, и тогда мы будем готовы. Я верю Веге.       — Значит, ты присматриваешься к Бриттани, как к своей напарнице по списку? — осенило Лили.       — Возможно, — уклончиво сказал Альбус.       Они дошли до завтрака, когда там уже почти никого не осталось. Видимо, Альбус этого и добивался, чтобы не пересекаться с Малфоем. А Лили только выругалась, когда поняла, что Роза уже ушла.       На прорицаниях Лили достала пергамент и написала Розе, попросив ее встретиться во время обеда в той самой кладовке. Ей нужно было передать Розе информацию от Бриттани. Ей даже было интересно, сойдутся ли у них выводы.       Отсидев еле-еле Трансфигурацию, Лили побежала к Большому залу, надеясь, что Роза уже там.       — Лили, что случилось? — обеспокоено спросила Роза.       — Блэк снова поменял планы, — сразу перешла к делу Лили. — Собрание состоится в эту пятницу.       — Откуда ты узнала? — тут же заподозрила неладное кузина. — Эван же в Мунго.       — Мне это передала Бриттани, — пояснила Лили. — Сказала, что ее просили передать это либо тебе, либо мне.       — Кто? — моргнула Роза.       Лили хмыкнула. Конечно, Роза понимала, не могла не догадываться, ответ вырисовывался сам собой. Но этот ответ ставил перед ними все больше вопросов.       — Думаю, у нас с тобой одинаковый вариант ответа, — сказала Лили. — Вот я и хотела узнать, что ты думаешь по этому поводу.       — Так, ну давай порассуждаем, — Роза присела на пыльный стул и начала нервно стучать ногой по полу. — Могла ли соврать Бриттани?       — Вряд ли, — встала на защиту Симпсон Лили. — Я с ней говорила, она, кажется, так раскаивается за прошлое, что не стала бы сейчас лезть еще глубже и предавать Ала. Тем более, что один раз уже не согласилась и ее семья поплатилась за это. Я уверена, что она просто передала. И то, скорее всего она верит Анабель. Думаю, что Бриттани не стала бы передавать что-то, в чем была бы не уверена.       Кажется, Роза сейчас не доверяла абсолютно всем. Да, совпадений и правда много. Ацуко уходит к Блэку, при этом послав Холли на смерть. Может, она как-то подговорила и Бриттани? Впрочем, Лили сама знала, что такое безответные чувства и малейший шанс, когда можно попытаться получить хотя бы через дружбу то немногое, поэтому Лили могла поверить, что когтевранкой двигали исключительно чувства, а не выгода, которую ей мог бы гарантировать Блэк.       — Допустим, — сказала Роза. — Тогда подумаем, зачем все это надо Анабель?       — Ну, возможно, она настолько заинтересована в отмене помолвки с Малфоем, что видит в нас союзников и единственную угрозу для Блэка, что только мы можем его остановить, — предположила Лили. — А может она ничего не знает, просто Эван когда-то просил ее передать, если с ним что-то случится, вдруг он ожидал своей смерти.       — Либо же хочет избавиться от нас, — парировала Роза. — Помнишь, что говорила Вега? Наше появление там смерти подобно. Савар не дура и может это понимать.       В словах Розы была правда. Черт, ну почему все так сложно? Им здесь точно не найти правду и мотивов всех действующих лиц, им просто нужно решить для себя, нужно ли рисковать или нет.       — Так, ладно, если поступки девочек для нас загадка, давай попробуем порассуждать, почему Блэк принял такое решение, что поменяло его планы? — спросила Роза, но у Лили возникало ощущение, что Роза разговаривает сама с собой, а не с ней.       — Наверное, для этого нам стоит понять, где Джеймс? — спросила Лили, в надежде, что Роза ее услышит. — Если он правда сбежал и скрывается в Америке? Конечно, это нарушает размеренные будни Блэка. Правда, тогда не ясно, как ему могут помочь школьники, глупо думать, что Джеймс заявится в Хогвартс, во всяком случае без прикрытия.       — Нет, Джеймс у них, — виновато сказала Роза.       — Что? — ахнула Лили. — Ты знала об этом?       — Да, — тяжело вздохнула Роза. — Статья заказная. Ее писала Роксана. У Паулины отец ее однокурсника работает в МАКУСА и согласился на такой обман. Диаш передал вопросы Джеймсу. Эта статья была выгодна и Блэку, точнее он это и придумал, Диаш рассказал нам и у Рокси возникла такая вот идея.       Лили была в шоке. Как Роза может так спокойно обо всем этом говорить? Альбус говорил, что Ацуко и Скорпиусу было плевать на Джеймса, но оказывается, Роза тоже не особо чешется его доставать.       — И ты молчала? — закричала Лили. — Роза, как ты…       — Это ради вашего же блага, — перебила ее Роза, кинув строгий взгляд, один в один бабушка Молли. — Сейчас рано действовать с Джеймсом так в открытую, мы можем спровоцировать Блэка. Мы знаем, что он жив. Если его еще не убили, то не убьют и дальше. Он сильный, он справится. У нас сейчас и правда нет иного выхода…       — Я не знаю, что тебе сказать, — пожала плечами Лили.       Наверное, в ее словах была логика. Но Лили сложно было ей руководствоваться, когда речь идет о заключении ее родного брата. Еще и Рокси все знала!       — Если не это, то что? — продолжала как ни в чем ни бывало Роза. — Гарри до сих пор под стражей. Что могло измениться? Думаю, если бы было что-то экстренное, Вега бы с нами связалась.       Лили снова пожала плечами. Будто бы и правда никому нельзя доверять кроме себя. Теперь всюду чувствовалась ловушка.       — Еще вопрос в том, насколько нам сейчас нужен этот поход, — подняла еще одну очень важную тему Лили. — Урсула никакая после случившегося с Эваном, а если она и согласится что-то исследовать, то они с Доминик просто не смогут вместе работать, а практическую часть мы рассчитывали именно на них — руны и нумерология, раз это задействовано в проклятии, то скорее всего и в основе его дома.       — Да, это может стать проблемой, — кивнула Роза. — Но, надеюсь, что они обе поймут ответственность происходящего. Да и нам нужно сначала будет изучить все в теории, если в целом сумеем что-то добыть. Но у Урсулы же есть уже какие-то наработки, раз Эван рассказал правду.       — Это не та правда, — покачала головой Лили. — Он рассказал просто о том, что сделал. Все это звучало так, будто это было его решением, а не его заставляли. То есть он рассказал о своей жизни, а не деятельности организации, это совсем иное.       Они замолчали, каждый обдумывал, стоит ли им идти или нет. Тем более, что от них отвалилась Алиса. Хотя, может чем меньше компания, тем лучше. Лили все равно едва ли доверяла этим видениям Алисы. Без нее будет спокойнее.       — Предлагаю все же сходить, мы едва ли что-то теряем, — сказала Роза. — Стоп!       — Что? — спросила Лили, вздрогнув.       — Пятница! — сказала Роза. — Сюзанна говорила, что в пятницу ее жених забирает к себе на выходные. Если собрание всеобщее, то странно, что его там не будет. Либо же соберут только школьников?       — Тогда нам нужно идти меньшим количеством человек, — сделала вывод Лили. — Толпой не спрячешься.       — Поговорим сегодня вечером с Доминик в гостиной, — подвела итоги их беседы Роза. — А в пятницу, пока мы будем на экзамене, ты с Хьюго понаблюдаешь по карте за ними, если все, кто нам нужен, будут уходить из замка, то собрание скорее всего и правда есть.       На этом и решили. Роза вышла первой, а за ней и Лили спустя десять минут. Внутри что-то удовлетворенно трепеталось. Лили чувствовала себя важной.       — Фрэнк, сегодня не получится позаниматься, — сказала Лили.       — Тебя опять вызвали к директору? — усмехнулся он.       — Нет, я просто поняла, что еще не в состоянии после вчерашнего, мне нужен перерыв, — соврала Лили. — Посижу с кузинами сегодня в гостиной, поболтаю о девичьем.       С Фрэнком было легко. Он тут же поддержал ее инициативу и нисколько не злился. Так как занятия отменились, Лили решила подождать кузин с их консультаций во дворе школы, май близился к своему завершению, поэтому можно уже было снимать теплые свитера, приспускать гетры и загорать на теплом солнышке.       — Скорпиус? — удивилась Лили, когда увидела Малфоя, который сидел во дворе школы и курил.       — Привет, — сказал он, делая очередную затяжку.       — Ты куришь? — спросила Лили. — Я не знала…       — От такой жизни… — тяжело вздохнул Малфой. — Не только закурить можно, но и руки на себя наложить.       — Ты что, с ума сошел? — ахнула Лили. — Она того не стоит…       Скорпиус усмехнулся и снова сделал затяжку.       — А чего она стоит? — спросил он, посмотрев ей прямо в глаза, отчего у Лили все внутри сжалось от этой боли, которую он ей будто передал на этом ничтожном расстоянии между ними.       — Не думаю, что она чего-то стоит, — поджала губы Лили. — Раз поступает так с тем, кто ее любит.       — Знаешь, самое смешное, что я начинаю думать, что Розье ее и правда любит, — рассмеялся Малфой, бросая остатки сигареты на землю. — Потому что она не идиотка, а надо быть полной идиоткой, чтобы выбирать того, что тебя использует, а не любит.       — Да нет, достаточно быть влюбленной дурой, — сказала Лили. — Мне это знакомо.       — Лили, пожалуйста, не начинай снова все вот это, мне сейчас слишком хреново, — поморщился Скорпиус. — Во всяком случае в самом начале наших отношений я был с тобой честен, в отличие от нее.       Лили ничего не ответила, лишь смотрела на дотлевающую сигарету. Действительно, почему жизнь так несправедлива? Лили отдала бы все на свете, чтобы этот парень так любил ее, а не ту другую.       — Ты почему не на консультации? — вдруг опомнилась Лили. — У вас же экзамены…       — Да плевать мне на эти экзамены, — сказал Малфой. — Какое вообще до них дело, когда жизнь рушится?       — Ясно, — сказала Лили.       Лучше бы Скорпиус был под амортенцией. Дал противоядие и все. А от душевных ран лекарства еще не придумали.       — Слушай, хочешь совет? — спросила Лили.       — Ну, попробуй, — скептически отнесся ко всему Скорпиус.       — Ты себя видел? — спросила Лили. — Ты винишь ее, винишь Розье, а не думал, что дело в тебе? Ты стал такой неопрятный, да тебя больше ни одна девочка в школе не хочет. Ты всегда на нее бросаешься. Думаешь, такое способно возвращению чувств? Конечно, она будет выбирать того, с кем ей как минимум не страшно находиться рядом.       Лили не знала, зачем она это делает. Ведь если Анабель так и останется с Розье, то у нее рано или поздно может быть шанс вернуть Скорпиуса. Но видя его боль и его страдания, Лили хотелось только одного для своего любимого человека — чтобы он бы счастлив, и все равно, даже если не с ней.       — Я пытался, — прошептал Скорпиус. — Но у меня ничего не вышло. Я все испортил, когда она согласилась попробовать просто сохранять нейтралитет. Я не могу быть с ней рядом, но не быть с ней.       Лили только вздохнула, Скорпиус совсем был не готов меняться. Впрочем, как и она. Ведь сейчас, сидя рядом с ним, она снова думала, что все еще возможно.       — Ладно, на самом деле, я к тебе пришла по другому поводу, — сказала Лили, начиная доставать письмо из мантии. — Взгляни.       Скорпиус пробежался взглядом по строчкам.       — Я показывала его Альбусу, — сказала Лили. — Ему пришло такое же. Он предположил, что это может быть про нас. Но я все же думаю, что имеют в виду кого-то другого важного для нас.       — Только не говори, что ты подумала на меня, — закатил глаза Скорпиус, протягивая ей обратно листок.       — Да, — честно ответила Лили. — Сам подумай, ты нужен Блэку, иначе твой отец не покинул бы Англию. С его стороны это будет гениальный ход. Я все отдам за тебя, ты не позволишь тронуть меня, в итоге Блэк потребует твоего отца, раз до моего он уже добрался.       Скорпиус ничего не ответил, лишь взял вторую сигарету и поджег ее с помощью палочки.       — Ладно, я вижу, что ты не в настроении, — Лили встала с лавочки. — Просто все равно будь осторожен, ладно?       — Как всегда, — усмехнулся Малфой, показывая ей почерневшие пальцы на своей руке.       — Очень смешно, — цокнула языком Лили.       Она сделала два шага по направлению к замку, как повернулась и снова посмотрела на Скорпиуса.       — Слушай, Урсуле нужна твоя поддержка, — сказала Лили. — Я уверена, что только твои слова могут привести ее в чувство. Только не стоит ей говорить, что ты предупреждал, что все так и будет, Эван он… В общем, вы семья, вы держались рядом после гибели вашей мамы, а сейчас вам обоим нужна поддержка, та самая семейная поддержка, которую вам не сможет дать никто из друзей. Она не принимает Анабель, ты — Эвана. Но может все же стоит в такой сложный период отбросить какую-то свою гордость и вспомнить, что вы семья?       Скорпиус снова ей ничего не ответил, но кивнул.       Лили направилась к замку. После консультаций все всегда заходили в комнаты, чтобы оставить сумки перед походом на ужин. Лили надеялась, что все уйдут на ужин, и они смогут обсудить сложившуюся ситуацию спокойно и без лишних глаз.       Роза и Доминик пришли вместе, и девочки сразу направилась в спальню семикурсниц.       — Как ты у Крама-то отпросилась? — поинтересовалась Лили, присаживаясь на кровать Доминик.       — Не тот вопрос, — сказала Роза. — Я сделала так, что это он у меня отпросился.       — Что ты ему такое сказала, что ему это стало интереснее тебя? — поразилась Лили. — Он от тебя на шаг не отходит.       — На самом деле, после того, как я узнала правду, у нас отношения наладились, — пожала плечами Роза. — Я вижу, если начинается его приступ и сглаживаю углы. Он не старается его прятать, а может пойти и постараться выплеснуть агрессию в анимагической форме. А сегодня он удовлетворяет свой интерес.       — Это я его попросила проследить сегодня за Диего, — тихо сказала Доминик. — Сегодня полнолуние. В прошлом месяце он вернулся через три дня и никто не знал, где он был. Поэтому пусть Владимир за ним проследит. Он уверен, что Диего опасен, что оборотни взяли его сознание под контроль, но я в это не верю, во всяком случае не в обычные дни точно. А вот что там происходит в полнолуние… можно только догадываться.       — А ты не боишься? — ужаснулась Лили. — Ты же говорила, что для Крама еще одна царапина может стать необратимым последствием.       — Боюсь, — кивнула Роза. — Но я все же надеюсь на его благоразумие, что даже если что-то случится, он не полезет сам, а если полезет, то только в облике ворона.       Да, наверное, лучше никаких отношений, чем вот такие, как у ее кузин. Она бы точно с ума сошла в ожидании чего-то плохого. Может, и Савар какая-нибудь тварь, вроде русалки, раз так околдовала Малфоя, что он страдает, но хочет продолжать эти страдания несмотря ни на что?       — Ну, что вы хотели со мной обсудить? — Доминик, видимо, не терпелось погрузиться хоть во что-то, чтобы не ринуться в лес к Диего.       — Собрание состоится, — сказала Роза. — В эту пятницу.       — Что? — ахнула Доминик. — Откуда вы узнали?       Лили принялась рассказывать о своем разговоре с Бриттани, а Роза поведала о выводах, которые они сделали в спешке перед обедом в коморке возле Большого зала.       — Знаете, мне кажется, что это правда, — тихо сказала Доминик. — Я была уверена, что раз Диего в тот раз был так долго у них… то они что-то готовили. Но если сегодня ночью ничего не случится, то вполне возможно, что они будут планировать что-то на следующее полнолуние. Ну не зря же Блэк этих оборотней собрал и держит возле школы.       — Да, возможно, — кивнула Роза. — Я не думала об этом почему-то, мне всегда казалось, что он их держит на крайний случай.       — Возможно, он настал, — сказала Доминик. — Может, ему мало посадить Гарри, может, он хочет захватить школу, или подорвать авторитет Министерства окончательно, забрать не только наследство Блэка, но и власть, играючи договорившись с оборотнями.       Роза и Лили напряженно переглянулись. Скорее всего, Доминик была права. Скоро война начнется. И к этому времени им нужно собрать полный список «Тринадцати». Только они все вместе смогут дать ему отпор.       — Слушай, Доминик, мы должны обсудить еще одну важную вещь, — неуверенно сказала Лили. — Из того, что удалось увидеть Краму… Мы уже знаем, что там задействована нумерология. По предположениям в заклинании неразглашения задействованы руны, которые будет разбирать Урсула. Но не исключено, что и там, и там на деле использовано смешение, это было бы в его стиле. Ты сможешь после всего работать вместе с Урсулой? Я с ней говорила, она очень раскаивается. Она это сделала на эмоциях…       — Лили, я не маленький ребенок, — закатила глаза Доминик. — Конечно, для дела я могу заснуть свою неприязнь куда подальше. Но вряд ли я ее когда-нибудь смогу понять и простить. Тем более, что ты говоришь, что Эван не виноват ни в чем.       — Так она же не знала! — попыталась защитить подругу Лили.       За окном вдруг ударила молния. Доминик вскочила и подбежала к окну, начиная всматриваться в лес. Роза тоже хотела было подойти к окну, но Лили схватила за руку Розу и посадила рядом с собой.       — Ты уже рассказала Краму про список? — шепнула она.       — Еще нет, — покачала головой Роза. — Как-то пока не пришлось к слову, но я ему расскажу, я должна быть уверена, что он нормально отреагирует, а то будет говорить, что мне там нечего делать.       — Или все же сомневаешься? — поджала губы Лили.       — Ты на что намекаешь? — нахмурилась Роза.       — Дамьян, — просто сказала Лили.       — Мерлин, Лили, и ты туда же?! — воскликнула Роза. — У нас с ним ничего нет, я люблю Владимира и…       — Да я ни на что не намекаю, — закатила глаза Лили. — Я к тому, что он тоже участвует, помогает с заклинанием, и вообще… Ты не думаешь, что он тоже достоин? В конце концов, Вега сказала, что это лишь предположение, что там должны быть пары, но это же не обязательно.       Доминик продолжала выглядывать в окно, пытаясь хоть что-то разглядеть за налетевшей бурей.       — Знаешь, я все равно боюсь доверять этим людям, — сказала Роза. — А вот родные люди…       — Намекаешь на Доминик? — подняла бровь Лили.       — Да, — сказала Роза. — Я думаю, что она могла бы туда войти. Она очень многое делает и будет делать для борьбы с Блэком, он лучшая в нумерологии, она нужна нам. Мы должны узнать, не против ли она.       Лили кивнула, она почему-то не думала про Доминик вообще.       — Доминик, сядь, у нас к тебе дело, — позвала Роза.       — Вам не кажется это странным? — Доминик не хотела отходить от окна. — Что так внезапно налетела буря…       — Дом, мы в Шотландии, — усмехнулась Роза. — Здесь погода меняется каждые пять минут.       Доминик все же села и посмотрела на них.       — Что? — удивленно спросила она.       — Значит, ты готова идти в этой борьбе до конца? — поинтересовалась Роза. — Во имя справедливости.       — Конечно, — кивнула Доминик.       — Тогда мы хотим тебя кое-кому представить, — Роза встала. — Пошли.       — Кому, куда, зачем? — ничего не понимала Доминик.       Они вышли из комнаты, спустились в гостиную Гриффиндора и пошли по направлению к Выручай-комнате. Доминик не понимала, что происходит. Лили произнесла пароль от комнаты и вошла в созданную Вегой комнату. Долго им ждать не пришлось. Блэк вошла практически за ними следом.       — Зачем вы меня звали? — спросила Вега.       — Мы готовы представить одного из кандидатов, — сказала Роза. — Та, в которой мы уверены на все сто.       — Что, даже больше, чем ты в своем парне? — удивилась Вега. — Ты же говорила, что уверена в его месте.       — Пока не время и сейчас не об этом, — сказала Роза. — Да и родственник, которого ты знаешь с детства всегда надежнее, чем любой пришедший в твою жизнь.       — Не всегда, — справедливо возразила Вега. — Но так и быть, я готова ее посмотреть…       Доминик стояла посреди комнаты, словно она была манекеном, одетым в безупречное платье, а Вега ходила вокруг нее словно ищейка, чуть ли не принюхиваясь к ней. Интересно, что с ними будет, если Вега ее не одобрит? У них в этот раз нет права на ошибку.       — Да, она подходит, — спустя минут пятнадцать сказала Вега и достала пронумерованный список.       Она долго водила рукой над списком, примеряя имя Доминик, закрывала глаза, морщилась, а потом написала ее имя под одиннадцатым номером.       — Почему одиннадцатая? — поинтересовалась Доминик.       — Я уже говорила, что совсем не уверена в местоположении имен, но мне кажется, что так, — пожала плечами Вега. — Во всяком случае я точно уверена, что ее имя было где-то ближе к моему.       — Получается, если она нечетная, то она должна кого-то пригласить? — опомнилась Роза, вспоминая их прошлый вывод в этой комнате, что ведущие в списке нечетные номера.       — Возможно, — снова неуверенно сказала Вега. — Но она сама приглашенная, а не из изначального списка, возможно, что у них нет права голоса.       — Ладно, главное, что мы нашли еще одного человека, значит, мы продвигаемся, — воодушевленно сказала Роза.       Вега быстро ушла, сославшись, что отец дома и может ее хватиться, а девочки остались в Выручай-комнате, поясняя Доминик подробнее все, что здесь происходило.       — Хорошо, что мы ей ничего не сказали о наших планах, — сказала Лили. — Она бы нам запретила идти.       — Так может нам и не надо никуда идти? — спросила Доминик. — Раз она за нас, против отца, вы все ее знаете, она не может дать нам то, что мы собираемся искать там?       — Не очень разумно доверять ей во всем, — сказала Роза. — Да и она Блэк. Не факт, что она чувствует все тонкости. Что-то из серии, если подлить уже влюбленному человеку Амортенцию, то он не заметит в своем состоянии никаких изменений.       — Главное, чтобы она не подумала о нашем недоверии, — сказала Лили.       — Мы еще ничего не решили, — сказала Роза.       Роза после их встречи в Выручай-комнате направилась в свою башню, Доминик решила навестить Виктуар, как она всегда делала в моменты их сложностей с Диего, а Лили не знала, куда ей идти. Алисы больше не было в ее жизни. Но словно по заказу ей навстречу шел Рикиши.       — Привет, — поздоровался с ней японец. — Ты чего тут одна стоишь в такое время?       — Да так, девочки разошлись, а у меня нет никакого желания возвращаться в спальню, — тяжело вздохнула Лили.       — С подругой поссорилась, — кивнул Рикиши.       — Скорее, закрыла дружбу насовсем, — поджала губы Лили. — Это… тяжело.       — Чувствую, — японец сжал ее руку.       Лили снова почувствовала, как ей стало легче. Как же ей будет не хватать этого парня. Особенно в Азкабане, если ее осудят.       — Спасибо, — улыбнулась Лили. — Я пойду, мне еще домашнее задание нужно сделать.       Она вернулась в гостиную и села рядом с Хьюго, перед которым лежало эссе, а вместо книги карта.       — Что нового? — спросила Лили.       — Что-то планируется, — сказал Хьюго тихо, оглядываясь по сторонам. — Они сегодня все ходят группами. Смотри сама, сейчас они все собираются в Зале Славы. Сато, Такахаси, Врокловы, Гонтье, Трэверс…       — Странно, — нахмурилась Лили.       Хотя, может это как раз знак. Они обсуждают, как им свалить из школы незаметнее. Либо же готовят какую-то подлянку для них.       — Жаль, что мантия у Альбуса, — поджала губы Лили. — Можно было бы пойти и послушать.       Лили выпрямила спину. Ведь Альбус ей не даст мантию ни за что в жизни, а для похода к Блэку она будет ей нужна. Все знали, что Альбус не замечает пропажи своих вещей, ей надо действовать.       — Ал с Бриттани? — быстро спросила Лили.       — Да, — кивнул Хьюго. — На Астрономической башне.       — Отлично, — сказала Лили. — Дашь мне карту ненадолго?       Лили взяла карту и направилась в башню старост. Там была только Роза и Сюзанна, в комнате парней никого, отлично. Лили быстро поднялась в их комнату и достала из чемодана мантию. Как только она собиралась уйти, то услышала шаги. Она быстро накинула на себя мантию и забилась в угол, прижимая к себе карту.       — Клэр, ну так же нельзя, — сказал Рафаэль, падая на свою кровать и притягивая ее к себе. — С твоим Поттером все хорошо, было написано в газете, чего ты опять такая… никакая?       — Я чувствую, что все не так радужно, он не на свободе и все еще в опасности, — сказала Клэр.       — Слушай, еще чуть-чуть и я буду ревновать, — сказал Рафаэль.       Он нагнулся и поцеловал девушку, начиная снимать с нее блузку. Его руки поползли вверх по ее бедрам, задирая юбку. Лили чувствовала как краснеют ее щеки. Она начала тихо идти по направлению к выходу, стараясь, чтобы ее не заметили. Рафаэль повалил Клэр на кровать, а Лили выбежала на лестницу.       — Ты что, не закрыл дверь? — послышался голос Клэр, а затем за спиной Лили хлопнула дверь.       Лили выдохнула. Ей повезло. Она совсем не хотела присутствовать при чужой близости. Странно, что они даже не заметили ее шаги. Впрочем, когда двое влюбленных очень заняты…       В гостиной она пересеклась с двумя француженками, которые отправились в комнату девочек, а Лили, наконец, удалось стянуть с себя мантию и убрать ее в сумку.       Она вернулась в спальню, делая вид, что не замечает в комнате Алису, задвинула полог и легла в кровать. Завтра им предстоит решающий день. Они должны будут подготовить все, чтобы проникнуть к Блэку.              С утра Лили проснулась рано, едва начало светать. Она не могла спать, когда завтра им предстояла такая важная и опасная операция. Пусть без девочек она не могла ничего обсуждать, но лучше к вечеру иметь какие-то идеи, чтобы быстрее выстроить надежный план.       Лили пошла гулять по коридорам замка, через окна на пол падали лучи солнца, будто вселяя надежду, что всегда за закатом приходит рассвет, а это значит, что все будет хорошо.       Лили села на подоконник на первом этаже. Она закрыла глаза и попыталась представить, что их завтра будет ждать. Это оказалось сложно.       Все началось с вопроса, а как же им попасть в этот самый дом?       Их будет всего трое. Роза в своей анимагической форме сможет проникнуть, а как пройдут они с Доминик? Лили поставила в своей голове первую галочку, которую стоит обсудить.       Затем им придется разделиться так или иначе. Лили была уверена, что кому-то под мантией, скорее всего ей, раз в магии она полностью бесполезна, придется полагаться только на собственный слух, пока Доминик и Роза будут пытаться взять на анализ… атмосферу дома? Лили не представляла, как они смогут это сделать, хотя они и изучали что-то подобное, когда придумали все это.       А будет ли от нее польза? Роза высказывала предположение, что без определенного воздействия зельем, распыленное заклинание забывчивости не возьмет волшебника. Но что, если она не права, и Лили все равно все забудет, даже если ей удастся проникнуть на собрание?       А если они добудут не то? Хватит ли Урсуле добытой ими информации, если они вообще хоть что-то добудут? У них не будет второго шанса.       А что будет, если их все же поймают? Нет, об этом точно думать не стоит. Им нужно продумать десяток вариантов, как безопасно уйти, что бы там не происходило.       А еще им надо будет забрать Джеймса, ей нужно будет найти Джеймса и спасти его.       — Чертово солнце, — вдруг послышалось ворчании неподалеку, и Лили открыла глаза, смотря на то, как мужчина на портрете пытается прикрыться своей мантией. — Нельзя поспать уже.       — Что ж вы пришли на эту сторону замка, голубчик? — спросила у него дама в пышном платье с бокалом в руке. — Если я все правильно помню, у вас есть другой портрет.       — Там на весь коридор храпит проповедник, — пожаловался мужчина.       Лили усмехнулась. Им бы проблемы портретов. Да и способности тоже, можно ходить из дома в дом.       Она посмотрела снова в школьный дворик. Там по-прежнему никого не было. Ну, правильно, все готовятся к экзаменам, поздно ложатся, иногда даже выбирают пропустить завтрак, лишь бы поспать лишние пятнадцать минут. Вот только членам их семьи не спится. Проклятие фамилии, не иначе.       Лили уже собралась уходить, как увидела появившуюся фигуру во дворе. В отличие от отца, зрение у нее было прекрасное, поэтому она даже с такого расстояния смогла легко узнать в девушке Анабель. На лице француженки была довольная улыбка, и она подставила свое лицо лучам солнца.       Лили еще наблюдала за ней, а потом увидела, как Савар резко полезла в свою сумку и достала оттуда какой-то флакончик. Видимо, это были духи, потому что Савар нанесла их на свою кожу характерными движениями, достаточно обильно, полила запястья и поднесла одно из них к носу. Солнце зашло за небольшое облачко, и Лили наблюдала, как вместе с ним, блаженная улыбка на лице Анабель тает на глазах.       У них было много разговоров, но Лили никогда не была их инициатором. Но прекрасно видя вчера состояние Малфоя, она не могла молчать. Если не может сказать он, то она скажет ей.       Лили поднялась с подоконника и бросилась во двор. Наверное, ей нужно сбросить эту излишнюю враждебность. Ей хотелось, чтобы Савар была с ней откровенной, а главное услышала ее, ведь от этого разговора зависит не только состояние Скорпиуса, но и безопасность ее семьи.       Лили выбежала из ворот школы, а Анабель резко обернулась на ее шаги, которые в тишине слышались очень отчетливо.       — Что ты тут делаешь? — нахмурилась Анабель, а Лили чувствовала, как она полезла за палочкой.       — Мне надо с тобой поговорить, — сказала Лили.       — Не думаю, что это хорошая идея, — сказала Анабель.       Савар отвернулась и направилась в замок, оставляя после себя клубничный шлейф, всем своим видом демонстрируя, что не собирается играть по ее правилам, объяснять свои поступки, свои мысли и чувства.       — Прекрати мучить Скорпиуса, — сказала Лили.       Она не надеялась, что этой фразой остановит Анабель, это был единственный шанс, чтобы хотя бы сказать ей то, что она хотела, может, Савар бы задумалась об этом наедине с собой, но француженка резко замерла и медленно развернулась.       — Чего? — спросила она, делая шаг навстречу ей.       — Только не надо делать вид, что ты этого не видишь, — закатила глаза Лили. — Он ходит бледнее привидения, он начал курить, мне кажется, что он скоро с крыши Астрономической башни сиганет.       — А я тут причем? — подняла бровь Анабель, делая еще один шаг по направлению к ней.       — Не прикидывайся дурой, — Лили начинала злиться. — Ты знаешь, что он страдает, потому что обидел тебя, потому что любит тебя, потому что хочет вернуть тебя.       — Обидел? — усмехнулась Анабель, снова делая шаг. — Лили, это иначе называется.       Мерлин, ну почему он ее любит? Она не достойная и капли его любви и его страданий. Она холодная и бессердечная. Лили и правда думала бы, что Анабель его околдовала. Вот только по ней было очевидно, что ей все это самой только мешало. Но должна же была быть какая-то причина. Скорпиус был и перед ней виноват, но он после этого не влюбился в нее так отчаянно, как в эту француженку.       — Я тебя не понимаю, — прошептала Лили.       — Да это я тебя не понимаю, — сказала Анабель. — Как ты ему продолжаешь прощать то, что он врал тебе, изменял со мной?       — Каждый может ошибиться, он все равно стал мне родным человеком, и мне сложно видеть его страдания, — сказала Лили. — Но если бы я была на твоем месте, и из двух девушек выбрали бы меня, при этом так отчаянно доказывая свои чувства, которые в целом этому человеку не очень-то и свойственны, я бы простила.       — Я его простила, — сказала Анабель. — Только он снова все испортил. В конце концов, почему я должна из-за чувств другого человека жертвовать своими? Я просто поняла, что не люблю, и дело не в нем, а во мне, и мне жаль, что он этого не может понять и принять.       — Мне кажется, такими чувствами не разбрасываются, — поджала губы Лили.       Анабель тяжело вздохнула и покачала головой.       — Тогда почему ты не с Кевином? — вдруг спросила Савар. — Мне казалось, что он оказывает тебе знаки внимания.       — Да, но… — запнулась Лили от неожиданности. — Я его не люблю.       — А я не люблю Скорпиуса, — спокойно сказала Анабель. — Так почему ты ради чувств Кевина этого не делаешь, а я должна?       — Я никогда Кевина и не любила, а ты… была со Скорпиусом, — Лили надеялась, что Анабель поймет ее намек на их близкие отношения.       — Лили, ты многое не знаешь о моей жизни, — тихо сказала Анабель. — Но пережив кое-какие жизненные моменты я могу сказать, что я никогда не любила Скорпиуса, просто в тот момент я думала, что люблю.       Нет, они и правда словно с разных планет, им никогда не понять друг друга.       — Хотя знаешь, в чем-то мы похожи, — вдруг сказала Савар. — Я тоже выбираю свои чувства, закрывая глаза на то, насколько в этих отношениях любят меня.       — Так ты знаешь, что Розье тебя не любит? — открыла рот от удивления Лили. — Но…       — Нет, Лили, он меня любит, я это знаю, просто там тоже все не так просто, — она поджала губы. — Но я не собираюсь это с тобой обсуждать. Я тебе в который раз готова сказать, что я никогда не буду со Скорпиусом. Если хочешь, действуй, я до сих пор уверена, что только ты сможешь его заставить забыть обо мне.       — Возможно, — сказала Лили. — Только первый шаг все равно должна сделать ты. Я знаю, что ты пробовала разговаривать с ним, знаю, что он упертый и ничего не хочет слушать. Но тем не менее, я могу его только подхватить в нужный момент и сдержать от падения в пропасть, но тебе его нужно туда подтолкнуть.       — А ты интриганка, Поттер, — хмыкнула Савар.       Она направилась в замок, а Лили подумала, что смогла этим сложнейшим для себя разговором убить двух зайцев. Скорпиусу со временем станет легче, она была готова быть рядом, в конце концов, ты не можешь не влюбиться в человека, который был с тобой в самый тяжелый период твоей жизни. А во-вторых, она точно знала, что Савар не место среди их группы из тринадцати человек, ее не должно там быть, а значит, Малфой должен перестать хотеть ее там видеть.       Лили вернулась в замок и увидела, что уже начался завтрак. Она вошла в Большой зал и сразу увидела Розу и Крама. Поттер направилась к ним.       Если Крам вернулся, и Роза улыбается, значит, с Диего все в порядке. Зря Доминик волновалась. Никакого нападения не было, скорее всего, они буду его обсуждать на собрании, им точно надо там быть.       — Привет, — поздоровалась с Владимиром Лили. — Как дела?       — Все отлично, — кивнул он. — Вот, обсуждаем с Розой мою тренировку с Диего в эту пятницу.       — В пятницу? — подняла бровь Лили, переводя взгляд на Розу, но та осталась невозмутимой. — Завтра?       — Да, в пятницу, завтра, после экзамена, — кивнула Роза. — Диего за сегодня отойдет, но мне кажется, что в нем сейчас как раз много силы, перед последним заданием Турнира Владимиру нужен такой спарринг, не думаю, что я смогу ему дать что-то новое.       — А, ну да, точно, в следующую субботу же финал Турнира… — кивнула Лили. — Крам, мы всей семьей будем болеть за тебя!       — Спасибо, Лили, — улыбнулся он ей. — Уверен, я вас не подведу.       — Ты бы все равно был аккуратнее с Сато, в этом омуте черти водятся, не удивлюсь, если она и адское пламя призывать умеет, а только строит из себя белую и пушистую, — фыркнула Роза, бросив взгляд на японку за столом когтеврана.       Вечером ее вдруг попросила зайти мадам Помфри. Лили снова пришлось отложить занятие с Фрэнком. Зачем она могла понадобиться целительнице?       В Больничном крыле она встретила Диего и Доминик. Парень лежал на кровати, а кузина постоянно промокала ему пот со лба какой-то тряпочкой. Доминик крепко держала своего жениха за руку, постоянно повторяя ему, что все хорошо, и она рядом.       Целительница вышла из своих покоев и позвала Лили, которая только успела узнать, придет ли Доминик на их финальное совещание перед завтрашним днем. Лили направилась за мадам Помфри, но тут же замерла, когда увидела целителей в лимонных халатах. Она последнее время не жаловалась на свое здоровье, ей не нужны целители.       — Мисс Поттер, — сказала мадам Помфри. — Мои коллеги посвятили меня в курс дела… Я знаю, что Вам предстоит судебное заседание, касательно Вашего выброса магии в декабре. Ваш отец попросил целителей сделать осмотр, чтобы предоставить доказательства для суда о Вашем текущем состоянии здоровья. Вы должны были посетить Мунго через месяц, но в связи с заключением Вашего отца…       — Мисс Поттер, в данной ситуации делать такую процедуру в Мунго не безопасно, не исключено, если в команде Вашего отца были предатели, то и в больнице может быть не все чисто, поэтому мы пришли в школу, — перебил один из целителей мадам Помфри. — Вы позволите провести нам осмотр?       — Но я не… — испугалась Лили. — Я не знала.       — Поверьте, это необходимо, а для Вас еще совсем безболезненно, — мягко улыбнулся второй целитель. — Это может помочь Вам на суде.       — Ну раз это идея папы, — кивнула Лили. — Хорошо.       Ее положили на кушетку и начали водить над ней палочкой. Наверное, если бы тут не было их школьной целительницы, Лили бы боялась больше. Она постоянно чувствовала тепло по всему организму, которое перемещалось, оставляя за собой наоборот лишь холод.       — Ты сам все видишь, — сказал целитель.       — Да, — тихо ответил второй. — Все, мисс Поттер, мы закончили.       — Все в порядке? — взволнованно спросила Лили.       — Конечно, не в полном, но позитивное движение есть, — улыбнулся мужчина. — Поверьте, к моменту заседания все будет отлично. Не волнуйтесь, для Вашей магии это вредно. Мадам Помфри, спасибо, Вы как всегда сама любезность.       — Я Вас провожу, — сказала целительница. — Мисс Поттер, заберите отсюда свою кузину, мистеру Диасу давно пора спать.       Они с Доминик пошли в башню старост, где их уже ждала Роза, чтобы разработать план.       — И как ты на этот раз отпросилась? — усмехнулась Лили, припоминая ей о сегодняшнем утре и ее гениальной идее.       — Сказала, что готовлю сюрприз, поэтому мне нужно время, — сказала Роза, чуть улыбаясь.       — А когда он узнает, что сюрприза нет, то все уже будет сделано? — усмехнулась Доминик.       — Нет, сюрприз есть и уже готов, — сказала Роза. — Его готовят сейчас домовики, поэтому у нас сорок минут и не секундой больше, потом я должна быть в ванной старост.       — Оу, — улыбнулась Доминик. — Ты все же решилась и последовала моему совету.       Роза чуть покраснела и кашлянула, но тут же перевела тему на их завтрашний поход.       — Но как мы туда попадем? — перебила ее Лили, когда Роза начала им рассказывать, что по строению дома план первого этажа ей видится следующим образом. — Там куча защитных барьеров.       — Мы отправимся через Исчезательный шкаф, — сказала Роза. — Из школы в его дом есть проход. Он наверняка будет открыт весь вечер, ведь им надо будет еще вернуться через него обратно. Я уже договорилась с Хьюго, он нам даст координаты к определенному времени.       — Я предлагаю разделиться, — сказала Лили. — Во-первых, мы не поместимся втроем под мантией, во-вторых, я все же хочу попробовать послушать что-то на собрании, в добавок ко всему, я смогу дать вам знак, если Блэк что-то заметит или завершит собрание.       — Тогда нужно придумать, каким образом нам передавать друг другу знаки на расстоянии, — сказала Доминик.       — Это не проблема, — тут же ответила Роза. — У отца в магазине много всяких подобных штук. Возьмем что-нибудь. Например, нагревающуюся монету, если ее потереть. Только надо будет держать их не в кармане, а на коже, может, как браслет, потому что если мы будем заняты, то рискуем просто не заметить сигнал.       Роза также им показала заклинание, над которым работали она и Дамьян, а потом вместо нее Алана. Оно должно было лишать их магического шлейфа. Что-то вроде отсутствия отпечатков пальцев на месте преступления.       — Если все сработает корректно, то он не сможет понять, а главное уловить, что в его доме кто-то был, — сказала Роза.       Это было им на руку. Девочки обговорили даже самую экстренную ситуацию, что если одну поймают, но другие смогут спастись им надо будет уходить. Лили надеялась, что до этого не дойдет. Также она не сказала, что будет искать Джеймса. Роза явно против его освобождения.       — Все, я побежала, — Роза вскочила с дивана, как только прозвенел поставленный ею будильник.       — Интересно, дядя Рон будет в восторге, что его внуки будут носить фамилию Крам? — усмехнулась Доминик, когда они следом за Розой вышли в коридор из башни, но ее уже и след простыл. — Конечно, он этого не покажет и будет бурчать, но я уверена, что внутри его будет разрывать от гордости, что у него с самим Виктором Крамом есть что-то общее кроме автографа, который он ему дал тридцать лет назад.       — Ну, если только в очень далеком будущем, когда смирится, — усмехнулась Лили. — Мама мне рассказывала, что когда она рассказала им с Гермионой, что беременна Джеймсом, у Рона был шок, будто он все еще надеялся, что несмотря на их статус мужа и жены, спят они в разных кроватях, но самое интересное, что подобное повторилось с Алом и со мной.       — Потом, видимо, смирился, — рассмеялась Доминик.       — Скорее надеется, что у родителей больше ничего и нет, раз больше не появлялось детей, — сказала Лили с улыбкой на лице. — И вообще, ты будешь первая после Вик. Молли и Люси все в карьере, да и Роза тоже не будет спешить. А вы с Диего уже даже помолвлены.       — Это не значит, что у нас будут дети, — заметила Доминик.       Лили знала, что Доминик всегда относилась к детям очень скептически. Они ее никогда не умиляли. Наверное, она смогла бы прожить как дяди Чарли, у них было что-то общее.       — Эй, нам сюда, — Лили указала на коридор, который сворачивал к гостиной Гриффиндора.       — Я пойду к Диего, — покачала головой Доминик. — Все равно одна в своей комнате не усну, а так буду рядом, мне будет спокойнее.       — Ладно, — кивнула Лили. — Спокойной ночи.       Лили медленно пошла по коридорам. Отбой еще не скоро, а находиться в спальне или шумной гостиной ей не хотелось. Хотя перед завтрашним днем ей нужно определенно выспаться.       Лили шла по одному из коридоров, как услышала в коридоре голоса, доносящиеся из одного из пустых кабинетов, которые оборудовали для тренировки к практической части экзаменов. Японский. А затем вспышки заклинаний.       Лили подошла ближе и посмотрела в замочную скважину. Там были Ацуко и Такахаси. У них была учебная дуэль.       — Хватит на сегодня, — сказал на английском японец.       — Спасибо, — улыбнулась Ацуко. — Что бы я без тебя делала.       — Тренировалась бы одна, — хмыкнул он.       Ацуко тяжело вздохнула.       — Что, я лучше, чем твой бывший? — улыбнулся он. — В защите я знаю не меньше, чем он, да и в постели тоже, уверен, смогу тебя удивить.       — Тецуро, прекрати, мы с тобой уже это сто раз обсуждали, у нас бы ничего не вышло ни тогда, ни сейчас, — закатила глаза Ацуко. — Я все равно люблю Альбуса, не думаю, что тебе было бы приятно.       — Но знай, что если он тебя не простит, то я всегда буду тебя ждать, — сказал Такахаси.       Лили отошла от двери и пошла дальше по коридору. Что? Любит Альбуса? Но зачем она тогда его бросила и сказала, что все это ошибка, а теперь вечно таскается с японцем? Кажется, завтра у нее появилось еще одно дело, а именно, проследить, что будет делать Ацуко.       Лили вошла в спальню и тут же закрылась пологом от девочек. Нужно попытаться уснуть. В голове так и звучали слова Ацуко, что любит.       Интересно, Анабель и правда сумеет толкнуть Скорпиуса в пропасть?