Коллекционер душ

      Взмах. Воздух разрезан продолговатым предметом, окрашенным в тёмно-фиолетовый цвет. При фокусировке зрения в нём можно было углядеть бейсбольную биту, отличавшуюся от себе подобных обмотанной бинтами ручкой.       Ветер слабенько дул в спину, немного растрёпывая волосы. Прохлада не обжигала кожу и не вызывала мурашки. Удары волн океана о берег доносились издали, давая понять, что мир не умер и что остались в нём звуки, способные своей цикличностью увлечь на долгие часы.       Луна, как серебряная монета, сияла вдалеке, окутывая город на берегу и маяк рядом с ним таким же серебряным светом, а звёзды, будучи небольшими огоньками для наблюдателей, довершали картину простого пейзажа.       Ещё один взмах. Наблюдатель в плаще устал просто так размахивать своим приспособлением и сел, свесив ноги, у самого края возвышенности, на которой расположился маяк, в данный момент не работавший. Рядом с фигурой лежал плеер для дисков, в который была вставлена самописная «болванка» с подборкой рока старой школы, смешанного с треками стиля «эмбиент». — Вот бы так всегда. — Фигура прикоснулась к своей груди, желая ощупать её. Почувствовав упругость там, ей стало немного неприлично от своих действий. — Надеюсь, обладательница этих форм не сильно расстроится, узнав, что я их держал.       Иногда у смутного сознания фигуры возникали сомнения в своих действиях, но в эту лунную ночь ничто не могло остановить его: хозяйка тела спит, никого рядом нет, что даёт немного времени просто посмотреть на открывавшиеся пейзажи прибрежного городка, слушая при этом старую музыку.       Возможно, так действительно должно было быть, будто изначально предполагался именно такой порядок вещей, когда люди случайно могли привлечь внимание своих предков, умерших в юном возрасте, но данное предположение так и останется мечтой любого эскаписта, считающего, что он сможет попасть в тело представителя противоположного пола без каких-либо проблем или попыток со стороны обладателя тела избавиться от незваного «гостя». Сама идея перерождения уходит корнями к древности, когда людей пугала неизбежность смерти. Тогда и родились различные версии того, что могло произойти после последнего дня света: от реалистичного забвения, способного пугать тунеядцев по мере старения, и суда, на котором человека будут судить за все его поступки, до попадания в измерение душ и перерождения в другое живое существо.       Даже если одна из концепций верна, проверить её человек всё равно не сможет, ибо он не способен заглянуть за пределы своего мира. Возможно, каждого человека после последнего выдоха ждёт та участь, в которую он сам верил, но проверить это н̶е̵ ̶в̴ы̴й̸д̶е̴т̶ ̷ н̶̥̌и̸̲͑к̶̗̿о̸͖̿г̸̰͆д̵̜́а̸̬͑…

***

      Чердак ничем не отличался от среднестатистического чердака в любом доме: небольшое окно, которое можно было открыть и через которое была видна дорога и другие дома такого же типа, пол из досок и немного душная обстановка. В солнечных лучах, освещавших пространство, видны частицы пыли, беззаботно летавшие в воздухе. К удивлению Грегори, вещей на чердаке было не очень много, как обычно бывает: всего лишь несколько картонных коробок, наполовину заполненных всякой всячиной — различными устройствами, бывшими в употреблении, самодельными фигурками из полимерной глины и старым кошельком, оказавшимся пустым. Было не совсем понятно, почему он оказался там, ведь он внешне сохранился отлично: серый конверт из кожи с застёжкой выглядел так, будто его только купили и впервые открыли.       — "Наверно, никто не станет искать кошелёк, забытый среди хлама", — задумался Грегори, убирая находку в карман. Ощущения от прикосновения к нему были приятными. Гладкая поверхность.       Включив телефон и посмотрев на время, он понял, что встал с кровати довольно рано: семь часов утра, вторник. Учитывая, что на дворе было лето, то не удивительным стал факт того, что солнце уже вовсю светило. Людей сейчас не было видно, а птицы уже распевали свои песни, подбадривая всех, кто проснулся в такую рань.       — Может, кто-то написал электронное письмо? — сказал Грегори, решив сесть за стол, на котором лежал ноутбук. Он был белым, логотип заклеен пластырем, некоторые его детали окрашены в чёрный. При включении выяснилось, что пароль на учётной записи пользователя отсутствовал. Фоном рабочего стола служили чёрно-белые узоры, закручивавшиеся в дивные фигуры. Браузер запустился сам на вкладке с почтой. Никаких новых писем на ящик не было. — Жаль. Но электронная почта, наверно, настолько важна была этому телу, что оно не закрывало её никогда? Даже сделало так, чтобы это окно открывалось всякий раз после загрузки системы, если его закрыли.       Юноша в рубашке стал рассматривать содержание последних писем. Ничего примечательного: отосланные самому себе фотографии пейзажей, переписка с друзьями, оборвавшаяся на моменте регистрации в мессенджере, и небольшая заметка о пропаже человека.       — Стоп, — спохватился он, заметив нечто знакомое, — что тут?       Сердце стало биться быстрее от осознания факта наличия данного объявления среди писем. Пришло оно приблизительно неделю назад. Текст письма также не давал ничего хорошего: «‎Грегори, помнишь, ты интересовался позавчера, куда пропала Лиза? Видимо, она бесследно исчезла. Вечером после твоего вопроса я пошёл к ней домой, но её родители не пустили меня, сказав, что не могут ничего сказать по этому поводу. Пришлось доставать раскладную лестницу и залезать на неё, чтобы увидеть комнату Лизы. Ещё повезло, что она жила на втором этаже. Там не было ничего, кроме мебели: стулья перевёрнуты, шкаф открыт нараспашку, там не хватало пары рубашек и юбки».       — А откуда он-то знает, что у неё в гардеробе? — подобная точность описания увиденного ввела Грегори в недоумение. Но письмо на этом не заканчивалось: «Одной тетради также не нашлось на её привычном месте. В остальном комната осталась без каких-либо изменений. Я уже обратился в полицию с заявлением о пропаже, объявление я поместил выше текста».       Снизу красовалась подпись от имени Карла, созданная автоматически при написании письма.       — Как будто я не замечу, — недовольно буркнул получатель письма, переходя к рассмотрению объявления. На фотографии была блондинка с зелёными глазами, её волосы доходили ей до плеч и по форме напоминали сферу. На лице была едва заметная улыбка, скрытая пустым взглядом. Правее фотографии расположилась стандартная информация, которую печатают в таких объявлениях: приметы человека, номер, по которому можно обратиться с вопросами по теме, последнее примерное место, в котором пропавшего видели.       Выключив ноутбук, Грегори вздохнул. Не каждый день можно стать свидетелем исчезновения человека, даже если узнаёшь о нём от своего друга.       — "Ладно, займусь этим позже. Может, что-то с самоцветами можно поделать?" — Грегори взял в руки самоцветы, убранные со стула на кровать, и стал их внимательно рассматривать. Два камня имели грани, а третий оказался полностью гладким. Камень красного цвета обладал пятью гранями, к краям которых было приятно прикасаться. Каплевидный голубой камень не был таким большим, как первый (даже сантиметра в высоту не достигал), из-за чего пару раз он падал на поверхность стола. Гладкий камень бледно-белого цвета был чуть больше второго камня. На их поверхностях не было никаких шероховатостей или мелких вмятин. — "Никаких дефектов. Может, в Малом Родном Мире об этом что-то знают?"       Живот Грегори заурчал, прося своего хозяина поесть.       — Точно.       Чтобы не терять на приготовление еды много времени, он взял пару кусков хлеба и налил в небольшой стакан воду и за пару минут умял импровизированный завтрак.       На настенных часах перед выходом пробило девять часов.

***

      Едва выйдя за порог, Грегори заметил, что у дома, который он видел через окно на чердаке, была открыта дверь гаража. Желая узнать, что там происходило или почему дверь с самого утра поднята, он поправил свою рубашку и пошёл к дому с синими деревянными стенами.       Постепенно приближаясь к соседскому гаражу, можно было увидеть различные картины, нарисованные, видимо, жильцом дома. Изображали они одного короткого самоцвета с фиолетовой кожей, сиреневыми длинными волосами и пятигранным самоцветом в районе солнечного сплетения. Судя по количеству портретов самоцвета, приходил он довольно часто.       За натюрмортом сидела женщина средних лет. Её золотистые волосы были уложены в импровизированную луковицу. Поверх штанов с подтяжками, доходивших по длине до плеч, была накинут светло-зелёный халат.       — "Спасибо, любопытство, теперь я могу идти", — Грегори, узнав, кто рисует картины в этом городе (или практикуется в этом), начал отходить, стараясь не шуметь, и идти по своему пути.       Несмотря на относительно раннее время, на улицах можно было встретить и людей, спешивших на работу или просто общавшихся со знакомыми, и самоцветов, занимавшихся примерно тем же.       — "Интересно, здесь уже все привыкли к разумным человекоподобным существам, сильно отличающимся от них внешне?" — юноше было свойственно задаваться пространными вопросами всякий раз, когда он сталкивался с чем-то новым для себя. Самоцветы не стали исключением.       Стараясь отвлечься от таких мыслей, Грегори стал вспоминать песню, которую он слушал незадолго до приезда в Прибрежье. Слов он запомнить так и не смог, но в памяти осталась равномерная игра барабанов и гитары вместе с голосом, немного подтянутым автотюном. Хотя, стоило признать, песня была бы менее запоминающейся без него.       Дорожка, по которой можно было дойти до Малого Родного мира, была именно протоптана, а не покрыта асфальтом. В этом плане повезло, что дождя никакого не было, а то могло случиться так, что обувь промокла, а по пути пешком она испачкалась. Показываться грязным не так приятно, особенно когда испачкался на последних шагах перед порогом.       Небольшой участок зданий, окружённый со всех сторон стенами, и так среди травы равнины можно было увидеть издалека, но бежевая шестисторонняя башня, возвышавшаяся над всем там, однозначно говорила о том, что Малый Родной мир можно было хорошо разглядеть благодаря этому ориентиру.       Оставив гладкий камень в кармане штанов и взяв оставшиеся в левую руку, Грегори отправился ко входу на территорию.       — "Вроде никого нет. Наверно, мой день не закончится там. Нужно будет придумать, чем заняться."       Постепенно подходя к входу, более отчётливо стали слышаться звуки жизнедеятельности самоцветов: кто-то переговаривался, кто-то носил тяжести, кто-то объяснял что-то своим ученикам.       На самой территории располагалось множество зданий, плотная застройка явно налицо. В правой части от входа была видна маленькая кузница, из которой валил дым. Левее от неё располагалась теплица со стеклянными стенами и крышей, в которой самоцвет в тёмно-зелёном комбинезоне со звездой на уровне груди рассказывал своим ученикам про растения.       — "Интересно, если самоцвет лишится всех своих конечностей, то он умрёт или исчезнет на время?" — Грегори перестал понимать, почему ему в голову лезут странные мысли, хотя сейчас ещё начало дня. Лицо его искривилось в лёгкой улыбке, взгляд был направлен на землю, будто бы человек искал мелкую вещицу, которую он обронил.       Не обращая внимания на дорогу, Грегори остановился только при виде чужих ног. Подняв взгляд, он увидел Жемчуг.       — Простите! — юноша встал в стойку смирно, боясь, что он мог помешать ей или испортить положение.       — Грегори? — вместо ожидаемой злости из уст Жемчуг вышло искреннее недоумение, вызванное резким восклицанием.       Человек в рубашке, желая выйти из неловкого положения, решил сразу задать свой вопрос:       — Извините, Жемчуг, я хотел спросить, — Грегори стал чесать свой затылок, — а что могло произойти с этими самоцветами?       Юноша протянул руку с драгоценными камнями. Рассмотрев их повнимательнее, у самоцвета назрел ответный вопрос:       — Где ты их нашёл?       — Я вытащил их из своего чемодана вчера, — ответил он. — Не помню, где их нашёл.       Такой ответ со стороны казался странным, мягко говоря.       — Самоцветы теряют свою форму на время, когда получают ранения и травмы, несовместимые с жизнью. Они «умирают», освобождая свои камни для восстановления форм.       — А есть какие-нибудь способы узнать, сколько ещё камень будет восстанавливаться?       — Нет, — Жемчуг покачала головой. — Лишь ждать. Но я могу передать их Перидот, если ты позволишь. Она в последнее время интересовалась этим вопросом.       Получить в теории научный ответ на интересовавший вопрос хотелось.       — Да, — Грегори осторожно отдал самоцветы. — Передайте ей удачи в этом.       Вроде пронесло. Неловкая ситуация испарилась через натянутый разговор. Лишь бы никто не стал думать об их потенциальном «убийстве».       — Так, продолжаем, — донеслось издалека, пока юноша уходил по своим делам. — Все помнят, где мы остановились?       — "Наверно, стоит проверить тот камень, на котором я проснулся. Заодно возьму велосипед, чтобы быстрее добраться."

***

      Выкатив велосипед из дома, Грегори направился к выезду из города. Солнце всё так же светило. Людей и самоцветов стало больше на улицах. Различные магазины и забегаловки начали усердно работать, привлекая к себе зевак.       — "Наверно, стоит купить шляпу. Хоть на улице и тепло, но солнце довольно сильно печёт."       Среди прохожих ничего необычного не происходило: шли простые повседневные разговоры про события из личной жизни или обсуждение идеи с выступлением в пятницу. Да и самоцветы выглядели немного необычно: у некоторых можно было отчётливо разглядеть элементы одежды, в то время как у других тело больше напоминало доспехи или гладкую поверхность без каких-либо намёков на одежду или наклонности к эксгибиционизму.       Рядом с выездом стояла высокая водонапорная башня из стали, подписанная названием города. По форме она напоминала объёмный овал.       Через несколько минут дома и прохожие остались позади, открывая вид на море со стороны дороги. Ещё через несколько минут был видео тот самый камень, на котором Грегори вчера лежал.       — Пора здесь всё осмотреть, — оставив велосипед около дороги и немного отдышавшись, Грегори вытер пот со лба и стал осматривать место пробуждения. Трава, на которой он лежал, осталась немного придавленной, камень остался на месте, плоской стороной направленный параллельно дороги. — Стоп, что это за след?       Рядом с камнем была небольшая полоска земли, будто бы его двигали. Приложив руки и покрепче сжав объект, парень в рубашке стал пытаться приподнять его. Шло дело довольно медленно: камень оказался довольно тяжёлым, из-за чего каждый раз он лишь немного приподнимался, а силы держать его уже не хватало.       — Тут бы подложить под него что-то, что могло бы выдержать вес.       Рядом были деревья, около которых можно было бы найти подходящую палку. Грегори стал осматривать землю вокруг них в поисках подходящих палок.       — Все они слишком тонкие. Может, тогда взять все и положить их одновременно под него?       Связать их было нечем, чтобы получилась небольшая кучка или хотя бы поверхность, потому пришлось ставить палки толстыми концами под камень при очередной попытке поднять его.       Опустив камень, концы некоторых палки треснули, но нашлись две, которые выдержали напор.       — Начало положено, — выдохнул Грегори, думая над дальнейшими действиями.       Рядом с камнем промелькнула тень. Юноша оглянулся вокруг себя, пытаясь найти её обладателя. Посмотрев вверх, он увидел в небе фигуру, черты которой напоминали большую птицу.       — "Что здесь происходит?"