Параллели

Мир системы Альфа — Омега — 06       Не желая становиться свидетелем конфликта между двумя голубками, которые, казалось, изначально были настроены на что-то более мирное и приятное, Лиль покинула офис и уселась на крыльце. Она подняла голову, чтобы насладиться красотой звездного неба, но из-за световой завесы, излучаемой городом, это была тщетная попытка.       Она любила этот мир, ведь она родилась здесь задолго до появления людей. В отличие от рая, который она видела в мире людей, Хиннома была совсем другим местом. Это был суровый и мрачный мир, где выжить мог только сильный. Ландшафты скалистых гор, тяжелый воздух, наполненный пылью дышащих вулканов, черные дожди во время бурь, каменистая земля, способная порождать лишь скверну, — все это было частью Хинномы. Даже русла рек, наполненные ядом, окрашивались в кроваво-красный цвет в лучах заката.       Лиль отвела взгляд от черного неба и посмотрела на улицу, тускло освещенную лишь несколькими фонарями. В дальнем конце узкого проулка, где полоска уличного света очерчивала четкую границу, она заметила темную фигуру. Сложно было понять, мужчина это или женщина, но, кто бы это ни был, его взгляд был устремлен на нее.       Лиль встала и неторопливо пошла в сторону силуэта. Увидев ее приближение, фигура отступила назад и растворилась в темноте. Когда девушка подошла к той самой черте, где только что стоял некто, там уже никого не было. Однако на асфальте Лиль заметила письменный конверт. Она подняла его и осмотрела. Это был обычный конверт, внутри которого, судя по ощущениям, находилось письмо. Оставивший его, вероятно, боялся быть узнанным или не хотел этого. Скорее всего, он просто намеревался подкинуть его под двери агентства. Повертев конверт в руках, Лиль развернулась и пошла обратно.       Войдя в офис, она стала свидетелем конфликта, который, по-видимому, разгорелся в спальне. Скорее всего, Данте сказал что-то лишнее, а Триш, находясь в состоянии гормонального шторма и панического страха перед своей участью, восприняла это острее, чем обычно. Теперь они оба стояли на лестнице, продолжая перепалку, причем один из них без тени смущения демонстрировал свою наготу. Триш явно была готова дать деру.       При виде этой сцены у Лиль невольно вырвался смешок. — Чего? — возмущенно рявкнул на нее мужчина. — У меня нет ничего, чего бы ты не видела. — Ты отвратителен, — процедила сквозь зубы блондинка с чувством гадливости. — Я ухожу.       Она демонстративно спустилась по лестнице и направилась к выходу. — Ну и черт с тобой, делай что хочешь! — заявил Данте, махнув рукой и не собираясь препятствовать. — Успокойся и прижми свою задницу, — холодно произнесла Лиль, преграждая ей дорогу. — Не смей мной командовать, — выпалила Триш ей в лицо. — Это больше не твое время. — Верно, — усмехнулась рыжая, сложив руки на груди и продолжая преграждать сестре путь. — Теперь это его геморрой, — мотнула она головой в сторону уже собиравшегося удалиться обратно в спальню мужчины. — Так как? Сама ему все скажешь, или это сделаю я? — произнесла Лиль. Эти слова резко прервали уход Данте. — Скажешь что? — с настороженностью вопросил он. — Неудивительно, что она сбежала от тебя, чертов ты идиот, — высказалась Триш и попыталась оттолкнуть сестру, чтобы выскользнуть за дверь. — А ну стоять! — выкрикнул Данте в приказном тоне и, сбежав по лестнице, оказался рядом с девушкой. — Похоже, нам стоит кое-что обсудить. — Подхватив Триш, он перекинул ее через плечо и понес обратно наверх.       Лиль, оставшись одна, прошла по офису и села за рабочий стол хозяина. Вскрыв конверт, она с интересом ознакомилась с содержанием послания. То, о чем говорилось в письме, вызвало у девушки прилив внезапного гнева.       Зажав эмоции в кулак, Лиль попыталась вернуть себе самообладание. В принципе, не произошло ничего такого, чего бы она не могла предвидеть. Раздражало и злило скорее то, что сейчас она никак не могла повлиять на ситуацию, о которой говорилось в послании. Положение становилось крайне опасным, и то, чего она так старательно пыталась избежать, начинало приобретать реальные очертания.       Разжав кулак, она посмотрела на смятый клочок бумаги, и тот тут же вспыхнул, моментально превратившись в пепел. Прежде чем пламя поглотило бумагу, взгляд выхватил последнее слово: «...предатель».       Откинувшись на готическом стуле, девушка закрыла глаза и погрузилась в себя. Тьма поглотила ее, и вместе с этим… Он возник в ее сознании внезапной, тусклой искрой. Каждая частица сущности Лиль встрепенулась. Она еще никогда не ощущала его таким опустошенным. Он испытывал страдания, его физическое тело было на грани.       Резко открыв глаза, девушка подскочила с места и тут же растворилась в неизвестности.

***

      Лунный свет проникал через окно с неплотно задернутыми шторами, словно разрезая комнату напополам, отражаясь от стены и разбавляя плотную завесу ночи.       Сон уже почти накрыл Данте, как в его сознание врезался истошный телефонный звонок, доносившийся из офиса. «Какого хрена?» — выругался про себя мужчина, открыв глаза. Он надеялся, что звонивший отступит, но телефон не прекращал разрываться. Осторожно убрав со своей груди прильнувшую к нему Триш, он поднялся с постели и, натянув штаны, направился вниз, раздираемый желанием послать назойливого абонента куда подальше.       Спустившись, Данте подошел к своему рабочему столу и поднял трубку с противно трезвонившего аппарата. — Да, — рявкнул он в трубку и, услышав знакомый голос на том конце, опустился на стул. — Потише, приятель, — сменил он интонацию на более снисходительную. — Я ничего не понимаю, что ты хочешь сказать, дыши глубже, — попытался Данте успокоить чрезмерно взволнованного собеседника.       На минуту на том конце провода возникла молчаливая пауза, словно звонивший пытался собраться с мыслями, прежде чем начать заново. — Когда? — вопрошал мужчина, услышав новость, которую ему так спешили сообщить. — Что значит «пропустили через мясорубку»? — непонимающе нахмурил лицо Данте. — Рука? — еще более ошарашенно переспросил он. Данте потер переносицу. Ночь переставала быть скучной. — Что с твоим чертовым светильником? Что это значит — что ее нет? Гениально, — саркастично усмехнулся мужчина. — Хорошо, только не ной. Нет, ты ноешь. Ноешь, как сопляк, — посмеялся хозяин конторы. — Мы сейчас приедем, — постарался успокоить он все еще взволнованного собеседника. — Я и твоя мать. Что значит — она уже здесь? — недоумевал мужчина. — Ладно, я еду. — Он наконец бросил трубку на рычаги.       Минуту поразмыслив, Данте резко встал, надел свой старый потертый плащ цвета кримсон и, взяв со стола ключи зажигания от мотоцикла, направился на улицу. — Что за дерьмо ты вновь решил устроить в моем королевстве, братец? — едва слышно спросил он скорее самого себя.

***

Примерно за час до этого       Жена Неро, прекрасная Кириэ, была поистине ангельским созданием. Однако, как известно, в каждом ангеле скрываются свои маленькие демоны, а в каждой семье есть своя загадочная история.       Кириэ вполне устраивала роль благочестивой Марты, но иногда часть ее природы, заложенная в ней от прародительницы, невольно вырывалась наружу. Ей хотелось огня — всепоглощающего, всюду проникающего пламени. Хотелось грязи — чавкающей, липкой, с запахом мускуса и солоноватым привкусом. В такие моменты она словно сбрасывала искусно налепленные маски, и ее душа по-настоящему открывалась. Мир вокруг становился ярче, а чувства — острее.       Взяв с туалетного столика новую пару чулок, Кириэ поставила стройную ножку на мягкий пуф и одним рывком вскрыла девственную упаковку. На ее изящной ступне красовалось лаковое покрытие, словно капельки крови, отливающие сталью в свете ламп. Его блеск и очарование угасли под таинственной черной вуалью, когда тонкие, женственные пальцы начали распределять гладкий нейлон, повторяя все плавные изгибы ноги. Расправив широкую резинку чулка, девушка словно подвела черту.       Повторив то же самое еще раз, она уселась на пуфик и, слегка вытянув носки, погрузила ступни в темно-красные туфли на высокой шпильке. Повернувшись лицом к зеркалу, Кириэ взглянула на себя — и от будничной и покорной домохозяйки, закрученной в бесконечных хлопотах о детях и домашнем быте в окружении кастрюль и чайников, не осталось и следа. Довольная собой, она сложила пальчики веером перед лицом, подперла подбородок кулачком и вновь уставилась на свое отражение. Даже тот божественно чистый огонек ее проницательных карих глаз приобрел оттенок золота декаданса.       Облизнув кончиком языка белоснежные зубы, Кириэ широко улыбнулась. Алая помада идеально подчеркивала ряды белоснежных жемчужинок во рту. Открыв одну из шкатулок на столике, она извлекла, безусловно, самую любимую и дорогую для нее безделушку. Это была большая золотая заколка для волос, усыпанная сверкающими бриллиантами в виде извивающегося дракона, напоминающего восьмерку. Она была дорога ей не потому, что имела немалую цену, а скорее как подарок любимой бабушки, на которую она была так сейчас похожа. Та же кровь, тот же огонь, та же двойственность.       Собрав на затылке подкрученные волосы, девушка заколола их, соорудив бесхитростную прическу и оставив пару тонких прядей, обрамляющих лицо. Поднимаясь с пуфа и чувствуя себя королевой на предстоящем балу, Кириэ накинула на себя длинный белый шелковый халат и вышла из спальни.

***

      Закончив возню со своей рабочей лошадкой, Неро опустил капот и, устало опершись на передок фургона, принялся вытирать руки от машинного масла. — Ты здесь, Неро? — из глубины гаража послышался голос Кириэ и тихое цоканье каблучков по лестнице. — Да, родная. Я уже закончил. Осталось только собрать инструмент, — отозвался парень, выглянув из-за фургона на голос жены.       Выйдя в проход, он опустился на корточки и принялся собирать гаечные ключи в ящик для инструментов. — Тебе понравился ужин? — спросила девушка, появившись из темноты дальнего угла. — Да, было все очень вкусно, родная, — не поднимая головы, отозвался Неро. — Тогда как насчет десерта? — послышался мягкий, с заигрывающей ноткой голос над его головой.       Первое, что бросилось парню в глаза, когда прозвучавший вопрос отвлек его от инструмента, — это лаковые бордовые туфли рядом с ним. Взгляд скользнул выше: черный, полупрозрачный нейлон облегал стройные ноги. На этом взгляд Неро остановился, не решаясь подняться дальше. Рука инстинктивно с силой сжала гаечный ключ. Не решаясь взглянуть на жену открыто, парень зажмурился и пробурчал про себя ругательство. В один миг он ощутил себя ничтожным и несчастным одновременно, и дело было вовсе не в том, что она… У Кириэ было особое настроение, а он опять не в состоянии дать ей того, чего она хочет в полной мере, — потому как эта чертова колымага выжала из него последние соки своими техническими заскоками. — Я не слышу ответа, — требовательно произнесла девушка. — Детка, — каким-то оправдывающимся голосом начал парень, поднимаясь с корточек, но был моментально прерван. Еще не так давно казавшаяся такой хрупкой, такой безобидно слабой, девушка ухватила его за грудки и одним рывком припечатала к переднему крылу фургона. — Даже не вздумай сказать что-то против, — прошептала она ему на ухо, прижимаясь всем телом.       Бордовый туфель уперся на покрышку переднего колеса, словно преграждая путь к бегству пойманной ею жертве. Одним рывком она разорвала на муже футболку, оголив сильный, рельефный торс. Горячие ладони принялись жадно изучать его. Алые губы впились в губы жертвы в страстном поцелуе. — Детка, ну что ты делаешь? — вновь начал парень, желая напомнить ей, что гараж открыт, — и в этот момент почувствовал, как рука жены опускается все ниже, проникая в штаны.       Кириэ прилипла губами к его плечу. Влажный, горячий кончик языка девушки медленно поднялся по мускулистой шее и подобрался к самому уху. — Не перечь мне, мальчишка, — сладко прошептали ее уста, будоража дыханием. — Мамочка лучше знает, что нужно ее малышу. — Да, мамочка, — с нахлынувшей истомой промурлыкал парень, выронив из руки гаечный ключ и чувствуя, как его начинает пробирать волнительная дрожь от действий умелой руки любимой женщины. «И кто только ее научил таким фокусам?» — мелькнула мысль в голове Неро, прежде чем его накрыла оглушительная волна нахлынувшего удовольствия. — Кири, Кири, — парень приподнял отяжелевшие веки. Его рука подтянула выше ногу жены, водруженную на колесо.       Но прежде чем осуществить свои намерения и взять верх над ситуацией, он скользнул взглядом по полу и замер — на бетоне четко вырисовалась человекообразная тень. Отрезвляющий эффект наступил мгновенно, когда парень поднял взгляд и увидел в ярком свете уличного фонаря застывший силуэт в гаражном проеме. — Кириэ, — произнес он с каким-то внезапно нахлынувшим недовольством, — сколько раз я просил не прикармливать этих тунеядцев.       Кириэ резко взглянула на него. На ее раскрасневшемся лице читалось явное недопонимание. Парень с суровым видом указал рукой на незнакомца, облаченного в длинный черный балахон, из-под которого виднелись бледные голени. Тот был не только босым, но и без штанов.       Увидев незваного гостя, девушка вздрогнула всем телом и тут же отступила назад, кутаясь в халат. — Тебе чего надо? — спросил Неро, обращаясь к неизвестному. Было заметно, что с ним что-то не так. Его тяжелое дыхание вырывалось с хрипом, и, покачиваясь из стороны в сторону, он едва держался, чтобы не рухнуть лицом вперед. — Любишь наблюдать или просто жрать хочешь? — Неро не особо церемонился, поскольку чувствовал себя раздраженным из-за такого облома. — Извини, приятель, но столовка по ночам не работает, — заявил парень, сделав несколько шагов навстречу неизвестному в черном. — Твоя рука, — едва слышно прохрипел тот, и его тут же скрючило от удушливого, булькающего кашля. Парень заметил, как изо рта незнакомца выплеснулся сгусток крови, кляксой размазавшись по бетонному порогу. — С тобой все в порядке, приятель? — несколько смягчился Неро. — Может, тебе врача вызвать? — Твоя рука, — вновь произнес незнакомец, сделав шаг вперед. Это явно давалось ему с большим усилием. — Что моя рука? — ничего не понимая, спросил Неро, разглядывая свою левую руку. — Другая, — уточнил тот, сделав еще один шаг вперед. Он чуть было не свалился на пол, но устоял. — Неро, — возмутилась Кириэ, — как ты можешь быть таким? Ты же видишь, что этому человеку очень плохо. Ему нужно помочь. — В девушке вновь проснулась ангельская сущность, и она решительно вознамерилась подойти к чужаку. — Нет! — остановил ее парень волевым голосом. — Иди в дом, Кириэ, — приказал он. — Покажи мне другую руку, чертов идиот, — требовательно прохрипел незнакомец.       Неро, который привык не выставлять свою особенность на глаза незнакомцам, да и вообще просто людям, и оттого всегда держал свою демоническую длань за спиной, наконец понял, что от него требуют. Он выставил правую руку вперед и посмотрел на нее. Прежде чем он осознал, что произошло, незнакомец совершил странный рывок вперед и, схватившись за его руку, повис на ней всем своим весом. Его ноги подкосились, и он больше не мог стоять. И тогда Неро услышал то, от чего кровь застыла в жилах: Верджил рассмеялся — тихо, надломленно, страшно. Неро никогда не слышал, чтобы отец смеялся, но сейчас ему стало действительно жутко от услышанного.