Леви отвернулся, встал лицом к доске и судорожно сглотнул, на секунду зажмурив глаза. Его строгий тёмно-синий(визуально скорее чёрный) офисный костюм каким-то волшебным образом превратился в парку. Иначе невозможно было объяснить, почему учитель то и дело обмахивался тонкой папкой с учебными материалами. Сидящие за первой партой ребята даже могли разглядеть слегка порозовевшие скулы мужчины; среди них был мальчик-одуванчик Арлерт, обеспокоенно предложивший мистеру Аккерману воды и поинтересовавшийся его самочувствием. Правда, в ответ был едва ли не послан. Молодой учитель вовремя закусил язык и ограничился сухим
"не отвлекаемся от темы" после чего последовал заглушённый кулаком смешок откуда-то справа.
Шёл последний урок. Старшеклассники уже с трудом концентрировались на учебном материале и больше поглядывали в окно, где пышно цвела сирень и голубело весеннее небо. Одна створка была открыта и с улицы периодически доносились радостные детские крики или стрекотание насекомых. По выбеленному подоконнику ползла букашка, почти сразу подхваченная длинными пальцами одного из учеников. Парень плавно поднёс руку ближе к себе, чтобы рассмотреть божью коровку, а затем аккуратно, пока учитель выводил на доске очередное уравнение, пересадил её на оставленную на краю стола прозрачную папку.
— Йегер.
Злоумышленник был пойман с поличным, но насекомое уже беспечно ползало по напечатанным рядам цифр.
— Да? — Эрен вальяжно откинулся на спинку стула и чуть качнулся, не спуская взгляда со строгого лица перед собой.
— Что ты себе позволяешь? — и дело было вовсе не в несчастной букашке, парень понял.
— Не любите насекомых? — на смуглом от лёгкого загара лице засияла лисья ухмылка, а затем по губам скользнул юркий кончик языка. Леви едва ли не поперхнулся.
— Люблю. Однако сейчас это неуместно, — поправив сползшие на нос очки, в тонкой чёрной оправе. — Так что будь любезен сосредоточиться на математике хотя бы на оставшиеся... — мужчина кинул взгляд на висящие в классе настенные часы, — двадцать минут.
— Я постараюсь, — неубедительно соврал Йегер, подавшись вперёд и сложив руки в замок под подбородком.
Аккерман в который раз за сегодня слишком уж обречённо выдохнул и попытался сосредоточиться на злосчастном уравнении, которое, по сути, интересовало сейчас одного лишь Армина. Спустя ещё минут пять ощущения жадного взгляда на собственной заднице, Леви, смирившись с этой мыслью и осознанием того, что пора бы увольняться по причине -
Йегер уже одними глазами имеет собственной некомпетентности, вызвал радостного Арлерта к доске. Эрен наигранно разочарованно закатил глаза, покосившись на, севшего за учительский стол, мужчину. Тот хмыкнул и наконец выпустил из рук учебник, который до этого держал на уровне чуть ниже пояса.
***
Прозвенел долгожданный звонок.
— Все свободны. Кроме Йегера.
Школьники быстро покидали учебные принадлежности в рюкзаки и под радостный гвалт покинули кабинет, особо не удивляясь последней фразе преподавателя. В конце концов, главный заводила класса частенько оставался на дополнительные занятия по математике.
— Ну вот что ты творишь? — уставшим и уже совсем не формальным тоном спросил Аккерман.
Эрен улыбнулся и, ловко перепрыгнув через парту, оказался рядом с учителем, тут же зажимая того между собой и доской.
— Извини, но твой предмет слишком нудный. Я бы с большим энтузиазмом все эти сорок минут изучал тебя.. — пухлые губы коснулись напряжённой шеи Леви, тот слегка вздрогнул.
— Прекращай, паршивец. Мы и так чуть не попались на неделе, — обвивая широкие, обтянутые белой рубашкой, плечи.
— Ну не попались же, — упрямится, требуя обещанный ещё утром поцелуй, получает.
— Я уволюсь от сюда к чёртовой матери... — выдыхая в тёплые, влажные губы подростка и ласково убирая с его довольного лица отросшие каштановые пряди волос.
— От меня так просто не сбежишь, Леви, — наглые руки всё же стискивают, обтянутую тканью брюк, задницу.
— Знаю, — с усмешкой.
***
По ясному весеннему небу медленно ползли облака. В кустах чирикала пара птичек. На площадке перед зданием старшей школы гоняли мяч заскучавшие за партой школьники, мечтательно обмениваясь планами на лето. В раскрытое на втором этаже окно ворвался тёплый ветерок, а потом потерялся в растрёпанных смоляных и каштановых волосах, прижавшихся к друг другу любовников.
