ОСКВЕРНЕННЫЙ ТОБОЮ

Только пробудившееся солнце поглощает горизонт, ослепляя лучами всю ночь простоявшем на балконе Юнги. Глаза жмурятся от яркого огня. Первое утро, когда ничего не раздражает. Даже слепящее глаза солнце. Настроение на высоте, несмотря на бессонную ночь эмисара. Этому есть приятная причина — Чимин. Ощущение, будто в жизни наконец пробуждаются разноцветные краски, заменяющие 50 оттенков серого. Да, ещё не всё решено. И не все хорошо в общем целом. Юнги не знал, что их с Чимином ждёт в будущем, и через что снова придется пройти обоим. Но Мин обещает себе, что сделает все возможное, лишь бы снова не отказаться от Чимина. Даже если и произойдет что-то, что помешает их отношениям, но сейчас для Юнги важно знать одно — Чимин его любит. Остальное не имеет значения. Главное, чтобы любовь не угасала. Потому что пока Пак Чимин любит Мин Шугу, Мин Юнги будет жить назло кровожадной несправедливой судьбе. Как и сказал Чимин, разве наша вина в том, что мы любим? Разве это преступление? Да, возможно любовь ангела и демона — это то ещё преступление. Но Юнги готов нарушать все законы снова, и снова, лишь бы видеть Чимина. И сейчас ему предоставляется эта возможность. Усмехнувшись себе под нос, что Юнги сам стал вдохновителем этого пожара, немного обольщает душу. Выходит ему все вышло под руку, даже усилий приложить не пришлось. Сопение и громкие вздохи внезапно отвлекают Юнги от раздумий. -Проснулся? — улыбаясь заходит в свою комнату Мин. — Ах, я так долго спал- подтягиваясь громко зевает Намджун. — Ага, да ещё и на моей кровати. Вы тут с Чоном вообще в край обнаглели чутка. Намджун напрягается во взгляде, находясь ещё в прострации от только пробудившегося сна, чувствуя немного вину перед старшим. -Я. хён, прости, я вырубился вчера резко. Юнги умиляется с глупого брата. Красные щеки ещё больше украшают образовавшиеся ямочки. -Забудь. Все нормально. Я все равно не уснул бы. — Снова бессонница? Джун переживает за старшего, наблюдая как тот метается по комнате, в поисках новых брюк. Юнги невольно усмехается: -Д.а. Но все под контролем. Беспокоиться не о чем. Насвистывая мелодию, Мин роется в среднем ящике комода. Намджун немножко удивлен. -Ты сегодня в хорошем настроении. Вчера что-то случилось? — подозрительно интересуется Джун. Рука Мина на минуту застывает. Что же сказать? -Нет, я что не могу быть в настроении? — невозмутимо отвечает он. Как бы не хотелось поделиться своей радостью с братом, но нельзя. По крайней мере не сейчас. -Ладно. Чонгук здесь? — вращая головой осматривается Намджун. — Да, ещё дрыхнет. Надо его разбудить. У нас сегодня предстоит тяжёлый день. Усердные поиски классических брюк не заканчиваются успехом. Придётся обойтись кожанными. — Тяжёлый день? — в недоумении Намджун, прослеживая как Юнги надевает неподобающие форме штаны. — Совмещенка с ангелочками, забыл? С иронией, скрывая свою радость произносит Мин. -Ащщ, точно. Я и забыл. Намджун равнодушно вздыхает. Кажется его единственного не интересует эта тема вражды. Он всегда видел в серафимах просто других на подобие себе сущностей. У каждого свои правила жизни, своя дорога. Но, внезапно вспомнив отдельных личностей, которые будут там присутствовать, извилины на висках напряглись: -Значит… Там будут .дети Ариэль? — с опаской интересуется он, наблюдая за реакцией Юнги. В лишний раз имя Чимина упоминать не хотелось. Юнги наводит последние штрихи, нацепляя на шею цепочку, и застегивая корсет. — Ну естественно. Они что особенные и освобождены от лекций? Спокойная усмешка Юнги приводит Намджуна в заблуждение. Так странно. Что-то тут не так. -Да, конечно. Поднося пальцы к подбородку, Джун подозрительно осматривает брата, пристраивая в голове разные теории. Размышления моментально улетучиваются, как только в комнату врывается «апалон». — Дети Ариэль? Та самая серафимская королева? Чонгук опирается всем телом на дверной угол, вопросительно бросив взгляд на братьев. Взъерошенные после сна волосы придают нелепый вид. Его интересовал только один сын. Но задавать напрямую слишком вызовет подозрения. -Да- поправляя волосы перед зеркалом непроницаемо отвечает Юнги. — А кто её дети? Чонгук знал, что в их ряды входит Чимин, точнее он наслышан. Но чувство ранить брата сейчас не волновало. Ему нужно узнать и удостовериться снова. Узнать про Тэхёна. Юнги равнодушно бросает, будто это не новость вовсе: -Чимин и Тэхён. От произношения «Чимин» сердце бросает искорки. — Вот оно что. Ясненько — как можно спокойно выдает Гук. «Значит такой же силы и класса, как мы» — проносится в мыслях. Этого стоило ожидать, узнав ещё тогда, что Тэхён брат Чимина. От этого азарт и интерес углубляются в разы больше. Крупная рыба попалась в реку. Осталось настроить удочку. -Одеваться собираешься? Юнги бросает оценивающий взгляд на помятый шелковистый халат Гука. Бегающие глаза останавливаются на выпуклую часть нижней ткани. Заметив, куда смотрит старший, Чонгук смущённо прикрывает возбуждённый орган руками. Чёрт. Опять. Почему это неконтролимо? — Главное быть здоровым Гук~и — хихикая произносит Мин. Закатывая глаза, Чон направляется в гостинную, собираясь переодеваться в форму. -Ух, от меня так пахнет. Я не купался со вчерашнего дня — сорщившись от проверенного запаха подмышек, Намджун направляется в ванную. — Тебя ждать? — интересуется Мин. -Нет, идите и займите места. Я быстро. Скрежет крана издает шум воды, отганяя голос Джуна эхом. -Окей. Юнги надевает обувь, вот-вот опуская ручку, собирается выходить. -Хён, ты куда спешишь? Рано ж ещё — высовывая черную макушку в проём коридора выкрикивает Гук, обнажив плечи и накидывая чёрную блузку. Юнги поджимает губы и закатывает глаза, остановившись у дверного проёма: — Ээ…не хочу опоздать. Да и жвачка закончилась, сгоняю за ней. «Чёрт, серьезно? С каких пор ты так любишь жвачку?!» — проносится в юнгиевой голове. — О, отлично. Мне как обычно — с ментолом. -Ага. «Странно, что он не задал лишних вопросов». Скорее сбегая, Юнги захлопывает дверь. Но вмиг его что-то останавливает. Волнение. Так необычно внутри. Будто он не на лекцию собирается, а на первое свидание. Впрочем, так оно и практически есть. Только свидание по счету третье. Но ощущения те же. Глубоко вздохнув, Мин утверждает сам себе, что все будет хорошо. Осмотрев себя с ног до локтей, он вспоминает, что рискнул с имиджем и кожанными штанами. Но мысленно ему придает это уверенность и он чувствует себя настоящим мужчиной, который завладеет сердцем любимого, поражая своим образом. Юнги хочет смутить Чимина. Чертовец. Встретив на пути автомат с едой, Мин достает пачку «Evil» с ментолом, как и просил Гук. Звуки воды щекочат слух. Боковым зрением Юнги замечает фигуру. Подняв голову, он вздрагивает от неприязни, скрежущей по сердцу. Хосок невинно давит на стержень автомата, выливая в стакан латтэ с белоснежной пенкой. Взгляды пересекаются ни больше, чем на пару секунд. — А у вас тут неплохо, — первым идёт на разговор Чон. — Бывало и лучше, до появления ангелочков. Юнги так не думает. Сейчас лучше некуда, потому что теперь он видит Чимина. Но других персон встречать не хотелось. В особенности Хосока. Хосок ухмыляется, делая глоток кофе: — Думаешь, я поверю в то, что ты об этом как-то жалеешь? — с ноткой грубости отвечает он. — О чём я и жалею сейчас, это то, что ты оказался в не нужное время, в не нужном месте. Буду откровенен, эта встреча мне неприятна, — невозмутимо отвечает Мин. — Буду откровенен — мне тоже, — подмигивает Хосок. — Но хочу сказать об одном- Чон подходит ближе к Юнги, упёрто встречаясь взглядами: — Тот, кто надел на глаза шоры, должен помнить, что в комплект входят ещё узда и кнут. Учитывай весь комплект, если собираешься идти наперекор судьбе. Юнги мысленно усмехается над «красноречивостью» серафима. Собираясь уходить, он останавливается на уровне висков Хосока, так, чтоб тот видел боковым зрением. — Если есть хотябы кнут, то и узда не понадобится. Главное, чтобы судьба не перешла наперекор тебе. А то обращая внимание на самое поверхностное, забудешь о деталях, которые намного важней. Запах дождя бесследно исчезает, оставляя Хосока в ступоре. Нервно рассмеявшись самому себе, серафим покидает коридор, оставляя в воздухе отпечаток раздражённых глаз, оскаливающих виски и вены, выпирающие на шее. 🌘🌑🌒 Звонок на пару прозвенел спустя полчаса, пока Юнги сидел уже заранее подготовленным в кабинете к встрече с возлюбленным. Но Чимина все не было. Нервы уже на пределе. Урок начался, где он? Зато глаза мозолятся от входа в кабинет Хосока. В лишний раз стреляя в друг друга враждебным взглядом, серафим занимает свободное место. Какое совпадение — прямиком спиной к Юнги. Рядом одно свободное место. Видимо для Чимина. И пусть. Плевать, что рядом с Чоном, главное, что перед Юнги. Соблюдая дистанцию между собой, толпа ангелов и демоном заходят по очереди, дабы случайно не прикоснуться друг к другу. Ненавистные взгляды нарастают, стреляя пулями. Ещё немного и разгрызут друг друга. Чонгук с Намджуном теряются в толпе, но нагло обгоняют ее. Нет дела, если задели серафима, им это не угрожает. Юнги лениво машет правой рукой братьям, с целью его заметить и занять ближайшие свободные места рядом. Намджун успевает ловко пробраться, сквозь одичавших студентов с синдромом отличников сесть поближе, и занимает стул рядом со старшим. Чонгук же злобно пыхтит, когда теряется в стаде «лузеров», вот-вот готовых вцепиться друг в друга, и ударяется носом в высокую, рельефную белоснежную спину. -Дьявол, смотри куда прёшь! — вспыльнул он незнакомцу. Незнакомец превращается в Ким Тэхёна, удивлённо обернувшегося на Гука. «Французский крендель» — первая вылетевшая мысль в чоновой голове. Вот он. Тот самый, который не даёт эмисару покоя, с первой встречи. Его бессонница и вечные раздумья. Его тайный неизведанный островок. Тело пропускает импульсы. Зачем-то. Чонгук внезапно теряет дар речи, не зная, что и сказать. Слишком неожиданно и резко. Тэхён же безцеремонно лишь закатывает глаза .Просунув одну руку в карман брюк, а второй свободно размахивая, грациозной походкой серафим проходит меж рядов, наконец присаживаясь на место. В ожидании преподавателя поднимается гул. Слово за слово ангелы и демоны начинают кидаться грязными фразами с угрозами. Намджун равнодушно сидит и наблюдает за картиной, Чонгук за прекрасным профилем Тэхёна, сидящего напротив спиной. А Юнги все так же в трепетном ожидании появления своего серафима. Но в дверях появляется не он. Заметив, кто вошёл, ангелы и демоны синхронно поднимаются смирной стойкой, приветствующе поклоняя головы их королям. Правителей обоих миров знали каждый. Такие межклассовые собрания происходили раз в каждый год, объявляя план учебного процесса за промежуток годового периода. Сопровождающими являлись король демонов Лю́цифер и королева ангелов Ариэль. -Мы приветствуем каждого из вас — торжественно начинает Лю́цифер — пожалуйста присаживайтесь. Король бросает нечитаемый взгляд на королеву, позволяя ей продолжить речь: — Для начала я бы хотела обратиться к многопочитаемому миру дьявольского народа, — обращается Ариэль ко всем сидящим эмисарам, вдохновляя своей неописуемой и неприступной красотой. — От лица всего серафимского класса, я бы хотела отблагодарить вас за столь смелый поступок и благородную помощь, которую вы нам оказали. Прошу прощения, за нашу оплошность, и что вам приходится идти на жертвы из-за нас. Но я надеюсь, конфликтных ситуаций возникать не будет. Давайте позаботимся друг о друге! Массовые хлопки в ладоши завершают торжественную речь. «Где же Чимин». Юнги осматривает Ариэль с ног до головы, будто Чимин вылезет прямо сейчас с материнских рук. Вот только серафимская королева не особо одобрительно встретила Мина взглядом. -Так, как второй симестр уже приближается к концу, вы должны помнить, что вас ожидает итоговая практика. Естественно, по стандарту, правила вы знаете. Думаю заново их озвучивать не нужно. Единственное самое важное правило, которого вы должны хотябы чаще придерживаться, чем остальные, это: 1. Никакой драки между собой. 2. Конфликтных ситуаций, а так же наводить давящие на человека решение. 3. Не прогуливать. -Вот впринципе и самое основное. Так же не забывайте, что не менее важно, это прочувствовать вашего спутника. От вас зависит будущее человечества. Вопросов нет? — интересуется Люцифер. -Нет — нудно раздаётся хором. — Отлично. Госпожа Ариэль, прошу озвучьте список по парам. Ариэль согласно кивает. -Итак, первая пара это … Слова будто пролетают мимо ушей. Голова набита одним Чимином, которого до сих пор нет. Чонгук все искусно наблюдает за спиной Тэхёна. Тот уставше прислушивается к словам матери, показывая как ему скучно. Интересно, какого идиота поставят в пару? Конечно, Чонгуку хотелось верить в лучшее совпадение, но ему так не повезет. Увы, тут не схитришь, все на произвол судьбы. Намджун же уставше считал мух, пролетающих мимо. Видимо он слишком долго спал и сонливость добавилась в разы сильнее. -Шестая пара- Пак Чимин- королевские глаза пронзают предупреждающим взглядом Юнги. Тот нервно продолжает смотреть в дверь, сходя с ума от ожидания. — И Ким Намджун. Юнги усмехается. Он и не рассчитывал, что их поставят в пару. Отец все продумал. Услышав свое имя, Намджун равнодушно кивает. Партия с Чимином не то, чтобы устраивает, но и не устрашает. Параллельно. -Седьмая пара — Ким Тэхён… Чонгук таращит глаза в ожидании, скрестив руки на груди. -И Чон Чонгук. «Да!» Не подавая взгляду снаружи, Гук невыносимо ликует внутри. Неужели солнце просветило его мрачный путь? Даже не верится, что прошло такое совпадение. Ещё одно «впервые» в жизни эмисара. Наблюдая за тэхеновой спиной, Чон замечает разочарованные поднимания плеч. «Что, он что не рад мне? Пхах». — проносится в чонгуковой голове. Тэхён закатывает глаза, вздыхая. Он не надеялся на такое «везение». Но что-то, да заставило уголкам губ невольно слегка подняться, усмехаясь. " Ты пожалеешь об этом, Чон Чонгук» — думает Тэхён. -Восьмая пара — Чон Хосок и Мин Юнги. Ариэль бросает в серафима издевательский взгляд, будто все подстроено. Злость наполняет Юнгиево тело и разум. Лицо покрывается алыми пятнами. Бледные уши Хосока вмиг краснеют, от такого же напыхавшего порыва злости. Как же, другого и ожидать не стоило. Юнги уже привык к столь жестоким играм судьбы. Когда же это дерьмо закончится? Яростные мысли, разрывающие изнутри прерывает стук в дверь: -Извините, можно войти? Любезный мелодичный голос впивается во все тело и разум. Теперь Юнги не злой мотылёк- он ничто. Растворившийся вмиг воздух. Наконец-то, Чимин. Ариэль бросает на сына осуждающий взгляд, но одобряюще кивает, позволив серафиму войти. Чиминовы глаза в растерянности находят в толпе Хосокову торчащую руку. Серафим с облегчением проходит, стараясь не завлекать слишком много внимания. Поднимаясь между рядов, он ощущает привычный обанянию запах дождя. Бегая глазами по сидящим, он наконец встречается глазами с Юнги. Искра. Буря.Безумие. Торнадо. Всего за секунду им удалось утонуть друг в друге. Этой секунды хватило, чтобы сказать «я скучал». Заметив ослепляющего улыбкой Хосока, Чимин рефлекторно поддается в ответ. И вот он, сидит почти обнаженной спиной напротив юнгиевых глаз. От вида этой спины хотелось просто кричать со всех сил. Юнги проиграл в совершенстве своего образа. Потому что его обошел Чимин. Во всех смыслах. На серафиме обтягивающие белоснежные джинсы, а верха и вовсе практически нет. Какая-то прозрачная вуальная ткань, которая просто выделяла каждую клетку и красивую рельефную извилину чиминова тела. Чего только стоила спина. Юнги даже представить боится, какие виды снаружи. Он и не успел приглядеть за этим, когда серафим зашёл, опоздав. Чимин, будто чувствуя пылкий взгляд сзади, поворачивает голову набок, выдавая издевательскую усмешку. Юнги замечает каждое движение и взгляды играющего с ним ангела. Кровь перестает поступать в мозг, а вены в теле вовсе плавятся горячим железом. Дыхание становится прерывистым от приближающего возбуждения, еле сдерживая хриплый стон. Ариэль с Лю́цифером уже давно покинули кабинет со словами «Удачи в новых начинаниях». Скучную лекцию ведёт какой-то новый преподаватель. Периодически поправляя очки, из его уст выходили нудные и непонятные термины, которые даже выговорить сложно. -Я отойду — шепчет Чимин на ухо Хосоку. Мина прорывает ревность. Чимин внезапно поднимается и покидает аудиторию, боковым взглядом призывая Юнги. «Поиграть захотелось, Пак Чимин?» — мыслит Юнги. Не сдавая позиции, Юнги выходит следом минут через пять. Чтобы не призывать подозрительного внимания. Однако для Хосока это внимание было болезненным. Коридор пуст. Куда же он направился? Поиски по столовой тоже кончаются безуспешно. Остаётся два варианта: туалет и спальня. В спальню на данный момент рисковано, короли ещё расхаживают по корпусу, все проверяя. Юнги мигом бежит в сторону уборной. Дверь приоткрыта. Чтобы убедиться в своих догадках, он не заходит сразу, а подглядывает под дверную промежность. Серафим самодовольно стоит напротив зеркала, опираясь локтями на позолоченную тумбу с раковиной. Даже туалеты здесь по-королевски обустроены. Все богато и на стиле. А главное — безупречная чистота. Наконец Мин разглядывает его спереди. Только через отражение. Как оно прекрасно. Хочется впиться в зеркало и превратиться в отражение, лишь бы слиться в одно целое с этим совершенством Пак Чимином. Прозрачная блузка обнимала твёрдо торчащие соски, красующиеся над ступенчатыми рёбрами, на которых каллиграфическим изысканно-чернильным подчерком расписано- «NeverMind». Та самая роспись, отметка, которую поставил Юнги, после сладкой ночи у балкона. В знак того, что Чимин принадлежит только ему, подтвержденное печатью в форме татуировки. Чимин сам выбрал название. Просто его мысли, которые он хотел запечатлить в таком стиле. В стиле Юнги. Мин все ещё стоит в проходе, любуясь своим ангелом. Этого зрелища не будет достаточно никогда. Ему всегда мало. Мало Чимина. Серафим же продолжает заниматься самодовольством, любуясь в отражении. Что у него в голове, знает только он. Но Юнги догадывается о грязных мыслишках этой пташки. И не желая срывать игру, наконец врывается в комнату, запирая защёлку. Чимин сразу учуял запах дождя. Ещё до того, как Юнги вошёл. Но он держал планку до последнего, дабы свести с ума эмисара. Чимин играет не по — детски. Юнги уступать не собирается. В отражении появляется черная шелковистая макушка. И глаза, которые вот-вот откроют портал в мрачную бездну. Юнгиева ладонь касается чиминова живота, плавно поглаживая и играясь пальцами, вырисовывая несуществующие узоры. Железобетонный сплав тянет Чимина вниз, пробуждая мурашки по коже. А дыхание и вовсе задерживается, когда горячее юнгиево дыхание щекочет мочку уха, соблазно нашептывая: — Красивая блузка. Отражение выдает напыщенные взгляды обоих. Чимин смотрит на Юнги, Юнги на Чимина, сквозь слегка опущенную голову. Тело серафима не выдерживает такого напора. Слишком сексуально. Оно пропускает дрожь, будто смычок издевается над каждой стрункой, лопая на части. Но Чимин не сдаётся сразу. Ехидно поднимая голову и заглядывая в глаза Мина в отражении, он говорит: — Знаю. — уголок рта приподнимается в довольной улыбке, издавая ухмылку. — Красивые штаны- отмечает он спуская взгляд ниже на стройные ноги Юнги, кожанные штаны которых вызывающе их подчёркивают. Знает? Неужто дальше будешь врать, что не специально её надел? Юнги распаляется конкретно, после грязных игр ангелочка. Издав последнюю ухмылку, выдыхая в ухо Чимину, он со срыву поварачивает Чимина к себе. Лбы со страстью врезаются друг в друга, овлажняясь мокрым потом. Проводя большим закольцованным пальцем по чиминовым губам, Мин засыпает серафимскую шею поцелуями, обжигая желанием. Игрок внутри все слабее. Пак не сдерживается и откидывает голову назад, набираясь воздуха и издав полушепотный стон. Ладонь Юнги синхронно спускается с его черной шелковистой макушкой, щекочющей чиминов торс. Горячий язык обводит вуальную дырявчатую ткань, задевая все нервы соска и ребер. Чимин еле удерживается на ногах, кусая тыльную сторону ладони, дабы не шуметь, чтобы кто-то услышал. Юнгиев язык наконец приближается к главной цели. В последний раз намочив гладкий пупок, он отрывает голову, уже стоя на коленях, и продолжая вызывающе убивать Чимина взглядом. — Нас разделяли на группы по практике. Тонкие пальцы расстегивают белоснежные джинсы, спуская вниз. Возбуждённый член уже давно истекается природной смазкой, крича о желании. Чимин впивается пальцами в раковину, не выдерживая напор. -Правда? — дрожащим голосом вытягивает он. -Да. Горячий язык теребещит сочавшуюся головку, заставляя орган вздернуться ещё больше. Останавливаясь, Юнги отводит лицо на сантиметр, дабы продолжить разговор. -Н.е ост.анав.ливайся- откидывая голову назад уже не выдерживает и выстанывает Чимин. Игрок проиграл. Он сдался. Сегодня побеждает Юнги. Но только сегодня. — Меня поставили в паре с Хосоком. Тебя с Намджуном. После сказанного Юнги возвращается к поглощению сладкого. Усиливая скользкие толчки, Мин поедает Чимина изнутри. Движения эмисара плавные и искусные, будто он мастер своего дела. Так горячо, так приятно. Сносит крышу, заставляя кричать, но нельзя. -О, п.р .а.в.да?.. Будто удивившись спросил Чимин. Слишком ожидаемый поворот. Но сейчас не до этого. Юнги питается эмоциями Чимина. Он хочет, чтобы тот умоял его о продолжении, о яром желании испить его до дна. Чимину это нравится. Он хочет отдать себя на самопожертвование этому дьяволу. Так, чтобы и светлого места не осталось. Мин все глубже заходит дальше, касаясь чиминовой головкой стенок гортани. -Ш.уу… гг.ааа! Сил терпеть не остаётся. Чимин слишком поглощён любимым. Зарываясь пухлыми пальцами в смоляную макушку, Чимин заставляет эмисара двигаться ещё быстрее, насаживая на свой твердый орган. — Что, заперто? — доносится из двери невинный баритонный голос. Запах горького кофе ударяет в нос. -Это Тэхён — растерянно прерывает процесс Чимин, поднимая Юнги на ноги. Оба стоят в ступоре пару секунд, не зная куда себя деть. Мин хватает руку полуголого возбужденного Чимина, затаскивая в кабинку. Ситуация вышла из — под контроля. От неловкости и глупости оба заряжаются тихим смехом, закрывая ладонью рты друг друга, чтобы не попасться. Юнги направляет телепотический гипноз представляя, как защёлка отпирается. Спустя несколько рывков и попыток Тэхён наконец заходит в комнату. Мин с Паком утаивают дыхание, в ожидании ухода серафима. Издалека слышится запах мяты и ментола. Отлично, теперь ещё и Чонгук примчался. — Надо же, какая встреча! Ухмылка Чонгука до ушей, а вот Ким как обычно подаёт отрицательную реакцию. Равнодушно повернув голову в писуар, Тэхён избавляется от естественной нужды. Любопытный взгляд Чонгука не остаётся в стороне, и падает на кимов орган. Заканчивая со своим делом, Гук застегивает ширинку брюк, оценивающе насвистывая Тэхеновой изюминке. -Что, никогда не видел член таких размеров? — самодовольно огрызается Ким, поправляя штаны. «Вау, он разговаривать умеет» — пронеслось в чонгуковой голове. — Да нет, видал и больше. Каждое утро с таким просыпаюсь. Душевно ликуя своим ответом, Чонгук делает шаг на встречу. Расстояние между ними сокращается втрое. — Ть, гляди чтоб нос таким же не вырос, от самовлюбленности. — низким голосом дурманит Ким, выдавая ухмылку. Не поддаваясь больше контролю эмоций, чонгукова рука впивает серафима к кафельной стенке. Пытаясь заглянуть в туманно- серые глаза и распознать душу, в ответ лишь пустота. -Кто ты? — полушепотом произносит Гук. Этот вопрос мучает его с первой встречи. Ответа он никогда кажется не найдет. Остров так и останется загадкой. — Тот, кого выбешивают такие, как ты. Отстраняя чонгукову напористую руку, Ким равнодушно дерзкой походкой покидает комнату со словами: -Au revoir. Чонгук стоит в недоумении минут пять, анализируя, что только что произошло. Истерически хмыкнув себе под нос, он выдает: -Загадочный французский крендель. Свист и убывающие шаги покидают тихую глубь уборной. Чимин с Юнги наконец спокойно выдыхают. -Йа, что это было? — хихикает Пак, освобождая кабинку следом за Юнги. — Не знаю. Но если мой брат запал на твоего, добром это не кончится. — размышляет Мин. — Зато так иронично, ахах. Ладно, не будем накручивать суету раньше времени. -Тебя сейчас только это волнует? — издевательски насмехается Юнги, осматривая все ещё со спущенными штанами Пака. Взгляд Чимин опускается ниже, замечая, что все провалено. Не бывать финишу. -Ну а я что поделаю, я слишком переволновался из-за этих двоих, — изнывающе постанывает Пак. С надутыми губами застегивая джинсы, серафим приближается к умывальнику, освежая пылающее от стыда лицо. -Ахаха, ну какой милашка. — продолжает издеваться эмисар. Подойдя ближе и окутывая в объятия своего ангела, Юнги сладко нашептывает: -Не волнуйся, у нас ещё целая вечность. В следующий раз я продолжу, если и дальше будешь так вызывающе одеваться. -Хорошо, тогда буду делать это чаще, — хихикает Чимин. Закусив губу, Юнги разворачивает к себе любимого, впиваясь нежным смачным поцелуем. -Иди первый, я приду следом. До конца лекции полчаса. Неприлично ее пропускать. — подмигивающе усмехается Мин. — Хорошо. Чимин напоследок касается концом носа к эмисару, невольно отстраняясь. Чувствуя себя неудовлетворённым, но счастливым, серафим выходит в коридор, закрывая дверь и бросая последний азартный взгляд на Юнги. «Ох уж этот Мин Шуга». Нехорошо всё это. Ох, как нехорошо…