Betrothed (Обрученная)

      В течение нескольких недель после того вечера Иллуми, казалось, активно искал твоей близости. Даже когда он не был рядом, ты все равно чувствовала его присутствие издалека, будто Иллуми наблюдал за тобой как за секретом, который ему еще не удалось раскрыть.       Всякий раз, когда у него была возможность, твой муж вступал в физический контакт: во время спарринга, удерживая твое тело в своих объятиях дольше, чем необходимо, но также и в более спокойных ситуациях, например, сидя рядом или лежа в постели вместе. Прикосновения его пальцев были нерешительными, словно перья скользившие по твоей коже. И в них была большая нежность, как будто ты могла сломаться, если Иллуми не будет достаточно себя контролировать. До сих пор его руки причиняли только боль тем, кого он касался, и Иллуми сам не знал ничего кроме страдания или его мимолетного отсутствия.       Он был ошеломлен своей неопытностью и всегда быстро убирал руку на случай, если вдруг сделал что-то не так. В большинстве своем это был лишь краткий миг близости — Иллуми кладет руку тебе на колено или ваши плечи касаются друг друга. И ты любила каждую секунду происходящего. Это может быть игра с длинными черными волосами, небольшой массаж спины или ощущение его холодных рук на своем лице.       Всякий раз, когда он осмеливался на более серьезные действия, например, обнимал тебя, его глаза были прикованы к твоему лицу, мимике, в отчаянном ожидании реакции. Тогда ты наклонялась к его прикосновению, издавая легкий одобрительный звук, чтобы уверить мужа, что все в порядке. И ты хотела, чтобы он узнал, что значит наслаждаться присутствием друг друга, не будучи постоянно в нервном напряжении из-за происходящего.        — Луми? — промурлыкала ты, растягиваясь на диване, а твои полузакрытые глаза отмечали время.        — Ммм? — Похоже, он погрузился в собственные мысли, только сейчас осознав, что его рука крепко лежит на твоем плече. Иллуми хотел отстраниться, но ты только придвинулась ближе, обнимая в ответ за торс.        — Я сейчас буду готовить. Скажи, что ты любишь есть на ужин?        — Это просто еда, Т/И, — парировал он, и ты фыркнула на это скучное заявление.       Это было почти так, как если бы Иллуми чувствовал себя оскорбленным из-за того, что его обвиняли в незнании настоящей цели еды. Он что-то упустил? Иногда было довольно весело наблюдать, с каким блаженством Иллуми не осознавал своего странного поведения.       На самом деле, за прошедшие месяцы ты все больше и больше осознавала, сколько всего просто обожала в этом странном молодом человеке. Иллуми именно такой: эмоционально забитый, социально отстраненный и немного неловкий.        — Просто прикажи дворецким что-нибудь приготовить, — кажется, твой ответ пробудил в нем беспокойство.       Нормальный человек, вероятно, не заметил бы небольших подергиваний и изменений его маскоподобного лица, но после небольшой практики и времени, проведенного вместе, ты гордилась своей способностью читать любое из его мимолетных выражений на лице. В этот момент на нем отражалось и недоумение, и раздражение одновременно.        — Значит, у тебя нет никаких предпочтений? Вообще?        — Наша еда и напитки в основном отравлены или совсем не имеют вкуса. Все, что содержит много калорий, подойдет для поддержания моей энергии.       Боже, эта семья действительно станет твоей смертью — в буквальном смысле, если ты не будешь достаточно осторожна. Ты надулась, нахмурив брови от того факта, что изменения в привычном поведении Иллуми, вероятно, станут неприятным шоком для всех в резиденции Золдик. Вопрос в том, примут ли они меры, чтобы предотвратить это, или просто накажут виновного.        — Ладно, ладно, — ты наконец отмахнулась от него и снова быстро встала на ноги. — Я поняла. Ты никогда особо не задумывался о том, что тебе нравится или не нравится, не так ли?       Опять этот озадаченный взгляд. Иногда он говорил тебе больше, чем тысяча слов.        — Не волнуйся, дорогой! — Воскликнула ты, понимая, как сильно его расстраивает столкновение со своими личностными недостатками. Ты договорила, обхватив лицо Иллуми ладонями и слегка сжав его щеки. — Тебе нужно сейчас тренироваться с Миллуки, верно? А пока я что-нибудь приготовлю.       Был уже вечер, когда твой муж вернулся, что неудивительно, целым и невредимым. Миллуки хоть и умный мальчик, но физически слабый. Ты уже однажды видела, как они тренируются, и это было больше похоже на одностороннюю резню, чем на сражение.       Тем не менее, Иллуми, по крайней мере, получил представление о различных видах сильных сторон своего младшего брата, зная, что даже при том, что он был слаб и в некотором роде трус, Миллуки по-прежнему является ценным членом семьи из-за своего технического ноу-хау.        — Я думал об этом, — внезапно заявил Иллуми своим обычным мягким голосом. — То, что мне нравится, имею в виду. Я выяснил.        — О? Итак? — Ты нервно ковырялась в своей тарелке, приготовив любимую еду, так как не понимала, что ему может понравиться.        — Ты мне нравишься.       Услышав, как он впервые выразил свою привязанность, ты чуть не подавилась едой, но Иллуми продолжал, уверенно подняв указательный палец в воздух.        — Да. Мне нравится быть с тобой. Независимо от того, где мы находимся и чем занимаемся.       Ошеломленная тем, что Иллуми фактически ответил на твои чувства, ты обнаружила, что не можешь подобрать слов и слегка дрожала.        — Почему ты плачешь, Т/И? Я сказал что-то неправильно?        — Н-нет! — Дико жестикулируя, ты чуть не прыгнула на колени к своему мужу от радости. — Нет, ты все сделал правильно! Я очень счастлива…       Иллуми не очень хорошо умел утешать, но он учился шаг за шагом. Когда ты уткнулась лицом ему в шею, он нежно похлопал тебя по голове, говоря:        — Кстати, спасибо за еду. Я никогда не ел ничего подобного.        — Мы собираемся опробовать так много вещей, Луми! — Чтобы продолжить разговор, нужно подавить рвущиеся наружу рыдания. Тебе все еще было неловко видеть себя такой чувствительной и уязвимой. — Пока мы не выясним, что тебе нравится!        — До тех пор, пока ты здесь, все что угодно.

***

      [Неделей позже, Zeppelin Bar]        — Итак, по какой причине ты меня сюда вызвал? Миссия?       Волшебник потягивал Cosmopolitan, заинтересованно глядя на своего компаньона. В последнее время здесь было ужасно тихо, и пока его противники еще не «созрели», Хисоке было особо нечего делать. Скука для него даже хуже пытки, поэтому он всегда искал новых врагов или сражений. Так что сообщение Иллуми была сладким спасением для клоуна.        — Нужно, чтобы ты помог мне найти подарок для Т/И.       Лицо Хисоки изменилось в этот самый момент. Он правильно расслышал?        — Я… эээ… что?       Иллуми запустил пальцы в волосы — привычка, которая появилась, чтобы справиться с собой в трудно разрешимой ситуации. Это успокаивало его, когда жены не было рядом, ведь раньше такая прерогатива принадлежала именно ей.        — Ну, она осыпает меня подарками. — Его правая рука обвилась вокруг стеклянного стакана, а левой он дернул за зеленый шарф, обернутый вокруг своей шеи. — Как этот. Она решила, что зеленый — мой любимый цвет, и ругает меня за то, что я всегда бегаю в морозную погоду в летней одежде.       Фокусник медленно моргнул, не веря своим глазам.       Во всяком случае, Хисока решил, что новообретенная жена сразу после свадьбы превращена в марионетку, поскольку Иллуми не был способен иметь дело с реальными людьми. Или того хуже: заперта в темнице, подвергаясь постоянным пыткам и изнасилованиям. Боже, его семья способна совершать невообразимые жестокости, так что помешает Иллуми делать тоже самое?       Действительно, ничего…       Но для Фокусника непривычно когда-либо видеть Иллуми таким… домашним. Даже мягким. Почти как в глупых любовных романах, которые Хисока никогда бы не признал, что ему понравятся.        — Я думаю, что необходимо вернуть ей эту услугу. По социальным нормам люди празднуют свой День рождения. И у Т/И он скоро будет. Я ничего не могу придумать. Я плохо разбираюсь в таких вещах, как подарки.        — Вау, — повторил Хисока, хлопнув рукой по столу, и разразился неудержимым смехом. — Просто, вау! Я думал, что ты обычный робот, как всегда, но…       Иллуми приподнял бровь, вздернув подбородок:        — Что тут смешного?        — Ах, по крайней мере, твое чувство юмора осталось прежним. А то с меня хватит сюрпризов, — поддразнил клоун, вращая стакан. — Но насколько я помню, меня даже не пригласили на свадьбу, да?       Что ж, Хисока был чем-то вроде друга Иллуми. По крайней мере, он так считал.        — Ты бы просто попытался сразиться с нами, — холодно возразил Иллуми, — и ты все равно никогда не встретишься с моей семьей. Я не хочу, чтобы ты в дальнейшем был как-то связан с Т/И.        — Очень жаль. — Хисока наклонился вперед, наслаждаясь видом на горизонт, простирающийся под их ногами. — Похоже, я недооценил Т/И на экзамене Хантеров. Какая интересная… смогла тебя приручить.

***

      [Твой День рождения]        — Э-э… Что это?       Это был такой же день, как и все остальные, честно. После стольких раз, проведенных в поместье Золдиков, дата не имела особого значения, когда время пролетало так незаметно.        — С днем рождения, Т/И. — Муж маячил перед тобой, протягивая руки, державшие большую коробку.       Сегодня разве твой День рождения?       Ну что ж.        — Что… — Иллуми сунул коробку тебе в руки, явно теряя терпение. Так что ты просто согласилась и развязала красиво завязанный бантик. — Большое спасибо…        Ты была сильно сбита с толку тем, что Иллуми вообще вспомнил про твой День рождения. И даже больше: что ему вообще есть до этого дело. Ты бы не удивилась, если бы такие дни не имели для него никакого значения.       И все же ты была там, распаковывала коробку, в то время как муж смотрел на тебя странным почти жутким взглядом.        — Я хотел достать тебе оружие, — объяснил Иллуми, — Но Хисока сказал, что я недостаточно индивидуален. И убери Нен, он тебе все равно сейчас не нужен.        — Х-хисока предложил это?! — Теперь ты боялась, что содержимое шкатулки может быть опасным — или, что еще хуже, окажется чем-то очень неуместным и бесполезным.       Но когда ты открыла крышку, оттуда высунулась пушистая голова.        — Сова?       Маленький зверек тут же прыгнул к тебе на ладонь, и ты не удержалась, чтобы не погладить его по мягким перышкам.        — О боже, как мило…        — Это фамильяр. С тех пор, как я стал часто уходить на миссии, ты выглядишь очень одинокой. Ты можешь научить его сражаться и защищать себя, и он может стать очень опасным, когда вырастет. Также фамильяр очень предан и эмоционально привязан к своему владельцу, в отличие, например, от компаньона.        — Л-Луми… — ты шмыгнула носом, когда сова заползла тебе на плечо и прижалась к щеке.        — Что случилось? Почему ты опять плачешь? — Похоже, он действительно не понимал, что такое плакать от счастья. — Если хочешь, я могу от него избавиться.       — Нет! — Бросаясь в объятия своего возлюбленного, ты не могла не выразить свою благодарность поцелуем.       Как только ты поняла, что наделала, тут же отступила. Вероятно, для Иллуми этот шаг был слишком поспешным, и ты боялась переступить невидимую черту.       — П-Прости, я опять…       Прежде чем ты успела закончить фразу, то почувствовала, как Иллуми обхватил тебя руками за талию, а его мягкие губы коснулись твоих.       — Снова, — прошептал он, прежде чем сократить расстояние между вами. Его поцелуй был неуклюжим, но наполненным такой любовью, что у тебя перехватило дыхание.       На краткий миг показалось, что время остановилось — и вы оба освободились от обстоятельств, в которых родились. Он любил тебя. Ты знала это. Его собственным, удивительным образом.       И с этого момента вы стали неразлучны.