прямо в мою голову / straight to my head

Доктор тихонько закрыла за собой дверь и со вздохом прислонилась к дереву. Что она натворила? Именно то, что пыталась предотвратить, когда семья снова взошла на борт ТАРДИС, вот что. Было непонятно, как по прошествии тысяч и тысяч лет вся её решимость до сих пор могла быть обращена в прах по прихоти (и восхитительной решимости) одного-единственного человека. Увы, сейчас она не могла останавливаться на этом, ей пришлось прислушаться к совету леди Мердены и проверить, действительно ли то, что она рассказала ей о Девораменти, было правдой и было ли это чем-то большим, чем просто преданием, передаваемым из поколения в поколение. Хотя она была большой поклонницей надежды, это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой. Печально улыбаясь, она подняла голову к потолку. — Дай мне знать, когда она проснется, окей? ТАРДИС утвердительно чирикнула, но не более того, и Доктор была этому рад. Сейчас она была не в настроении обсуждать свое шаткое состояние ума (и сердца, если уж на то пошло) со своим любопытным кораблем. Оттолкнувшись от двери, она направилась в консольную, на всякий случай хрустнув костяшками пальцев. Было важно расслабить их для того, что она собиралась сделать, не меньше, чем когда нужно возиться с крошечными вещами и спасти вселенную, или когда вы пытаетесь достать заварной крем, который попал в самую невозможную трещину в консоли. Она могла поклясться Рассилоном, что всё ещё могла почувствовать ту неловкую позу, в которой тогда оказалась, и так же ярко услышать безжалостный смех ТАРДИС. В консольной её встретило типичное тёплое оранжевое сияние, пульсирующее в медленном, устойчивом ритме. Судя по всему, её корабль так же хотел с этим разобраться, как и она. Она только начала постукивать по монитору, когда в глубине её разума промелькнула тихая мысль. Не думаешь ли ты, что следует провести хоть какие-то исследования, прежде чем тратить время на поиск компонентов в неправильных местах? — Эй, что это должно значить? Я знаю, что мне нужно, и где это найти! — Доктор постучала указательным пальцем по голове. — Всё в порядке. Если ты так говоришь. Куда я должна отправиться за фибриллятором для увеличения размеров? Доктор уже возилась с какими-то кнопками. — Лунный рынок Рапсалон-С, дай мне просто ввести координаты. Очень редкий компонент, объявленный вне закона на стольких планетах по причинам, которые я не понимаю, если честно, но в любом случае… хорошая мысль, что ты решила сначала заняться самым сложным, с самого начала избавит нас от множества проблем! Корабль утвердительно загудел вокруг неё, когда она трижды проверила координаты. Лучше перестраховаться, чем сожалеть, в конце концов, это был важный вопрос. Довольная всем, она с легкомысленной улыбкой потянулась к рычагу дематериализации. Было ли сомнительно, что она на самом деле с нетерпением ждала предстоящей охоты за мусором, учитывая, что было поставлено на карту? Возможно, но охота за мусором была охотой за мусором, и она просто это любила. (Она всё ещё завидовала человеческим детям из-за того, что это были популярной игрой на вечеринках по случаю дня рождения. Дни рождения и охота за мусором одновременно! Потрясающе!) Кроме того, нет ничего плохого в том, чтобы встречать проблемы с позитивным настроем. Чувствуя, как материал под её ладонью медленно нагревается от прикосновения, она, наконец, опустила рычаг и подождала знакомого хрипящего звука. Которого так и не последовало. В замешательстве нахмурив брови, Доктор сначала вопросительно посмотрела в потолок. Не получив ответа, она подбежала к двери, чтобы проверить, не изменилось ли что-нибудь в их местоположении. Но всё, что она нашла, — были сводящие с ума красивые водовороты и формы вихря времени. Захлопнув дверь с нарастающим разочарованием, она вернулась к консоли и снова повернула рычаг. И снова. И снова. Осмотрев всё перед собой и не обнаружив никаких проблем, она со стоном оттолкнулась от консоли и наполовину подняла руки, обращаясь к кораблю. — Что? Что случилось? Почему ты не двигаешься? Может быть, потому, что тебе не нужен фибриллятор увеличения размеров, как и его поиски, я уже отмечала это ранее, — это пустая трата времени. Через некоторое время Доктор по-совиному моргнула, затем пришло осознание, и она закричала, — Ты просто играла со мной?! Как на скрипке. — Иногда я просто не могу поверить! — она проклинала дальше. — Вот так поступать в таких обстоятельствах! Однако её протесты не достигли ушей ТАРДИС — если они вообще у неё были — воздух был тяжёлым, только низкий гул двигателя держал их на плаву. Стиснув зубы, она, наконец, признала свою ошибку после нескольких глубоких вдохов. — Хорошо, ты выиграла. Но если ты осмелишься сделать что-то подобное снова, я отремонтирую цепь хамелеона, чтобы ты застряла в- в той форме, которую ты действительно ненавидишь! Звук, который она услышала, было трудно интерпретировать, но, по крайней мере, корабль услышал её слова. Обиженная и, возможно, немного побежденная, она направилась в библиотеку. А точнее в одну из библиотек. Если ТАРДИС перестанет всё усложнять, она сможет, по крайней мере, добраться до той, к которой примыкает лаборатория, и проверить некоторые из своих теорий. Затаив дыхание, она толкнула первую попавшуюся большую дубовую двойную дверь.

***

Учитывая все обстоятельства (среди прочего, срабатывание разбрызгивателей и случайное создание совершенно нового химического элемента — это два отдельных инцидента), она провела полтора успешных часа, скрывшись между книгами и сомнительными химикатами. Она могла бы потратить больше времени на то, чтобы довести всё до совершенства, но её живот начал урчать, а всё, что она нашла в карманах пальто — это пустую обертку от пирожного с заварным кремом. Что, честно говоря, было даже хуже, чем просто пустые карманы. Учитывая, что Яз, вероятно, тоже скоро проснется, Доктор выбила остатки копоти из пальто и направилась на кухню. Она даже не успела полностью свернуть за последний угол, как заметила фигуру, склонившуюся над тем, что было перед ним на столе. — Ты рано встаёшь, — тихо заметила она, стараясь не слишком напугать друга. Если Райан и был удивлен её присутствием, он этого не показал, просто бросил на неё усталый взгляд, прежде чем уткнуться лицом в руки, подавленно бормоча. — Не напоминай, мне постоянно снились кошмары, и после нескольких часов ворочаний я решил, что в любом случае это бесполезно. Проходя мимо, она сочувственно посмотрела на него. — Понятно, неудивительно, что ты пьешь чай без молока. Это заставило его выглянуть из-под пальцев, смущенно нахмурившись. — Что это значит? Я всегда пью чёрный чай. — Нет, у тебя всегда есть немного мо… хах. Это было тяжёлое осознание раннего утра, или было бы, если бы время суток имело для неё значение. Она хотела верить, что потеря или, скорее, замена воспоминаний на самом деле ничего не изменит в её друзьях, однако это было первое ощутимое доказательство того, что на самом деле отклонения в их личностях возможны. Оно застряло камнем в её животе. Да, ей определенно нужно было приложить все усилия, чтобы избавиться от этих мерзких преследователей и найти способ восстановить воспоминания друзей. Что ж, может быть, не все из них, были некоторые вещи, без которых они вполне могли бы жить — вроде тех, которые были источниками кошмаров, или… Доктор решила заглушить эти мысли звуком хлопьев, падающих в миску. Закусив губу, она посмотрела на коробку в руках. Ага, ей определенно стоит оставить немного Яз; воспоминания о том, как в последний раз она съела последнюю коробку, не сказав ей, были ещё слишком свежи в её памяти. Хотя это не было серьезной ссорой или чем-то в этом роде, этого было достаточно, чтобы попасть в список вещей, которые не нужно делать, чтобы Яз никогда на неё не сердилась. Их недавний спор в немецком лесу только укрепил её решимость. Наполнив миску тем, что, вероятно, считалось слишком большим количеством молока, по крайней мере, на пятистах планетах, она осторожно подошла к столу. Абсолютно гордая собой за то, что не пролила ни капли на протяжении всего пути, она поставила блюдо на стол, откуда немедленно выплеснулось немного розоватой жидкости. По крайней мере, у Райана хватило приличия ничего не сказать, хотя он, по всей вероятности, скрывал за своей кружкой веселую ухмылку. — Итак, что ты делала посреди ночи? Тоже кошмары? — Нет, прошлой ночью я уже спала… целых пять с половиной часов! Так что я буду в порядке ещё несколько дней. Может быть, послезавтра немного вздремну, в зависимости от того, чем мы займёмся. Ей не нужно было говорить ему, что было чудом провести указанные часы без каких-либо плохих снов. Ещё до инцидента она только начала рассказывать о них Яз — и то только потому, что слишком часто будила другую женщину своими мучительными криками, что было для неё достаточно тяжело. — Как ты занимаешь всё то время, которое есть в твоем распоряжении? — Ну, технически в моем распоряжении вообще всё время, а? Но в основном я занимаюсь обслуживанием ТАРДИС или читаю литературные работы 78-го века — это напоминает мне об этом потрясающем романе из Новой Новой Франконии 76-го века, который я хотела вам показать! Иногда я даже отправляюсь в короткое путешествие, когда вы спите мертвым сном. Но прямо сейчас я только что вышла из лаборатории, где пробовала кое-что против наших дорогих Девораменти. Доктор явно могла бы бесконечно продолжать список вещей, которые она могла и хотела сделать, в конце концов, он был таким же длинным, как и список запчастей ТАРДИС, но её хлопья отсырели. Вместо того, чтобы ловить ложкой оставшиеся плавающие вокруг кусочки, она поднесла всю миску к лицу и начала есть. Чем дольше она продолжала, тем хмурее становилось лицо Райана. — Ты имеешь в виду библиотеку? Она поставила на место миску, оставившую после себя розовые молочные усы. — Нет-нет, лаборатория! Это библиотека с лабораторией — насколько это круто? — Звучит как настоящая угроза пожара. — Нет, только если ты не будешь осторожен, как я всегда! Он бросил на неё многозначительный взгляд. — Тогда почему у тебя волосы мокрые? У тебя есть ещё и бассейн-лаборатория? Ух, её волосы, она совсем об этом забыла; она уже могла чувствовать, как они начинают странно завиваться, как делают обычно, когда случайно промокают. К счастью, когда на неё пошёл дождь, она была в своём непромокаемом лабораторном халате, иначе бы всё залила по дороге на кухню. — Это в другой части ТАРДИС, но я могу показать тебе направление, если ты хочешь хорошенько поплавать. Хороший способ активировать сердечно-сосудистую систему по утрам! Но отвечу на твой вопрос: нет, случайно сработали оразбрызгиватели — эй, не смотри на меня так, пожара тут не было! Сдаваясь, Райан лишь бросил на неё последний полный сомнения взгляд и покачал головой. Теперь она не знала, как это интерпретировать, но её буквально спас звонок от того, чтобы думать об этом слишком много. Звук, похожий на тревожный перезвон ветра, пронесся по кухне и отразился от стен, заставив Доктора немедленно вскочить со своего места. Её сердца подпрыгнули к горлу в сбивающей с толку смеси радости и беспокойства, заставив её споткнуться, когда она быстро поставила пустую миску в раковину. Тем временем Райан нахмурил брови от неожиданного звука и её мгновенной реакции. — Что-то не так? — Нет, — отмахнулась Доктор, уже на полпути к двери, — она просто дает мне знать, что Яз вот-вот проснется.  — Зачем она это делает? Судя по выражению крайнего любопытства на его лице, это было не то, что следовало сказать. И всё же почему-то она не могла перестать говорить, адреналин в её жилах делал её бесконтрольно болтливой — даже больше, чем обычно. — О, просто Яз не особенно любит просыпаться в одиночестве после того, как мы провели ночь вместе, поэтому… почему ты смеешься? Я сказала что-то смешное? Всё ещё ухмыляясь, как кошка, получившая сливки, он изо всех сил пытался проглотить последний кусок, его голос был напряженным, но не менее восторженным, когда он, наконец, собрался ответить. — Что ж. А — Яз убьет тебя, если узнает, что ты только что это сказала, и Б — вы двое встречаетесь или что? Ой. Ага, она определённо сказала слишком много. Они не обсуждали, когда и как они хотят рассказать о себе друзьям, ни до потери памяти, ни, тем более, три часа назад. И вот она снова сморозила глупость. — Пожалуйста, не говори ей, что я сказала, — заскулила она. — Я не знаю, хочет ли она, чтобы ты знал, так что… хотя она, вероятно, не сможет меня убить, я действительно не думаю, что она не попытается. К её большому разочарованию, Райан только усмехнулся её панике. — Даже в начальных классах она не применяла и половины силы, когда злилась. — Видишь! — со всей серьезностью, которую она могла собрать в этот момент, Доктор протянула к нему правый мизинец. — Поклянись на мизинцах, что ничего не скажешь. Не успел он сцепить их пальцы — хотя и с совершенно ошеломлённым выражением лица — она снова оборвала их связь и выскочила за дверь. Однако далеко она не ушла. — Доктор? — она услышала, как он крикнул ей вслед, побуждая её неохотно высунуть голову из-за угла ещё раз, — Ты хочешь умыться, прежде чем разбудить принцессу поцелуем. — Что? Я занята тем, что убегаю! Не смутившись, он сначала постучал указательным пальцем по левой щеке и сделал вытирающее движение, затем повторил всё с точкой над правой бровью. Секунду она просто смотрела на него в полном замешательстве. Почему он говорил о её лице, но указывал на своё… о. — О да, спасибо! Ты иногда так внимателен, пять очков Райану! Мгновенно она начала яростно тереть лицо обеими руками, но когда остановилась, взгляд Райана сказал ей, что она, вероятно, только усугубила ситуацию. На время сдавшись, она снова отправилась в путь. Последнее, что она увидела, это то, что Райан для вида покачал головой и вздохнул ей вслед, — Спасибо, подруга.

***

Учитывая, что Яз всё равно собиралась просыпаться, не имело смысла прокрадываться в комнату на цыпочках, и всё же она была не в силах ничего с собой поделать. Начался искусственный рассвет, окутавший комнату особым золотым сиянием, похожим на сумеречное, но в то же время совершенно отличным от него. Почти чёрные волосы торчали из-под одеяла, и когда Доктор подошла ближе, она увидела руку Яз, лежащую там, где раньше она занимала другую сторону кровати. Молодая женщина подсознательно тянулась к ней. Оба её сердца переполнились этим зрелищем. Стараясь не слишком её беспокоить, Доктор снова залезла внутрь во второй раз за ночь. Однако на этот раз она была не так успешна, так как Яз начала шевелиться в ту же секунду, когда она легла. Осторожно переместив руку Яз, чтобы подвинуться ближе, она затем нежно поцеловала каждый сустав, а затем каждый кончик пальца, чтобы в итоге позволить своим губам остановиться на середине ладони, нежно выводя девушку из её сна обратно в реальность. Она не могла сдержать улыбку, когда ресницы Яз начали трепетать, и она открыла глаза в сонной дезориентации. — Доброе утро, спящая красавица. — Доброе… — Яз внезапно прервалась, сон тем быстрее пропадал из её глаз, чем дольше она смотрела на Доктора. Смесь веселья и страха распространилась от её коричневых радужных оболочек по всему лицу и, наконец, добралась до голоса, когда она застонала, — Твое лицо… Эй! Доктор, что ты делала?