HJ

Хонджун пытается разложить мысли в голове по полочкам уже битую неделю. Он не может сконцентрироваться почти ни на чем — в голове то и дело всплывают слова Уена, слова Сонхва, Джисона и всех-всех-всех кто хоть когда-либо говорил ему, что мыслить надо шире. В очередной раз залипая в монитор, на котором открыто неотправленное письмо с его резюме, Хонджун обнаруживает рассвет в окне уже когда на пороге студии стоит сонный Сонхва. — Ты в порядке? — голос старшего хриплый, тот явно только проснулся. — Угу… — Ким бубнит в ответ, разминая шею пальцами. — А мне кажется, что нет, — Хва опирается плечом на дверной косяк, склоняя голову в сторону, — Я могу чем-то помочь? Хонджун вздыхает, но ничего не говорит. Если бы он знал, чем ему помочь, уже давно сказал бы об этом. Но в его душе такое дурацкое и абсолютно неоформленное смятение, что он даже проблему четко сформулировать не может. Отвратительно… Его резюме уже готово. Письмо в агентство лежит в черновиках уже несколько дней, но решиться его отправить… слишком сложно. Сонхва ждет ответа около минуты, после чего также вздыхает и подходит ближе. Вставая за креслом, он опускает руки на хонджуновы плечи, начиная несильно их массировать. — Мне кажется, ты слишком напряжен… — Сонхва почти мурчит ему на ухо, заставляя расслабиться. И у Хонджуна почти получается: он откидывает голову назад, прикрывая глаза. Да, он действительно слишком напряжен… С губ срывается тихий стон, когда Хва чуть сильнее нажимает пальцами на основание шеи. Хонджун забывается всего на пару мгновений, чувствуя теплые мягкие губы на своей щеке. И в следующую секунду одна из рук Сонхва пропадает с его плеча, и следующее, что слышит Хонджун — щелчок мышки. Он осознает не сразу, но, когда осознает, сразу открывает глаза. «Отправлено» — гласит надпись на середине экрана. Ким опять резко напрягается, переводя широко открытые глаза на своего парня. Он открывает и закрывает рот в недоумении, даже не зная, что сказать. — Ты в любом случае ничего не теряешь, — Сонхва пожимает плечами, ероша хонджуновы волосы, — Кушать будешь? Пак еще раз чмокает в щеку все еще ошарашенного Хонджуна и направляется к двери. Шестеренки в голове Джуна вертятся очень нехотя. С одной стороны, он не был готов принять это решение самостоятельно, но с другой стороны… внезапно стало так просто. Всего одна кнопка, одно движение пальца — и голова сразу стала меньше болеть, с плеч как будто упала эта гора ответственности. — Сонхва! — Ким наконец-то отмирает, поворачиваясь в сторону двери. Старший останавливается в проеме, оборачиваясь с немного виноватой улыбкой. — Спасибо, — кивает Хонджун, поднимаясь из кресла. — Не за что, солнце, — Хва улыбается ярче, отправляясь на кухню. И Хонджуну все еще надо учиться, поэтому он быстро отправляется в душ, чтобы привести себя в более-менее приличный вид. Он действительно чувствует душевный подъем, даже учитывая, что всю ночь он провел в бессонной пучине неопределенности. Позавтракав, Хонджун опять тащит себе одну из футболок Сонхва. Да, тут уже есть половина его гардероба, но свистнуть одежду старшего для него что-то сродни ритуалу — в футболке Хва день точно будет удачнее. Собираясь, Джун пропускает возможность заранее налюбоваться на аутфит своего парня, поэтому замечает это уже в коридоре. Хонджун щурит глаза, подходя ближе и оглядывая подозрительную рубашку, надетую на Хва. Бесспорно, у него очень красивый парень, но как будто бы вырез немного выходит за рамки приличия. Хонджун, хмыкнув, тянет руки, но… — Стоп, где пуговицы? — Ким выгибает бровь, пытаясь найти искомый элемент рубашки. — Их тут и не должно быть? — отвечает Сонхва, немного недоумевая. Не веря своим ушам, Хонджун еще раз оглядывает лацканы рубашки. И правда, на одной из сторон пуговиц нет, а на другой под них даже нет отверстий. Ким хмурится, немного задумавшись, и делает шаг назад, оглядывая старшего сверху вниз. Глаза цепляются буквально за все — у Хва сегодня явно хорошее настроение. И эта рубашка… Хонджун просто сглатывает, вздыхая. И как учиться, зная, что где-то есть такой Сонхва? — Дурацкая рубашка, — только комментирует он, скрещивая руки на груди. — Отличная рубашка, — Пак усмехается, кивая самому себе. — Мало пуговиц, — Хонджун парирует, кивая на вырез на груди парня. — Нормально пуговиц, — Сонхва смеется, накидывая кожанку. Ким только вздыхает, натягивая толстовку. Запрещать и ограничивать Сонхва в чем-то он точно не собирается, но ему бы хотелось очень эгоистично оставить такие виды только для себя любимого. Путь до учебного заведения проходит без приключений, но уже ближе к зданию университета Хонджун ловит на себе и Сонхва парочку подозрительных взглядов. Не придавая этому значения, парни расходятся по своим аудиториям, все еще на публике сохраняя нейтралитет. Когда Хва подходит к нужному помещению, он видит Есана, привалившегося к стене спиной рядом с дверью. Взгляд его не сулил ничего хорошего, но Сонхва все же подходит ближе, искренне стараясь не показать своего любопытства. — Как много людей знают, что вы с… — Есан задает вопрос сразу, но осекается на середине, — Как много людей знает о ваших отношениях? — Он понижает голос, дергая Сонхва ближе. Сердце Пака моментально холодеет, а хорошее утреннее настроение испаряется без следа. — Что ты имеешь в виду? — Он переспрашивает, искренне надеясь, что друг просто шутит шутки. — Я имею в виду, что кто-то решил распространить ваш маленький секрет, — Кан пожимает плечами, отталкиваясь от стены. На мгновение мир замирает. Сонхва делает глубокий вдох, медленно выдыхает, прикрывая глаза. Слов нет, одни выражения, и те матерные. Он прекрасно знает, что это не Есан — из этого хоть клещами тащи, но чужие секреты он не выдаст. Особенно секреты Сонхва. И остается лишь один человек, недовольный их с Хонджуном близостью.

***

Хонджун тоже узнает о неприятностях, как только садится за парту. Телефон пиликает входящим сообщением, и то, что он видит, его абсолютно не радует. Ему-то без разницы, знают ли люди вокруг о его отношениях с Сонхва, но вот чувства последнего его беспокоят. «Ты в порядке?» — он быстро отправляет сообщение старшему. Со вздохом он оборачивается, переводя взгляд на соседний ряд парт. Ну конечно, зачинщик сего безобразия своим присутствием не осчастливил. Но, собственно, Хонджун не особо хочет его видеть. Единственный вопрос, который хочется задать: ну все, успокоился? «Да, все хорошо» — ответ не заставляет себя долго ждать. И Хонджун выдыхает.

***

На большом перерыве между занятиями Хонджун договаривается с Сонхва, чтобы пересечься в кампусе. Все-таки, поговорить лично будет лучше, чем писать сообщения. Уже выйдя из кабинета Ким чувствует, что сплетня уже начала расползаться — снова становиться объектом практически всеобщего внимания ему категорически не нравится. Сонхва ждет его в крытом палисаднике, организованном в переходе между университета. Он не выглядит обеспокоенным, но Хонджун прекрасно знает, как этот человек умеет скрывать свои эмоции, поэтому ускоряет шаг, краем глаза замечая, как начинает шушукаться тройка девчонок, одна из которых абсолютно беспардонно указывает на него пальцем. Сердце Кима заходится в бешеном ритме, потому что он не знает, чего ждать. Когда он подходит к старшему, последний поднимается со скамейки, неловко улыбаясь. Хонджун останавливается в шаге от парня, так же неловко засовывая руки в карманы. — Что будем делать? — спустя несколько тихих минут Джун все-таки начинает разговор, сверля взглядом пол. — А надо что-то делать? — тихо спрашивает Сонхва, в его голосе слышна усмешка. Младший быстро переводит взгляд на Пака, немного ошарашенно поднимая брови. Чего-чего, а этого он точно не ожидал. Он был уверен, что Сонхва будет подавлен и недоволен сложившейся ситуацией, но… в очередной раз старшему удалось удивить. — Точно? — Хонджун переспрашивает, улыбаясь и делая маленький шажок навстречу. — Точно, — Хва выдыхает, протягивая руку. Хонджун вытаскивает руки из карманов и аккуратно берет руку Сонхва, переплетая пальцы. Он может видеть, как глаза старшего буквально светятся каким-то облегчением, и становится понятно, что решение о публичности для Сонхва было чем-то сродни решению Хонджуна отправить резюме. Да, они оба не делали выбор, а обстоятельства просто поставили их перед фактом. Но тем не менее… Хонджун не жалеет ни о чем. И точно знает, что Сонхва тоже не жалеет о внезапно всплывшей правде. — Тц, — Сонхва закатывает глаза, буквально кожей чувствуя взгляд тех самых девчонок, на которых еще Хонджун обратил внимание. Все-таки, некоторые люди никак не могут избавиться от привычки лезть в чужую жизнь. Сонхва на мгновение кривит губы в раздражении, после чего тянет Джуна на себя, устраивая свою свободную руку у того на щеке. Ким даже не успевает осознать легкое касание губ, как старший немного отстраняется, а со стороны слышится вздох разочарования. — Во сколько заканчиваешь сегодня, напомни? — с ухмылкой интересуется Пак, все еще держа руку на хонджуновой щеке. — Одна пара осталась, — с такой же ухмылкой отвечает Хонджун. День определенно удачный.

***

Как только проблема решилась, даже не успев потрепать нервы, Хонджуну снова не дает покоя дурацкая рубашка. Да, теперь всем в их окружении известно, что Сонхва в отношениях, но это не отменяет сальных взглядов в его сторону. И это бесит Кима примерно до луны и обратно три тысячи раз. Ситуация становится абсолютно невыносимой, когда Хонджун замечает, что под этой дурацкий рубашкой. «Это цепь у тебя на талии???????» — он пишет сообщение, как только замечает это безобразие, когда Хва поднимает руку, сидя за соседним столом, и его рубашка немного задирается. «Не понимаю, о чем ты ;)» — приходит в ответ, и с этого момента Джун в бешенстве. Если это было не для него, то для кого? В Сонхва он уверен, так что эта цепь точно предназначалась для него одного. Эта мысль не выходит из головы следующее занятие и всю дорогу домой. Сегодня Хонджун закончил раньше, поэтому вернулся домой примерно за час до того, как домой должен вернуться старший. Он мог бы поделать дела, но ему катастрофически сложно сфокусироваться на чем-то кроме осознания чертовой цепочки на талии любимого человека. Час проходит за бесцельным скроллингом ленты новостей, и когда слышится звук открывающейся входной двери его будто подрывает на месте. Несколько секунд — и он уже в прихожей. — Ты специально, — с порога обвиняет он, скрещивая руки на груди. — Что специально? — Пак невинно улыбается, снимая ботинки и подходя ближе. — Знаешь, как сложно сосредоточиться хоть на чем-нибудь кроме тебя в этой дурацкой рубашке и с этой дурацкой цепью? — Хонджун вскидывает брови, буквально задыхаясь от возмущения. — Отличная рубашка и отличная цепь, — Сонхва опять усмехается, устраивая руки на боках, — И ты наконец-то отвлекся, значит они выполнили свое предназначение. — Отвлекся, как же! — Ким все еще возмущен до глубины души, — Не так просто держать себя в руках, между прочим! Сонхва выгибает бровь, пожимая плечами. — За чем держать себя в руках? — невинно спрашивает он, дефилируя мимо парня в сторону лестницы на второй этаж. Хонджун буквально в ахуе. Этот молодой человек буквально только что подписался под тем, что намеренно выводил Кима из себя весь день. Младший срывается с места, быстро догоняя этого диванного провокатора. А Сонхва будто этого и ждал, заливисто хихикая, когда его дергают за руку и прижимают к ближайшей стенке. — Испытываешь мое терпение, я понял, — шипит Джун, устраивая свои руки по бокам от головы Сонхва и отрезая все пути побега. — Да, и что? — Пак нахально отвечает, дергая парня за ремень, сокращая и без того не большое расстояние между ними. Хонджун не дурачок, ему дважды повторять не нужно. Уже в следующее мгновение он порывисто целует старшего. Чужие руки обвиваются вокруг его шеи, не давая отстраниться ни на миллиметр. Одна из рук Кима опускается ниже и забирается под эту дурацкую рубашку, оглаживая поясницу. Текстура украшения контрастирует с горячей кожей Сонхва, и это еще сильнее заводит. Хонджун целует глубже, буквально вжимая старшего в стену своим телом. В своих волосах он чувствует прохладные пальцы Сонхва, после чего отрывается от его губ, проходится дорожкой мокрых поцелуев по линии челюсти. Когда он оставляет первый поцелуй на шее Сонхва, с губ последнего срывается рваный полустон. Хонджуново сердце заходится в невероятном ритме, когда он наконец-то собирает силы в кулак, отрываясь от выцеловывания шеи любимого. Взяв за руку, он без слов тащит Пака на второй этаж, попутно переводя дыхания. Старший все это время улыбается, как довольный кот, а Хонджуна это почему-то немного раздражает. Настолько раздражает, что, только оказавшись в комнате, он толкает Сонхва на кровать с четким намерением стереть эту самодовольную улыбку с его лица. Парень, в свою очередь, не отстает, ловко утягивая Джуна на кровать вместе с собой. Последний валится на него сверху, в последний момент успевая выставить руки по обе стороны от головы партнера. — Рубашка дурацкая, — опять бубнит Хонджун, оглядывая расположившееся под собой тело. Красиво. Ким наклоняется ближе, опять горячо целуя любимого. Руки сами тянутся к немногочисленным пуговицам, расстегивая их одну за одной — это не заняло много времени. Прохладные ладони Сонхва в это же время блуждают по спине младшего, несильно царапая кожу короткими ногтями. Когда губы Хонджуна вновь начинают свой путь по коже Хва, оставляя за собой красные метки, комната наполняется рваными вздохами последнего и влажными звуками поцелуев. Джун медленно, но методично рассыпает мокрые поцелуи по нежному торсу Пака, заставляя его прогибаться в спине, ища большего, умоляя не останавливать ласку. Наконец, когда Хонджун добирается до этой блядской цепочки на талии… У него звонит телефон. Рефлекторно кидая взгляд на выпавший из кармана гаджет, парень понимает, что этот звонок нельзя пропускать. — Блять… — разочарованно выдыхает Ким, — Это из агентства. Сонхва вздыхает и через секунду заливается смехом. — Отвечай, чего ждешь? — последнее, что слышит Хонджун перед тем, как нажать на зеленый кружочек.